О неправильной игре и правильных последствиях проигрыша

      ***

      «Я так много думаю о будущем, что иногда забываю надеть штаны в настоящем.»

      

      Дневник робота

      ***

      Ю Джунхёк оторвался от своего действительно важного занятия по совращению меня и посмотрел на скрывающийся в темноте потолок. Ничего не изменилось с того момента, как мы зашли сюда, если не считать опрокинутые тарелки и еду.       Я уже хотел переспросить у Диониса, что он имел в виду, как вдруг Ю Джунхёк ухватил меня за предплечье и резко потянул на себя, из-за чего я буквально впечатался носом в его грудь. Он быстро вытащил меч из ножен и, держа меня сгибом локтя, отпрыгнул подальше от стола. Я, не понимая, что творится, сам постарался ухватиться левой рукой за рукоять Нерушимой Веры, надёжно прикрепленной к моему поясу, но услышал шум с потолка.       Что-то с небольшими паузами приближалось к нам со стороны входа на арену.       — Ты же не хочешь сказать?..       — Да, босс прыгает по стенам лабиринта, — хмуро ответил Ю Джунхёк и посмотрел мне в глаза. Он наклонил голову в бок, выглядя при этом странно весёлым, что совсем не сходилось с его привычным образом.       Я действительно начал переживать, стискивая его плечо в надежде, что этот идиот перестанет творить херню и придет в себя. Тем временем, монстр, по звуку, достаточно большой, чтобы некоторые стены не выдержали его веса и обрушились, приближался. По моим расчетам, он будет здесь буквально через несколько секунд.       — Я буду мешаться под ногами, если ты не отпустишь меня.       — Мне не интересно твоё мнение, Ким Докча, — безэмоционально сказал он, наклоняясь ещё ближе, практически нос к носу, и приподнимая брови, словно насмехаясь над моей злостью.       Румянец, ослабевший от косвенных сообщений и приближения босса, снова проступил, наплевав на ситуацию.       — Клянусь, я отдавлю тебе ноги и сломаю пальцы. Будешь молиться на ортопедические стельки, придурок.       Ответом мне было фырканье, от которого из моей груди начала подниматься злость. Но я даже не успел снова открыть рот, как был остановлен ужасно громким рёвом сверху и тяжёлым приземлением босса прямо на заваленный блюдами стол, который удивительным образом выдержал его. Джунхёк, повернувшись, прикрыл себя и меня от поднявшейся пыли краем своего пальто. Спустя мгновение он опустил его, и мы лицезрели босса этого подземелья.

      [Созвездие Бог Вина и Экстаза присвистывает.]

      Ну ещё бы. С нашей удачей нам естественно попался знаменитый хозяин лабиринта, который всегда ассоциируется с ним, — Минотавр. Он был высотой под три метра, с рогами длиной с мою ногу и шириной в три. Его человеческая часть тела была оголена, не считая паха, что был прикрыт скромным виноградным листочком. Он бил огромным копытом об пол, высекая искры похожие на взрывы бенгальских огоньков. Что ж, на фресках Минотавр выглядел поменьше.       В общем, это было милое создание. Я попытался снова воззвать в рациональной части разума моего вынужденного телохранителя.       — Повторяю: отпусти меня, Ю Джунхёк.       — Закрой рот и не мешай, — отрезал он и быстро своровал у ничего не подозревающего меня с губ поцелуй, словно приказывая заткнуться ещё и таким образом.       Напыщенный ублюдок, я не шутил, когда говорил, что отдавлю ему ноги. Я прицельно угодил каблуком ему по пальцам и едва не взвыл, натолкнувшись на ботинок, отлитый будто бы из свинца. Обладатель железных башмаков даже не отреагировал на мои движения, уходя с траектории резво наскочившего на нас Минотавра, который раскрыл руки, намереваясь схватить и сдавить. К сожалению, его попытка не увенчалась успехом, и он застрял рогами в стене, выиграв нам пару секунд.       Ю Джунхёк явно не собирался выпускать меня из своих полуобъятий, расслабленно держа другой рукой меч. Я пытался выбраться, как и промахнувшийся Минотавр, из его рук, но заметил, как он снова хотел наклониться ко мне. Я увернулся от него вправо, отчего поцелуй пришелся на мою щеку. Ю Джунхёк выглядел злым и недовольным таким исходом, крепче прижимая моё тело к себе, грудь к груди, отчего он явственно чувствовал ускоренное сердцебиение напротив своего.       — Нет, не целуй меня, — настойчиво приказал я, параллельно следя глазами за Минотавром. Как только тот освободился, я вновь повернул голову, а промазавший Джунхёк клюнул меня в уголок губ. — Не смей, я говорю.       Как горохом об стену. Когда Минотавр грозно и даже как-то обижено рыкнул и помчался на нас, выставив вперёд рога, Ю Джунхёк легко отбил его мечом. Раздался резкий звон, и голова Минотавра накренилась, но этого было недостаточно, чтобы убить его.       — Ты что, издеваешься надо мной? — возмущённо спросил я, несильно ударив Джунхёка в грудь для привлечения внимания. Зацепившись за портупею, я сжал её в руках как ремень, чтобы, в крайнем случае, рулить ею движениями равнодушного к моим стенаниям Ю Джунхёка.       — Я буду наносить критическую рану за каждый поцелуй, — спокойно ответил он, наклонив голову и касаясь своим носом моего, при этом поддерживая зрительный контакт. Милый жест в абсолютно не милой обстановке. — Хватит и трёх.       — Задницу мою поцелуй.       — Это предложение?       — НЕТ!       Дискуссию прервал босс, бросивший в нашу сторону одну из жаровен. Без труда отбив её мечом и предугадав последующую за ней атаку, Джунхёк лениво отбивался, защищая нас обоих, но не нападая сам.       Этот придурок действительно не шутил.       В тот момент, когда Джунхёк снова откинул Минотавра к стене, я резко потянул его за подбородок к себе, надавив на него и раскрыв рот. Язык коснулся кромки зубов, нёба, притрагиваясь к его языку. Не дожидаясь ответа, пунцовый я быстро прервал поцелуй, чтобы он смог контратаковать, как обещал.       Хоть его лицо практически не поменялось, я знал, что Ю Джунхёк был ужасно доволен, ведь мне пришлось играть по его правилам. Я недовольно сопел ему в ухо с диким желанием его откусить, раз он ни черта ими не слышит, когда нужно. Мы могли уже давно закончить этот сценарий, учитывая силу Джунхёка, но ублюдочному солнечнику захотелось поиграть в ужасного совратителя.

      [Созвездие Скрытый Интриган предлагает вырубить воплощение Ю Джунхёк и самостоятельно пройти сценарий.]

      [Спонсировано 4100 монет.]

      Очень соблазнительно.       Вернуло меня в действительность очередное движение вбок, и Ю Джунхёк скосил глаза на меня, ожидая нового поцелуя. Я игнорировал жар, разлившейся по щекам и плавно переходящий на шею, как и настойчивые тёмные глаза напротив.       — Ещё два, Ким Докча, ты мог бы давно закончить это.       — Я просто сломаю тебе руку и выберусь из капкана, который кто-то зовёт объятиями.       Он фыркнул, едва заметно закатив глаза. Я же проследил взглядом за движениями нашего многострадального босса, который уже сам по себе выглядел запыхавшимся от резких скачков туда-сюда. Возможно, на долю секунды, мы с ним жалели друг друга.

      [Созвездие Демоноподобный Огненный Судья подбадривает босса «Последнего Лабиринта» на новый подвиг!]

      Уриэль… была как всегда на своей волне. Но видимо не только она вдохновилась внезапным поцелуйным обменом, подключив другие созвездия.

      [Созвездие Бог Вина и Экстаза поднимает кубок и говорит боссу «Последнего Лабиринта» не сдаваться!]

      [Созвездие Чёрный Огненный Дракон Бездны не понимает, что происходит.]

      [Многие созвездия выражают поддержку боссу «Последнего Лабиринта».]

      Что ж.       — Ты победил.       Он имел наглость выглядеть так, как будто не понимает, о чём я. Пришлось схватить его за подбородок и, обняв руками его лицо, поцеловать в верхнюю губу. Уголок его рта дернулся, словно Джунхёк пытался справиться с улыбкой, за что я укусил уже нижнюю губу, мстя. Он ответил на поцелуй, уходя от атаки босса так, словно это был какой-то странный танец, включающий касания губами, меч и грозную корову на двух ногах, явно недовольную этой паузой.       Даже не смотря в сторону Минотавра, довольный Ю Джунхёк отбил последнюю атаку. Разъединив поцелуй, чтобы я мог сделать вдох, он мазнул губами дальше по щеке вверх, пока не рассмеялся мне прямо в ухо. По моей спине прошли мурашки от этого и неосознанно я прижался ближе, обхватывая его шею руками.       — Выполняй обещание, — пробурчал я, пряча лицо у него на изгибе шеи.       — Мы договаривались ещё на два. Это был один.       Я повторил главный аргумент Хан Суён, вмазав ему со всей силы в живот. Аргумент был принят и Ю Джунхёк, ничуть не задетый ударом, больше не игрался с боссом, уводя его атаки и тут же контратакуя. Если бы он отпустил меня, то расправился бы с Минотавром за несколько секунд, однако, решив вести это подобие танца со мной и дальше, он кружил по арене, нанося удары по рукам и ногам босса. Постепенно монстр замедлялся, что, в свою очередь, заставляло Ю Джунхёка двигаться быстрее. Я не мешал, лишь переставлял ноги, чтобы увеличить и его, и свою мобильность, стараясь, чтобы кровь Минотавра не попала на меня. Даже навык скорости на туфлях пригодился, улучшая координацию моих движений.       Как и предполагалось, бедный босс был убит за несколько минут, напоследок издав горестный рёв. Что странно, его труп после этого сразу рассыпался на множество искр, не оставив после себя ничего. Я задался вопросом, где же тогда брать расходники, о которых было сказано в романе.       Было наивно считать, что Ю Джунхёк забыл о том, чем мы занимались до того, как нас прервал этот рогатый греческий десантник. Он осторожно отцепил мои руки от своей шеи, сжимая их в своих, нежно, но крепко. Так мы стояли несколько секунд, пока смотрели друг другу в глаза. Наконец, Ю Джунхёк разжал хватку, обнимая мое лицо ладонями на манер чаши.       — Ты упрямый, как осёл, и раздражаешь меня сильнее всего на свете, — сухо говорит он ни с того ни с сего. Глаза его, частично прикрытые чёрным веером ресниц, горят теплом, а от ладоней исходит жар, перебивающий тот, который без моего желания залил лицо. Он поглаживает большими пальцами мои щеки и скулы, а кожаные перчатки едва слышно от этого скрипят, слегка царапая мне лицо.       — Не тебе говорить об упрямстве, бесящая солнечная рыба. Будь благодарен этому господину, что ещё жив, — я говорю это с явной злостью, но в голосе всё равно проскальзывает нежность к этому ублюдку. По довольной улыбке я понимаю, что он знает о том, что я не говорю.       Джунхёк наклонил голову, сталкиваясь со мной лбами. Он коснулся своим носом моего, как кот, и мне пришлось закрыть глаза, чтобы не жмуриться от удовольствия этим нехитрым действием. Я почувствовал лёгкое колебание воздуха и, ощутив по бокам от себя ткань, понял, что Джунхёк раскрыл пошире пальто, чтобы укутать меня. Я хмыкнул и обнял его за талию, пока он, пристроив подбородок на моей макушке, держал края пальто вместе, давая мне время отогреться и просто понежиться от физического контакта.       Я едва не задремал, окутанный теплом со всех сторон, что не заметил, как мы маленькими шажками возвращаемся к столу, который Ю Джунхёк использовал для контроля почившего Минотавра, заставляя того его обегать. На мебели не было ни царапины, и я задумался о том, из чего же он сделан.       Состояние дрёмы как рукой сняло, когда Джунхёк остановился у края стола, где я сидел до того, как были прерваны изначальные обжимания.       — Я вроде бы сказал, что на этом столе ничего не будет, Джунхёк-а.       — Мне всё ещё плевать.       Этот ублюдок умеет действовать на нервы. Он легко поднял меня над землёй и снова усадил на прежнее место, практически полностью повторяя позу до драки. Мои щеки всё ещё были красные и, судя по довольному лицу Ю Джунхёка, ему это ой как льстило.       — Убеди меня, чтобы я согласился на секс на этом столе.       Он рассмеялся, касаясь моего закрытого рта, целуя попеременно то верхнюю, то нижнюю губу, выпрашивая разрешение на большее. Как я упорно держал свой бастион, так и он не сдавал напора. Переключившись на подбородок, затем на челюстную кость, он коснулся шеи, и я не смог сдержать удивлённого вздоха удовольствия, сам же себе закрывая рот и отталкивая Ю Джунхёка за плечо.       — Я тебя убедил.       — Это не звучит как вопрос, — а вот я звучал ещё как убеждённо.       Он медленно провел ладонью по моим ребрам до живота, а затем — до паха, от чего я уже громче простонал, пряча лицо у него в груди. Я задыхался, держась за его портупею, как за единственную верёвку в мир светлого сознания. Но веревки имеют природу рваться в ненужный момент, как порвалась и моя, удерживающая во мне рациональность. В горле пересохло.       — Бию, отключи нашу трансляцию на…       — На час.       Я покачал головой, всё ещё не поднимая на него взгляд, но цепляясь за явный бугор у него штанах. Шутки в сторону, это выглядело так же страшно, как и соблазнительно. Сглотнув, я набрал смелости и уверенности в голос.       — На тридцать минут.       — Час.       — Сорок пять минут.       — Нет, Докча-я, час.       Я со стоном выдохнул от ласкового обращения, которое он использовал только так, наедине и низким шёпотом прямо в ухо, отчего меня всегда пробивала дрожь.       Услышав короткий «Дзинь», как знак того, что наше с Ю Джунхёком вещание окончено, я поднял голову, опираясь подбородком ему на грудь и встречаясь взглядами. Его рука с моей талии ненадолго освободила её, чтобы поправить мою чёлку, и я ухватился за его запястье, останавливая.       Дёрнув уголком губ, я, не отрываясь от лица Ю Джунхёка, неспешно переместил пальцы под ткань перчатки, лаская внутреннюю часть ладони. Когда она слегка вздрогнула, я тут же убрал пальцы, взамен потянув перчатку вверх, пока та не упала на пол. Как благодарность за то, что я решил действовать, Джунхёк ухватился за мои пальцы и по-джентельменски поцеловал мне костяшки, что не шло ни в какое сравнение тому, что было пару минут назад с выклянчиванием поцелуев.       Я проделал то же самое со второй рукой, которую он тут же вернул на моё голое бедро, пока просто сжимая, как явную демонстрацию собственничества. Но Ю Джунхёк не был бы Ю Джунхёком, не удостоив меня сомнительным комплиментом.       — Тебе бы подошло, если бы ты подвёл глаза и накрасил губы, — сказал он, касаясь уголка моего рта.       Как обухом по голове, честное слово.       — Чтобы быть похожим на женщину?       Ю Джунхёк нахмурился. Надавив на мою челюсть рукой, чтобы открыть мне рот, большим пальцем коснулся клыка, сильно, но не до боли, сдавив мне подбородок. В отместку я сжал покрепче зубы, чувствуя, как грубая кожа его пальцев слегка поддалась. Я с мстительным удовольствием прокусил её, но Джунхёк никак на это не отреагировал. Он вытащил наконец-то палец из моего рта и осмотрел его, чтобы затем слизать с него свою кровь и мою слюну, как ребенок — крем с торта.       — Ты не женщина.       — А ты предсказуем в своих ответах. Так что? Я могу потом пойти к Ли Сольхва, вроде как она довольно умела в макияже?       Рука на моём бедре предупреждающе сжалась. Без перчаток прикосновение его ладони горело, словно тавро. Я понадеялся на хвалёное усиление регенерации, которое значилось в характеристиках ципао, и на то, что Ю Джунхёк не сожмет руку до синяков.       — Ты занимаешь своё место.       — Место? Я что, собака?       — Ты — Ким Докча. Созвездие. Создатель нашей туманности с идиотским названием. Раздражающий тип, задающий тупые вопросы. Мой компаньон. Мой любовник. Твоё место рядом со мной.       Хватит.       Я заткнул Ю Джунхёка, злобно касаясь губами его глупого рта. Он временно отпустил моё бедро, продолжив путь к моему белью, с желанием закончить начатое. Напоминаю, я всё ещё в ципао и у него всё ещё стоит на меня в ципао.       Этот мужчина нереальный. Этот мужчина — кретин, которого я люблю.       Пока он стаскивал с меня бельё (на него, естественно, не распространялся штраф сценария), я вознаградил его за это стоном в губы. В моей голове пронеслась идентичная сцена пару месяцев назад, когда мы признались друг другу и дело практически дошло до постели (конечно, монстрам тогда было плевать на атмосферу эротики и моё горизонтальное положение со спущенным штанами). В повседневной жизни после этого мало что изменилось, но наши с Ю Джунхёком отношения наедине приобрели ещё и романтическую подоплёку кроме той, которую я называл «бей и беги» для версии Ю Джунхёка.       Мои судорожно дрожащие руки рывками стягивали с него пальто и портупею, из-за чего он недовольно ворчал, разрывая поцелуи, чтобы помочь мне. Ладонями прочертив его плечи и кончиками пальцев погладив ключицы, я остановился на одной из интересующих меня частей тела, со мстительным удовольствием стискивая его грудь. Я, играючи, сжал его сосок, за что был укушен прямо в шею, прямо над воротником ципао. На моё недовольное шипение он ответил низким от возбуждения смехом, при этом едва дотронувшись до моего оставшегося без внимания члена.       — Ты тормоз, — остановившись сам, Ю Джунхёк прошептал мне это в ухо, обдав раковину жаром. Я осознал, что неконтролируемо хныкаю на то, что он перестал меня касаться. Его мозолистая ладонь на чувствительной коже члена ощущалась как благословение свыше, но ублюдок перестал двигаться, словно ожидая моего ответного хода.       Руки сами собой потянулись к пряжке его ремня, с тихим щелчком расстегивая его. Пояс с мечом с грохотом упал на пол, но его просто отодвинули в сторону, чтобы не мешался. Вновь продолжив поглаживания, Ю Джунхёк наблюдал за мной, успокаивающе целуя то в кадык, то в челюсть, то в недавний укус, словно в извинениях. Я тем временем быстро поднял вверх бадлон и откинул его к остальной кучке вещей, оголяя шрамированный пресс.       Не удержавшись, я облизнулся на вид перед собой. Следя за указательным пальцем, я, задыхаясь, провёл им от солнечного сплетения до пупка, а затем и до паха, касаясь v-образных мышц.       — Знаешь, — хоть голос и хрипел сейчас как у пробежавшего огромное расстояние марафонца, мой неконтролируемый язык был быстрее головы, — у тебя всё же есть, чему подражать.       — Например.       — Твой идеальный пресс?       — Ха.       Я вздрогнул, когда он пальцами охватил кольцом мой член, проведя ими вверх и вниз, сразу угадав темп, который мне нравится. С тихим вскриком сжав руками его голые плечи, чтобы найти хоть какую-то опору, я подтянул его к себе ближе, уткнувшись носом в углубление между ключицами. Не собираясь уступать ему даже в мануальных навыках, моя рука стянула ниже его джинсы вместе с бельем, сразу же сжимая основание его члена. Вздох удивления Ю Джунхёка был слаще любой музыки.       Я чувствовал, как тяжелеет низ моего живота и изменяется темп дыхания. Коленями я придвинул его к себе ещё ближе, выдыхая стон ему прямо в ухо, зацепив губами мочку.       — Джунхёк-а.       — Я знаю, — просто кивнул он, доводя меня до оргазма ещё несколькими движениями. Сжав головку члена так, чтобы сперма не испачкала мне платье (ведь позориться в нём мне нужно было ещё полдня), он задумчиво посмотрел на свою ладонь, когда меня перестало трясти. Я лениво поцеловал его в место на шее, где быстро билась артерия, гоняя кровь.       — Ай-яй, Джунхёк-а, ты же сам говорил ничего здесь не есть, — насмешливо сказал я и неторопливо провёл большим пальцем снизу-вверх по его члену, касаясь щели. По редкому румянцу на бледных скулах, я понял, что Ю Джунхёк уже на грани, но, к сожалению, на грани терпения. Злые красивые глаза с расширенными зрачками были тому подтверждением.       — Слезь.       — Что?       — Слезь с чертового стола, Ким Докча.       — Не хочу, — я не понимал, что он собирается делать со всё ещё поднятой ладонью, испачканной моей спермой. Такая комбинация звучала не слишком вдохновляюще для моего мозга, но повелительные интонации его низкого голоса творили что-то невообразимое с моим телом. Я почувствовал, как снова возбуждаюсь, полностью забив на рефрактерный период.       Ю Джунхёку было, в общем-то, плевать, хотел ли я что-то или нет. Он с лёгкостью дёрнул меня чистой рукой за колено и я, проехавшись на заднице по столу, оказался на ногах. Чувствуя, как трясутся колени от недавнего оргазма, я хотел было опереться на Джунхёка, но тот быстро меня развернул спиной к себе. Я ойкнул и, неловко взмахнув руками, оказался прижат к столу, поставив на него локти и предплечья.       — Раздвинь шире ноги и держи концы платья в кулаке, — приказал он, и я громко сглотнул, постепенно понимая, что он собирался делать.       Учитывая, что смазки у нас не было (потому что никто из нас двоих не подумал, что сценарий закончится так), а спермы на пальцах было недостаточно, чтобы нормально разработать меня, оставался компромиссный вариант, включающий мои бедра и его член.       Фантастика.       Я коснулся лбом стола, охлаждая его и, не обращая внимание на того, кто с нежной настойчивостью гладит внешнюю сторону моих ног, послушался Ю Джунхёка. С тихим шуршанием, шелковая ткань оказалась в моих руках, и я ощутил, как в кожу ладоней впивается мелкий бисер. Не давая мне времени опомниться, словно забыв, как сильно сейчас чувствительно моё тело, Джунхёк провел уже по внутренней части бедер влажной рукой, смазывая их для лучшего скольжения. Он накрыл меня своим телом и, поцеловав вздрогнувшие от его приближения лопатки, толкнулся вперёд.       Мой рот открылся в немом вздохе, когда его член проехался по моему, и я инстинктивно сжал бедра крепче. Пошлый хлопок наших бёдер раздался колокольным звоном у меня в ушах.       — Докча… — мантрой ли или заклинанием, но Ю Джунхёк говорил моё имя так, словно кроме этого набора звуков его горло не могло произнести что-то другое. Он повторял его на выдохе с каждым движением, сжимая до синяков мою талию, пока я скулил под ним, прося то остановиться, то ускориться.       Это всё напоминало какое-то безумие, которому я с радостью вторил.       Краем сознания я уловил, как его дыхание изменилось, став поверхностным. Джунхёк очередным глубоким толчком проехался всей длиной по моему члену и, не давая мне опомниться, взял их оба в свою руку. Я заплакал, кончая снова.       Я не осознавал, где я и откуда в моих глазах летают светящиеся шары. В ушах звучал белый шум. Чрезмерная чувствительность, оставшаяся ещё от предыдущего оргазма, довела моё тело до предела, из-за чего я не мог пошевелить и пальцем. Слёзы скатывались по моему лицу, дрожа каплями на кончике носа. Отполированная поверхность стола отражала мой осоловелый взгляд и широко распахнутые глаза. Я пришел в себя, когда почувствовал, что мне в плечо упёрлась голова Ю Джунхёка, и все мои жизненные процессы запустились повторно от этого маленького действия.       Потрясающее чувство освобождения, сродни маленькой смерти.       — Ты снова спас этот дизайнерский кошмар от ненужных пятен, — тихо сказал я, повернув голову в его сторону. Не удержавшись, моя рука зарылась в его волосы, массируя кожу головы. Я услышал горловое довольное мурлыканье, которое привело меня в восторг.       Ю Джунхёк ничего не сказал, медленно потираясь о моё плечо лбом, свободной от всяких вещей и субстанций рукой поглаживая мой бок. Я легко толкнул его голову плечом, устав находится в таком положении, за что был награждён недовольным взглядом исподлобья. Не впечатлившись, с тихими ахами и шипением я разогнулся, поворачивая шею то в одну, то в другую сторону.       Тем временем, клюнув меня в шею очередным поцелуем, Джунхёк неспешно подошёл к своему пальто и достал из кармана платок, который очищался самостоятельно. Я видел такой в магазине, но уж не думал, что его и так можно будет использовать.       Джунхёк вытерся и привел сначала в порядок себя, а затем и меня, не без удовольствия смотря на следы рук своих (буквально). Этот придурок действительно сжимал пальцы с достаточной силой, чтобы на моих белых бедрах остались наливающиеся цветом синяки вытянутой формы. После короткого осмотра он был достаточно самодовольный, чтобы даже помочь мне надеть бельё, заправив в него мой уже опавший член.       — В следующий раз это будет на кровати.       — Ну–ну, — я был скептичен к этому утверждению, учитывая, что дальше у нас едва будет время поспать между сценариями.       — Ким Докча, ты мне не веришь? — быстро натянув на себя бадлон, он негодующе посмотрел на меня, пока я проверял чистоту платья, особенно меня интересовало место возле паха и напротив бёдер.       Я посмотрел ему прямо в глаза честным открытым взглядом и широко, не размыкая губ, улыбнулся. Ю Джунхёк скрипнул зубами на моё молчание и отвернулся под аккомпанемент моего хмыканья.       Одевался он быстро, пока я сидел на краю стола и болтал ногами, наблюдая. Когда все приготовления были завершены, Джунхёк протянул мне руку без перчатки раскрытой ладонью вверх, приглашая взяться за него. Я удивлённо посмотрел на его равнодушное лицо, всё ещё замечая едва видимый румянец и красные кончики ушей.       — Джунхёк-а.       — Что? — он свёл брови к переносице, а его рука дрогнула. Всё его лицо стало хмурым, от чего внутри меня внезапно зародилось тепло в районе сердца. Читать Ю Джунхёка, настоящего Ю Джунхёка, становилось всё легче и легче.       — Люблю тебя, — пожав плечами и крепко взяв его за руку, я повёл Джунхёка к выходу с арены, пока он пребывал в прострации от моих слов.       Оглянувшись и увидев странную эмоцию на его лице, на моем лице сама собой появилась мягкая улыбка, более нежная, чем та, которую я состроил пару минут назад. Джунхёк обнял мои щеки ладонями и, наклонившись, коснулся сначала одного уголка губ, затем другого, заканчивая неспешным поцелуем. Не тем, который распалял страсть, а тем, что согревал и давал ощущения присутствия.       — Докча-я…       — Я знаю.       Джунхёк свёл наши лбы вместе, и мы стояли так несколько минут, обнявшись и дыша одним воздухом на двоих. Учитывая то, что мы понимали друг друга слишком хорошо, я не ждал ответных слов признания.       Успокоившись, ко мне вернулся обычный вид собранного Ю Джунхёка, Верховного Короля и главной занозы в моей заднице. Он открыл кованые ворота наружу, но вместо привычной темноты нас встретила небольшая комната с тремя пьедесталами по центру. На каждом из них было по огромному прозрачному кувшину, мило перевязанному фиолетовой лентой с легкомысленным бантиком сверху. Внутри плескалась густая субстанция, чуть более жидкая, чем мёд, но примерно того же цвета.       — Вероятно, это амброзия, — осмотрев на свету предметы, предположил я, на что Ю Джунхёк кивнул. — Запоздало, конечно, но оно ещё может пригодиться.       — Ли Сольхва говорила, что это отличный ингредиент для мощных лекарств, — задумчиво добавил он, складывая кувшины в свои безразмерные карманы. Джунхёк посмотрел на меня, молчащего в это время с поднятой бровью, и закатил глаза, сдаваясь. — Один кувшин твой.       — Два.       — Я всё ещё могу тебя придушить, Ким Докча.       — Твои фетиши в постели меня не интересуют.       Когда Джунхёк потянул руку вперёд, чтобы схватить меня за воротник, я нырнул вниз, уходя от атаки. Обмениваясь шуточными ударами, мы заметили, что позади пьедесталов возник знакомый портал. Снова увернувшись, я быстро высунул язык, насмехаясь как маленький ребёнок, и нагло сбежал, оставив закипающего Джунхёка позади.       В этот раз никаких падений не было. Логично предположить, что вход оказался так же и выходом из подземелья, и меня встретили знакомые сумерки, опустившиеся на Сеул. Я, отряхнувшись после небольшой драки, решил свалить ещё дальше от Джунхёка, пока есть время, и быстро взбежал по лестнице наверх. После затхлого воздуха в лабиринте, окружение, казалось, пахло альпийскими лугами, а ветер, всё ещё гуляющий между зданиями, давал стимул жить как никогда прежде.       — Купи согревающее зелье, дурак, — раздалось у меня над ухом, на что я равнодушно посмотрел в его сторону.       — У меня иммунитет к холоду, зелье ничего не даст, — я пожал плечами, игнорируя пробежавшие от сквозняка мурашки. Джунхёк цокнул языком и встал с продуваемой стороны, заслоняя меня. Выгнув бровь, я кинул на него взгляд. — Действуешь, как рыцарь, Джунхёк-а. Ударился где-то по пути?       — Заткнись, Ким Докча, и иди вперёд.       Ну, раз вперёд, так вперёд. Забрав у него из кармана свой кувшин с амброзией, я думал, что с ним делать: уподобиться Ю Джунхёку и отдать нектар Ли Сольхва, продать его через Котомку Токкэби или вовсе закинуть в свои карманы и забыть до будущей на то потребности. В таких мыслях мы молча шли по пустому городу к нашим товарищам, с которыми договорились встретиться в ближайшем от места сценария уцелевшем кафетерии. Его мы заметили по пути сюда и, бегло осмотрев его, сочли достаточно презентабельным, чтобы в последний раз за вылазку устроить там привал. Учитывая, что через окна уже был виден свет, ребята уже были там.       Возле стеклянных входных дверей стояли Ли Джихе и Ли Хёнсон, негромко переговариваясь. Джихе в своей экспрессивной манере что-то рассказывала ему, махая руками, пока тот с задумчивым видом кивал. Заметив нас, она подбежала поближе.       — Мастер, аджосси, вы пришли самыми последними, — доложила Джихе. Она быстро окинула нас взглядом и, не найдя на нас ушибов и ран, радостно улыбнулась.       — Похоже, у всех были разные награды, — сказал подошедший Ли Хёнсон, указывая на кувшин в моих руках.       — Что было у остальных?       — Я был в паре с Сана-сси и Гильен-а, — начал он, пропустив нас вперёд и открыв двери. — Внутри было просторное подземелье с открытым небом и лабиринтом с черными стенами, в котором сновали пауки и ещё какие-то неясные монстры. Нам достались два больших пузырька маны высокого уровня и одноразовый артефакт А-класса с усилением защиты, что-то типа пластиковой карты. Сана-сси и Гильен забрали пузырьки и оставили артефакт мне.       Джунхёк, выслушав его, отвернулся и ничего не сказал. Он пошёл к Сольхва, отдал ей амброзию и ушёл на кухню, не замечая её огромные глаза, удивлённые от такого неожиданного подарка. Сольхва посмотрела в мою сторону, и я пожал плечами, никак это не комментируя.       — А у тебя что было, Джихе?       — Во-первых, мы были в скафандрах, — удивила меня она, когда мы втроём уселись за один из уцелевших столиков. — Как оказалось, Сольхва–унни не очень хорошо плавает, поэтому мы слегка задержались. Ах, во-вторых, вместо босса там была какая-то огромная загадка…       — Это были пятнашки, — сказала со своего места Сольхва, не отрываясь от бутылки с амброзией, осматривая её неизвестными мне инструментами, из которых я знал только пинцет. — Нужно было составить изображение, меняя положение плит.       — Да, — кивнула Джихе, подтвердив, и продолжила:       — Они были огромные, аджосси, примерно полтора на полтора метра. Хорошо, что в них был встроен какой-то нажимной механизм, поэтому нам с Хивон-унни пришлось вдоволь напрыгаться, пока Сольхва-унни руководила процессом. В конце мне выдали какое-то масло, чтобы укрепить борт корабля, Сольхва-унни получила тот набор исследователя, с которым сейчас занимается. Хивон-унни достала специальный точильный камень для улучшения качества мечей, кстати, и она, и я уже его опробовали — обалденный.       Сама Хивон лежала недалеко от нашего места разговора на соединённых стульях, словно на кровати. Она, почувствовав взгляд на себе, махнула мне рукой и снова задремала. Хёнсон, смущаясь, снял с себя куртку и накинул её на Хивон, за что та сонно поблагодарила.       Посмотрев на его куртку, я вспомнил и своё пальто.       — Кстати, а где Хан Суён?       — Суён-сси была на кухне вместе с Сана-сси, когда мы вышли с Джихе-я вас встречать, — указал мне направление Хёнсон и я, поблагодарив его, пошёл туда.       Джунхёк уже руководил кухней, в которой парили невероятные ароматы. Ему помогали нарезать овощи девушки, и я скривился от того, что напевающая Суён резала помидоры именно в моём пальто. Она, заметив меня, по-волчьи оскалилась, специально надавив сильнее на овощ, из-за чего красный сок окрасил рукава пальто.       — Ты ужасно носишь чужие вещи, Хан Суён.       — И тебе не-спасибо, что выжил, Ким Докча, — насмешливо пропела она, откидывая нож в сторону. Ю Сана улыбнулась и кивнула мне, приветствуя.       Джунхёк, помешивающий ароматно пахнущий бульон, обернулся на шум упавшего ножа. Нахмурившись, он указал подбородком нам на выход. Почему под горячую руку попал и я, то это был хороший вопрос.       Выйдя с кухни, Суён отдала мне пакет с моими вещами, ведь до конца штрафа оставалось пару десятков минут. Вероятно, время в лабиринте было искривлено, из-за чего практически весь период пенальти был исчерпан.       — Ну и как тебе? — без предисловий спросила Суён, заходя за стойку, в надежде найти что-нибудь попить. Я же уселся на высокий стул рядом, опуская голову на сложенные руки. Пакет я поставил рядом, чтобы после разговора пойти переодеться.       — Кносский лабиринт. Минотавр. Кувшины с амброзией, — лениво отрапортовал я. Заметив на стойке глубокую царапину, я без раздумий начал ее ковырять, пока Суён шерудела напротив.       — Я не про лабиринт спрашивала, балбес, — она на секунду остановилась и выгнула бровь, ухмыляясь.       — Тогда я бы попросил переводчик на нормальный язык с хансуёновского.       Суён, найдя за какой-то тайной дверцей спрятанную бутылочку ликера, откупорила её и сделала несколько глотков. Я терпеливо ждал пояснений от неё. Хмыкнув, она наклонилась ниже ко мне и поманила пальцем. С недоверчивым лицом я выровнялся на стуле и подсел ближе, уже предчувствуя какую-то язвительную шутку.       Я был прав, как и всегда.       — Ну как было переспать с главным героем, а, Ким Докча?       Я отскочил от неё, как дикий зверь от огня, сопровождаемый хохотом. Суён смеялась так громко, что недовольная и разбуженная Хивон кинула в неё чем-то, от чего та едва смогла увернуться, держась за стойку и всё ещё хохоча.       Это было стратегическое отступление на кухню, чтобы спастись от Хан Суён. В дверях я столкнулся с вытирающей руки Сана, понимающе посмотревшей на меня, и ретировался поближе к Ю Джунхёку, который, судя по его виду, уже заканчивал с нашим ужином.       — От чего эта ведьма начала хохотать? — хмуро спросил он, ища целые тарелки нужной формы. Найдя одну такую, Джунхёк показал её мне, и я начал ему помогать в поисках.       — Ничего важного, как обычно, — как можно более безразлично ответил я, садясь на корточки, чтобы осмотреть нижние ящики. — Она спросила, каково с тобой спать.       Джунхёк никак не отреагировал, продолжая греметь дверцами и искать тарелки. Хотя я и не ожидал от него бурного негодования, истерики, битья тарелок и слёз, но всё равно такой полученный результат был чересчур скучный. Я зацепился глазами за целую башню нужных глубоких тарелок и достал их, осматривая на предмет трещин. Чтобы сполоснуть их от пыли, мне либо нужно было делать практически полный круг вокруг кухонного островка, либо переступить через Ю Джунхёка, осматривающего другие ящики.       Решив не морочить себе голову, я подошёл к нему, слегка пнув по ноге. Не впечатлившись резким и недовольным взглядом с пола, я поднял руки с тарелками, показывая причину сего недостойного поступка с моей стороны. Так и стояли (кое-кто сидел) пару мгновений.       Джунхёк встал и забрал башню, держа её в одной руке, и ухватил меня за кисть другой. Я перевёл взгляд со своего запястья на его лицо, вопрошающе подняв брови.       — Спасибо за помощь, — тихо сказал он, проводя большим пальцем по внутренней стороне предплечья, лаская выступающие связки запястья.       — Не за что, — в тон ему ответил я и, переместив руку, сжал в замок его пальцы. Он был в перчатках, отказываясь готовить без них, но их текстура была не менее приятной, чем его голая кожа.       Я вспомнил тактильные ощущения при соприкосновении с другими частями тела Джунхёка и почувствовал, как теплеют уши. По ласковому тёмному взгляду из-под чёрных ресниц я понял, что мысли у нас были схожи.       — Иди, Ким Докча.       — Хорошо.       Вернувшись в основную часть кафе, я подобрал пакет со своей одеждой и переоделся в комнате для сотрудников (простите, мне пришлось выломать дверь). С последней секундой ципао вместе с туфлями просто исчезло. Я похвалил себя за дальновидность, иначе бы оказался голым перед ребятами. Хотя Хивон и Хёнсон уже, к сожалению, наблюдали меня в нагом виде из-за давнишнего сценария с ранним открытием катастрофы в лице (морде?) Малого Дракона Игнила, такой опыт я бы повторять не хотел. Поэтому, предварительно забрав у Хан Суён своё пальто и отстирав рукав от томатного сока, я перекинул его через локоть и вернулся к остальным.       Дабы поесть все вместе как цивилизованные приличные люди мы сдвинули несколько столов, соединив их по длинной стороне и добавив ещё один перпендикулярно. Всем как раз хватило места. Когда Ю Джунхёк вынес первый поднос с едой и проигнорировал насмешку Суён насчёт личного официанта, мы разбудили уже действительно задремавшую Хивон и та, зевая, принялась первой работать ложкой, так как получила от меня тарелку.       Я решил дождаться второй партии и тяжко вздыхал, смотря на дверь кухни, поэтому не сразу заметил присоседившуюся рядом Хан Суён. Когда же её «обнаружили», она снова кинула на меня насмешливый взгляд, вертя в руках ложку.       Мне пришло сообщение в чат Полуденной Встречи, не догадаетесь, от кого.       [Ты не ответил на вопрос.]

      [Потому что это был не вопрос, а твой горячечный бред.]

      [Все знали, что вы спите. Или догадывались. Не строй из себя девочку на первом свидании, тебе не идёт.]

      [Богом прошу, замолчи. Я даже не могу понять, откуда ты взяла такое.]

      [Ты идиот? У тебя засос на шее размером с луну.]       Я тут же потянулся к тому месту, куда меня укусил Ю Джунхёк и только после ехидно прищуренных глаз, я вспомнил, что перед выходом из подземелья смазал все синяки заживляющей мазью.

      [Ты соврала.]

      [А ты, глупец, повелся. Отвечай на вопрос, пока госпожа Хан добрая.]       Меня спас Ю Джунхёк с новым подносом еды. Он сел рядом с Суён, которая теперь хотела и его спровоцировать, и раздал всем голодным по тарелке. Настала тишина, прерываемая лишь сёрбаньем и звоном ложек о посуду, отчего атмосфера была похожа на школьную столовую. Было хорошо и спокойно, не испорчено всякими сценариями с ципао и тому подобное.       Ну, знаете, до того момента, как один ублюдок не открыл рот.       — Я люблю Ким Докчу.       Я выплюнул суп прямо на него, пока Хан Суён, которая подавилась от внезапного смеха, судорожно пыталась сделать вдох. Ю Сана интеллигентно прикрыла рот ладонью и выглядела не столько удивленной фактом признания, сколько тем, что это сказал с невыразительным лицом именно Ю Джунхёк, который даже не прервал трапезу. Остальные выглядели достаточно шокировано, хотя я заметил, как под столом вздохнувшая Хивон и Сольхва обменялись монетами, причем лицо Ли Сольхва было очень довольным.       Она так и осталась лучшим игроком в мафию.