Чёрный лотос (новелла)

«Знаешь, о чём я подумал, когда увидел тебя за пределами класса?» Тан Шо повернул голову и нежно посмотрел на Вэнь Няньнаня глазами, полными любви. Вэнь Няньнань опустил голову, чтобы избежать пристального взгляда Тан Шо, и прошептал: «И о чём же ты подумал?» «Я думал, как в этом мире может существовать такой прекрасный ангел? Как звук фортепиано может быть таким прекрасным? С этого момента я был полон решимости открыть свою собственную музыкальную студию, чтобы создавать музыку, потому что это то, что тебе нравится, это то, что ты всегда любил больше всего». Услышав, что Тан Шо открыл музыкальную студию из-за него, чувство вины ещё больше усилилось. Вэнь Няньнань внезапно присел на корточки и, между всхлипами, которые поднимались откуда то их груди, прокричал: «Я… я не настолько хорош… я не заслуживаю такого отношения от тебя. Тан Шо… Я ничто, я человек, чья жизнь разваливается, меня все ненавидят,… но, почему ты так много делаешь для меня? Я… прости… мне очень жаль, Тан Шо…» Слёзы текли по его щекам к подбородку и падали на землю. Во время разговора его голос срывался, как будто он изо всех сил пытался сдержать слёзы». «Няньнань, ты знаешь, насколько ты хорош? Почему ты должен думать, что ты недостоин? В моём сердце ты заслуживаешь лучшего во всём мире. Твои крылья не должны быть сломаны, и ты не должен отказываться от своей страсти к музыке». «Я…» … Слёзы Вэнь Няньнаня текли безостановочно, как будто прорвалась «плотина» чувств. Пытаясь их стереть руками и взять под контроль эмоции, Вэнь Няньнань снова начинал паниковать, тем самым, не давая прервать этот замкнутый клубок чувств. «Няньнань», - со стороны раздался голос, полный беспокойства. Вэнь Няньнань опустил голову ещё ниже, не прекращая «стирать» бессильные слёзы. Но чем больше и старательнее он пытался скрыть их, тем больше было слёз. Услышав голос Тан Шо, его руки замерли в воздухе на мгновение. «Просто отпусти…, перестань себя контролировать и подавлять, тебе станет легче, когда ты выплачешься, хорошо?» В этот момент, все его чувства обиды и боли вырвались наружу. Вэнь Няньнань разрыдался, слёзы хлынули с новой силой, сердце было сковано бесконечной болью, отчаянием и печалью. Столько лет его унижали, столько раз обижали, он снова и снова разочаровывался, этого было достаточно… Тан Шо услышал немой крик, который Вэнь Няньнань сдерживал годами. Слёзы появились и в его глазах, тогда он шагнул вперёд и присел на корточки, чтобы их глаза оказались на одном уровне. Эти двое были очень близки друг к другу. Тан Шо осторожно протянул руку к Вэнь Няньнаню. Видя, что он не отвергает его, Тан Шо нежно протянул руку к глазам Вэнь Няньнаня, красным от слёз, и осторожно вытер слёзы с его лица. «Няньнань, могу я обнять тебя? Только один раз…» — дрожащим голосом спросил Тан Шо. Вэнь Няньнань был ошеломлён. Спустя долгое время он медленно поднял голову и посмотрел на человека перед собой. Его голос тоже дрожал: «Хорошо…» Услышав это, руки Тан Шо задрожали от волнения. «Могу… я правда могу?» Тан Шо нежно держал Вэнь Няньнаня за руки, как будто он держал в своих руках целый мир, как будто в следующую секунду он исчезнет… Слава богу… на этот раз… это не сон… В этот момент время словно остановилось. В тихой комнате была уютная и нежная обстановка, прекрасное пианино, два человека, крепко обнявших друг друга, где два сердца, которые наконец-то обрели утешение. Тан Шо неохотно выпустил молодого человека из своих объятий спустя длительное время, потому что почувствовал, как его тело стала сотрясать лёгкая дрожь. Он прекрасно знал, что он изо всех сил старается контролировать себя, отчего его сердце сжалось от боли. Почему ты всегда заботишься о чувствах других, а не о своих? Тело Вэнь Няньнаня всё ещё дрожало. Он ненавидел себя за то, что его тело охватывало нервной дрожью всякий раз, когда кто-то прикасался к нему. Он повернулся, чтобы посмотреть на стоящий сбоку рояль, и в его глазах мелькнула печаль. Он встал и попытался покинуть музыкальную комнату, но внезапно его голова закружилась. «Няньнань! Что случилось, Няньнань?» — взволнованно спросил Тан Шо, быстро приближаясь, чтобы помочь ему. Голова Вэнь Няньнаня болела так сильно, что он чувствовал, что она вот-вот взорвётся. Его зрение стало расплываться, он пытался сжать голову обеими руками. «Моя голова… она болит...» Тан Шо сжал руку Вэнь Няньнаня и с беспокойством в голосе сказал: «Не сопротивляйся, я помогу тебе лечь на диван, чтобы отдохнуть». «Нет… всё в порядке, я сам доберусь», - Вэнь Няньнань оттолкнул руку Тан Шо и пошёл к дивану, придерживая голову рукой. Тан Шо ошеломлённо посмотрел на свою руку, которую только что оттолкнули, в его глазах вспыхнули непередаваемые эмоции. Он кружил вокруг Вэнь Няньнаня, безумно переживая и волнуясь, что он ничем не может ему помочь. Из-за пульсирующей боли в голове он снял шляпу и крепче обхватил голову, перед взором Тан Шо снова показалась яркая повязка. Тан Шо пристально смотрел на повязку, в его глазах стоял немой, но настойчивый, вопрос. «Что ты хочешь спросить? Скажи уже, я тебе всё расскажу», — сказал Вэнь Няньнань, увидев, что у Тан Шо в глазах стоит вопрос, который он боится задать. «Не бойся, спрашивай, не переживай из-за моего эмоционального состояния, всё в порядке, я действительно в норме, просто спроси». Не было ничего, что он не мог бы сказать ему; возможно, во всём этом мире только Тан Шо так заботился о нём. Тан Шо был на мгновение ошеломлён, услышав это, а затем нерешительно спросил: «Няньнань, эта рана… Гу Яньшэн ударил тебя? Было ли это из-за меня? Из-за этой фотографии…» «Да, это он ударил меня, но это не по твоей вине. Я не должен был рассчитывать на то, на что я не мог претендовать изначально. Так зачем же мне оставаться рядом с ним? Как мне покорить его сердце?» Вэнь Няньнань рассмеялся над собой, но всё указывало на то, что это был смех сквозь слёзы. «Я… хочу развестись… на этот раз, возможно, я уйду по-настоящему». «Что ты сказал? Ты… ты хочешь развестись?» Тан Шо замер, услышав это предложение. Он недоверчиво посмотрел на молодого мужчину перед собой, что, возможно, ему это прислушалось. «Он был готов разорвать все отношения со своей семьёй и отказаться от своего положения в компании, чтобы развестись со мной, что я могу ещё сделать… Я хочу развестись. Я хочу сбежать от всего этого, туда, где меня никто не найдёт, но… смогу ли я действительно бросить всё и уйти…?» Слова матери, сказанные ему, заставили его задуматься. В конце концов, семья Гу и семья Лу раньше поддерживали его отца. В эти годы именно все их совместные проекты поддерживали семью Вэнь, позволяя его отцу иметь то, что он имеет сейчас. Он был безмерно благодарен им. Но если я не уйду, смогу ли я действительно быть прежним и любить Гу Яньшэна, как будто ничего не произошло...? У Вэнь Няньнаня начала сильно болеть голова. Он зажимал виски, пытаясь унять боль, но сердце было полно горечи…. Как же так вышло? «Няньнань?» Вэнь Няньнань слегка взглянул на человека, который кружил вокруг него и беспокоился о нём, и слабо улыбнулся: «Что?» «Ты действительно собираешься разводиться?» Услышав, что Гу Яньшэн угрожал разорвать все отношения со своей семьёй, чтобы заставить Вэнь Няньнаня развестись, он не знал, радоваться ему или нет. Вэнь Няньнань никогда не думал, что ему придётся развестись, но, в конце концов, согласился, потому что не хотел, чтобы Гу Яньшэн разорвал отношения со своей семьёй. Конечно, он всё ещё любил его, и делает это для его же блага. Тан Шо внезапно встал и наклонился, он смотрел глаза в глаза: «Няньнань…, если ты разведёшься…. Могу я? Могу ли я получить шанс?» Умоляющие глаза вошли прямо в сердце Вэнь Няньнаня; на мгновение он был ошеломлён. «Я… я не знаю… я… мне нужно идти сейчас, уже слишком поздно, Тан Шо, мне нужно вернуться сейчас же». Вэнь Няньнань в панике поспешно вскочил и попытался уйти. Он надел шляпу, но внезапно Тан Шо схватил его за руку. «Ты сбегаешь от меня?» - его голос был жалобный, но тон - упрямый. «Я не могу? Почему бы и нет? Мы так счастливы, когда мы вместе, почему у меня нет шанса?» «Потому что я этого не стою, не стою твоих бесконечных усилий. Тан Шо, ты должен жить беззаботной жизнью, продолжая своё дело, как будто ты никогда не встречал меня раньше. Вы не должны позволять мне контролировать ваши эмоции. Эта улыбка, яркая, как солнце, не должна быть уничтожена кем-то вроде меня… «Хорошо, обещаю, я буду жить счастливо, как и раньше, я буду продолжать заниматься музыкой, как и раньше, хорошо?» - Тан Шо вытер слёзы. Его глаза были ужасно красными, но он через силу пытался улыбаться, но он продолжал смотреть на него. Вэнь Няньнань посмотрел на его улыбку и сказал, пытаясь сдержать рыдания: «Какая красивая улыбка, спасибо, Тан Шо». Эти двое больше не разговаривали, но они ясно знали, кто они друг для друга. Вэнь Няньнань снова надел шляпу и пошёл к своей машине. Тан Шо следовал за ним на расстоянии двух метрах. Он ничего не говорил и при этом сохранял дистанцию. Открыв дверцу машины, Вэнь Няньнань сел и посмотрел на человека, который следовал за ним. Тот приблизился. «Тан Шо, я сейчас уеду». «Хорошо, будь осторожен на обратном пути, дай мне знать, когда благополучно вернёшься домой». «Ладно, ты тоже должен вернуться, ветрено и начинает холодать». Но Тан Шо не ушел. Он стоял на месте и смотрел, как Вэнь Няньнань заводил машину. Его глаза вдруг заметили сумку на пассажирском сиденье, имя на ней было написано… Он всё ещё стоял там, где был, как машина уехала. Когда Тан Лунсюань получил сообщение от своего секретаря, он быстро вернулся в компанию. Как только он вошёл в офис, он увидел, как его секретарь наливает кофе человеку на диване. Когда он увидел злое очарование на этом лице, Тан Лунсюань без причины разозлился, глубоко вздохнул и подошёл. «Господин Чжоу, почему вы вдруг захотели увидеться сегодня? Вы должны были предупредить меня заранее». Мужчина на диване даже не посмотрел на него, потягивая кофе. Чжоу Юаньфэн уже видел его, когда он только парковал свою машину. Он стоял у панорамного окна офиса и смотрел на машины внизу. Взглянув на часы, в его глазах отразилось нетерпение. Когда серебристо-серая машина внезапно появилась внизу и после того, как он увидел стройную спину человека, которая удалялась, Чжоу Юаньфэн улыбнулся, его глаза выглядели так, как будто хищник нашёл свою добычу. Чжоу Юаньфэн осторожно подул на кофе перед собой и проигнорировал говорящего. Тан Лунсюань сел перед ним. Его секретарь тоже налил ему кофе, а затем посмотрела на человека, сидящего перед ними, не понимая, что он задумал. Пока он не допил чашку кофе, Чжоу Юаньфэн не проронил ни слова. Тан Лунсюань посмотрел на своего секретаря, но тоже мог только покачать головой. Странно, разве мистер Чжоу не сказал, что у него нет времени ждать, и спросил, когда я приеду? Почему он теперь просто спокойно пьёт кофе?