Нотки календулы...

Все также тихо. Все так же темно. В моем сердце давно уже поселились тьма и тишина. И безнадёга, разрывающая меня на миллиард маленьких звёздочек... Я посмотрел вокруг. Моя как всегда захламленная квартира. На полу вперемешку тюбики с масляными красками и дорогущие кисти. Сестра вечно говорит мне, что у меня нет ощущения ценности вещей. Что же. Она полностью права. С тех пор, как я расстался с Киром, мне было плевать на все. Я впал в депрессию и никто не в состоянии вытащить меня из моей собственной головы и вложить в эту глупую башку хотя бы немного мозгов. Да, я верю, что я непроходимо туп. Ведь Кирилл Фролов повторял мне это очень долго. Наверное, я мазохист, ведь мне это даже нравилось. Я видел в оскорблениях какой-то шарм... Единственное, к чему я пока что не утратил интерес - живопись и мой любимый греческий язык. Но даже в них я не могу найти утешения. Я - живой призрак. Хожу в школу и на допы по греческому, но мне уже откровенно похуй на это все. Сегодня вторник. Очередной вторник моей ебаной жизни. Очередной невообразимо скучный день, который я обязан просуществовать. И я это сделаю! Правда, когда я дошел до школы (конец одиннадцатого класса, а вы думали, почему я ещё хожу туда?) весь мой запал исчез, и я, как обычно медленно и печально прошествовал у своему козырному месту за четвертой партой. Я всегда сижу там в гордом одиночестве, ещё бы: кто станет общаться с геем без тормозов, к тому же геем, впавшим в депрессию. Но сегодня, впервые за те два месяца, которые я не встречаюсь с Киром, а значит, он со мной не сидит, место рядом с моим было занято... Там сидел потрясающе красивый парень. Мое сердце забилось сильнее, когда я рассмотрел его получше. Он был... полной моей противоположностью. Черные в противовес моим пепельным (некоторые любят называть их седыми) волосы, небесно-голубые глаза, тогда как у меня - светло-карие, белая, а не смуглая кожа. Но одно сходство у нас было. Мы оба были очень худыми, с тонко очерченными мышцами, и синяки у нас под глазами были абсолютно одинаковыми. Я подошёл к нему, и поздоровался. - Привет, - сказал он. Черт, а у него оказывается такая сексуальная улыбка. Или это потому, что он улыбается мне? - Прости, я занял твое место? - Да, но это ничего страшного, я все равно сижу один. - То есть, я могу остаться? - Конечно! - Боже, ну не могу ему отказать, тем более это милое личико просто начало светиться изнутри, когда я согласился сидеть с ним. Но мои любимые одноклассники конечно же не могли не встрять. - Парень, вали от этого подальше, а то он голубой. Все здесь считают, что лучше сидеть одному на первой парте, чем с ним на четвертой, он ненормальный, - крикнул Влад Морозов, самый противный в нашем классе пацан, подхалим Фролова, которого я сначала любил, а теперь ненавижу ( я щас про Кирилла, если что). Кажется, я покраснел, хорошо, что на моей коже это не очень заметно. Но новичок ответил достойно: - А вот это я могу решить и сам, так что заткни ебало. Черт. Из его рта даже мат вылетает оч красиво. Я поблагодарил его и сел рядом, ощутив исходящий от него запах лекарственных трав: сильный - календулы, и немного ромашки и чего-то ещё. - Я Алек. Знаков Александр. Алексом лучше не называть, Ксандром тоже. А тебя как зовут? - он приподнял брови. - Греков Даниил. Можно просто Даня или Дэн, - ответил я. - Понятно. Я пришел из другой школы, ты не против, что я тут сел? - спросил Алек. - О, нет конечно, со мной мало кто хочет сидеть... - ответил я. - То есть, ты и впрямь гей? - А ты гомофоб? Если да, то считай, что я натурал, - ухмыльнулся я. - Да нет, я и сам... ну, не гей, но бисексуал. Хочешь быть моим парнем, пока я никого лучше не нашел? - Знаков поиграл бровями. - А давай, - согласился я, утонув в его глазах. - Эммм, вообще-то, я пошутил. Не в том смысле, что я против, давай. Но это будут фиктивные отношения, ты же понимаешь. - Конечно, милый, - наконец-то очнулся я и усмехнулся.