Цветущая мята

Стоит Биллу мягко прижаться к Мэйсону со спины, как Пайнс тихо охает и мгновенно пунцовеет, покрываясь крупными мурашками. – Чем ты так занят, что не услышал, как я подхожу к тебе, м-м? - вполголоса спрашивает демон, прикрыв глаза и уложив подбородок на чужое плечо. Руки вцепились поперёк рёбер. Диппер мнётся, стоя перед небольшим зеркалом, (Сайфер милостиво отдал ему его со словами:«Пользуйся, Сосенка») и досадливо кусает губу, думая о том, что, будь он немного расторопнее, успел бы. – У меня... Небольшой сюрприз для тебя, - сглатывая вязкую слюну, кудрявый смаргивает выступившую влагу и, гремя тяжёлой цепью на ноге, излучающей тусклое синее свечение, поворачивается к стоящему позади мужчине лицом. Краснь щёк заиграла ещё ярче. Демон на секунду теряет дар речи, жадно осматривая, никем не осквернённое, мальчишеское лицо и тело;Билл не думал, что Мэйсон воспользуется той частичкой безопасной и безобидной магии, корректирующей внешность так, как угодно хозяину. Сайфер не будет врать - парень и раньше был ужасно не по-мужски красив. Но теперь, когда после всех попыток сбежать, Диппер, наконец, стал покорнее и подправил свои недостатки, подчеркнув демонической магией достоинства, то стал поистине прекрасен. Его лихорадочно блестящие небесно-голубые глаза пробуждали в одноглазом обжигающее нутро тепло, и мужчина, сдерживаясь из последних сил, сжал в крепких объятиях желанное тело. Пытался утихомирить внутреннюю бурю. Сопел, дрожащему в его руках, мальчишке в макушку, тёрся носом о нежные, шелковые волосы. До того момента, пока не рыкнул и, путаясь в валяющейся на полу цепи, потянул юношу к зарешеченному окну. Диппер трясся, но послушно не дёргался, выглядя словно заяц, ожидающий нападение змеи. Со стороны могло показаться, что он мелко дрожит и всхлипывает от нетерпения, а не ужаса, что глаза влагой блестят потому, что он желает близости с демоном, что краснеет он от смущения, а не стыда и позора... Но демонические кандалы, сковавшие его ноги, убедят любого в обратном. Если, конечно, этот любой не является одноглазым психом. Одноглазым психом, раньше бывшим треугольным исчадием ада. А теперь принявшим человеческий облик - так сводить с ума намного проще. Диппер не знает, для чего Сайфер вытворяет всё это. Возможно, тому, кому лет больше, чем самой вселенной, стало скучно. Возможно, захотелось потешить самолюбие и утвердить свое могущество, издеваясь над беспомощным человеком. Заперев его в четырех стенах с всего лишь одним окном - маленьким и тоже перекрытым резной решеткой. Не компенсирующей своей красотой тоску и безнадежность. Посадив Мэйсона на цепь, как какую-то псину, хотя и позволив спать относительно спокойно... В помещении, ставшем ему жилищем - не домом, именно жилищем - не было никого, кроме самого Пайнса и туманного чувства присутствия демона. От одиночества голубоглазому казалось, что он сходит с ума. Билл его в этом поддерживал. По ночам, становясь невидимым для человеческого глаза, он вставал над парнем и несколько часов мог просто смотреть на него - пристально и пугающе внимательно. Доводя до паранойи. Даже когда мальчишка просыпался в ледяном поту и озирался по сторонам, кутаясь в одеяло в попытке скрыться от липкого ужаса, Билл оставался на месте и продолжал следить за ним. Со временем человек привык: когда просыпался от кошмара в очередной раз, он лишь тяжело вздыхал, переворачивался на другой бок и вновь проваливался в неспокойную дрёму. – Какого чёрта ты... М-м... Блять, я так хочу тебя трахнуть... Это фишка людского тела, да? - нервно усмехнулся желтоволосый, дрожащими от перенапряжения пальцами залезая под чужую футболку и оглаживая впалый мальчишеский живот. Уперев парня в выступающий подоконник, Сайфер прикинул, выдержит ли он Диппера, плюнул на это, а потом подвинул горшок с цветущей мятой в сторону и усадил туда юношу. Диппер, когда попал сюда в первый день и метался в попытках вырваться из клетки, заметил большой горшок с поразительно маленьким ростком в нём. Через время, Пайнс подумал, что было бы неплохо начать ухаживать за неведомым растением, чтобы не сойти с ума. Он не садовод. Даже то количество цветов, которые у него были - быстро вяли. Но иных развлечений, кроме подсчёта лампочек на потолке, не было. А потом, Диппер узнал в неизвестном растении мяту: когда он случайно придавил лейкой лист, тот треснул и она вкусно заблагоухала. Ещё через промежуток времени (шатен не считал дни, он сбился уже на сто четвертом) мята зацвела милыми белыми цветочками. В энциклопедии он читал, что некоторые виды мяты цветут с июня по сентябрь, так что юноша предположил, что сейчас могло быть лето. Или начало осени. Но скорее всего лето. Наверное. В очередной раз глухо шмыгнув носом, голубоглазый судорожно вдохнул спертый душный воздух. Верно истолковав долгий взгляд жёлтого глаза, Диппер сам потянулся за поцелуем. Покорно открыл рот, позволяя языку Сайфера по-хозяйски пробраться внутрь, дразня пройтись по ребристому нёбу и втянуть язык Пайнса. Это было бы приятно, если бы страх не душил Диппера костлявыми ручонками. Только Сайфер наслаждался - ему нравилось беспардонно лапать юное, никем не тронутое тело. Раздевать его, играючи касаться пальцами нежно-розовых, твердых от холода сосков. А потом спускаться руками к узкой талии и бедрам, прижимаясь ширинкой брюк между ног обнаженного парня. Стирать слёзы, текущие по его блестящим белизной щекам, и жадно дышать ему в шею. Сайфер, скалясь, одной рукой обхватывал аккуратный член Диппера с розовой головкой, лениво водил по нему, а второй нетерпеливо сжимал его ягодицу, шлёпая до ярких следов. Тогда Диппер тихо скулил и слёзы текли сильнее. – Смотри, ты уже готов... - горячо шепчет в красное ухо Диппера, намекая на то, что полюбившийся демону член против воли владельца твердо стоит, – А я ещё не совсем. Пайнс, без ненужных намеков, сползает с подоконника на ослабевшие ноги и падает ниц, принявшись судорожно расстёгивать не поддающийся ремень. Билл, с умиленной улыбкой, помогает ему. Даже когда большой влажный пенис выскакивает из-под белья, Билл помогает ему. Берёт за подбородок, разводит челюсти, не даёт зубам Диппера сомкнуться на органе. Когда член уже в горячем и мокром плену, Билл блаженно выдыхает и жмуриться. Проклинает Аксолотля, толкается бёдрами в глотку Диппера, задыхающегося от слёз и наполненности во рту. Пытка насильным минетом длится недолго, так как с непривычки Сайфер боится кончить слишком рано (хоть чего-то он боится), зато дальше... Мэйсон хотел бы забыть то, что произошло дальше. Рывком поднимая юношу с пола, демон хватает цепкими пальцами за его каштановые волосы и резко разворачивает спиной к себе, вынуждая прижаться к горячему стеклу от окна. «Всё-таки лето, раз горячее», - отстраненно думает Пайнс. Когда член Сайфера давит на сфинктер слишком сильно, грозясь вот-вот толкнуться внутрь и причинить ещё больше боли, чем уже, Диппер беспомощно сжимается и сильнее жмется к окну, что-то глухо мыча. Когда Сайфер внезапно вспоминает, что перед проникновением, чтобы больно не было никому, нужно сначала разработать дырочку, Мэйсон облегчённо выдыхает, стараясь замереть так, чтобы Билл был доволен и самому было комфортно. Во многих маминых романах, которые Пайнс втайне читал, было написано, что в моменты соития оба должны чувствовать доверие, а с доверием приходит и удовольствие. Однако голубоглазый демону точно не доверял - такому, как Билл, доверишься, и ночью он тебя задушит подушкой, на которой ты спал. Наверное, в этом крылась причина, по которой было неприятно и страшно. Даже стоящий колом член, с которого капала смазка, не заставил бы парня просить больше. Неожиданно пальцы вынули, и шатен приготовился к худшему. Но худшего не последовало - юноша ощутил только лёгкий дискомфорт от вторгающегося внутрь члена, а потом Сайфер толкнулся так сильно, что впечатал парня щекой и грудью в стекло. Член Билла внутри задницы, раздвигая девственные горячие стенки, задел особую точку, отчего в глазах у Диппера помутнело и тот разом потерял связь с реальностью... Потом он чувствовал бешеные толчки, жар внизу и внутри, горячие ладони Сайфера на своей спине, хриплое и тихое дыхание в затылок, звон трясущейся синеватой цепи... Оклемался от странного дурмана только когда хлопнула дверь. Ощущая липкую сперму у себя в заду и рассеивающийся туман в голове, Диппер продрал глаза и перевел подёрнутый поволокой взгляд на окно. По расчетам шатена - было примерно начало июля. Цветущая мята завяла.