Утерянные

«Били бутылки Твои руки порезали стекла Те, что зеленого цвета Дым сигареты заглушит Запах сирени, но только Осень и я самый грустный Мальчик на этой тусовке» Зелёные стёкла - Drug Твоей Тёлки

***

      Саске проснулся с раскалывающейся от похмелья головой и дрожью в теле, закутываясь в пропахшее пылью одеялом с головой, чтобы спрятать глаза от режущего солнца. Он несколько дней уже не появлялся на работе и понимал, что его там, если и ждут, то только для того, чтобы он забрал свои вещи, и если у Карин будет хорошее настроение, может ему разрешат написать увольнение по собственному. Если же представить самый худший вариант, то все равно ему нечего терять — планы на дальнейшее место трудоустройства он даже строить не хотел, сегодня-завтра, и он в тюрьме. Как будто это сейчас казалось самым выигрышным вариантом: не надо думать о жилье и деньгах, а среди других отбросов он впишется лучше чем в родной семье.       В голову начали закрадываться мысли прийти к этому долбанному Орочимару и признаться в том, чего он не делал, но от этого имени желудок снова скрутило, стоило вспомнить ситуацию в участке этой ночью. Он сбросил одеяло и вжался лицом в подушку, будто она могла спрятать его от вины. Нужно было отогнать негативные мысли, и парень начал обдумывать план на день и вроде даже смог грамотно распределить дела, вот только когда надо было сделать первый шаг и пойти в душ, он лишь жалобно выдохнул и продолжил лежать, зная, что уснуть не сможет.

***

      Наруто проверял телефон на наличие новых сообщений с момента как проснулся, но кроме группового чата список уведомлений заканчивался – Саске даже не заходил в сеть. Занятий в этот день не было, а значит и у мамы выходной, но выходить на кухню и выслушивать претензии о позднем возвращении домой не хотелось. Бунт его, однако, продлился до первого урчания в животе.       — Да блин, — лежа на кровати, он жалобно потянулся руками наверх и учуял, возможно, самый неприятный аромат от себя, который ему доводилось нюхать: смесь земли, пота, грязных носков и чего-то еще, что он даже не мог разобрать. «Все-таки надо было перед сном помыться», — подумал он. Парень тихо пробрался до ванной комнаты и закрылся на защелку. Пока шел по коридору, он успел учуять запах маминых жаренных блинчики, от чего живот еще сильнее скрутило, и теперь желание поглотить их значительно перевесило страх ругани с родителями.       Наруто смотрел, как серая вода стекает с него, и на душе становилось легче, будто он смыл с себя не только вчерашнюю грязь, но и тревоги. После всего, что произошло, он понял, что возможно их находкой в лесу они облегчили следствие, и Тентен спасут, Ино не сильно пострадала, а Саске… А Саске позлится пару дней, а потом снова напишет что-то в духе: «Привет, идиот, был занят», и все будет хорошо, как раньше. С такими светлыми мыслями он проследовал завтракать, где за столом его встретила весьма напряженная мать.       — Ма, все нормально? — женщина подняла мягкий взгляд на взлохмаченного, красного от теплой воды сына и слегка грустно улыбнулась.       — Чайник горячий, наливай и садись кушать, пока не остыло, — сказала Кушина и отложила мобильник. Наруто любил выходные, не только потому что не надо идти в школу, но и потому что можно застать мать в несуетном состоянии, когда она может вот так сидеть не накрашенная с небрежно уложенными волосами и попивать чай. На солнце ее красно-рыжие волосы особенно напоминали пламя, но только последние несколько месяцев парень начал замечать редкие седые волосинки на ее голове, с тоской осознавая, что мама тоже стареет и не всегда будет молодой и яркой. Об этом свидетельствовали уже заметные мимические морщины и легкие синяки под глазами. В такие моменты он думал о том, какой была мама в его возрасте: может она тоже искала приключения на пятую точку, ссорилась с родителями, убегала из дома, чтобы остаться на ночь у папы? От мыслей о последнем Наруто немного смутился.       — Ма, а папа был твоей первой любовью? — с блином во рту спросил блондин.       — Наруто! Куски еды вон аж летят. Сначала прожуй, потом говори, — да, это точно его мама. Женщина отряхнулась от частиц еды, смягчилась и продолжила, — Я много раз влюблялась. Точнее мне казалось, что это любовь, но на деле это была просто юношеская симпатия, — женщина немного призадумалась, покручивая кружку в руках, — По-настоящему, наверное, первый раз я влюбилась в те глубокие черные глаза, бледную, гладкую как фарфор кожу и иссиня-черные, шелковые волосы. Такое описание несколько напомнили Наруто одного человека, отчего он резко перестал жевать и поднял взгляд на мать.       — Он учился с тобой в школе? — Кушина слегка ностальгически улыбнулась и посмотрела в никуда перед собой. Со стороны казалось, что она сейчас не на кухне рядом со своим сыном, а где-то за школьной партой, аккуратно гладит холодную ладонь соседа по парте.       — Она пришла к нам в класс в последний год перед выпуском, — Наруто смущенно закашлял, стуча себя кулаком по груди, и присосался к чашке, опрокидывая в себя чай, — Что? — смеясь, спросила женщина, — Я была молода, и ни о чем не жалею. Сейчас-то я с твоим отцом, и вон какой хороший сын у нас, — Кушина потрепала блондинистые, еще мокрые волосы.       — А что было с ней потом?       — Ну, скажем так, мы просто выросли и изменились, — женщина встала изо стола и отнесла пустую кружку в раковину. Почему-то такой исход истории опечалил юношу, и он не хотел, чтобы его жизнь обернулась так же. Он считал несправедливым вот так просто забывать человека и строить семью с кем-то другим, да и в принципе мысль о своей семье больше не откликалась теплом внутри, теперь казалось это чем-то не его, — А чего ты это вдруг спросил? — вопрос матери вернул его из размышлений.       — Да просто, так, ничего серьезного, — он занервничал, — Ну просто, хах.       — Выкладывай! — женщина помыла кружку и снова вернулась за стол, составлять компанию сыну, — Кто она? Сакура? А может быть Ино?       — Неет, ма, я же говорил, что Ино мне как сестра, — нахмурил светлые брови парень.       — Тогда кто? Я ее знаю? — глаза женщины снова загорелись, будто она молодая девчонка, которая обсуждает с другом отношения, — А может «его»? — по-особенному выделила женщина, но ее предвкушение никак не изменилось.       Наруто еще больше покраснел, ковыряя пальцем скатерть, — Ну… Это парень, — сдавленно все же сказал.       — Боже, только не говори, что Киба.       — МА! Боже, нет! Нет! Ни за что, — отмахивался он руками, но имя назвать так и не решился.       Кушина сверлила парня выжидающими глазами еще с несколько секунд, — Ладно... Не говори, мне-то какая разница, — «ну что за ребячество», — подумал Наруто, но когда увидел, что мать выходит изо стола и направляется в коридор, все же остановил ее одним словом.       — Саске.       Стоя уже в проходе так, что сын не видел ее лица, она победно улыбнулась и тихо сказала: «Я знаю», и оставила сына. Ей было особенно ценно услышать это признание от него, ведь она не понаслышке знает, каково это любить не того человека и бояться, что о вас узнают родители. Конечно, Саске она знала недостаточно, но она видела, как они смотрели друг на друга в день их посиделки на кухне. Именно так она смотрела на свою первую любовь в их возрасте. Кушина улыбнулась воспоминаниям и понадеялась, что у истории ее сына и Учихи будет другой конец...       Телефон завибрировал от уведомления, и Узумаки, надеясь увидеть там сообщение от Саске, радостно спохватился за него. Но отправителем был Киба, писавший в общий чат друзей: Хината сегодня пьянку у себя устраивает, может пойдем?

Наруто

Ты забыл в каких мы отношениях? Или тебе похуй с кем пить?

Киба Да че ты начинаешь то, все уже забыли. Ино Блииин я давно уже хотела собраться и плюс девчонки сказали, что она позвала ребят с других школ))) будут красивые мальчики и девочки))) Чоджи Так ты со своими ребрами бухать собралась? Мать ты че Ино Зануды Шикамару Я уже и Темари позвал… Киба Ммм Шикамару я такая пьяная и пролила коктейль на себя, помоги снять с меня одежду…. Ино АХАХАХА

Наруто

АХАХАХАХА

Чоджи А потом кто-то в их комнате будет громко хлопать в ладоши Шикамару Предатель. Киба Бля Наруто умоляю погнали, мы такое упустим если не пойдем Ино Дааа!!!

Наруто

Ладно, придем тогда чуть позже, чтоб Хината уже накидалась и вообще не узнала меня.

Чоджи Делаем.       На радостях школьник хотел уже было написать Учихе и пригласить его на тусовку, но улыбка на лице быстро пропала, когда он увидел последнее непрочитанное сообщение. «Ему нужно время», — подумал парень и решил отдохнуть вечером только с друзьями, как в старые добрые, а с Саске они еще и не раз выпьют, когда он в настроении будет.

***

      Только ближе к вечеру Саске все-таки смог подняться с дивана и помыться. Голова болеть перестала, а вот желудок предательски скручивало от голода. Еды как обычно дома не было, поэтому ему оставалось лишь надеяться, что Суйгецу или Джуго по старой дружбе подгонят ему что-то из объедков. Первым в списке дел на день было проверить почтовый ящик на наличие уведомлений от правоохранительных органов.       И вправду оказалось, ему направляли приглашение на допрос, которое он по халатности не увидел. Теперь оставалось ждать повторного или, быть может, к нему завтра ворвутся люди в форме и выломают дверь — он не знал, но и загружать себя этими размышлениями не хотел. Им надо — пусть они и морочат голову, а у него есть дела поважнее.       Суши-бар скоро закрывался, а потому стойка для официантов пустовала, и Саске, как к себе домой, прошел через нее в помещение для сотрудников. Там на коробке из-под риса сидел Суйгецу и, прячась от камер, курил электронную сигарету, иногда передавая ее стоящему рядом Джуго. Юноша даже слегка удивился, что его коллег еще не уволили, ведь если камеры и вправду просматривали, то на них было бы видно, куда девались свежие продукты и часть выручки.       — Ну нихрена себе, кто пришел, — парень поднялся со своего сиденья, чтобы пожать руку Учихе.       — Карин тут? — перешел сразу к делу парень.       — Да она все равно тебя уволила, можешь ее и не искать. Цитирую: «Если он сюда объявится, передай, чтобы этот козел свои вещи искал на помойке», — так же беззаботно как и предыдущие слова сказал Хозуки. Саске даже нравилось это отсутствие в нем эмпатии и прямолинейность, он был гнилым человеком без будущего, и он этого не скрывал. Новость об увольнении никак не откликнулась в парне, исход и так был ожидаем, — Жрать будешь? — со своей клыкастой улыбкой предложил Суйгецу, видя как собеседник особенно истощенно выглядит.       — Да, накидай что-нибудь, — молчаливый Джуго кивнул и принялся разогревать остатки еды с обеда и даже добавил немного лосося, который через полчаса спишут, — К вам менты приходили на днях, что знаешь об этом? — Саске уселся на картонку на полу так, чтобы камера не засняла, как он ест с кухни. На вопросе про полицию Джуго и Суйгецу замерли и неловко переглянулись, будто их запугали и сейчас они обдумывали рассказывать ли Учихе произошедшее. Но блондин все же еще раз оглянулся, чтобы убедиться что они одни и уже тише продолжил:       — Да пришел чувак один на днях, мутный пиздец, и давай спрашивать про тебя, мол, че за характер у тебя, как общаешься с коллегами, клиентами, не замечали ли мы чего странного. Ну мы-то с Джуго, ясен перец, тебя покрывали, сказали, что ровный ты. А тут Карин встряла и давай пиздеть, что ты гостям грубишь, стены бьешь и даже пытался ее изнасиловать.       — Шалава, — злобно прошипел Учиха и сжал вилку в руке сильнее, чувствуя, как злость черными пятнами расползается по телу. А ведь Карин и не знала, насколько ее слова отразились на чужих жизнях, забавно, на что способны женщины, если их обидел мужчина. В голову уже начали закрадываться мысли, что перед тем как его посадят, стоило все же прирезать одну лживую суку.       — Ага, мы-то знаем, что пиздеж, а она показала камеры, где какая-то бабка заплакала после разговора с тобой, а потом оказалось, что сдохла она в тот же день — я ахуел. Потом показала отзыв на сайте, где написали, что ты агрессивно себя вел. Еще синяки на себе показала, говорила, что тоже твоих рук дело. Короче грязью она тебя знатно полила, зря ты ей не дал.       — А что за история с ножом? — для Саске так и оставалось загадкой, откуда взялся окровавленный нож, но он понимал, что кто-то хочет его подставить, и судя по всему, этот «кто-то» Карин.       — Чего? — Суйгецу врать умел, но сейчас он был честен, — Не слыхал, — оно и к лучшему, Саске махнул рукой мол «забей» и продолжил есть удон, — Че, в жопе ты? — брюнет смотрел куда-то перед собой и, прожевывая еду, лишь смиренно кивнул. «Еще в какой…»       — Так погнали сегодня бухать, как я смену закрою. Меня как раз одна малолетняя сучка позвала на хату, думаю, они только обрадуются, если я приведу такого эмо боя, — Суйгецу продолжил нести словесный понос, рассказывал о том, в каких позах и скольких школьниц и школьников он поимел, но Саске пропускал все это мимо ушей, его зацепило лишь «набухаться». Пожалуй, это самое лучшее, что сейчас могла ему предложить вселенная.       Саске пришлось ждать на улице, пока Суйгецу закрывает смену и ставит помещение на сигнализацию. За это время он успел несколько замерзнуть и выкурить пару сигарет, пытаясь отогнать мысли о блондине и его сообщении. Получалось плохо, но предстоящее алкогольное забвение приятно грело.       — Погнали, минут за сорок дойдем, — сказал Суйгецу, прокручивая ключи от суши-бара на пальце. Учиха понимал, что эти больше получаса ему придется слушать пустые безвкусные рассказы парня, и почему он просто не может заткнуться и идти молча? Как назло в тот момент ветер запах точно так же, как в ночь, когда они с Наруто в тишине шли по этой же дороге. Он не скучал по нему, просто… Просто с ним было лучше, чем с другими, по крайней мере так себя успокаивал Саске.

***

      Узумаки сидел в комнате, уже полностью собравшись и приложив ухо к двери, прислушивался к шагам в квартире. Если Кушина ничего не сказала на счет позднего возвращения домой прошлой ночью, это не означало, что ему повезет и в этот раз. Когда шаги утихли, а дверь в родительскую комнату уже была закрыта, парень на выдохе потянул ручку вниз и бесшумно просочился в коридор. Он так же тихо, не расшнуровывая кроссовки, обулся и накинул шелестящую ветровку, но снова замер, когда осталось самое сложное: быстро провернуть защелку и успеть выбежать из квартиры до того, как мать его поймает. Напоминало страшный квест.       — Куда собрался?       Наруто уставше выдохнул и, подняв голову, повернулся, — Ээ, к Шикамару, у него у тети день рождения, и меня позвали.       Женщина не изменилась во взгляде и по-прежнему стояла, скрестив на груди руки, — Ты врешь мне, Узумаки. Никуда ты не пойдешь.       — Ма! Ну че ты начинаешь? Я дома умру от скуки, я хочу видеться с друзьями, пока мы не разъехались по разным городам и каждый ни ушел по своей дороге. Ты же была в моем возрасте и знаешь, насколько это ценно, — Узумаки жалобно скулил, чтобы вызвать в матери хоть каплю эмпатии.       — Ты читал новости, как украли мальчишку из детского сада? Тот же садик, в который и ты ходил когда-то! — женщина постепенно переходила на крик, а ее голос дрожал, пока глаза с каждым вдохом наполнялись слезами, — В городе вообще кошмар творится, а ты собрался ночью идти куда-то… А если с тобой что-то случится? Я же не переживу!       — Ты меня не слушаешь…       — И твоя одноклассница! Её до сих пор не нашли! Знаешь, как легко попасться в руки маньяка? Ты еще мал, чтобы сопротивляться ему, — Наруто раздраженно закрыл глаза и старался не вслушиваться в слова кричащей женщины, которые уже больше походили на тревожный бред чем на здоровые опасения. Если бы мальчика украли из другого садика, если бы не его одноклассница пропала несколько месяцев назад, она бы и слова ему сейчас не сказала. Его бесило это лицемерие.       — Да! Ты права, — он перебил навязчивый словесный поток, перейдя в тактику нападения, — Я соврал. На самом деле я иду бухать с друзьями, и ты меня не остановишь, потому что я так решил. Меня не нужно оберегать как пятилетнего, я сам могу за себя постоять, — Узумаки и раньше мог спорить с матерью, но сейчас в его словах она чувствовала не принадлежащую ему злость и агрессию.       — Наруто!       — Да пусть меня хоть похитят, для меня это не страшнее чем всю жизнь быть сыночкой-корзиночкой без свободы, — кажется, Саске, сам того не осознавая, слишком сильно начал влиять на парня. С этими словами без права на возражение он покинул квартиру, с хлопком закрыв за собой дверь.       Кушина так и осталась стоять смотреть на дверь. Она не могла поверить, что только недавно он, путаясь в шнурках, выбегал в школу на линейку, а сейчас оставлял ее в слезах и незнании. Она не обижалась на сына, сама знала, что такое подростковый бунт, но ее не покидало ощущение надвигающегося краха.       Пьяный Наруто говорил громче обычного, улыбался ярче обычного и двигался больше — все эмоции он проживал ярче, вытесняя негативные происшествия прошедшего дня. Как он и рассчитывал, когда они пришли, вечеринка была в самом разгаре, Хината уже не замечала кто приходит к ней в квартиру, но была рада, что людей становится больше, а значит и больше впечатлений. Ребятам нравилось дома у Хьюги, особенно Ино: девушка умела красиво организовывать помещение, добавляя разные светодиодные лампы и подсветки, иногда даже устраивая тематические вечера и оформляя квартиру под стать. Конечно, под утро все декоративные элементы были либо сломаны, либо украдены, наверное поэтому сейчас Хината ограничилась лишь подсветкой и колонками с музыкой.       Узумаки двигался неумело, но в нем бешено текла энергия, которую надо было выбросить, тем более в своей неумелости он был не одинок: Киба тоже странно дергался под музыку, растворяясь в толпе. А вот Ино и Чоджи под алкоголем будто раскрывали свой талант к танцам. Казалось, что выпивка исцелила блондинку, потому что другого объяснения, почему она так легко резвится, Наруто не находил. Девушка двигалась без суеты, но харизматично, а когда замечала, что симпатичный парень смотрит на нее, добавляла более плавные сексуальные элементы, поглаживая себя за талию и бедра. Акимичи был в центре внимания только на танцполе, его выталкивали в центр, чтобы зажигать толпу. Несмотря на свой вес и скромность в повседневности, в танцах он выглядел правда круто, он чувствовал каждый бит и мог его показать движением, да и кривляться под алкоголем он любил. Конечно, на утро он будет стыдиться видео, которое кто-нибудь однозначно заснял, но прямо в тот момент он был королем, к которому тянулись девчонки.       Шикамару и Темари стояли поодаль от всех и что-то обсуждали, наклоняясь к уху вплотную, чтобы перебить громкую музыку. Они не были фанатами танцев, но с удовольствием наблюдали, как это делают их друзья, и иногда записывали на камеру телефона, как они блистают, чтобы потом было что вспомнить.       Наблюдая за остальными, Нара отметил, как много и часто пил Наруто, его телодвижения казались тревожными, и это было плохим сигналом. Когда такое происходит, пьянка заканчивается либо истерикой, либо отключкой. Брюнет в несколько шагов преодолел расстояние между ними, ненадолго оставляя девушку одну.       — Покурим? — пытался перекрикнуть толпу Шикамару.       Наруто кивнул и, оставляя других друзей танцевать, отлучился на балкон. Несмотря на обилие людей внутри квартиры, балконное помещение пустовало, когда парни туда зашли. Видимо большинство подростков предпочитало вейп и иные электронные вариации потребления никотина нежели табак. Узумаки редко курил сигареты, но с тех пор как познакомился с Учихой, зачастил с курением «за компанию».       — Саске такие же курит, — с улыбкой сказал уже достаточно выпивший, чтобы не контролировать речь и выдавать все мысли в своем первоначальном виде, Наруто, когда друг протянул ему знакомую сигарету.       — Насчет него, — Шикамару не с первого раза, но все же зажег сигарету, зажимая ее в зубах, — Ты доверяешь ему?       — Доверяю ли? Я? Да бля, я люблю его, — Шикамару почти не изменился в лице. Единственное, что его удивило, так это то, что друг все-таки признал это.       — Поэтому ты набухиваешься сейчас?       — Даа, — Наруто навалился на окно, покачиваясь под доносившуюся из соседней комнаты музыку, — Он игнорит меня, но думаю... — Шикамару заметил, как в его глазах снова читался мыслительный процесс, блондин будто резко отрезвел, — Нет. Скорее знаю, что ему тоже не похер на меня.       — Не похер, — кивая, дополнил парень. Наруто погрузился в какие-то свои размышления, разглядывая редко проезжающие машины, а Шикамару, который почти не испытывал неловкое молчание, сейчас стоял в ступоре. Он не был экспертом в отношениях, и уж тем более это был его первый опыт обсуждения парня с парнем, но он хотел помочь, прокручивая в голове возможные вопросы, — Ты говорил ему о своих чувствах?       Узумаки как-то печально отрицательно покачал головой, не отрывая взгляда от окна: — Но я обязательно скажу, когда мы в следующий раз увидимся, — окрыленный надеждой, сказал блондин.

***

      Саске не думал, что его день мог стать лучше, но когда они наконец дошли до квартиры, и напарник заткнулся, его состояние из глубокой депрессии вышло на уровень предвкушения и мании. Уже на пороге, по количеству обуви, он понял что людей там по меньшей мере человек двадцать.       — Суйгецу! Ты пришел, — уже порядком пьяная Хината повисла на друге, но резко перевела взгляд на симпатичного парня, — А ты у нас кто?       Учиха ничего не ответил, пытаясь глазами найти крепкий алкоголь или чего поинтереснее.       — Это Саске. Немного хмурый, немного говнюк, но в целом заебись чувак, — ответил за него коллега. Хьюга улыбнулась и приобняла нового знакомого, чему удивился даже Суйгецу. Он впервые видел, как Учиху кто-то обнял, и тот даже не огрызнулся.       Саске прошел на кухню и опустошил несколько бутылок с уже заканчивающимся алкоголем, но этого было крайне мало, чтобы напиться до нужного ему состояния. В холодильнике оставалась лишь маленькая бутылка водки и десяток банок пива. Низкоградусный алкоголь он не любил: устанешь бегать в туалет прежде чем опьянеешь. Исключением было красное сухое вино, что раньше он любил пить с родителями во время ужина. Он открутил крышку, и чтобы не почувствовать вкус дешевого пойла, быстрыми глотками выпил половину. Учиха понимал, что даже если он выпьет все пиво, это не принесет ему желаемого забвения. Алкоголя не хватало, то ли новые таблетки блокировали его усвоение, то ли рост толерантности. Обычно на таких пьянках есть парочка человек, долбящих втихаря порошок.       Секунда размышлений, и он сменил курс. В ту секунду он вспомнил, как клялся Итачи больше не употреблять, только это его останавливало все годы, но сейчас это воспоминание было лишь секундой. Он начал разрушаться, у его поступков больше не было границ, и проблема в том, что ему хотелось погружаться на дно все глубже и глубже. Когда ты последний мудак и тебя некому остановить, ты можешь спокойно разлагаться, вкусив все пороки жизни и не чувствуя вины. Он без прелюдий заходил во все двери, что видел, но натыкался либо на трахающихся школьников, либо на блюющих. Тогда он решил обратиться к, вероятно, единственному человеку здесь, кто мог дать ему, что он хочет.       Суйгецу протянул ему зиплок, в котором лежала одинокая розовая таблетка.       — Она раскрошена, — заметил Учиха своим наметанным глазом. Он знал, что такой вид товара свидетельствует о его низком качестве и с высокой вероятностью содержит примеси.       — А не похуй? — улыбнулся змей-искуситель. И вправду, ему же похуй.       Саске закинул таблетку в рот и запил ее остатками водки. Излишки порошка в зиплоке он поддевал ногтем и занюхивал, а остатки с пальцев втирал в десны. Страшное зрелище, как человек столь тщательно пытается поглотить мелкие частицы, боясь упустить каждую пылинку. И парень это понимал: он видел, как на него косятся прохожие, и ему это даже нравилось. Пусть все видят, какое он ничтожество.       Великой эйфории, о которой все говорят, он не испытал, но все вокруг стало медленнее и будто проходило сквозь него, словно он наполовину стал призраком. Стены, на которые он опирался, чтобы не упасть, казались ватными, а яркие цвета ослепляли, меняя картинку перед глазами в смазанное полотно. И среди смазанных лиц он увидел только одно отчетливое. Наруто… Его блондинистые волосы, что разлетались на макушке от прыжков. Сейчас он видел, насколько же он был красив и как ему шла улыбка. Он не задавался вопросом о вероятности присутствия Узумаки здесь, может это просто его галлюцинация. Саске чувствовал себя тупым существом. Может поэтому люди так зависимы от веществ — они не получают кайф от окружающего, они просто становятся ничем, лишаются индивидуальности и становятся пустой, наблюдающей за чужим счастьем оболочкой.       Саске почувствовал чужие руки, что обвили его за талию и забрались под футболку, слегка царапая кожу длинными ногтями. Прикосновения странно, но приятно ощущались, будто чужие пальцы после контакта с его телом тоже стали призрачными, сливаясь в одну оболочку. Он закрыл глаза и слепо пошел за девушкой, которая повела его за руку в свою комнату.       Когда песня закончилась, блондин огляделся вокруг от странного ощущения, что за ним следят, будто чувствовал присутствие чей-то энергии, что общалась с ним на языке чувств. И он последовал за ней, пробираясь через прыгающее тела. Пройдя на кухню за водой, он увидел знакомое лицо, на коленях которого сейчас сидел какой-то парень. Наруто долго не мог вспомнить, откуда он знает его, но когда тот показал клыкастую улыбку, все встало на свои места.       — Ты же с Саске работаешь, да?       — Точнее работал. Вот, отмечаем увольнение, — он шлепнул по бедру патлатого парнишку.       — Мы? — Хозуки огляделся в поисках коллеги.       — Ну да, Саске куда-то съебался, но уверен, ему сейчас очень хорошо, — большего Суйгецу не сказал, примкнув к чужим губам.       Узумаки не понял, что означала последняя реплика, но понял, кто на него тогда смотрел. Плевать на логику и вероятность, он просто знал, что это был Саске. Он почувствовал новый прилив сил и ясность ума, им движило желание увидеть его, поговорить и наконец признаться в чувствах. Наруто подумал, что это судьба, и не мог упускать шанс. Он рассматривал каждого прохожего, отдаленно напоминающего его, останавливал и разворачивал парней в черной одежде, заходил во все двери и остановился у последней, которую он еще не проверил.       Он открыл не безызвестную дверь в комнату Хинаты и хотел было быстро закрыть ее обратно, пока до него не дошло происходящее, отчего он замер. Глаза округлились, а сердце будто упало. Он видел его лицо и прыгающую голую Хинату на нем. Мозг будто фотографировал части изображения, чтобы отложить их в фотоальбом ярких воспоминаний: руки, что сжимают женские бедра, полуоткрытый рот, из которого вырывались едва слышимые стоны, голый худощавый торс, что он запомнил навсегда и этот мерзкий хлюпающий звук, что перебивал даже музыку. Он моргал, и каждый раз когда открывал глаза, изображение скакало, кажется, он за эти несколько секунд так ни разу и не вздохнул. Наруто закрыл дверь, не видя перед собой уже ничего. Его вырвало. Прямо на пол.       Он завернул в ванную и склонился над раковиной, поливая себя холодной водой с головой, чтобы унять режущие толчки по всему телу. Вода мерзко стекала по шее и впитывалась одежду, что липла к горячему телу. Раньше Наруто думал, что выражение «разбитое сердце» несет лишь символический смысл, но сейчас он чувствовал, как грудную клетку протыкают тысячами игл, затрудняя дыхание. Он схватился за сердце, свалился на пол, прижимаясь к стене, и просто плакал. Саске не мог так поступить, ведь еще вчера он целовал Наруто и говорил, что переживает. Неужели это удовольствие от ласк ему так нужно было получить, и все равно от кого. Но больнее всего было думать о том, что их связь была ложью, просто очередной для Саске интрижкой.       Надо было ехать домой, но мысли о матери еще больше удручали. Он проиграл во всем. Впервые он не знал, куда идти, но точно знал, что здесь оставаться не может. Парень, шатаясь, вышел из ванны, чтобы накинуть ветровку, и с мокрой головой выбежал на улицу. Морозный воздух тут же о себе напомнил, задувая уши. На улице было непривычно тихо, но казалось он все еще слышал, как голые мокрые тела ударяются друг о друга.       Рядом с ним остановилась машина с затонированными задними стеклами.       — Такси нужно? — пригибаясь на пассажирское сиденье, бросил водитель в открытое боковое окно. Наруто не сразу понял, что обращаются к нему, но без особых раздумий сел на переднее сиденье, не желая мерзнуть. Он не знал, куда ехать, но все же захлопнул дверь такси и только сейчас узнал водителя с седыми волосами.       — Куда едем? — спросил Хидан, выруливая с обочины. Этот вопрос несколько озадачил блондина, потому что все возможные варианты, что крутились в голове, один за другим отметались. Он мог позвонить Шикамару и попросить остаться у него, но не хотел лишать его и остальных веселья. То, что произошло, касалось только него и не должно было негативно сказываться на друзьях, которые и так начали страдать от последствий его идей. К родственникам тоже ехать не хотелось, они бы подняли шум и начали звонить родителям. Но так бы не поступил его дядя Джирайя, который неоднократно прикрывал его перед родителями и с которым у него были доверительные отношения. На мгновение он даже обрадовался маленькой победе в виде выхода из застоя.       — Эм… Мостовая... Нет, Исаева, пятьдесят, — Наруто надеялся, что дядя дома и примет его. Но мысли тут же отемнились. А должен ли? Ведь за полгода он так ни разу ему не написал и не спросил даже как дела. Настолько ли он хороший человек как думал?       Машина резко затормозила, и парень по инерции ударился головой о бардачок, не успевая среагировать. Мгновенная боль в носу, и щекочущая кожу струйка крови растеклась по лицу, но не успел он оклематься, как чьи-то руки сзади прижали к его дыхательным органам пропитанную каким-то веществом марлю. Мыслей о сопротивлении у него не было, но тело рефлекторно размахивало руками в попытках освободиться и элементарно вдохнуть. Силы быстро покинули его, и он, смирившись, сделал несколько вздохов и почувствовал, как все вокруг погружается в черную тишину. Может, оно и к лучшему…