хулиган и дочь мента.

Ася лежала на снегу, раскинув руки в разные стороны. Красная жидкость стекала из носа, параллельно перетекая по щеке. Ася зажмурилась от дикой боли. Такое ощущение, что у неё атрофировались все конечности. Будто попала в другое измерение, где нет никого. Но все-таки ей пришлось прийти в сознание, когда Антон и Бяша кружились возле неё; били по щекам, держали за руку и потрясывали за плечи. Пятифана она рядом не заметила. Видимо, разбирался с Бабуриным. Белова, конечно, не ожидала такого от Семёна. Думала, просто угрожал, и не более. А тут его слова не оказались ложью. Ей было больно вставать. Кости так сводит, что хочется умереть. Были слышны некие стоны Семена, тихое дыхание Бяши, волнительный тон Антона и ругательства Ромки. Она не отзывалась, потому что казалось, что и двух слов связать не может. Антон ещё сильнее бил по щекам, Пятифан нагнулся к ней, положив свои ладони на колени. Нахмурившись, осматривал её лицо. Злость бурлила в его крови. Семену было мало, но это ещё можно продолжить. Для начала нужно привести в сознание Белову. Вдруг её лицом становится все размытое. И перед Асей появляется девочка с маской лисы. Через эту маску были видны её глаза и улыбка. Девочка выглядела довольно мило. — Здравствуй, моя хорошая! — Немного писклявым голосом проговаривает лисичка, — Меня Алиса зовут, а вот тебя я знаю. Ася не понимала, что происходит. Эта Алиса была слегка похожа на сумасшедшую. — Откуда ты меня знаешь? — Это неважно, — Она сложила руки в замок, — Сейчас важно то, что ты должна отомстить своему обидчику. Девочка-лиса была настроена крайне серьёзно. Ее переполняла злость. И, наверное, чем-то напоминала Асю в детстве. Она точно так же злилась на своих обидчиков в детском садике. — Это нельзя просто так оставлять! — И что же ты предлагаешь? — С усмешкой спрашивает Ася. — Для начала ты должна встать с новыми силами, сделать то, что ты действительно хочешь, — хихикает Алиса. — Я двинуться не могу, не говоря уже о том, чтобы ударить его. Вот Алиса знала явно намного больше, чем сама Ася. Наверное, Белова просто считает так, что не может даже пошевелиться. Алиса знает все. — Неужели тебе не хочется отомстить за себя? Неужели тебе не хочется надрать ему задницу? Неужели тебе не хочется увидеть, как он страдает? Эти слова Алиса придавали ей немного уверенности. Как только слышала, что говорит Алиса, её кулаки моментально сжались, а желваки начали напрягаться. Ася была похожа на разъярённого зайчика. На зайчика, за которым бегает волк, и этот зайчик решил дать ему отпор. — По твоему лицу я вижу, что ты очень хочешь это сделать, — Алиса прищурила глаза, — Ну же, сделай это! Покажи ему, кто ты на самом деле! Ася расщепляет глаза, и перед ней вновь стоят ребята. Ромка так же стоит, нахмурившись, а Антон и Бяша со страхом в глазах. Семён стоит где-то вдали, пытаясь не обращать внимание на девочку, которую только что ударил. — Да не ссыте вы, живая она, — Усмехается Ромка, — Ты как вообще? Нормально себя чувствуешь? — Нормально, — Отвечает она, но будто не своим голосом. Это какой-то до жути озверевший голос. Как у дикого животного. Например, у медведя или волка. Антон и Бяша помогают ей встать, держа за руки. Ася пользуется этой помощью и через несколько секунд уже стоит на своих ногах. Смотрит в глаза Семена, а он только мерзко улыбается. Не чувствует за собой никакой либо вины. Видимо, совести у него совсем нет, раз ударил девочку. Он даже не извинился. Надо проучить толстяка, иначе он так и будет ходить безнаказанным. — Вот видите, все с вашей Асей в порядке, — Смеется Бабурин, — Зря только в штаны ссались. Ася могла что-то сказать, но не успела, потому что Антон ударил его. Ударил с такой силой, что тот упал в сугроб. — Неправильно бить девочку, а потом даже не извиниться перед ней! — Кричал Антон на весь лес. Рома и Бяша взяли его за локти и оттащили от Бабурина. Конечно же, они с ним согласна, но лучше предотвратить эту драку. Ничем хорошим это не закончится. Лучше пусть они его изобьют до потери сознания, чем потом Антон будет харкать кровью. — Тоха, да успокойся ты! Мы с ним потом сами справимся, не надо руки марать об эту свинью, — Рома усилил хватку. — Точно-точно, на, — Поддержал Бяша. Ася увидела, что Бабурин отряхнулся и потирал челюсть. Сейчас будет самый грандиозный момент, когда она тоже его ударит. Очень хочет это сделать. Прямо горит желанием. Нельзя это просто так оставить. Рукой вытирает кровь, которая не так и не переставала стекать. Ближе подходит к нему, прожигая взглядом. — И че ты ко мне подошла? Еще хочешь отхватить? — Семён складывает руки на груди. — Зачем же? Я могу тебе устроить сладкую жизнь, от которой ты сам будешь отхватывать. — И че же ты мне можешь сделать, дочь мента? Папочке пожаловаться? Ну, конечно, беги, ты же только это и можешь. — Слышишь, Сёма, я бы на твоём месте замолчал, — Рычит Пятифан, — Ты сейчас так договоришься, что сейчас будешь лежать на её месте. Рома предполагал, что сейчас будет. Бабурин и так отхватил от него и от Петрова по самое не хочу. Но ему, конечно, было мало. А если сейчас ещё раз отхватит от девчонки, то от позора вообще не отмоется. — Да че она мне может сделать? Асечка же у нас такая худенькая, щупленькая, страшненькая, она же не сможет меня даже ударить. Нет, так её точно ещё никто не оскорблял. Она сжимает кулаки до такой степени, что остаются следы на ладонях от ногтей. Ася не любит, когда про неё говорят такие вещи. Он, наверное, подзабыл, как Ася врезала ему в школе. Как ходил, злился и кричал на всех. Надо бы ему напомнить об этом случае. И очень хорошо напомнить. Ася сейчас на столько зла, что не передать словами. Такое ощущение, что у неё вселился какой-то демон, и она не может ему противоречить. Есть огромное желание отомстить Бабурину. — Ты очень глубоко ошибаешься в том, что я не смогу тебе ничего сделать. Забыл, как я тебя сегодня в школе ударила? Забыл, как ты кричал на всех от злости из-за того, что тебе девчонка ударила? Ася ещё ближе подходит к нему, берет за воротник куртки и чуть ли не глазами хищника смотрит. — Ты, сука, видимо, все забыл. Но я тебе напомню, — Чуть испуганными глазами смотрел не только Семён, но и все остальные. Никто не мог понять, что произошло с Асей. Она же вроде никогда себя так не вела, не давала поводов. Выглядело как дикое животное, готовое растерзать свою жертву. Стиснув зубы, она продолжила; — Ты не знаешь меня настоящую, Сёма. Я могу тебя так ударить, что мало потом не покажется. Папе жаловаться я точно не буду, с тобой я сама справлюсь. — Ась, ты чего? — Заикаясь спрашивает Антон, вырвавшись из рук ребят. — А ну заткнитесь все и не мешайте мне вести разговор! — Крикнула она, даже не обернувшись на троицу мальчишек. Бяша расширил глаза, Антон нервно сглотнул, а Рома стоял со спокойным лицом. В принципе это должно было, когда это случится. Правда, Ася разговаривает с ним, не выдавая своих эмоций. У неё на лице только злоба ничего более. Нет ухмылки, усмешки или даже улыбки. Она прищурила глаза и начала рычать как животное. Это они запомнят навсегда. — Думаешь, я реально поверю, что ты из обычной безразличной суки превратилась в какого-то зверя, который хочет меня растерзать? Не смеши меня, Асечка. — Да, именно так! — Ася решила, что хватит слов, теперь нужно переходить к действиям. На пару шагов отошла от него, собралась с силами и пнула ногой в толстый живот. Когда он скрючился, держась за ушибленное место, девочка ударила его по лицу кулаком. Глаза были как у безумца, руки хотели закончить начатое. Ребята стояли, как истукана, не понимали, что вообще происходит. Антон вообще не проронил ни единого слова, когда увидел подругу в таком состоянии. А ведь она не рассказывала, что может быть такой. Избила Бабурина, нанеся ему такие травмы как какой-то боксёр. Это было неожиданно для девочки. Нет, Ася, конечно, говорила, что занималась самообороной, но чтобы настолько… Антон, конечно, был в шоке. Поглядывал на одноклассников, те тоже были немного в шоке. Бяша так точно. Ася решила не останавливаться на достигнутом, поэтому ударила его пару раз по рёбрам. Будто это было не та, безэмоциональная девочка, а и вправду какой-то зверь. Будто безумец, который хочет убить этого человека. Семён выл и стонал от боли, он даже подумать не мог, что девочка может такое с ним сотворить. Это был какой-то ангел воплоти. С виду такая хорошая, милая девочка, с которой хочется общаться, а на самом деле она монстр. Когда руки Бабурина были раскинуты в разные стороны, она, воспользовавшись преимуществом, наступила на правую руку. Наступила так сильно, что начал кричать и просить, чтобы отошла от него. Рука толстяка начала синеть, он почти её не чувствовал. Где-то в глубине души Ася улыбалась, радовалась, что именно она смогла такое с ним сделать. Точнее, одна из всех девочек. Он кричал, но Ася не реагировала на его крики. Её взгляд упал на одноклассников, которые стояли в полном шоке. — Что ты должен сказать? — Прошипела Ася, — Я не слышу! — П-прости, меня, пожалуйста.! — Кое-как крикнул Семён. Наверное, было пора закончить с этим цирком. Ведь убивать его, она по крайней мере, не собиралась. Последний заключительный удар был в лицо. А если быть точнее, то в нос. Теперь он почувствует боль, которую несколько минут назад испытывала Ася на себе. Из носа хлынула кровь красная и такая красивая. Кровь стекала из носа, также попадала на губы. Ася бы очень хотела улыбнуться, но нельзя нарушать свои принципы. Никому нельзя показывать своих эмоций, кроме Полины и папы. Белова отошла от своего избитого одноклассника. И будто она пришла в сознание и поняла, что только натворила. Она была в шоке от всего, что наделала. Это, наверное, была не Ася. Она бы ни в коем случае так не смогла сделать. Кто-то управлял ею, как куклой марионеткой. — Ахуеть… — Вырвалось из уст Антона, — Я вообще первый раз вижу, чтобы девочка так сильно избила парня. Семён еле-еле встал, было трудно подниматься со снега. Очень сильно болел живот и ребра, а так ещё и нос. Если будет кто-то знает, он будет опозорен на всю школу, даже первоклашки будут над ним смеяться. — Вот это ты дала, на! — Бяша сглотнул ком, который был в горле несколько минут. — И не поспоришь ведь, блять, — Ромка усмехается, — Честно скажу, не ожидал. Видимо, уроки самообороны в детстве не прошли для тебя даром. — Ну а что ты хотел? Не тебе же одному кулаками махать, — Её лицо вновь становится без эмоциональное. — Кстати, ты мне подала отличную идею, — Облизал свои губы, — Бяш, пойдем. А ты стой, охраняй её. Это было сказано Антону. Он кивнув головой, подошел к Асе ближе. Хотя этого в принципе не нужно было делать, она сама может за себя постоять. Пятифан и Бяша направились к Семёну и начали его пинать ногами, только в два раза сильнее. Он кряхтел, кричал что-то не членораздельные в ответ, но ничего не мог сделать. Он сам подписал себе смертный приговор, когда накинулся на Асю. Мог бы спокойно с ней поговорить, обсудить то, что ему не нравится, но никак не бить. — Вы че творите? Неужели изобьёте друга из-за этой шалашовки ментовской? — Кашлял вперемешку с кровью. — Бить девушку — это последнее дело, гнида! — Ромка был очень злым. Ася понимала, что Пятифан его еще бил когда та была в отключке, но наверное, ему было мало. Не осознал свои ошибки. И такие как Семён, не осознают их никогда. — Девушек вообще бить нельзя, тварь, на! — Бяша тоже не одобрял этого. — Она же, блять, сама виновата! — Искал оправдание себе. — Похуй, сама, не сама! Главное, что никогда нельзя поднимать руку на девушку. Слышишь, никогда! — Пятифан был готов бить его до посинения. Еще несколько ударов, и Семен беря в руки свой портфель, убегает прочь. Убегает так быстро, что пятки сверкали. В его голове столько одно; лишь бы не догнали. Лишь бы не убили. — Еще раз подойдёшь к ней, горло тебе перережу! — Ромка отряхивал свои руки, направляясь к Антону и Асе. На Белову, конечно, было неприятно смотреть. Засохшая из носа кровь и слегка красный глаз. — У-у-у, ну и пиздец у тебя на лице, конечно, — Усмехнувшись, прикасается к лицу блондинки, та немного отшатывается от него, — Да не боись, бить не буду. Ася прислушивалась к его голосу, и он был такой… Завораживающий, спокойный, наверное. Беловой нравился голос одноклассника. Голос просто прекрасный, а вот характер… Над этим, конечно, ему надо поработать. — По хорошему, надо бы обработать твой нос. А то как ты домой придёшь, папаша вопросами завалит, — Поворачивает голову вправо, сдвигая брови, — Кстати, это, Антошка, нормальный ты парень. Думал, ты сосунок, а вон как жирдяя уделал, так ещё и за Аську заступился. Молодец, кароче. — Спасибо, — Сказал Антон, поправляя свои очки. — Завтра с во-о-о-от таким фуфелом припрётся, отвечаю! — Бяша показал на себе, с каким именно финалом будет в школе. — Ну да, ну да, — Соглашается девочка, — Сколько ему тут наваляли, мне кажется, он даже три недели с синяками ходить будет. — Ха-ха, реально, — Смеется Пятифан. Ася наблюдала за тем, как Антон быстро сдружился с Бяшей и Ромкой. Она была рада, что хоть еще нашел себе друзей. Белова достала из своего рюкзака маленькое зеркальце и рассматривала свой нос. «Твою ж мать! Вот Бабурин, сука!» — в мыслях она психовала, хоть и снаружи спокойно смотрела на свое отражение. — Мне точно надо обработать нос и стереть эту засохшую кровь, — Оповестила ребят, — К кому можно пойти? — Ко мне, — Проговорил Петров, — Как раз у меня дома нет никого. — Вот и хорошо. Пошли… — И Ася теряет сознание. Она бы с лёгкостью могла упасть на жёсткие комки снега, получить сотрясение мозга, но к счастью, ее поймал Рома. — Эй, ты чего? Чё уже случилось? — Пятифан одной рукой держал ее за плечо, а другой рукой за талию. — Срочно несём ее ко мне. Видимо, она переволновалась сильно, вот и потеряла сознание. Ромка взял её на руки и быстро понес к дому Антона. Он слышал, как Бяша кидает идиотские смешки, так ещё и что-то Антону говорит на ухо. Хотелось дать ему подзатыльник, но сейчас он в таком положении, что не может сотворить это чудо. Рома смотрел на Асю, она также была в отключке, даже не шевелилась. Смотрел на неё и улыбался. Она такая красивая, когда спит. Можно любоваться хоть вечность. А ещё он восхищался тем, как же ловко Ася справилась с Бабуриным. Смотрела в его глаза таким интересным взглядом, даже не боялась ничего. Но Пятифану хотелось, чтобы она улыбнулась хоть на пару секунд. Хотел увидеть её улыбку, очень хотел. А то Ася ходит постоянно с маской безразличия на лице, не показывает своих эмоций, не выдает улыбки или чего-то прочего. Вообще ничего не выдает. Это иногда подбешивает. Так хочется подойти и крикнуть на неё из-за этого. Заорать на всю школу, лишь бы она показала истинные чувства. Только это будет трудно сделать. Они быстро дошли до дома Антона. Открыл дверь, впустил ребят и приказал куда именно нужно отнести Асю. Рома положил ее на кровать Антона, а сам сел на стул. Бяша пошел на кухню, что-нибудь перекусить, а Антон пришел с аптечкой. Обработал ей нос, стер кровь, осмотрел глаза, но слава богу, ничего ужасающего там не было. Теперь надо дождаться, когда Ася проснется. — Ну и чё, долго она будет в отключке? — Сложил руки на груди. — Даже не знаю, — Плечами пожимает, — вы, наверное, идите домой, я за ней пригляжу. — Да, Ромка, пошли, а то мать опять будет орать на меня, на, — жуя колбасу, говорит Бяша. — Ой, Бяш, тебе лишь бы пожрать, — Он закатил глаза, — Ладно, пошли. Бяша и Рома попрощались с Антоном, извинились за некоторые моменты и вышли из дома. Петров пошел в свою комнату, проверив Асю. И к сожалению, она все также была без сознания. В скором времени должна проснуться. Родители куда-то уехали, а приедут только под вечер. Поэтому дом в полном распоряжении Антона. Но Ася была уж очень боевая, никто ей не сможет причинить боль. Сама кому хочешь причинит. Но вот у него есть один вопрос. Совсем ли она не показывает своих чувств или есть определенные моменты, когда она делает это? Именно это интересует Антона. Пока они шли к нему домой, Бяша рассказал, что за все то время, пока учатся вместе, ни разу не увидели улыбки на ее лице. Да, действительно, ни разу! Антон сам немножко приофигел. А ещё ему показалось, что Ромка как-то по-хорошему относится к ней. Будто пылает каким-то чувствами к ней. Хотя, может, это ему кажется. Антон сходил в школу всего лишь один день, и не может распознать всех одноклассников. Не может увидеть их полностью. И лишь через полчаса, когда Антон закончил читать четвёртую главу своей любимой книги, Ася решила проснуться. Поднялась с кровати, протёрла глаза и подошла к Антону. По ее лицу было видно что она ничего не понимает. Даже не помнит, как тут оказалась. — О, пришла в сознание? Я рад, — Антон улыбается, — Помнишь, что было? — Если честно, то с трудом. Такое ощущение, что меня по голове ударили, и я забыла всё. Единственное что я помню, это драка с Бабуриным. — У-у-у, а ты помнишь как ты с ним дралась? Помнишь, что ты ему говорила, и в каком состоянии ты была? — Вот этого я вообще не помню, — Она потеряла свои виски, — А чего у меня нос болит? Эта свинья меня что, по носу ударила? — Да, когда ты начала говорить про его прошлое, он не выдержал и ударил тебя. Мы несколько минут пытались привести себя в сознание. Антон кратко рассказал, что было и как именно Ася расправилась Бабуриным. А ещё рассказал, что она неожиданно упала в обморок, и сам Ромка донёс её до дома. И Белова начала потихоньку все вспоминать. — Я сама не понимаю, что со мной было. Будто в меня какой-то демон вселился, жаждущий расправиться с Семёном, — Ася улыбается. Петров расширил на неё свои глаза. Удивлён, что она улыбнулась ведь за целый день этого не было. — Ты улыбаться умеешь? Почему ты молчала? — На полном серьёзе спрашивает Антон. — Да, я умею улыбаться, а видят мою улыбку только избранные люди. Поздравляю, ты именно этот человек. Больше я никому не показываю своих эмоций. — На самом деле у тебя очень красивая улыбка, не стоит её скрывать, — Антон широко улыбается. — Так, ну ладно, я думаю, мне пора домой. Спасибо, что обработал мне нос, — Белова вышла из комнаты и пошла в прихожую. Быстро оделась, попрощалась с Антоном и вышла из его дома. Пока она пошла к своему дому, поразмышляла о своём поведении. В неё и правда, будто вселился какой-то демон, который хотел, чтобы именно он расправился с Бабуриным. Наверное, это было как кстати. В самый раз. Но больше такого шанса, к сожалению, не было. Да и Бабурин, наверное, больше не подойдёт к Асе. Будет знать, как её бить. *** Как только Ася зашла домой, услышал знакомый крики и ругань. Как же надеялась, что этого больше не будет в её семье. — Ты мне всю жизнь испортил, понимаешь? Это ты заставил меня рожать Асю, хотя я этого не хотела! — Почему-то это слово резало без ножа. Беловой стало больно. Правда, очень больно. —Катя, успокойся, пожалуйста, — Отец пытался контролировать свою агрессию, хотя это получало не очень, — С минуту на минуту должно прийти Ася, я не хочу, чтобы она это слышала! — Да плевать мне на твою Асю! Я для вас была обычной домохозяйкой, никто не видел во мне женщину, понимаешь? И только он смог увидеть во мне женщину и узнать всю мою боль. — Тогда проваливай к нему. Давай, иди, чего ты стоишь? Взяла свои шмотки и ушла отсюда. Ты пришла сюда мне нервы мотать, да? — Алексей тихо вздыхает. Его взгляд полон ненависти к этой женщины, но он сдерживал себя, чтобы не ударить её. Он никогда не поднимал руку на свою жену. Алексей ненавидит насилие над женщинами. — Ты сам хотел поговорить. А что такое, правда глаза режет? Так вот стой и слушай, ты и Ася мне никогда не нужны были, я вас ненавижу! Ася все это слушала, и у неё скатывались слезы по щекам. Она не могла контролировать сейчас свои эмоции. Эта боль ни с чем не сравнится. Даже когда её ударил Бабурин, она не чувствовала такой боли, все было терпимо. Никто из родителей не заметил, как Ася зашла в дом и разделась. Она стояла в прихожей и все это слушала. Конечно, знала что мама её не сильно любит, но чтобы ненавидела, Ася не думала над этим. — Ася точно такая же, как и ты. Ничего вокруг не замечает, ходит с таким лицом, будто у неё траур каждый день. Вылитая ты, — Екатерина тыкала пальцем в грудь мужа. Белова сжимала кулаки. Сейчас у неё было дикое желание ударить эту женщину. Она заслуживает. — Хватит! — На весь дом заорала Ася, — Не смей оскорблять меня и папу. Ты теперь в этом доме никто. Вали отсюда, и чтобы я тебя больше за километр не видела. Взгляд был стеклянный. А вот из глаз шли слезы. Именно сегодня решила дать волю своим слезам. Алексей ухмылялся, а вот Екатерина была в непонимании. Явно не ожидала такого от своей дочери. — Мне тебе по несколько раз надо повторять? Пошла вон из этого дома! — От такого крика мама Аси дёрнулась. Спорить она не стала, потому что это бессмысленно. Поэтому взяла свои вещи, ненавистным взглядом посмотрела на дочь с мужем, и вышла из дома. Ася закрывает входную дверь на ключ, не желая больше никого впускать. — Ася, девочка моя! — Алексей прижимает её к себе, обнимая и целуя, — Только ты, главное, не волнуйся, мы без неё отлично справимся! Не нужна нам она больше. — Пап, мне было настолько обидно, что она сказала про меня. Неужели я и правда, заслуживаю таких слов? — Девочка подняла на него свой заплаканный вид. — Нет, ты не достойна таких слов, ни в коем случае! Ты у меня самая лучшая девочка и достойна большего. Никто не смеет тебе такое говорить! Ася пробыла в объятиях папы несколько минут, позже успокоилась и пошла в свою комнату. Сегодня у неё явно был насыщенный день. Но теперь она точно знает, что мама больше не вернётся в их дом. Не нужна она больше здесь после таких слов.