Маскарад

      Взглянув на себя в зеркало, Осаму заправил выбившуюся прядь волос за ухо. Взяв со столика конверт, парень засунул в него приглашение и спрятал во внутренний карман пиджака. Черная, украшенная перьями и жемчугом маскарадная маска закрывала только верхнюю часть лица.       Красиво выведенным почерком, письмо гласило, что будущая миссис Сакуноске желает видеть Дазая в качестве гостя на званом балу-маскараде в честь помолвки. Строгий дресс-код и маска, приложенная в подарок. Было бы дурным тоном не прийти именно в ней. Как полагается, гостям также придумали развлечение: найти самого жениха, посредством светских бесед. Победителю даже приз полагается. Осаму ухмыльнулся, его не интересуют деньги. Но вечер обещает быть весёлым.       Морской бриз на палубе треплет вьющиеся пряди. Перья покачиваются, когда Дазай в реверансе к очередной даме склоняется, целуя нежную ручку. Сжимая подол длинного платья, девушка хихикает, отводя взгляд в сторону и соглашается на танец.       — Знаю ли что-нибудь о женихе? Конечно! Кто не знает. Его доброе сердце защищают латы храбрости и верности. Поговаривают, что он высокий и безумно красивый. Ах, даже завидно.       Осаму расплылся в улыбке, сжимая тонкую талию, и прижал девушку ближе к себе, удерживая её в последнем прогибе над танцполом.       Остановив мимо пробегающего официанта, Дазай взял с металлического подноса бокал шампанского.       Взглядом коньячных глаз окидывает просторный бальный зал, освещаемый сотней ламп и огромной хрустальной люстрой. Трудно поверить, что это помещение находится на не таком уж и большом лайнере. Внутри бесчисленное количество безликих фигур, слившихся в единое пятно. Душно.       Ступая по деревянной палубе, Осаму опёрся на прямых руках о перила корабля, перенося на них свой вес. Немного перегибаясь через поручень, парень прикрыл глаза, наслаждаясь свежим морским бризом, оглаживающим его лицо.       Обхватывая одной рукой Дазая в объятия со спины, Сакуноске зарылся носом в каштановые волосы, вторая же рука нашла опору на поручне рядом с рукой Осаму.       — Я думал, это мне тебя искать нужно.       Парень улыбнулся, дав себе немного времени насладиться мягким теплом, что дарил выдыхаемый Одой воздух. А после шатен обернулся и оказался с обеих сторон прижат к поручню лайнера.       Два голубых глаза из-под похожей черной маски, словно незабудки, смотрели мягко и требовательно на Осаму. Тёмно-красные зализанные пряди абсолютно не шли тому Сакуноске, которого знал Дазай.       — Я соскучился.       Одна рука Оды мягко огладила щёку парня. Колено Сакуноске само опёрлось меж ног Дазая. Губ коснулся полный нетерпения поцелуй. Бинтованные руки оплелись вокруг шеи, не позволяя отстраниться.       Кончик языка ласкает верхнюю губу, дразнясь, а после проникает в ротовую полость, проезжаясь по острым зубам, мягким щекам и рельефному нёбу. Осаму ласкает чужой язык, мешая слюну, наслаждается вкусом и невозможностью дышать — настолько страстным и томным вышел их с Одой поцелуй.       — А ты неплохо повеселился, м.       Сакуноске не выпускал Дазая из объятий, уложил голову ему на плечо и ласково поглаживал большим пальцем шершавые бинты на запястье парня.       — Мне столько про тебя интересного рассказали, Одасаку, не поверишь.       Осаму засмеялся, подняв голову и увидев выражение лица Оды. Он прижался к парню ближе и накрыл его руку своей. Прижал их к своему сердцу. На губах расцвела ласковая, немного грустная улыбка. И её тут же накрыл ещё один до боли нежный поцелуй.       — Чтобы там ни было, ты меня знаешь лучше всех, Осаму. Ты важнее всего в мире для меня. Я люблю тебя.       — Я тоже люблю тебя, душа моя, очень-очень сильно.       Стоя на палубе, эти двое разговаривали ещё очень и очень долго, их успели потерять, так что Оде пришлось вернуться в зал.       Осаму же оставался под ночным небом до самого причала, храня в своей душе безмерные чувства, свидетелем коих стало море, что лелеет звёзды так же отчаянно сильно.