Маримо в самом деле занимается почкованием

Рука Зоро скользит по мокрой от пота спине и останавливается на пояснице, еще яростнее вжимает её в кухонный стол. Блондин точно убьет его потом за рваную, некогда дорогую рубашку, которая сейчас валяется где-то в районе холодильника. Два упавших стула рядом с переплетенными телами сигнализируют о том, что порывы страсти неконтролируемо плещутся в обоих. – Зоро, пожалуйста.. – в глазах Санджи застыли слёзы и голос сорвался на хрип, дрожа всем телом Винсмоук прогибается под напором Ророноа Зоро. Рваные толчки, пальцы, оставляющие синяки на бедрах – везде чувствуется животная натура мечника. Зоро наклоняется к своему любовнику и клыками впивается в мочку уха. – Что "пожалуйста"? – в голосе слышится усмешка. – Чего ты хочешь, Завитушка? И новая серия толчков с, кажется, еще большей силой. Санджи чувствует, что на бедренных косточках уже стерта кожа, а поясница разве что не ломается пополам. Он сам не понимает, почему же ему это так нравится. – Зоро, пожалуйста, я хочу кончить.. – молебным шепотом выдыхает Санджи куда-то в деревянную поверхность. – Если будешь послушным мальчиком, я над этим подумаю, – мечник резко сбавляет темп и мягко, тягуче выходит из блондина почти полностью и снова также плавно возвращается внутрь. Санджи ломают эти замедленные движения, ему хочется быстрее, сильнее, но Зоро хочется его мучить. Ророноа проводит рукой от головки чужого члена до потного живота и наслаждается мучительным стоном партнера. Санджи кажется, что руки Зоро везде – они гладят его плечи, впиваются в бедра и мучительно медленно ласкают между ног. Санджи плавится в этих касаниях. Продолжая свою пытку, мечник ведет языком по влажной шее блондина до места за ухом и слегка прикусывает, совсем прекращая двигать тазом. Он проводит руками по чужой груди, прессу и спускается к косым мышцам внизу живота. Неожиданно разворачивает находящегося под собой Санджи так, что тот теперь лежит спиной на многострадальном столе и смотрит в глаза Зоро. – Хочу видеть твоё лицо, пока ты кончаешь – грубым, почти диким поцелуем он затыкает решившего было возмутиться кока. Не разрывая танец языков, Зоро хватает Санджи за волосы, вынуждая прогибаться, сидя на чужом члене, и стонать прямо в поцелуй. Выходит чертовски развратно. Одну руку так и оставив в пшеничных волосах, а второй держа над головой обе кисти Санджи, Зоро снова набирает яростный темп, грозя сломать ножки стола. – Зо.. – Санджи не успевает закончить фразу, как перед глазами мелькают фейерверки, а пальцы на ногах вокруг поясницы Зоро сжимаются. Зоро кончает внутрь, почти одновременно с Санджи, и не спеша вытаскивает обмякший член, все ещё придерживая голову блондина, чтобы тот не стукнулся, но отпустив запястья. – Ты придавил меня, Маримо. Ророноа с довольной улыбкой игнорирует показушное замечание и продолжает прижиматься к чужому телу. Через пару минут неохотно отлипает и вглядывается в хмурое лицо напротив. Лёгкий поцелуй в бровь-завитушку и Зоро прощен – Санджи смотрит ему в глаза влюбленным взглядом и первый сокращает расстояние. В этот раз они целуются нежно, словно только после признания, поочередно обхватывая губы партнера своими и иногда слегка прикусывая. – Ау! Человеческая раса вызывает мохоголовых! – Санджи пощелкал перед лицом Зоро-поехавшего пальцами, привлекая к себе внимания. Сначала, когда тупоголовое Маримо проигнорировало его, было желание пустить в лицо струйку дыма от сигареты, зажатой в зубах, но, помянуя прошлый опыт, Санджи не решился – адекватный Зоро реагирует странно, мало ли что поехавший выкинет. Ророноа словно вышел из транса, легонько мотнул головой, скинул мечтательно гулявшую на губах улыбку и вернул на лицо достаточно, как посчитал Санджи, осознанный для лишайника взгляд. – Завитушка! – обрадовавшийся было Зоро уже через секунду потускнел. – То есть, Санджи, тебе что-то нужно? – Нет, вы посмотрите! Свалился тут на голову дополнительный голодный рот, а как ему о работе объявляешь, так он "тебе что-то нужно?" – передразнивая Зоро, Санджи завёлся, он сам не знает, почему так распалился, но, видимо, второй Зоро – серьезная угроза и без того довольно расшатанным нервам блондина. Нет, пока Зоро-поехавший не выкинул ничего, что могло разозлить Санджи, но он и провёл на этом корабле всего двенадцать часов, как говорится, еще не вечер. Вздохнув после недоумевающего взгляда, кок добавил: – Дежурным сегодня будешь, поесть тебе принес, балда. И, поставив перед отчего-то умиленно смотрящим в лицо Санджи мечником ночную порцию перекуса, блондин развернулся и направился в сторону кухни. На прилетевшее в спину "спасибо" легко тряхнул сигаретой, не оборачиваясь. – Суге-е! У меня теперь два старпома в команде! Нами и Усопп только вздохнули, решив, что объяснять капитану в сотый раз суть проблемы кто-кто, а они уж точно не намерены. – Он не вызывает у меня доверия. Маримо скрестил руки на груди и вёл себя словно появился не его двойник на корабле, а неизвестный пират. – А у меня ты доверия не вызываешь, лишайник, но я же терплю, – повар сам не знал зачем отстаивал честь этого престарелого Маримо. Зоро недовольно что-то пробурлил в ответ, но отвечать не стал. В последнее время они с Санджи словно поменялись характерами – голова-трава растерял всю свою уверенность и практически избегал кока, а блондин наоборот, разобравшись в своих чувствах, злился на бегающее от него Маримо и чувствовал потребность в контакте и взаимодействии. Помимо споров мечника и кока, ребята тратили время на гораздо менее важные вещи – обсуждали появление второго Зоро из будущего на их корабле. По итогу пришли к тому, что тот всё так же их накама и особого отношения к нему не будет, но также Робин рекомендовала воздержаться от расспросов о будущем –неизвестно, какие события это может за собой повлечь. Каждый из ребят дал согласие и каждый глубоко в душе знал, что не сможет удержаться от расспросов о своей мечте. – Сегодня пускай дежурит мечник-сан. Кок-сан, не отнесете ему паек вместе с новостью о его положении здесь? – Конечно, прекрасная Робин-чваан! – Санджи заморгал глазами-сердечками и покружил в сторону выхода из зала с аквариумом, за что получил разочарованное "ц" в спину. Не оставшись в долгу, перед тем как закрыть дверь, Санджи пихнул Маримо под ребра и, уже довольный, успешно скрылся. Дежурить по ночам в вороньем гнезде Зоро нравилось. Он не был романтиком, но в голову сами лезли воспоминания о том, сколько разврата он вытворял тут с Завитушкой. Хотя иногда они просто лежали бок о бок и смотрели на звёзды. Санджи в такие ночи рассказывал о Барати, Зеффе и постоянных посетителях ресторана, любимое блюдо каждого он все ещё помнил. Завитушка, в те редкие моменты, что не нарывался на драку и не стонал под Зоро, был невероятно чувствительный и открытый, казалось, что это его настоящая личность, которая просыпается только рядом с Зоро. Ророноа всё никак не мог уложить в голове, как Санджи состоит из двух противоположностей – одна грязная и похотливая, желающая выбесить Зоро и развести на грубый животный секс, а вторая ранимая, светлая, почти детская, с теплотой рассказывающая о своём приёмном отце. Да, Зоро до сих пор не смог понять, но смог полюбить всей душой и так сильно, что сейчас от нехватки завитушчатых бровей щемило рёбра. Почему Зоро так редко говорит Завитушке о том, как сильно он его любит? Мечник не в состоянии найти ответ на этот вопрос, но он уверен – по возвращении домой такая досадная ошибка обязательно будет исправлена.