Когда прошлое стучится в дверь

      Мистер и миссис Дурсль проживали в доме номер четыре по Тисовой улице и всегда с гордостью заявляли, что они, слава Богу, абсолютно нормальные люди. Уж от кого-кого, а от них никак нельзя было ожидать, чтобы они попали в какую-нибудь странную или загадочную историю. Мистер и миссис Дурсль весьма неодобрительно относились к любым странностям, загадкам и прочей ерунде.       Только вот не осталось ничего от их нормальности. Давно не осталось. Да и Вернон Дурсль давно скончался, и жена его Петунья как-то начала сдавать и больше не заглядывала за живую изгородь соседей, вытянув свою длинную шею, и даже любимый ею «Дадличка» уже совсем не тот, что был прежде. А вот дом оставался таким же, каким Гарри запомнил его когда-то. Запомнил и, честно говоря, не горел желанием переступать порог.       Однако убийца не оставил ему выбора. В очередной раз напомнив себе о крайней необходимости подобного шага, Гарри приблизился к дому, где прошло его детство, и позвонил в дверь. Оглянулся на Драко, что держался чуть позади, со сдержанным любопытством поглядывая по сторонам. В черном костюме с водолазкой, оттеняющим его не только аристократическую бледность, он выглядел восхитительно и безупречно. И даже свежий шрам, пересекающий щеку, не портил картины.       — Надеюсь, кузен дома…       Не хотелось не только терять время попусту. Да и вообще быть здесь дольше необходимого. Ожидание казалось бесконечным. Оно налипало на него подобно надоедливой паутине. Не выдержав этого мерзкого ощущения, Гарри передернул плечами. Если не всем телом. Ровно в тот момент, когда Дадли открыл дверь.       Да ну что ж такое!       «Ты просто король катастрофизма, Поттер», — вновь заржал Риддл в его голове.       — А ты, я смотрю, просто клоун-хохотунчик, — мысленно огрызнулся Поттер, кивнув кузену в знак приветствия.       “Окстись, это нервное».       Ну да, конечно, ему-то чего волноваться… Это Поттеру придется встретиться с прошлым, которое хотелось забыть. Однако, отступать было некуда, и Гарри надел дежурную улыбку:       — Привет, Дадли, — выдал он, как будто они виделись буквально на прошлой неделе, разглядывая родственничка. Ладно, не стоит обманывать себя. Они виделись месяц назад. Когда выбирали палочку дочери Дадли. До сих пор не верилось.       «Я все еще придерживаюсь теории, что твои родственнички не магглы, а сквибы в двух поколениях. Эта ветка», — заметил Лорд, а у Гарри едва глаз не дернулся. Он тогда ему с этим всю плешь проел.       — Привет, — кивнул кузен. Кинул настороженный взгляд на Малфоя, но все же отступил на шаг. — Проходите. Я думал ты с Грейнджер.       — Мы присядем? — испросил он разрешения, когда они прошли в комнату, бросив быстрый взгляд на Драко, что был еще слаб. — Она занята. А у нас срочное дело.       Дадли прошедший за новенькую барную стойку, чуть поморщился:       — Нет, блин, стойте как истуканы, — легким движением наполнил бокалы дорогим виски. — Садитесь, конечно. Поттер, тебя как переклинит, хоть стой, хоть падай. Как будто мы тут с тобой не бухаем каждые вторые выходные.       Гарри буквально увидел, как дернулась щека Драко.       Ну да, он общается с магглами, бывает. Гарри предпочел проигнорировать невольную реакцию спутника, с благодарностью принимая протянутый ему бокал. Едва удержался от того, чтобы немедленно его опустошить, дождавшись, когда к нему присоединятся остальные, и они выпили за встречу. После, перекинулись парой ничего не значащих фраз, и он решил, что уже можно вернуться к делам:       — Дадли, ты же можешь в короткие сроки сделать генетический анализ?       — Смотря какой, — чуть нахмурился Дадли, чтобы, быстро оглядевшись, дотянуться до брошенного на спинку кресла пиджака и вытащить из кармана мобильный телефон. Любопытная маггловская игрушка. Его валялся где-то в шкафчике. С кем ему было общаться? Даже племянница и та скоро обзаведется совой. — Конкретнее.       Гарри растерянно посмотрел на Драко, чувствуя движение перекати поле в голове и легкий ветерок даже. Впрочем, Дадли все понял верно, поворачиваясь к Малфою, что, отставив пустой бокал, посвятил коллегу в нюансы анализа, которые даже не задержались в голове Поттера, недоступные его пониманию. Что бы он без него делал?..       «Перечислить?» — усмехнулся Риддл. — «Как минимум не знал бы на чей светлый лик дрочить».       — Ну почему же не знал бы? — мысленно усмехнулся Поттер, отхлебнув виски. — Он ко мне итак во снах приходил. Да и твой шестнадцатилетний образ все еще не запрещен полицией нравов.       «О, неужели, я слышу признание века?!» — театрально воскликнул Лорд. — «Мне срочно нужны контакты Скиттер!»       — А ты все равно ничего не докажешь, — со звоном поставил Гарри бокал на стол, тем самым ставя точку в бессмысленной ребяческой перепалке.       — Гарри Джеймс Поттер, нельзя быть таким пессимистом, — заметил кузен, полушутливо спародировав голос своей матушки, роясь в каких-то бумагах, а может, старых конспектах.       Малфой заглядывал ему через плечо, но нашел минутку, чтобы бросить взгляд на главу аврората. Проклятье! Надо быть осторожнее. Однако крыть было нечем, и Гарри предпочел промолчать, сделав вид, будто ничего не говорил. Поспешил к окну, чтобы распахнуть его и закурить, безжалостно выдыхая горький дым в кукольный сад на пересуд и радость всем соседям.       — Поттер, — его имя выплюнули подобно горькой микстуре, которую залили насильно. Гарри подпрыгнул и оглянулся. На лестнице, во всем своем сухощавом, абсолютно ведьминском — в представлении маггловских сказок — величии, стояла Петунья Дурсль. — Будь добр, не порть мне подоконники и репутацию. Твоих сов для этого вполне достаточно.       «Вот же ведьма!» — вторя его собственным мыслям, отметил Риддл. — «Почему ты ее до сих пор не грохнул?»       Не рискнув ответить, Гарри только устало вздохнул.       — Безупречная репутация — это всегда подозрительно, — с легкой усмешкой отозвался он.       — Так что он оказывает тебе большую услугу, мама, — засмеялся Дадли, наконец, выпрямляясь. Отложив одну из папок, сгреб остальные в ящик стола.       «Это был сарказм?..»       Гарри отмахнулся от Риддла, подобно тому как сама Петунья отмахнулась не то от него, не то от сына.       — Это не повод портить подоконники пеплом и таскать сюда любовников, — выплюнула женщина, с гордостью прошествовав мимо. — Сов для этого вполне достаточно.       Бросив быстрый взгляд на Малфоя, Гарри с сожалением затушил сигарету, и тяжко вздохнул.       — Я не гей, — посмел заметить он, в ответ получив взгляд переполненный скепсисом. Ясно. Спорить было бесполезно. Да и вообще, почему он должен оправдываться?       «Не должен».       — Так что, Дадли, справится твоя домашняя лаборатория или придется ехать на работу? — поинтересовался он, быстро соскальзывая с очень скользкой темы, и сам не желая оставаться в этом доме дольше необходимого.       — Поттер, имей совесть! Если бы я, как ты, мог справиться одним котлом и парой пробирок, я бы это сделал! — возмутился Дадли, вдруг на краткий миг превращаясь из статного мужчины, руководителя генетических лабораторий, бизнесмена, в себя прежнего — заносчивого большого Дэ.       — Мистеру Поттеру и котел не поможет, — усмехнулся вдруг Драко, заставив главу аврората закатить глаза.       Ну, отлично. Они еще и спелись.       — Тогда я еще выпью, — заявил Гарри, наполняя свой бокал.       Вернулся на диванчик, откинувшись на спинку и демонстративно прикрывая глаза, делая вид, что не торопится и вообще ему все равно, будет ли анализ готов сегодня.       Без него он не уйдет.       По взгляду Дадли было понятно, что Гарри охренел. Ну, Поттер в принципе и без него это знал. Но было в этом… Какое-то мрачное насмешливое удовлетворение, что ли. Вот только спокойно расслабиться ему все равно не дали. Уже через пять минут эти двое, что-то бурно обсуждая, направились прочь из дома, кажется, напрочь забыв про него самого. И только открытая дверь говорила: нет, они не забыли, кто инициатор незапланированных хлопот.       — Это далеко? Может, я мог бы немного ускорить процесс, — предложил он, догоняя сладкую парочку медиков. К счастью, Драко еще не мог передвигаться с прежней скоростью, а то бы, наверное, пришлось бежать следом.       — Спасибо, я не хочу собирать себя по частям, — передернулся Дурсль, очевидно вспоминая истории о расщеплении, что доносились до него. Снял авто с сигнализации. — Садитесь. Здесь недалеко.       Гарри не разбирался в автомобилях, больше в метлах, но не мог не отметить дороговизну и лоск салона из мягкой кожи с деревянными вставками. Кажется, примерно такие министерство закупило для высших чинов. Поттер ими не пользовался.       — Уверен, что это безопасно? — поинтересовался Гарри, между тем послушно забираясь в салон на заднее сидение, поскольку рядом с водителем устроился Драко. Ему определенно не терпелось увидеть науку магглов в действии.       И хотя Поттеру и хотелось поддеть аристократа по этому поводу, он благоразумно смолчал. Уж больно аристократическая натура была уязвима и нежна. Потом нервов не оберешься. Еще и психанет. А ситуация и так была накалена не на шутку.       Спутники всю дорогу обсуждали некие вопросы, даже сути которые Поттер не разобрал. Уж больно была насыщена речь непонятными терминами. И он попытался отрешиться от происходящего, вновь прикрыв глаза. Лорд, было заикнулся о чем-то, но благополучно умолк. И правильно.       Мягкое плывучее движение, шелест колес… Голоса спутников становились все дальше. Гарри уплывал куда-то. Не в состоянии ни шевельнуться, ни даже открыть глаз. Только дышать глубоко и размеренно. Слушать свое дыхание.       А может и не свое. А то, что обжигало его висок. Но сил отдернуться не было. Как не было сил и скинуть руки, что обвили его талию, нагло прижимая к себе.       — Соскучился? — послышался хриплый смешок у него над ухом.       Нет, только не это!.. Вспоминая прошлое выпадение в реальность снов, а может, видений, Гарри обреченно застонал. По телу, против воли прокатилась волна дрожи, в которой смешались страх и… предвкушение. Дыхание сорвалось.       — Признайся, ты ведь мечтал снова оказаться тут, маленький извращенец, — снова засмеялся Лорд в самое ухо. — Я исполню самые твои тайные, самые извращенные и темные желания. Обещаю.       Руки его скользнули вдоль тела, и Гарри почувствовал, как ткань мантии Лорда щекочет обнаженное тело.       — Просто скажи: да.       — Свали в пекло, — огрызнулся Поттер, с трудом справляясь с жаром, что волнами накрывал его с головой, заставляя буквально захлебываться.       Кожей почувствовал, как губы Лорда скривились в усмешке.       — Мой упрямый львенок. Но мне нравится.       Ледяные ладони его скользнули на пресс Гарри, заставив судорожно выдохнуть, втянув его рефлекторно. В то время как бедра прижались к бедрам, а ледяная пряжка ремня впилась в поясницу.       — Наблюдать, раз за разом, как твое сопротивление рушится под моим натиском, — продолжал шептать Лорд, и в ягодицы Поттера уперлось его возбужденное мужское естество, бросая в холод, а потом жар. — И ты сдаешься, подаваясь навстречу. Как падаешь все ниже и ниже, кончая от того, что заклятый враг яростно таранит твой зад.       — Нет… — посмел выдохнуть Гарри, зажмурившись. — Это неправда!       — Хочешь убедиться? — засмеялся Лорд, и в ухо Гарри скользнул раздвоенный язык. Холодные ладони поползли вверх, подняли руки Гарри, и на запястьях немедленно материализовались кандалы, удерживая его в полуподвешенном состоянии. Позади глухо брякнула пряжка ремня.       — Ты как-то путаешь понятия «убеждение» и «принуждение», тебе не кажется?.. — умудрился он выдавить из себя насмешку.       — Ничуть, — хмыкнул змеемордый, проводя ладонями по бедрам, скользя глубже, заставляя дрожать, но предательски, мучительно избегая самого важного прикосновения. — Мне просто интересно насколько далеко ты готов зайти в этой лжи самому себе.       Вслед за дыханием плечо Поттера обжег поцелуй-укус, заставивший вскрикнуть.       — Кто тебе сказал, что я лгу? — взвился он. Хотя дыхание сбилось, гневно зашипел: — То, что ты, мудак, можешь управлять моим телом и вынудить его преда…       — Какое тело, Поттер? — насмешливо перебил Риддл, прежде чем отступить на шаг. — Мы в твоей голове. Здесь нет «тела». Только ты. Твои желания. Твоя обнаженная истинная суть.       Сделанное врагом откровение заставило задохнуться. А может, то был хлесткий удар ремнем, что пришелся поперек спины. Болезненно, жгуче, но почти ласково, не вспарывая кожу, как-то сделала бы плеть. Гарри зажмурился, пережидая. Подбирая слова вместо бессильного и не несущего в себе аргументов слова «нет». Конечно Лорд врет, но мог ли он предъявить что-то в доказательство этого факта?       — Мой маленький львенок проглотил язык? — мурлыкнул тот за спиной приторно нежно, касаясь кончиками ногтей свежего следа на коже Поттера.       Да что тебе отвечать, извращенец?!       Дальше время потерялось. Или он потерялся в нем? Все происходило так быстро! Без передышки! Или наоборот медленно? Он вязнул в этом времени. И только действия раскаленным клеймом отпечатывались в сознании.       Раздвоенный язык обжег спину ядовитым широким влажным движением — заставил судорожно выдохнуть.       Через мгновение вновь вскрикнуть — хлесткий удар поцеловал ягодицы.       Холодная пряжка коснулась горящей кожи — шипяще выдохнуть сквозь зубы.       Закричать — ремень ударом обнял бедро.       И по-детски почти захныкать — ледяная ладонь легла на трясущееся мышцы, утешая.       — Хватит! — прохрипел Гарри. — ХВАТИТ!       — В самом деле? — скользя ладонями вдоль измученного тела, позволил себе усомниться Лорд. И Гарри ожидал очередного удара ремнем, но его не последовало. Напротив, мучитель вдруг отстранился, отступая на несколько шагов. — Тогда я так и сделаю.       Прозвучало неожиданно серьезно, из тона ушла малейшая игривость, в глазах потух огонек похоти, точно погашенный легким усилием воли. Лорд отвернулся и направился прочь, оставляя Поттера наедине с собой, измученного и возбужденного, но лишенного возможности облегчить собственные страдания.       В груди зародился не то стон, не то рык. Не злобы — отчаяния. Бессилия. Гарри дернулся, но оковы, конечно же, не поддались, лишь тело отозвалось болезненной судорогой. Такой натуральной, что аж в глазах потемнело.       Козлина!       — Ты что-то сказал, львенок? — усмехнулся Риддл, поворачиваясь.       Было сказано вслух? Или они действительно находятся в его голове, а потому невозможно скрыть друг от друга ничего? Вот и сейчас Лорд знал. Конечно же знал, что только упрямство и попранное им чувство достоинства мешают Гарри попросить. Нет, умолять, чтобы враг довел начатое до конца.       Поэтому Гарри молчал. Стиснул зубы до боли. Нет. Он не скажет!       Сколько это продолжалось? Сказать он не мог. Изнуряющая тянущая боль охватила все его существо, вновь заставляя теряться в пространстве и времени. Интересно, можно ли потерять сознание будучи вне времени и пространства в принципе. Гарри не знал.       Но в любом случае очнулся в момент, когда Лорд оказался перед ним, неожиданно мягко коснувшись напряженной челюсти.       — Ты никогда не сдаешься, да? — нарочито вкрадчиво поинтересовался Риддл.       — Не тебе уж точно, — выплюнул Поттер в ответ.       — Упрямец.       Сводя с ума, рука Лорда медленно поползла вниз. Коснулась средоточия его желания, сорвав и без того тяжелое дыхание. Выдавая его, тело или нет, но подалось навстречу, толкаясь в умелую ладонь. И Риддл засмеялся. В его настойчивых, таких ласковых пальцах вдруг оказалось утягивающее кольцо.       — Ублюдок… — выдохнул Гарри сквозь стон.       А Риддл все смеялся, возвращая реакции его тела к тому, на чем они остановились. Срывая с искусанных губ и стоны, и проклятия.       — Твое упрямство забавно, но зачастую становится утомительным, — Лорд скривил губы, словно бы ему и впрямь наскучило. Или он был разочарован.       Один взмах ресниц, и вот сам Темный Лорд опустился перед ним на колено.       А вот это — бальзам на душу. Но если с губ Поттера и хотело сорваться нечто язвительное, то в следующее мгновение он подавился судорожным стоном — раздвоенный язык коснулся разгоряченной головки.       Нет. Только не это…       Однако, определенно читая мысли Поттера, тот продолжил: дразня, сводя с ума, вытворяя языком такое, что Гарри никогда не мог, не смел себе представить. От дикого желания мир плыл перед глазами, и Гарри снова зажмурился. Именно в этот момент Риддл отстранился, вновь оставляя жертву неудовлетворенной.       — Ненавижу тебя… — просипел Гарри, считая цветные пятна перед глазами.       — О, ну это твое типичное состояние примерно всю сознательную жизнь, — хмыкнул Том. Резкий шлепок ремнем по ягодице. Зашипел, да так, что Гарри и не понял: на парселтанге или нет. — Не называй меня так!       — Томом? — наигранно удивленно переспросил Гарри, заработав еще один удар по спине, точно прошлись огнем. Напрашиваясь на более серьезную реакцию, надеясь положить конец затянувшейся пытке.       Когда его, наконец, разбудят? Они что там, решили объехать половину города?!       — Поттер, скажи: ты совсем дурак или прикидываешься? — казалось искренне изумился Лорд. Ладони его вновь скользнули по напряженному телу, нашли приют на подвздошных косточках. Невыносимо близко и одновременно далеко… Вкрадчиво ядовито заметил: — Когда ты проснешься, зависит только от меня. Сколько времени для тебя пройдет, зависит только от меня. — Дыхание обожгло ухо. — Ты вообще от меня зависим, не замечал?       От этой мысли, вместе с голосом проникшей голову, Гарри пробила внутренняя дрожь. От ужаса. Но он выдохнул, судорожно переведя дыхание:       — Нет. — Отрицая даже сейчас, когда, казалось, устами Лорда говорит истина. Он просто не мог допустить подобного. И гнев вскипел, подогреваемый возбуждением. — Ты. Лжец. И манипулятор!       — А ты вечный подросток с недострахом, — Риддл пожал плечами. — Так и будем перекидываться очевидными очевидностями? Придумай что-нибудь поинтереснее. И позволь мне маленькую ремарку. — Его губы едва ощутимо коснулись уха Гарри. — Лжец здесь безусловно есть. И это не я.       Гарри открыл было рот, чтобы возразить, упрямо, по привычке, но слова застряли в горле, когда шею опоясало… ремнем? Позволяя в этом убедиться, Риддл потянул его на себя, и цветные круги в глазах сменились темными. Головка его члена раздвинула Поттеру ягодицы, но входить Лорд не торопился, дразня. Чуть надавливая и немедленно отступая.       Ублюдок!..       Не в силах больше выносить сжигающее изнутри желание, Гарри дождался момента и сам насадился на член, что так кокетливо играл с ним. И точно ждал этого, Лорд тоже подался бедрами вперед, делая погружение более глубоким и болезненно-сладким.       Гарри вскрикнул, заглушая шепот Риддла, но слово «лжец» все равно раскаленным клеймом впечаталось в разум.       — Львята должны быть честными, разве нет? — буквально промурлыкал Лорд, медленно и тягуче выскальзывая, чтобы резким движением вогнаться обратно, выбивая не то вскрик, не то просто воздух. — Разве не этим вы так кичитесь? Честностью. И честью. Чего стоит твоя честь, когда ты стонешь под врагом, как шлюха?       Гарри хотел ответить, требуя заткнуться, но предвидя это, Риддл сильнее натянул ремень, заставляя вместо слов отчаянно хватать ртом воздух, пытаясь протолкнуть его внутрь. Задвигался резче, буквально вбиваясь в Гарри. Зло. Почти яростно. Мстил? Возможно. Анализировать… Да какой анализировать — внятно думать уже было тяжело! Контролировать себя — фактически невозможно. С губ срывались хриплые надрывные стоны. Он захлебывался, разрываясь между ними и надсадными вдохами. И обжигался об это осознание, как обжигался о тупое осознание — ему хорошо. Болезненно. Опасно. Невозможно. Но хорошо.       Уже находясь на грани беспамятства, Гарри почувствовал, как пальцы Риддла снимают утягивающее кольцо. Скоро все закончится. Эта мысль несла в себе облегчение и, одновременно, горечь. Промелькнула и пропала, утонув в приливе в мозг кислорода. Несколько яростных толчков, точно Лорд стремился пронзить его насквозь. От яркого оргазма, от нехватки кислорода, накала эмоций — от всего этого Гарри на мгновение потерял связь с реальностью.       Чувствуя себя обессиленным, выжатым, повис на цепях, пытаясь прийти в себя. Совладать с собственным телом и голосом.       — Ненавижу… — прохрипел он, чувствуя, как по бедрам стекает горячая сперма. — Мудак.       Оковы вдруг пропали, и Гарри с тихим охом рухнул на пол.       — Следите за языком, мистер Поттер, — нарочито менторским тоном бросил Лорд, поправляя одежду. — Вы все же будущий министр.       Ублюдок!       Несколько минут Гарри неподвижно лежал, осмысливая. У него, наконец, появилось время проанализировать произошедшее. В одном Риддл прав: все это не реальность, это только в его голове. А, следовательно, только он мог управлять всем. Гарри уперся руками в пол, медленно поднимаясь. Усталость и боль навалились с новой силой. Однако он нашел в себе силы призвать палочку, что материализовалась в его руке по велению мысли. Болезненной, тяжелой, неповоротливой. Словно он сам себе не принадлежал. Но вот пальцы обхватили рукоять крепче. И с палочки сорвалось вместе с шепотом с губ:       — Сектусемпра!       Лорд лишь засмеялся в ответ, отмахнувшись от заклинания, как от надоедливой мухи. Еще одно мановение руки, и палочка Поттера вспыхнула, заставив Гарри вскрикнуть и разжать пальцы, обжегшись.       Томас, вмиг оказавшийся рядом, небрежным движением отпнул ее подальше. Также ногой опрокинул Поттера на спину, чтобы наступить ему на грудь, пригвождая как бабочку булавкой.       — Зря, золотой мальчик, очень зря. Неужели ты так и не понял? Ты принадлежишь мне. Целиком и полностью.