Чертовское возмездие

      Всё последующее время студенты занимались наглядным изучением артефактов, Снегг даже позволил притронуться к ним. Одними из последних к экспонатам подошли Гермиона, Симус и Рон, так как сидели дальше остальных. Проходя мимо Поттера, девушка на мгновение встретилась с ним взглядами, что-то подсказывало ей, что это было неспроста. Когда студенты заняли свои места, а четверо оставшихся изучали артефакты, внимание Гермионы привлекло два экспоната, на которых она и заострила его. Первым была неглубокая металлическая чаша с вырезанными на ободке рунами и украшенная драгоценными камнями, а вторым – маленькие песочные часы, посаженные на ось, которая в свою очередь крепится на длинной золотой цепочке.       - Я вижу, что Омут памяти и Маховик времени особенно вам приглянулись, мисс Грейнджер, - спокойно сказал профессор, - внешний вид привлёк или же их назначение?       - Скорее внешний вид, однако с этим, - девушка указала на песочные часы на цепочке, - я уже знакома: видела, когда была на экскурсии в Министерстве магии два года назад.       - Да, Маховик времени – один из уникальнейших артефактов любого периода, - кивнул Снегг, - что можете сказать о нём?       - Ничего такого, чего кто-то не знал, - пожала плечами семикурсница, - его главная задача – перемещение во времени того, кто находится в поле досягаемости, достаточно лишь накинуть цепочку и всё, - к девушке подошёл Том.       - Может быть, мистер Реддл что-то добавит?       - Это не совсем типичный Маховик, - сказал парень, на что Гермиона вопросительно посмотрела на него.       - Что ты имеешь в виду?       - Взгляни на руны по оси, - сказал Том. Не рискнув дотронуться до украшения, Гермиона присмотрелась. «Omni momento et hora metior, sed solem adhuc praecurrere non potui».Вроде бы ничего подозрительного, однако у слизеринки была слишком хорошая память, чтобы не заметить, что обычно состоящее из двух частей наречие, отображало на этом маховике только первую: «Я отмеряю каждый миг и час, но солнце обогнать пока не смог».       - Наречие выгравировано не полностью, сэр, - сказала Гермиона. Снегг удивился.       - Что вы имеете в виду?       - Полная надпись звучит так: «Omni momento et hora metior, sed solem adhuc praecurrere non potui. Pretium meum ac robur, omnia tibi, ut omnia in tempore facere possis»: «Я отмеряю каждый миг и час, но солнце обогнать пока не смог.Моя цена и сила, все для Вас, чтобы успели Вы все сделать в срок», - сказала Гермиона.       Нельзя передать словами то, что ощущали двое слизеринцев в этот момент, особенно учитывая то, насколько озадаченным выглядел Снегг при этом. Рон и Симус, стоящие чуть поодаль, переглянулись, так как точно не могли утверждать: правы Том и Гермиона или нет. Если бы не тот факт, что одни из лучших студентов на полном серьёзе говорили об ошибке, все бы уже смеялись, но это выглядело просто удивительно.       Молчание затянулось, и Гермиона решила вернуться на место, чтобы никого не смущать, но всё-таки поймала взволнованные взгляды сокурсников. Рон и Симус, присоединившись к напарникам за партами, молчали, чтобы не накалять обстановку.       Уже спускаясь по лестнице, Гермиона шла быстрее остальных, чтобы никто не успел подойти к ней с расспросами, особенно, когда девушка не знает ответа. Она была точно уверена, что надпись была иной, точнее, состоящей из двух частей, а не из одной, сомнение внушал лишь взгляд профессора.       «Чёрт, опозориться так на весь класс! Да ещё и перед когтевранцами… небось будут кости мне перемывать… да ещё и обеденное время…».       В какой-то момент девушка почувствовала неожиданную слабость, тело словно стало «ватным», а когда она спускалась в Главный зал, её пробило холодным потом. Это стало причиной того, что Гермиона выронила учебник с тетрадью, и чтобы не упасть, облокотилась на гобелен в углу между лестницей наверх и той, что вела к вестибюлю. Идущий сзади Блейз вовремя подбежал к ней и увидел, что на её лице проявилась обильная испарина, крупные капли пота выступили на лбу.       - Ты как? Может, довести тебя до скамейки? – спросил Блейз, взяв сокурсницу под локоть. Гермиона ничего не сказала, так как звуки постепенно угасали, и голос слизеринца звучал издалека. Было ощущение, словно в уши заткнули вату. Гермиона едва различала всё, что происходило вокруг неё, внезапно она осознала, что вот-вот потеряет сознание и явственный рокот тугого потока густой, тягучей жидкости - это её же кровь, словно звук из морской раковины. Зрение постепенно угасало, свет просто гаснет подобно солнечному затмению, и становится темно. – Герми? - то, что происходило дальше, Гермиона не помнила, так как потеряла сознание в одном мгновение прямо на руках Блейза.       Девушка лежала на чём-то холодном. Именно ощущение того, что до костей пробирает, Гермиона и очнулась. Желание что-то надеть, спрятаться или хотя бы разжечь камин в гостиной, появилось спонтанно. Однако стоило ей открыть глаза, как Гермиона поняла, что находится отнюдь не в гостиной Слизерина и даже не в Больничном крыле, как могло бы быть. Оглянувшись, слизеринка ничего не увидела, потому что было темно, как в банке. Пятая точка настолько была холодной, что даже сквозь слабость во всём теле, Гермиона всё-таки поднялась. В руке и в поле зрения не оказалось волшебной палочки, а колдовать бессловесно девушка не рискнула. Пришлось «щупать» воздух руками, чтобы понять, где находится. Вокруг была пустота, и это пугало сильнее всего.       - Кто здесь? – тихо спросила Гермиона, услышав только свой голос, отдающий эхом далеко вперёд: «Кто здесь», «Кто здесь», «Кто здесь», «Кто здесь», «Кто здесь»…       «Странно… такое эхо может быть разве что в каком-то тоннеле? Но разве я могла дойти до такого места?» - задала Гермиона себе резонный вопрос. Идти куда-то так далеко вслепую было более, чем глупо, но разве у неё был выбор? Слизеринская настойчивость взяла верх, и Гермиона всё-таки начала свой путь вперёд. Спустя какое-то время она поняла, что по бокам есть стены, на которые можно опереться, что, в принципе, Гермиона и сделала. Дорога была длинной. Отсутствие света и возможности смотреть на часы выбивало молодую волшебницу из колеи, но она старалась держаться, ведь сейчас ей никто помочь не сможет. В голове промелькнула мысль, что это снова козниN, ведь в отличие от друзей, на себя Гермиона никак не могла наложить заклятье на крови для защиты, так что страх переде неизвестностью вполне ясен.       Наконец, впереди неожиданно появился свет, который ослепил Гермиону, и ей пришлось прикрыть глаза рукой. Настойчиво идя вперёд, слизеринка слышала обрывки чьих-то слов, словно кто-то или громко разговаривал, или спорил с кем-то. Страх перевесил, и Гермиона остановилась настолько близко, чтобы её не могли обнаружить, но, чтобы можно было чётче услышать тему разговора.       - Гарри, ты должен сообщить об этом Сириусу! И даже не спорь со мной! – слизеринка опешила – это был её голос, который ни с чьим другим нельзя было спутать. Она говорила с Поттером? Да ещё и о его крёстном? Любопытство взяло верх, и Грейнджер шагнула вперёд. Тёмный страшный тоннель был позади, а впереди какая-то старая комната с обшарпанными стенами. Словно….       «Точно! Это дом семейства Блэк!» - догадалась девушка. Ещё один шаг ей сделать не дали: сзади кто-то схватил её, прижав к невидимой стене и зажав рот рукой. Тот, кто сдерживал её, был сильным, но не выше неё самой. Повернуть голову и увидеть нападавшего было нереально, так как силы были неравны. Её словно заставляли смотреть и слушать, не имея возможности вмешаться.       На старой кровати спиной сидел Гарри Поттер, а напротив стоял Рон Уизли (что неудивительно), а вот голос, принадлежавший ей самой, был где-то вне поля зрения. Когда же «Гермиона» показалась, слизеринка опешила, потому что та выглядела иначе: вместо привычной тёмно-русой косы были волнистые волосы, одета в какой-то полосатый свитер и потёртые джинсы, на ногах старые кеды. Гермиона не узнала саму себя, словно каждое утро видела другого человека. Это в голове никак не укладывалось.       - Смотри… - прошептали ей на ухо.       - И что Сириус скажет, по-твоему? Что мне не стоит брать это в голову? Что я только зря переживаю? – язвительно ответил Поттер. Стоящий напротив Рон тяжело вздохнул и пожал плечами.       - Гермиона права, Гарри. Сам ведь посуди, что сны, где ты ползёшь, ощущаешь себя в холодной комнате, опасны. Неужели тебя это не беспокоит?       - Нет, блин, конечно мне наплевать! – огрызнулся Гарри. – Даже если я расскажу обо всём Сириусу, чем он может помочь?       - Я не знаю, но… - «Гермиона» подошла, чтобы сесть рядом, но Гарри резко встал, оставляя попытку девушки без удовлетворения. – Это лучше, чем оставаться с таким наедине. Волан-де-Морт…       - Гермиона, я не хочу разговаривать на эту тему! Оставьте меня, пожалуйста.       - Друг… - Рон тоже попытался подойти, но Гарри лишь отмахнулся. «Гермионе» и Рону ничего не оставалось, как покинуть комнату.       Гермиона, наблюдавшая за всем из-за какой-то невидимой стены, не понимала, что происходит, да и хватка оппонента была настолько каменной, что даже мысли в голове спутались. Наконец, когда картинка исчезла, оставляя девушку в замешательстве, нападавший отпустил её. Резко повернувшись, Гермиона уже хотела кинуться на него, как тут же отшатнулась. Перед ней стоял Драко.       - Какого хрена… - вылетело у неё изо рта. Драко снял плащ и кинул его на бетонный пол. Только сейчас Гермиона поняла, что находится в коридоре Хогвартса, который ведёт в их гостиную. Девушка даже не знала, что сказать, потому что всё это не укладывалось у неё в голове.       - А я думал, когда же ты снова тут объявишься, вот и дождался, - с ухмылкой сказал слизеринец.       - В к-к-каком это смысле? – заикаясь, спросила Гермиона, и тут её взгляд упал на предплечье левой руки. Девушка бесцеремонно подошла и приподняла рукав, оголяя заинтересовавший её участок. Там был изображён чёрный череп со змеёй, выползающей изо рта знак на внутренней части левой руки. – Что это… у тебя не было такой татуировки… - действия Гермионы смутили или даже разозлили Драко, он довольно грубо убрал её руку и спрятал рисунок.       - Это непросто татуировка, Грейнджер, - сказал парень, затем оглянулся по сторонам, словно боясь, что их кто-то подслушивает или может прервать на неудобном моменте, - у нас мало времени, я не могу долго здесь находиться. Ты должна кое-что знать.       - Что именно?       - N, - сказал Малфой, - она не настолько сильна, как может себя позиционировать, у неё тоже есть лимит и слабости. Твоя задача понять, откуда она черпает энергию и за счёт кого питается.       - В смысле питается? Как у волшебника может быть какой-то лимит сил? – приподняв брови, спросила Гермиона.       - Она необычная колдунья.       - Хочешь сказать, что она не является таковой? – Драко кивнул. – Но где мне найти всё то, что ты перечислил и как это может помочь в борьбе с ней?       - Найдешь слабости – сможешь контролировать. Одна из самых больших слабостей человека — позволять своим эмоциям властвовать над собой, - намекнул парень. И тут Гермиона сообразила.       «Она никогда не показывает свои слабые стороны. Бесстрашная, ничего не боится, властная, тщеславная, резкая, грубая… типичный архетип нарцисса. Единственный раз, когда она показала свои эмоции – ситуация с обрядом на крови, ведь это не входило в её планы, мне даже показалось, что N не ожидала такого поступка от меня. Мы едва знакомы, но она всеми своими действиями показывает, что знает обо мне всё. Что-то здесь не так: или она что-то скрывает, или ей нужно конкретно чего-то добиться…» - подумала про себя Гермиона.       Внезапный холод испугал обоих. Не понимая, что это и откуда, Драко и Гермиона испытали отнюдь не приятное ощущение холода. Посмотрев наверх, Гермиона увидела, что обстановка изменилась: они были на улице, где очень быстро набежала низкая тяжелая туча, и тут же пошёл крупный дождь. Такая смена погоды была типична для магических аномалий, тем более, когда всё это происходит в голове у девушки.       «Она здесь», - догадалась Гермиона. Резко Драко сковывают цепями, это естественно, обездвижило парня, затем по волшебству притягивают и бросают на землю спиной. Как и предполагала слизеринка, это дело рукN. Она стояла там, где у её ног лежал Драко, у которого даже возможность говорить отобрали.       - Ты искал её, а я искала тебя, - покрутив палочку между пальцев, сказала колдунья, - не знаю, много ли ты успел сказать, милый, но ей это несильно поможет! – Гермиона уже хотела подойти, чтобы помочь, но в голове прозвучал голос парня:       «Не надо. Не трать время. Она сама проникла в твоё подсознание, значит, стоит тебе очнуться, она тут же вылетит отсюда. Ты прекрасно контролируешь свой разум, значит, просыпайся, приходи в сознание!»       - Мы вскоре встретимся, Миона, - подала голос N, - значит…       - Ты на кого-то уже положила свой глаз.       - Конечно. Ведь прошло достаточно времени, чтобы…       - Ты права, - перебила её Гермиона, - Драко рассказал мне не так уж много, однако этого хватит, чтобы разработать тактику борьбы с тобой.       - Правда? – рассмеялась N. – У тебя против меня ничего нет.       - Это мы ещё посмотрим.       Стоило Гермионе взять контроль над разумом, пейзаж начал тускнеть, холод постепенно менялся на тепло,Nсообразила, что времени осталось не так много, поэтому, щёлкнув пальцем, испарила Драко прямо на глазах слизеринки. Гермиона не знала, увидит ли она этого «Драко» вновь, но стоит лишь надеяться. Когда контроль перешёл целиком, девушку подбросило вверх.       Слизеринка очнулась на кушетке Больничного крыла. Осмотревшись по сторонам, она сразу же это поняла. Рядом не было никого, даже Блейза, который сразу же подбежал к ней на лестнице. Кинув взгляд на настенные часы, девушка поняла, что сейчас сокурсники на уроке Трансфигурации. Тяжело вздохнув, Гермиона приподнялась и села на кровати, затем потёрла переносицу, стараясь привести мысли в порядок.       «Нужно срочно собраться с мыслями и начать действовать, пока это сучка не принялась за дело…»- думала слизеринка.       Пролежала Гермиона недолго, спустя полтора часа мадам Помфри дала ей лекарство и отпустила, порекомендовав всё-таки сегодня побыть в гостиной и приступить к занятиям завтра. Слизеринка последовала совету с неохотой, потому что голова так сильно гудела и раскалывалась, что девушка была бы не в состоянии усваивать материал. Встреча с «Драко» иNвсё ещё заставляла Гермиону думать о том, что нужно предпринять. Пару дней назад ей приснился сон, где какая-то студентка повесилась в Часовой башне. Если бы не слабость во всём теле, Гермиона бы поднялась туда и проверила самое страшное, но решила оставить это на вечер или хотя бы обход старост в 19:00 перед отбоем.       - Тебя уже отпустили? – спросила Пэнси, когда Гермиона зашла в Большой зал, держа лекарственную настойку в руках. Она села рядом с Милисентой и налила себе тыквенного сока. – Как ты себя чувствуешь? – томный взгляд девушки говорил лучше слов.       - Ты упала в обморок прямо перед Большим залом, - сказал Блейз, - мы с Тео отнесли тебя в Больничное крыло. Я хотел дождаться твоего пробуждения, но мадам Помфри выгнала меня, пришлось идти на Трансфигурацию и ждать окончания, но ты пришла на своих двоих раньше.       - Мда… весело… - вздохнула Гермиона. Встретившись взглядом с Драко, девушка поймала дежавю. – Это снова былаN, точнее я думаю, что она…       - Снова?! – удивилась Милисента. – Что на этот раз? – Гермиона посмотрела на Драко вновь, и это его напрягало.       - Ты так смотришь на меня, словно я тебе что-то сделал.       - Можно итак сказать.       - В смысле? – удивился парень.       - Ты был в моем сне, - ответила Гермиона, - говорил, чтоN– необычная волшебница, что она питается чьей-то энергией и всякое…       - Староста! Гермиона! – крик со стороны дверей заставил девушку чуть ли не подпрыгнуть. Обернувшись, она увидела Эмили – слизеринку второкурсницу, которая на всех парах бежала к их столу.       - Эми, что случилось? – спросила девушка. – На тебе лица не…       - Там… там… - к ней подошла Пэнси и попыталась усадить на скамейку, но девочка замахала руками. – Ты должна это увидеть… там… Трейси… наверху…       Не дожидаясь, пока студентка свяжет даже пару слов в полноценное предложение, Гермиона сказала ей показать, что случилось с Трейси. Следом за ней пошли большинство слизеринцев, с кем она была в более или менее хороших отношениях. У Гермионы сердце в пятки ушло, когда Эмили привела их к Часовой башне. Сон сбывается, но девушка надеялась, что ошибается. Быстрыми шагами все поднялись наверх, а когда оказались на месте, то застыли как вкопанные. На одной из балок, в петле, висела Трейси Уильямс. Вовремя опешившие Тео и Блейз ринулись к девушке.       - Диффиндо! – вскрикнул Блейз.       - Вингардиум Левиоса! – поддержал Нотт. Первое заклятье перерезало верёвку, второе подхватило Трейси, не давая ей упасть на пол. Положив её на спину, парни стали оказывать медицинскую помощь в надежде, что девушку ещё можно спасти, однако Мили, проверив сонную артерию, рухнула на колени.       - Пульса нет… она мертва… - прошептала девушка.       Мир рухнул. То, чего все хотели избежать, что хотели предотвратить, свершилось.N добралась до одного из них. Смерть Дафны ударила по всем, в особенности по Гермионе, а тут поги… убили невинную малолетнюю Трейси, которая никому не могла просто перейти дорогу. Грейнджер так и стояла на одном месте, пока не увидела, как к телу подошёл Драко. Все прекрасно знали, что убийца N, однако стоило удостовериться, что это действительно так, чтобы иметь хоть какие-нибудь козыри в рукаве. Наконец, отойдя от шока и ужаса, Гермиона двинулась вперёд, осматривая место преступления. Всё вроде бы было в порядке, кроме наличия мёртвой студентки.       - Она не могла не оставить послание… - прошептала Гермиона. – Такое, чтобы понял хотя бы один из нас… возможно даже скрыла или оставила специально на…       - Нашёл, - сказал Драко. Обернувшись, Гермиона увидела, как он поднял рукав левой руки Трейси. Именно на том месте, где у «Драко» была та самая метка, у трупа была надпись: «Он следующий», - есть мысли, о ком речь?       - Если тебя Миона видела во сне, полагаю, что это речь о тебе… - с тяжелым сердцем сказал Блейз. – Она сделала то, о чём грозилась… убила…       - Трейси невинна, она просто никому не могла причинить вред… - дрожащим голосом сказала Милисента. – Не могла… - увидев, что второкурсница навострила любопытные малолетние уши, Гермиона подошла к ней и подтолкнула слегка к лестнице.       - Иди, сообщи МакГонагалл, Снейпу и директору, - сказала староста, Эмили послушно ушла, но было видно по глазам, что вопросов будет потом уйма.       Вот и случилось то, чего все так боялись – убийство студентки. Девушки, которая ничемNне могла навредить. Трейси – невинный ребёнок. Гермиона сжала в руках палочку и, взмахнув ею, увидела все события того самого момента.

Продолжение следует…