иду по снегу, он хрустит…

      Уставшие после тренировки Даниял и Юра идут домой. На улице мороз. Румянец, появившийся толи от холода, толи от того, что рядом твой любимый человек, всё алеет и алеет. Они идут домой к Юре, у которого мама уехала на неделю в командировку, дабы прокормить сына.                               ***       Квартира встречает приятным теплом и уютным светом из окна со стороны заката. Юра прижимает Даниялку к стене, нежно впиваясь в его губы. Они стоят там, в коридоре, ещё в шапках и куртках. Сумки с вещами для тренировок уже давно лежат где-то в стороне на полу. Они неохотно друг от друга отлепляются, воздух не бесконечен, к сожалению. Тоненькая нить слюны тянется между двумя разгорячёнными телами. Казалось бы, только недавно они мёрзли на улице при температуре -10, а теперь им хочется снять друг с друга всё, начиная с куртки и заканчивая трусами. Юра подхватывает партнёра под бёдра и уже с большим интересом несёт его в гостиную на диван. Языки переплетаются в странном танце, который не похож даже на тектоник. Повалив русого парня на диван, цвета синевы и отчаяния, он почувствовал, как за его спину зацепилась пара ног. Сам Даниял был очень лёгкий, несмотря на то, что был такого же роста как и Юра, да что там, они в один день и в один год родились, что уж тут. Серые глаза с нежностью и полным доверием смотрели на патлатого, как бы говоря: « я тебе полностью доверяю, делай со мной что хочешь». Тогда Юра всё же решился, и, начав снимать с парня куртку всё больше покрывал его мокрыми дорожками от поцелуев. Закончив с одеждой, ему открылся прекрасный вид на полностью обнаженное тело. Смущённый парень пытался прикрыться аккуратными, будто женскими ножками. - эй,- шёпотом заговорил Юра,- я хочу видеть всё. Смущённый Даниял покрылся толпами мурашек. Дрожь пробирала всё больше и больше. Юра же, не теряя момент, прикусывал нежную и белоснежную кожу, оставляя на ней багровые следы от зубов, и тут же зализывая их, как бы извиняясь. Нежные вздохи и стоны наполнили комнату. Жар отдавал в штаны, в которых с каждым даже малейшим вздохом Данияла становилось всё теснее. Отстранивший, он стал в спешке расстегивать ремень, который как на зло не поддавался. Почувствовав нежные касания ногой по спине и посмотрев в чужие глаза, которые успокаивали, он расслабил руки и всё таки расстегнул этот блядский ремень. Отойдя чуть от дивана, спровоцировав у своего парня кучу эмоций недовольства, Юра потянулся к полке и достал смазку. Вернувшись, он посмотрел на Данияла, как бы спрашивая: можно? Заметив хоть и не уверенный, но положительный кивок, он выдавив чуток смазки на свои длинные пальцы и поднёс один из ник к колечку мышц. Чтобы хоть чуточку сгладить болючие ощущения он снова прильнул к чужим ключицам и шее, оставляя отметки. Введя уже третий палец и заметив, как парень под ним уже сам насаживантся на пальцы он достал их. Со стороны Данияла донёсся тихий стон разочарования. Но уже через секунду к колечку мышц прильнуло нечто больше, чем три пальца. Войдя на половину он решил дать Даниилу привыкнуть, а за одно насладится его стонами. В уголках глаз выступили предательские слёзы наслаждения. Подождав минуты две и снова заметив парня, который уже сам пытался насладиться на член, Юра прислонился к чужой мочке уха и тихо прошептал: - ух, вот же ты нетерпеливая сучка. Со стороны послышались лишь стоны наслаждения. Юра вошёл полностью одним грубым толчком, чем добился от парня под ним уж очень громкий стон, который тот сразу же приглушил рукой. Юра начал двигаться в медленном темпе, чем заставлял Данька под ним закатывать глаза от нарастающего возбуждения. Вдалбливать его в диван было одно удовольствие. Очень скоро темп перерос в неописуемый. Он буквально втрахивал Данияла в диван, наслаждаясь слиянием двух тембров стонов. В комнате становилось всё жарче, что ещё больше доводило парней до конечной остановки «оргазм». Наконец, парень под Юрой излился на живот. Юру тоже не пришлось долго ждать и он кончил прямо внутрь Данияла. Повалившись на него сверху он всё продолжал оставлять влажные поцелуи на уже спящем Данияле.