Чертовское возмездие

      С дикими криками волшебники покатились по склону. Катившийся первым Блейз еле-еле успел выкрикнуть заклятье, чтобы не врезаться в больших размеров камень. Однако от начала остальных его это не спасло. Все кубарем повалились на слизеринца, прижав к тому самому валуну. Пэнси повезло больше остальных — в разлом она полетела самой последней. Ушибы и синяки — нормальное явление для студентов, но не в таком количестве.       Первое, что сделали все — подняли палочки и сразу же осветили местность. По закону жанра это было что-то вроде лесополосы или окраина леса, так как деревьев и кустарников было гораздо меньше. Блейз, Рон и Том помогли встать Полумне, Пэнси и Дафне, а Симус под руки поднял Асторию.       — Конечно, я многое видала, но это… — вздохнула Полумна. — Даже для меня это неожиданность, — она вышла вперёд, но Блейз вовремя схватил её за руку и встал первым. Рон лишь хмыкнул, видя явную симпатию, а вот Пэнси этот жест не оценила. — В чем дело?       — Гоменум Ревелио, — прошептал парень. Огонёк на конце палочки замигал, что заставило всех содрогнуться от страха. Значит, монстры проникли следом за ними. Но если бы кто-то прыгнул за Пэнси, уже на первом бы этапе всех бы сожрали.       — Она играет с нами, — сказала Пэнси.       — Кто? — удивились все, кроме слизеринцев.       — Та, кто навевает всем кошмары и создаёт монстров, — сказала Джинни. Пэнси лишь искоса посмотрела на неё, — я краем уха слышала ваши разговоры в коридоре.       — Надо говорить потише, — кивнул Том, — в любом случае, монстры не рядом с нами, значит, у нас есть время.       — На что? — возмутился Рон.       — Чтобы понять, где мы оказались, — ответил тот.

***

      Гарри рухнул на землю и врезался прямо в столб большого дерева, следом покатился в сторону Драко, а потом и Милисента с Лавандой. Все четверо получили ушибы, но не настолько значительные, чтобы не встать самостоятельно. Поттеру досталось сильнее, так как удар был самым первым, и никто не смягчил падение.       — Хоть руки и ноги не оторвало… — прошептала Лаванда, пытаясь подняться. Упавшая рядом с ней Милисента сразу же нащупала палочку и осмотрела себя, чтобы знать, насколько всё плохо. Драко делал то же самое, а вот от места падения гриффиндорца не было ни звука. Переглянувшись, слизеринцы быстрым шагом пошли туда и увидели, что Гарри без сознания, и у него разбита голова.       — Господи, Гарри! — вскрикнула Лаванда, но тут же Милисента заткнула ей рот.       — Дура, не ори, за нами могут послать погоню. Драко, насколько всё плохо? — парень разорвал рубашку на груди Поттера, послушал сердце, нащупал пульс и с помощью заклятья измерил температуру. По глазами стало ясно, что всё не так уж и радужно. Поняв это, Милисента оторвала часть рубашки, сотворила чашу с водой и сделала компресс.       — Твою мать, это отягощает дело, — буркнул Драко, — вода недостаточно… — тут что-то булькнуло. Это Лаванда заморозила часть воды, создав лёд на дне.       — Какие у нас шансы выжить в неизвестном месте? — спросила гриффиндорка.       — Учитывая то, что мы даже не знаем, где находимся, небольшие, — вздохнула Мили, — сейчас главное, чтобы Поттер не откинул ласты.       — Откинул «что»? — удивилась Браун.       На мгновение перед глазами Драко и Милисенты возник образ Гермионы, благодаря которой в последнее время в их лексикон «ворвались» маггловские фразочки и словечки. Да, это было даже странно, однако слизеринцы ничего не могли с этим поделать. Драко и Милисента как могли оказывали медицинскую помощь, но Гарри никак не приходил в себя.       — Лав, подойди и подмени меня, а я осмотрюсь, — сказала Милисента. Гриффиндорка заняла место медсестры, а слизеринка вызвала заклятье света и стала осматриваться.       Поляна была небольшой, больше похожей на какое-то заброшенное место, где никто уже давным-давно не бывал. Это было даже странно и как-то жутко. Конечно, Милисента подозревала, что появившийся из неоткуда разлом ни к чему хорошему не приведёт, но даже не подозревала, что они окажутся х*ен знает где, да ещё и с гриффиндорцами под боком. Откуда-то справа послышался зловещий вой, который шёл по нарастающей. Девушка замерла на месте, как и Лаванда с Драко.       — Я бы никогда не хотел слышать этот звук…       — Это псы гончие… — дрожащим голосом прошептала Лаванда, меняя уже в третий раз компресс. — Что нам делать?       Милисента кинулась к небольшим кустам и начала что-то судорожно искать, хотя ничего съестного там быть просто не могло. В итоге девушка кинула какое-то растение под ноги спутникам.       — Волчий аконит, — догадались Лаванда с Драко.       — Ты гений, — сказал Драко, и тут послышалось недовольное мычание. Это Гарри как раз вовремя начал приходить в себя.       — Давайте поднимайте его, нужно уходить, — прошептала Мили, — то, что мы помажемся аконитом не гарантирует того, что он спасёт нас от диких псов.       Лаванда и Драко помогли Гарри встать, чтобы он хотя бы более или менее твёрдо стоял на ногах, затем, вооружившись волшебными палочками, стали продвигаться дальше в лесную чащу, молясь, чтобы эти псы не были ужасными монстрами и пощадили их.

*Больничное крыло*

      Гермиона ворочалась, лежала неспокойно, словно ощущала, что с её друзьями что-то происходит. Рана на голове не давала покоя, да и чьей-то воздействие не позволяло девушке открыть глаза, чтобы унять головную боль. Слизеринка была словно заперта в собственном теле. Мадам Помфри то и дело подходила к ней, чтобы измерить температуру и наложить повязку, но такие скачки говорили о воспалении, которое врач никак не могла найти. И тут в какой-то момент время остановилось. Двери палаты открылись и зашла высокая женщина в зелёном плаще с капюшоном. Она, обогнув Помфри, склонилась над телом больной Гермионы и провела пальцами по её щеке. Янтарные глаза сверкнули, словно передавая какое-то послание, и правая рука девушки дёрнулась, словно во сне крепко сжимала палочку.       — Это твоя реальность, тебе их и выводить, — прошептала незнакомка и испарилась, возвращая временные петли.

***

      Полил дождь, как из ведра. Две группы, наконец, нашли друг друга и в данный момент пытались найти хоть какое-то укрытие, чтобы спастись от дождя и холода. Вооружившись всеми возможными заклинаниями, студентам это всё-таки удалось, но проблему это не решало, а скорее усложняло и уводило их дальше от возможного спасения.       — Я впервые попадаю в разлом, — сказал Блейз, — никогда подобного не видел.       — Грейнджер рассказывала, — подала голос Астория, — что во сне у неё такое случалось частенько.       — Хочешь сказать, что мы в её сне? — недовольно огрызнулся Рон.       — Она права, — сказала Полумна, — возможно, пытаясь спасти нас, Гермиона укрыла нас там, где сама когда-то нашла убежище?       — Я один думаю, что это бред собачий? — возмутился Уизли.       — Может и нет, — сказал Гарри, — сам посуди, кто ещё мог открыть разлом, как не тот, кто знаете его?       — Даже если и так, без Гермионы мы не сможем найти выход, — сказал Рон.       — С каких пор она стала «Гермионой», а не «Грейнджер»? — удивился Драко.       — С тех самых, как и для тебя, идиот.       — Да ты…       — Хватит! — возмутились Том, Пэнси и Дафна.       — Сейчас не время и не место, — сказала Паркинсон, — мы не выберемся отсюда, если не поймём, КАК отсюда выбраться.       — Отличный план… Великолепный… — ворчал Рон.       Очередной вой содрогнул их волю, а сердца ушли в пятки. Парни были готовы нападать, но почему-то какое-то шестое чувство подсказывало, что в этом нет надобности. Том, выйдя вперёд, осветил дорогу и увидел еле-еле заметный мерцающий огонёк вдалеке. Приказав всем подниматься, парень соорудил большой зонт из заклятья, под которым они пошли вперёд. Оставалось надеяться, что это была не N, и опасность им не угрожает. Выйдя на то место, где был большой валун, они увидели силуэт, который порезал себе руку и открыл ещё один разлом. Каково же было их удивление, когда в спасителе они узнали Гермиону.       — Но как… — прошептал Драко. — Ты же в больнице…       — Я открыла разлом, я должна вас и вернуть, — спокойно ответила девушка, — я всё ещё без сознания, поэтому по факту это лишь астральная проекция.       — Но без помощи…       — Нам кто-то помогает, — сказала слизеринка, — и это не враг. Так что спокойно проходите и ложитесь спать.

*Подсознание Гермионы*

      На этот раз всё было вроде мирно, если бы не тот факт, что девушка уже который раз пытается найти дверь и проснуться, но никак не получалось; от этого Гермионе было ой как не по себе. Голова раскалывалась от жуткой мигрени, холод несусветный, словно её окружила толпа невидимых дементоров. Девушка блуждала по какому-то зданию уже битый час, если не дольше.       Обычно сон состоял из каких-то обрывков, криков, теней тех, кого N собирается убить, но этот отличался от предыдущих. Слизеринка даже заподозрила, что это не пророческий сон, а скорее предупредительный, и даже не представляла, НАСКОЛЬКО близко она была к истине.       «Гермиона…» — послышался еле-еле слышный шёпот. Резко обернувшись, девушка приготовилась атаковать противника в случае опасности, но за спиной никого не было. Вооружившись палочкой, Гермиона собиралась идти дальше, но откуда-то слева из-за стены раздался ещё один, только более отчётливый, шёпот:       «Спаси нас…»       — Том, — догадалась Гермиона и, взрывным заклятьем разрушив стену, побежала на голос. С каждым шагом он усиливался и усиливался. Звучал то один, то сразу несколько голосов, пока они не смешались в один, почти неразборчивый, и Гермиона не понимала, КТО именно её просит о помощи.       Наконец, оказавшись в старом кабинете, в котором всё было верх дном, девушка, используя световые чары, осветила помещение, вот только за спиной раздался скрип, больше характерный для старых-старых маггловских стульев или табуретов. Оглянувшись, девушка ужаснулась. Старые гнилые стулья и табуретки действительно были, вот только они были опрокинуты, а скрип был не от них, это скрипел потолок, на старых балках которого были повешены те, чьей смерти Гермиона так сильно боялась: девять слизеринцев, трое гриффиндорцев и одна гриффиндорка. Крик застрял у девушки в горле так плотно, что она даже не смогла его выпустить наружу.       — Ты зашла слишком далеко, дорогая, — настолько противного и скверного голоса Гермиона никогда не слышала. Ей не нужно было поворачиваться, чтобы понять, КОМУ он принадлежит. N торжествовала, видя мокрые дорожки от слёз на щеках слизеринки. Злодейка смаковала каждый момент, каждую секунду этого мгновения. Больше ничего для счастья ей, наверное, было не нужно, — сколько раз тебе можно говорить о том, что их смерть неизбежна?       — Предлагаешь сдаться и ждать, когда Азраил заберёт их, а потом и меня?       — Да, просто сдаться и смотреть, как я их забираю, — усмехнулась N, — иначе я просто задушу каждого во сне.       — У тебя нет такой власти.       — Самоуверенность погубит тебя, Миона.       — Чего ты хочешь?! — воскликнула Гермиона. — ЧЕГО?!       — Справедливости, — ответила N, — только и всего. А они…       — Так вот в чём дело, — всплеснула Гермиона руками, — тебя бесит просто их присутствие. Как неожиданно. Что ж, тогда забирай их, я тебя не держу и сдаюсь, — подняв руки вверх, сказала слизеринка, — только выпусти меня отсюда, наконец, я хочу пИсать, срать и жрать.       Слова Гермионы возымели нужный эффект. N довольно захлопали в ладоши и, щёлкнув пальцами, открыла дверь, ведущую в реальность.       — Есть только одна маленькая деталь… — уже возле выхода сказала Гермиона.       — Какая же?       — Они под защитой.       — Чьей?       Наконец, N увидела, что у девушки окровавлена правая рука. Удивившись этому, злодейка пожала плечами, но когда поняла, ЧТО это за порез, скривилась и чуть ли не завопила.       — Магия крови… — прошипела N. — Твою мать… где ты её вообще нашла… ты не в том состоянии, чтобы вытворять такое!       — Ты не поверишь, как жажда жизни влияет на адреналин в крови, — улыбнулась Гермиона, — я стремилась к этой реакции и могу с уверенностью сказать, что смакую каждую секундочку этого момента. Даже если ты и захочешь кого-то из этих повешенных убить, у тебя это не получится. Магия крови, ты самая не дура, очень образованная, знаешь, разрушить нельзя. Меня тебе убивать никакого резона нет, иначе бы давно уже это сделала, значит, у нас с ребятами ещё есть время, чтобы всё хорошенько продумать, — помахав рукой, Гермиона вышла.       — Сучка! — крикнула N ей вдогонку.

*Больничное крыло*

      Вскочив с кровати, Гермиона сразу же осушила стакан с ледяной водой, стоявший на прикроватной тумбочке, затем задернула ширму и села обратно. То, что девушка обезопасила самых близких — это хорошо, однако других ей спасать придется своими силами, так как на всех магии крови не хватило бы.       Внезапно двери хлопнули. Послышались быстрые шаги мадам Помфри. Женщина, увидев тех, кто пришёл, так и застыла посередине большого зала.       — Мадам Помфри, давайте без лишних вопросов, — тут же сказала Пэнси. Врач посмотрела на Тома и Рона, которые поддерживали еле стоящего на ногах Гарри.       — В такие моменты у нас с вами договоренность, — вышла из-за спины Милисента, — пожалуйста, дайте аптечку, мы сами всё сделаем, — Помфри не стала спорить, лишь пробурчала что-то под нос, поставила тот аптечки и пошла заниматься своими делами, — сажайте его на кушетку.       Только Помфри ушла, Гарри потерял сознание, так что Драко и Блейзу пришлось помогать парням класть бессознательного на горизонтальную поверхность. Пэнси сразу же приступила к обработке ран. Над остальными корпели Полумна и Милисента. Особенно досталось Тому и Рону, так как в роще они отбивались от чудовищ. Лаванда обречённо села на пол возле кровати и начала вытирать пыль с лица.       Выглянув украдкой из-за ширмы, Гермиона ужаснулась, так как не ожидала увидеть ребят в таком состоянии, да ещё и в окружении гриффиндорцев с когтевранцами — это было как минимум странно. Драко что-то говорил Рону, и до девушки дошло, что речь идёт о каком-то разломе.       — Где вы, нах*ен были?! — возмутилась Гермиона, подойдя ближе. Её появление удивило всех, даже Лаванда чуть ли не подскочила от неожиданности. Том повернулся, чтобы что-то сказать, но тут Гарри схватил его за запястье и, сев на кушетке, решил сделать это сам.       — К тебе вопросов не меньше… — сказал парень. Слизеринка в недоумении посмотрела на него.       — В каком смысле? Я вроде не в земле и не с ссадинами по всему телу. По вам будто трактором прошлись.       — А ты в другую реальность попади — не такое случится, — буркнула Лаванда.       — Чего? — усмехнулась Гермиона. — Других реальностей не бывает.       — Теперь мы с уверенностью можем утверждать обратное, — сказала Милисента.       — И ты туда же?!       — Гермиона, это правда, — к ней подошёл Том, — ты ничего не помнишь?       — А я тут каким боком???       — Это ты вообще-то открыла разлом, — недовольно отозвалась Джинни.       — Я?! Это невозможно, я была без сознания и очнулась…       — Если бы я тебя не видел своими глазами, то тоже не поверил бы, — подал голос Рон, придерживающий Гарри под спину, — но ты была там, на другой стороне, и с полной уверенностью говорила, что нас кто-то помогает, затем открыла разлом, и мы вернулись туда, где он был изначально открыт — в Запретном лесу.       — Бред какой-то… — покачала головой Гермиона. — Как я в бессознательном состоянии могла быть в другой реальности, которой в принципе быть не может?! Где вы хоть были?       — Мы так и не выяснили: времени не было, — прошептал Гарри, — но одно нам всем ясно точно: ты напрямую связана с N.       — Это итак было ясно с самого…       — Нет, Миона, — сказала Пэнси, — нас всех целенаправленно хотели убрать с дороги, уничтожить. Убивать нас нет никакого смысла, значит, эта сучка хотела на кого-то повлиять. А твоё появление только укоренило наши подозрения.       — Ваши? — усмехнулась Гермиона. — С каких это пор вы доверяете когтевранцам и гриффиндорцам?       — Жажда жизни ещё и не такое сделает, — сказал Драко.

*Спустя несколько дней*

      То, что сны видела не только Гермиона, и почти все, кто её окружал наводило только на одну мысль — они взаимосвязаны, вот только каким образом? Чтобы всё это понять, нужно соединить все пазлы воедино. Для этого нужно поговорить.       — Не понимаю, зачем нас здесь всех собрали, — возмущалась уже который раз Лаванда, — нам что, проблем мало? Разговорами делу не поможешь.       — Уймись, Браун. Раздражаешь! — фыркнул Тео. — Неудивительно, что тебя мало кто с твоего же факультета терпит!       — А ты вообще ротик прикрой! — отозвался Рон. — Не тебе ей рот закрывать!       — Да неужели… — оба уже хотели достать палочки, как вдруг те выскочили у них из рук и оказались у Гермионы в сумочке. Девушка с Томом и Драко как раз вовремя зашли на огонёк. Реддл оперативно закрыл дверь и все могли, наконец, поговорить. Человек здесь было около десяти, которые обычно и сталкиваются лбами или же попадают в совместные не самые хорошие ситуации.       — Так… если вас здесь собрали, значит, у нас общая проблема, как и сказала Лаванда, только она гораздо глубже, чем мы думали раньше, — сказала Гермиона.       — А конкретнее? — подал голос Рон.       — Изначально кошмары с участием студентов и профессоров снились только мне, начиная с первого курса. Но вот только на седьмом они стали посещать всех, кто находится в этой комнате.       На лицах всё было написано. Том и Драко внимательно наблюдали за каждым и поняли, что Гермиона попала в точку. Каждый раз, каждое столкновение было неслучайным, а значит, в этом замешана не только она.       — Насколько я знаю, снятся нам они по-разному: кто-то видит монстров, кто-то видит дементоров, кто-то людей в зловещих масках, а кто-то змеиное лицо в зеркале или даже кроваво-красные глаза. Раньше я думала, что это как-то разделяет каждого, но сейчас просто уверена, что каждый из 50-ти наших снов — это часть общей картины.       — Хочешь сказать, что мы потенциально видим частички одного события? — спросил Гарри.       — Непросто события. Я думаю, что эти сны навеяны нашими же воспоминаниями.       — В СМЫСЛЕ?! — возмутились все.       — Откуда они могли взяться вообще?!       — Поттер, помнишь, как мы попали в разлом, тогда в лесу? — спросил Драко.       — Ну да. Еле выбрались… — и тут до Гарри дошло. — Подожди, ты хочешь сказать, что кто-то из нас попал в прошлое и изменил его?       — Не просто изменил, а сделал всё возможное, чтобы корень проблемы не родился, — сказала Гермиона.       — И, кто же корень всех наших проблем? — удивился Гарри. Гермиона тяжело вздохнула и перевела взгляд на Тома. Все были не менее шокированы, нежели Поттер, стоящий к нему ближе всего. — Том был в прошлом?       — Сомневаюсь, что он сам же подстроил свою смерть во младенчестве, — сказала Гермиона, — я не знаю, кто, но тот, кто впустил сюда чудищ и монстров, включая дементоров, знает того, кто к этому причастен. Пока мы этого не поймём и не найдём виновника, убийства не прекратятся.