Когда прошлое стучится в дверь

      Гарри не мог сказать, сколько времени они уже находились в заточении, — его часы встали, — как и сколько натикало, когда они, наконец, оставили в покое несчастную жертву.       — Не знаю, где и что, еще искать, — признался Малфой, прикрывая глаза и сжимая пальцами переносицу.       — Нам надо поспать, — констатировал Гарри. Возможно, на свежую голову, появятся еще идеи. Утром, когда глаза не будут слипаться, они смогут определить, где в их краях находится песок из-под ногтей жертвы, а также сделать анализы соскобов.       — Кушетка только одна, — с оттенком усталой обреченности заметил Драко.       — Можно трансфигурировать что-нибудь в… — начал было Поттер.       — Нельзя. Я же говорю, здесь нужно быть максимально осторожным с магией, — вздохнул Малфой и легкими движениями расплел косу, отчего платиновые локоны каскадом рассыпались по плечам. Устало и обессиленно помассировал голову.       Чертова вейла.       — Заткнись.       «Да я и молчал».       Вздрогнув, Поттер почувствовал, что краска бросилась в лицо. Чуть кашлянув, он кинул быстрый взгляд на уже упомянутую кушетку и осторожно заметил:       — Кушетка достаточно широкая. Но, в любом случае, я могу поспать на полу.       — Или мы можем спать по очереди, — предложил еще один вариант Малфой. Вопреки собственным словам, улегся на кушетку и максимально подвинулся к стене, укрываясь собственной мантией. — Ложитесь. Лучше, если мы будем держать друг друга в поле зрения.       И в словах его определенно имелось зерно истины, не важно, были ли они друг другу врагами или по одну сторону баррикад. Так что Поттер последовал его примеру, отворачиваясь в другую сторону. Кроме того, он чертовски устал. А силы им еще понадобятся. Но не пошутить не мог:       — Боитесь, что убегу от вас?       — Я вас умоляю, — фыркнул Малфой. — Если не будете прижиматься так близко, уже буду благодарен.       — Ну, простите, кушетка не настолько широка.       Одно неверное движение, и Поттер окажется на полу. А потому он и не подумал подвинуться. Можно подумать, ему подобное положение дел нравится…       «Конечно, нравится, Поттер», — усмехнулся лорд, — «От неловкой ситуации тебя спасает только многослойность мантии».       Гарри резко обдало почти удушливым жаром, сконцентрировавшимся внизу живота. А спина и затылок стали вдруг чрезвычайно чувствительными. Он чувствовал тепло Драко, улавливал его дыхание, отчего по позвоночнику пробежался табун мурашек.       Твою мать!       Прикрыв глаза, Гарри во всех подробностях представил вскрытое тело, что лежало в каких-то метрах от них, вспоминал, как они извлекали и рассматривали внутренние органы несчастной жертвы, лишь бы не думать о мужчине, чье дыхание и не думало становиться спокойнее и глубже. Малфой тоже не мог уснуть несмотря на усталость.       Надо было ложиться на полу…       — Слишком громко думаете, Поттер, — едва слышно фыркнул Малфой за его спиной.       — Да? И о чем же я думаю, в таком случае? — хмыкнул Гарри.       «О, хочешь обменяться фантазиями?..»       И какого хрена этот змеемордый умеет мурлыкать? Гарри только и смог, что обессиленно прикрыть глаза. Он бесконечно устал. Ото всего. Праймериз, Лорда, Малфоя — «И когда успел?..» — себя, в конце концов. Особенно от себя, конечно.       — Я не стану это озвучивать, — отозвался собеседник, пытаясь комфортнее устроиться в крайне некомфортных условиях.       — Тогда лучше спите и помалкивайте, — заметил Гарри, вцепившись пальцами в край кушетки, чтобы не свалиться.       Ну и как тут уснуть? Не успеешь оглянуться, как проснешься на полу…       Но лучше бы ему и правда было проснуться на полу. Чем в объятиях жмущегося к нему Драко. Гарри усилием воли заставил себя не вздрогнуть, не отдернуться, чтобы не потревожить чужого сна.       Даже в стране грез на красивом лице Малфоя сохранялось хмурое выражение. Хотелось коснуться морщинки, залегшей на лбу, разгладить ее подушечкой большого пальца. Но… не рискнул. Сон вещь хрупкая, может оказаться достаточно неосторожного вздоха, чтобы он разбился, как стекло. И между ними немедленно вырастет непреодолимая стена.       Впрочем, разве она не выросла еще лет десять назад. Тогда на руинах прежнего мира, руинах Хогвартса, руинах собственных жизней. Оба ведь не знали, куда себя деть, как жить дальше. Поэтому просто молча пошли каждый своей дорогой, даже не попрощавшись.       Гарри нахмурился, отдергивая руку, не понимая, откуда такие мысли. Они не были вместе. Никогда. Он нахмурился, пытаясь понять, откуда это все. Но мысль казалась какой-то слишком реальной. Словно чересчур разыгравшаяся подростковая фантазия.       Чертов Драко…       Он попытался немного отодвинуться, осторожно разорвав физический контакт, но тело бывшего Пожирателя смерти немедленно сократило расстояние, прижимаясь вновь. На какой-то миг, но отчетливо, Гарри почувствовал слабую дрожь — Малфой замерз, инстинктивно ища источник тепла. Всего-то. Естественная реакция бессознательного тела, которому нет никакого дела до разногласий, симпатий и антипатий живущей в нем личности.       Чертов Драко!       Отчего-то разозлившись, Гарри, тем не менее, вытащил зажатый между ними край собственной мантии, чтобы прикрыть ею старого врага. Впрочем, были ли они врагами по-настоящему? Дети без нормального социального опыта: Драко в его аристократическом пузыре, одиночестве. Гарри… Гарри — это Гарри. Натравливаемые друг на друга обществом и дурацкими школьными правилами. Разведенные самой ситуацией по разные стороны баррикад. Потому что Драко никогда не хотел быть Пожирателем, примерно также, как сам Гарри никогда не хотел быть Героем… Им просто не оставили выбора.       Но не теперь. Они давно люди взрослые, и война, сделавшая их врагами, в прошлом. Так почему же они снова и снова возводят между баррикады и стены? А ведь, возможно, их деловые отношения, со временем, могли бы перерасти в дружбу.       Какие, однако, странные мысли приходят в голову, когда оказываешься взаперти, один на один… Впрочем, возможно, он просто хронически устал и все еще не выспался. Потому и позволил себе аккуратно убрать с лица блондина выбившийся локон. Удивительно. Но даже платиновые длинные волосы не делали из Драко копии отца, чей образ вызывал в Гарри стойкую неприязнь. Подлец и трус. Знал ли об этом Драко? Осознавал ли? Наверное, все же, да. Глупцом он никогда не был.       Надо поспать. Надо. С нажимом повторил он себе, закрывая глаза, чтобы изгнать образ мирно спящего… коллеги. Гоня любую мысль, что скреблась в голове, боясь снова зацепиться за что-нибудь, породив очередную нить рассуждений. Он должен отдохнуть, пока еще есть время. Должен. Магическое слово, которое заставляло делать вещи, которые он бы никогда…       — Поттер, — сквозь сон позвал его знакомый, хрипловатый спросонок голос, заставляя открыть глаза. — Руки уберите, — потребовал Драко, убедившись, что он проснулся.       — Это вы ко мне полночи жались, как промерзший котенок, — чуть усмехнулся Гарри, не то что, не спеша убирать руки, наоборот, прижался сильнее. — Уж простите, что не захотел упасть.        На слепую укутал Малфоя в мантию плотнее. В помещении за ночь, казалось, стало только холоднее. Драко вон даже носом шмыгнул. То ли от холода, то ли от возмущения. Открыл было рот, но промолчал, благоразумно не пытаясь вырываться на узкой полосе кушетки. Лишь, освободив руку из плена ткани, откинул назад упавшие на лицо волосы. Нахмурился, бросив взгляд за спину Гарри.       — Кажется, кто-то открыл холодильные камеры, — выдохнул он шепотом, точно злодей мог еще находиться в комнате.       — Или забыл их закрыть, — предположил Гарри, допуская подобную возможность.       — Исключено, — прошелестел Драко, не мигая смотря на Гарри. — Я запирал холодильники заклинанием.       Он осторожно приподнялся на локте, и на красивом лице вдруг отразилось страдание.       Гарри нахмурился, подрываясь, но спросить что-либо не смог. Голову словно разорвало кратциусом. Прямым попаданием. Нет, он, конечно, к головной боли давно привык, да и после такой ночки бы не удивился, но от этой буквально разило магическим послевкусием. И от недоброго предчувствия Гарри буквально передернуло.       Оставляя Малфоя одного на кушетке, Поттер поднялся, осторожно делая несколько шагов в сторону открытой холодильной камеры, не зная, чего ожидать. Возможно, нападения. Но точно не этого…       — Малфой, идите сюда, — позвал он севшим голосом.       — Что такое? — нервно усмехнулся Драко за его спиной. — Наша красавица сбежала?       — Если бы. Скорее жениха привела, — мрачно отозвался Поттер.       Чуть отошел, пропуская криминалиста вперед.       С губ Малфоя сорвалось такое витиеватое ругательство, что даже у Гарри, работающего в силовой структуре, где матом не ругаются — матом говорят, уши в трубочку свернулись. Да и мудрено ли… Перед ними, рядом со вскрытым телом незнакомки, лежало мужское тело со схожими повреждениями.       — Нас усыпили, чтобы подкинуть тело, — сложил Гарри два факта, наконец разгадав происхождение головной боли. — Он просто псих.       Малфой даже спорить не стал. Да и что тут спорить? На ходу натягивая защитную форму и перчатки, он прошел вперед, чтобы аккуратно осмотреть тело и… в ужасе отшатнуться.       — Нет…       Гарри непонимающе посмотрел на Малфоя, накрывшего рот пальцами, сдерживая вскрик. Присмотрелся получше, узнавая черты. Забини… Он и сам застыл в оцепенении, осознавая сей факт. Это уже не посторонняя женщина, не безликий труп. Они же…       «Прекрати изображать расстройство. Одним соперником меньше». — Вдруг подал голос Лорд, точно проснувшись, и Гарри от неожиданности вздрогнул.       — Помолчи, — почти зарычав, осадил Поттер. В очередной раз вторгаясь в личное пространство Драко, осторожно сжал его плечо. — Мне…       Слова не шли. Жаль? Безусловно ему было жаль. Пусть он Блейза близко не знал, но… Не был лишен эмпатии, чему и сам всегда удивлялся.       Драко только застыл, словно истукан. Стиснув зубы, зажмурился, пытаясь заставить себя дышать.       — Руки, Поттер, — хрипло выдохнул он, но не пытаясь отдернуться, отстраниться. — Нужно выбраться отсюда. И как-то это объяснить…       — Это будет непросто… — согласился Гарри, послушно разжимая пальцы, не докучая Малфою неприятными ему прикосновениями. Отступил, оставляя наедине с убитым. — Пойду проверю, не слышно ли чего снаружи.       Предупредил он, хоть и не был уверен, что его слышат. В проеме двери оглянулся. Убедиться, что Драко в норме. Приблизившись к двери, достал было палочку, но вдруг передумал, в порыве интуиции, дернув ручку. И… дверь отворилась.       Твою мать!       «Кажется, кого-то пытаются подставить», — хмыкнул Томас. Не насмешливо — напряженно.       — А что такое? Беспокоишься обо мне? — фыркнул Гарри в ответ, оставляя дверь распахнутой настежь, стремительно направляясь в отделение аврората.       «Обижаешь! О себе».       По дороге Гарри отчаянно пытался решить, что он скажет: про их затворничество, про новый труп и убийцу, беспрепятственно разгуливающего по министерству… И не находил слов. А потому, прежде чем открыть рот, решил сперва выслушать, что скажут подчиненные.       Те воззрились на него, как призрака. Или он так «хорошо» выглядел? Доложили, что проверка палочек ничего не дала, все опросные листы собраны в папке под литерой «N» и сейчас данные проверяются. Обнаружив, что они с криминалистом заперлись в морге, решили, что это, чтобы не мешали. Уже ночью, стучали, но им не открыли.       — Мы ушли вечером, — сухо отозвался Поттер. — А когда вернулись, нас ждал «сюрприз».       — В чем дело, мистер Поттер? — осторожно поинтересовался Питерсон, тот самый юный аврор, что все метил в его адъютанты.       — Нам подкинули новый труп. Прямо в морг. Заботливые, — мрачно процедил Поттер, гневно сверкнув глазами. — Кто сегодня дежурил?!       В аврорате повисла напряженная тишина. В голове тоже. Напряженно-насмешливая. Гарри не знал, как определил это, но определил. И, о Мерлин, этот змеемордый даже молчать умел выразительно!       — Ну, что? — фыркнул Гарри про себя.       «Слизеринец», — самодовольно хмыкнул Лорд, на что Поттер едва не закатил глаза.       — А что мне оставалось? Сказать правду? Признать, что про…шляпили преступника? Слухи поползут в любом случае. Паники допустить нельзя. В любом случае. Нельзя раскрывать все планы расследования. Неизвестно, кому из них можно доверять, — уверенно отбрил Гарри мысленно.       «У тебя нет плана расследования», — усмехнулся Риддл. — «Ты просто не хочешь выглядеть идиотом».       Не без этого. Все же он метит на место министра, а кому на должности нужен идиот?..       «Хм… Примерно всей околопридворной элите?» — хмыкнул Лорд. — «Нет ничего удобнее, чем идиот, который ничего не понимает. Скормить ему можно, что угодно».       — Только если «элита», сами не круглые идиоты.       «Что значит «Если», Поттер? Ты меня разочаровываешь!»       — Мистер Поттер, — обеспокоенно окликнул его аврор, видимо, не в первый раз. Заметив, что завладел вниманием начальства, заверил: — Клянусь, я никуда не отлучался. И никого не видел. С тех пор, как выставили всех свидетелей, в здании посторонних не было.       — А не посторонних? Через десять минут список тех, кто находился ночью в министерстве, мне на стол! К обеду — отчет о проверке информации из опросных листов!       Рявкнул и, развернувшись на каблуках, стремительно направился обратно в морг. Чтобы обнаружить Малфоя… склонившимся над телом Блейза. Над уже вскрытым телом Блейза. Гарри только и мог, что поразиться его выдержке. Не найдясь, что сказать, — да и надо ли оно Малфою? — скользнул к столу, встав слева, чтобы не закрывать свет.       — Скальпель, — даже не посмотрев в его сторону, потребовал Драко, посвящая Поттера в свои ассистенты.       Что ж, Гарри был совсем не против, хотя вскрытия никогда не входили в сферу его любимых занятий. Пусть по долгу службы, пару раз, ему уже приходилось на них присутствовать. Что движет людьми, что выбирают подобные профессии? Он не понимал. Разве только желание во что бы то ни стало докопаться до истины. Даже если до этого придется запустить руку в чужие кишки или еще куда похуже. Гарри даже едва заметно вздрогнул от этой мысли. Не знал даже как подступиться, не знал, что спросить, как. Только открыл было рот, но закрыл, чувствуя себя совершенно по-дурацки.       Но и молчать не имело смысла…       Драко начал первым:       — Повреждения схожи с картиной первой жертвой. Но есть различия.       — Какие? — спросил Поттер, которого не оставляло чувство, что относительно первой жертвы они что-то упустили. Может от того, что вторая оказалась знакома обоим. Кто-то из их Хогвартского прошлого. И возраст женщины вполне подходил…       — Посмотрите на левое предплечье.       Нахмурившись, Гарри взглянул, чтобы увидеть открытую рану. Был бы Блейз жив, та бы еще кровоточила. Обширное повреждение, кусок плоти буквально срезали. Странный выбор места. Которому должна иметься конкретная и очевидная причина. Бросил взгляд на Драко, замечая краем глаза выглядывающую из-под закатанного рукава змеиную петлю.       — Здесь была… — выдохнул осененный догадкой Гарри.       — Черная метка, — закончил за него Драко, чуть кивнув.       — У девушки?.. — Гарри обернулся к соседнему столу для аутопсии, на котором лежала несчастная.       — Нет ничего подобного, — качнул головой Драко. — Если бы имелось, можно было бы строить версии. Но пока, кроме остальных повреждений, их ничего не связывает. К тому же Б… — он осекся, но тут же поправился: — Блейз…       А договорить все одно не смог.       Но оно было и не нужно. Гарри понимал, о чем он. Блейз, несмотря на все экзекуции, оставался узнаваем. И он не являлся рабом, в то время как незнакомка никогда не имела отношения к Пожирателям смерти, и эти два факта не позволяли связать две смерти с какой-либо одной версией. Как не могли они с определенностью сказать, сделал ли преступник это намеренно, или просто так сложились обстоятельства.       — Срез ровный. Человек, сделавший это, определенно умеет обращаться с ножом. Ну или просто обладает достаточно твердой рукой для подобного заклинания, — попытался Гарри сделать выводы, найти ответ. — И одновременно… срез глубокий, сильный, словно убийца был зол или в ярости.       Кинул на Драко долгий задумчивый взгляд:       — У Блейза… — Гарри замешкался на мгновение, но разве это имело хоть какой-то смысл?.. — были враги?       Драко только покачал головой, отступив от стола на шаг, судя по движению, хотел было обнять себя руками, но, сдержавшись, лишь сложил их на груди, закрываясь.       — Нет. — Ответил и тут же замешкался: — Как и у нас всех. Не знаю.       — Почему уничтожили именно символ? — задался Гарри очередным вопросом вслух. Просто потому, что так было легче размышлять. Потому, что одна голова хорошо, а две лучше. Особенно, когда они принадлежали людям из разных социальных слоев и разных… И дались ему эти чертовы баррикады. — Может, это связано с его прошлым?       — Это может быть связано с чем угодно, Поттер! — неожиданно рявкнул Малфой, будто у него сорвало вмиг перегоревшие тормоза. Но, быстро вспыхнув, он также быстро потух. Медленно выдохнул, прикрыв глаза. Повторил уже спокойнее: — Это может быть связано с чем угодно. Не могу отрицать этой версии.       — За ним числилось что-то… выходящее за рамки? — осторожно поинтересовался Гарри.       — Он был оправдан, — отрезал Драко, гневно сверкнув глазами.       Гарри только раздраженно прикрыл глаза. Да мало ли, что там решил суд! Учитывая, что у некоторых были такие адвокаты, что и Лорда смогли бы выдать за милейшего котенка всего лишь напрудившего в тапок.       «Мур-мяу», — засмеялся Риддл в его голове.       — И тем не менее, — настаивал Гарри, на всякий случай отступив от собеседника, словно бы желая получше рассмотреть первую жертву. — Сейчас это уже никому не важно, в отличие от нашего расследования.       Да и не входило в его планы чернить имя покойного, виновен тот или нет — смерть все спишет.       — Нет. Блейз никогда не делал ничего подобного, — твердо повторил Малфой, начиная злиться по-настоящему, отчего даже скулы на его лице заострились.       «Красив, чертенок, согласен», — хмыкнул Лорд, но Гарри только отмахнулся.       — А вы?       — А что я? — удивленно приподнял бровь Малфой. — Да и в любом случае, тогда бы на столе лежал именно я.       — Необязательно, — парировал Поттер. Кивнул на несчастную перед ним. — Как вы сами упомянули — это походит на месть. А вы с Забини, все же были… кхм… Довольно близки, насколько я помню.       Легкая краска, как доказательство, что Гарри не привиделось, не приснилось, на миг залила скулы собеседника. Однако он прямо посмотрел на Поттера, точно бросая вызов: ему, общественности.       — Были, — согласился он, даже не подчеркивая прошлое время. Или они состояли в связи до сих пор? Внутри что-то кольнуло, но Гарри постарался не обращать внимания. Дыши спокойно. Держи пальцы расслабленными. Контролируй. — Полагаете, что через него могли отомстить мне?       «Бедолага Люциус», — насмешливо протянул Томас. — «Наверняка в гробу вертится».       — И тебя это забавляет, — хмыкнул Гарри в ответ, не в силах не разделить этого мрачного удовлетворения.       «И меня это забавляет».       Он просто надеялся, что усмешка не коснулась губ. Это было бы, мягко говоря, неуместно. Заметил, как можно спокойнее:       — Пока мы не можем исключать этот вариант.       Малфой кивнул, накрывая любовника простыней, больше искать было нечего.       — Пока мы не понимаем истинных мотивов преступника, нельзя исключать ничего, — согласился он, знакомо уже сжимая пальцами переносицу. — Ведь, если бы целью был я, для чего первый труп? Я эту женщину не знаю. Надо провести тесты. А вы, все же зайдите в архив. Может, преступник не изъял нужные материалы, пока мы спали…       — Если и попытался, то, возможно, мы найдем его изможденный труп, случайно, через пару месяцев. И то по запаху, — не сдержал Поттер мрачной усмешки.       И на самом деле — это был бы лучший вариант.       «Маленький изверг».       — Ну так, весь в тебя.