волчок

Раннее и тёмное зимнее утро скрывает верхушки сосен, кроны которых сплетаются в удивительном танце под самым звёздным небом. Антон опускает взгляд на отблески желтоватого света, льющегося из кухонного окна на снег под его ногами. Парень шмыгает успевшим замёрзнуть и покраснеть носом. В голову Антона, покрытую шапкой, прилетает снежок. Оборачиваясь, он слышит звонкий девичий смех и видит укутанную под самый нос Олю. Глаза девочки светятся, озаряя её лицо и темноту вокруг. - Опять ворон считаешь, Тоша? - звенит девочка, проносясь мимо Антона к калитке. - Ну, засранка, ты у меня получишь! На лице Антона, до этого задумчивом и сонном, появляется широкая улыбка, и он зачерпывает добротную горсть снега рукой без варежки. - А ты сначала догони! Оля успевает ускакать по появившимся за ночь сугробам, поэтому останавливается у кромки леса и оборачивается, складывая руки у рта, чтобы звук разносился как можно дальше. Антон, путаясь в длинных ногах и руках, которые вместе с ним вытянулись за три года, добегает до Оли и, нарочито целясь, кидает снежок в уклоняющуюся девочку. Он мажет. Специально. Сестра смеётся, однако, когда Антон проходит мимо неё и заходит в лес, неожиданно осекается. Антон поворачивается и смотрит на Олю - в его взгляде поддержка и уверенность. Парень протягивает сестре руку, в которую девочка сразу же вцепляется, согревая вязаной варежкой ладонь брата. В лесу темно и тихо, и Антон и Оля молчат. Парень, размеренно ступая по скрипящему снегу, осматривает наизусть выученные деревья, скрюченные временем и сильными порывами ветра. Это была глушь - дикая, оледеневшая до самого сердца Северная глушь. Антон переводит взгляд на шагающую рядом с ним Олю, макушка которой всё ещё не достаёт до его плеча. На спине сестры большой новый рюкзак с изображением героев из второй части «Истории игрушек», который родители подарили ей на Новый год. Антон так и не спросил, где они достали его и врученный уже самому Антону CD-плеер с диском альбома Наутилуса. Возможно, просто не хотел знать. Возможно, боялся, что совсем недавно и с такими усилиями возобновленное спокойствие в семье рассыпится громкой бранью и взаимными обвинениями. - Тоша, ты слышишь меня? - тихим голосом зовёт Оля, уже в который раз дёргая брата за руку. - Что? Извини, я... - Мы будем заходить за Ромой? Антон только сейчас замечает, что они стоят на выходе с лесной тропы. Парень осматривается мельком и останавливается на сестре, в чьих глазах блестит заговорщицкий огонёк. - Да, конечно. Пойдём. Они сворачивают на развилке просёлочной дороги к дому Ромы, стоящему, как и все, в отдалении от других, будто разделённые не только деревянным покосившимся забором, но и чем-то незримым. Оля теперь весело скачет, то и дело поправляя спадающие лямки портфеля. - Тоша? - Оля не оборачивается, но в голосе слышится улыбка. - М-м? - Антон смотрит на прыгающий вместе с сестрой помпон на её шапочке. - А ты приготовил Роме подарок? - сестра оборачивается. - На Новый год? Антон отводит взгляд и вжимает голову в плечи, прячась за шарфом. - Приготовил. - Я тоже! Там тако-о-ое... Ему точно понравится. Оля и Антон останавливаются недалеко от Роминого дома. Парень, вытягиваясь, заглядывает поверх забора - на крыльце никого, в кухне горит тусклый свет и видно два силуэта. Антон садится на корточки перед пританцовывающей Олей и поправляет её шубку и шарф. Они смотрят друг другу в глаза и улыбаются. - Кристина уже вернулась? - спрашивает Антон. Оля, широко улыбаясь, кивает. - Она обещала привезти мне из Москвы что-нибудь. Я просила матрёшку, потому что я видела по телевизору, что там много их, и она была бы компанией к маминой юле, но Кристина сказала, что это скучно, и что она, наверное, привезёт мне... Оля осекается. Вместе с Антоном они резко оборачиваются на дом. В окружающей тишине пронёсся слабый, отдалённый вой. Он стремительно взвился вверх, достиг высокой ноты, задержался на ней, дрожа, но не сбавляя силы, а потом постепенно замер. Из глубины дома слышится громкая ругань - два тяжёлых мужских голоса, не желающих уступать друг другу. Один из них Антону знаком. Это голос Ромы. Антон знает, на кого и почему тот так отчаянно кричит. Ещё он знает, что в этом не будет никакого смысла, поэтому Рома обязательно выместит свою злость сегодня на ком-то другом. Антон наконец поворачивается к испуганной и смятённой Оле. Он коротко улыбается ей и кивает. Девочка успокаивается, но продолжает настороженно смотреть на калитку. Антон поднимается, когда входная дверь громко хлопает, скрывая за собой тяжёлые выкрики о том, чтобы Рома сегодня не возвращался домой. Антон сжимается и поджимает губы. Из калитки вылетает Рома, злость на его лице сменяется удивлением. Он мельком смотрит на Антона, который пытается поймать его взгляд, и обращает своё внимание к Оле. - Привет, Рома! Девочка сразу же улыбается и пытается сбросить с головы Ромину руку. - Здарова, Лёля! Антон наблюдает за тем, как между сестрой и другом завязывается шутливая потасовка - Оля пытается дотянуться до своей шапки в высоко поднятой руке Ромы. - Ну, всё, отдай шапку, Ром. Дубак на улице. Антон сам пытается дотянуться до неё - Рома немного, но выше парня, и более ловкий. Сдавшись, он переводит недовольный взгляд на Рому и понимает, что друг всё это время осматривал его лицо. Антон быстро забирает протянутую шапку и одевает её на Олю, копошащуюся в снятом рюкзаке. Антон боковым зрением видит, что друг, улыбаясь, не отводит от него взгляд. - Чего? - Антон решительно смотрит в ответ. - Не видел тебя давно, - Рома пожимает плечами. - С Новым годом, Рома! - Оля подпрыгивает и протягивает что-то Роме в маленьких ручках. Рома сначала смотрит на усмехающегося Антона, потом на радостную и выжидающую Олю, потом на неаккуратно, но по-детски старательно сплетённую фенечку в её руках. - Бери, бери! - выкрикивает Оля. На лице Ромы отражается неуверенность и непонимание, он забирает плетёный браслет и смотрит на него. - "Спасибо" скажи, - шепчет Антон на ухо вздрогнувшему Роме. - Спасибо, - тихо говорит Рома. Оля звонко смеётся и крепко обнимает Рому. Антон с улыбкой смотрит за тем, как Рома пытается выпутать свои руки, в одной из которых до сих пор держит фенечку. - Пошли, опоздаем на первый урок, - бросает Антон, спасая Рому от спохватившейся и быстро надевающей брошенный рюкзак сестры. Антон смотрит за тем, как Рома, всё ещё растерянный, убирает фенечку глубоко в карман своей расстёгнутой зимней куртки, а после оборачивается на друга. - Зачем это? - Рома кивает на идущую впереди Олю. - Новый год. - Мне зачем? - Ты ей нравишься. Люди обычно дарят подарки тем, кто им нравится. Рома в задумчивости отворачивается, достаёт из кармана пачку сигарет, но, будто вспомнив, что рядом с ними идёт Оля, убирает её обратно. В классе, куда заходят Антон и Рома, ещё не включён свет. За партами сидят школьники, которые смогли разбудить и заставить себя придти на уроки. Бяши среди них нет, зато есть сидящая за первой партой Полина. Голова девушки лежит на сложенных на столешнице руках, волосы собраны в небрежный пучок. Рядом с ней лежат учебники, тетради и пенал. Проходя мимо неё, Антон аккуратно касается её плеча и шепчет "Привет", девушка угукает, не поднимая головы. Рома рассеянно смотрит на это, садится за их с Антоном последнюю парту на среднем ряду. Когда Антон усаживается рядом, начиная открывать рюкзак, Рома откуда-то из кармана куртки достаёт ручку и общую тетрадь. В темноте Антон осматривает лицо парня - сведённые хмурые брови, уставшие глаза, поддёрнутые недосыпом, на удивление без фингалов под ними, прямой веснушчатый даже зимой нос, приоткрытые губы. Антон переводит взгляд на большие руки Ромы, в которых он вертит узкий трёхцветный браслет - фиолетовый, оранжевый, зелёный. Рома осторожно пристраивает браслет на своём запястье и пытается завязать его пальцами одной рукой. - Давай помогу, - начинает Антон. - Я сам, - упирается Рома, помогая себе зубами. Браслет успешно завязан. Рома проводит по нему пальцами. - Что-то случилось утром? - тихо спрашивает Антон. Рома прячется за маской ухмылки, убирая сжатые в кулаки руки под стол. - Батя всё празднует. Ему уже до комы алкогольной недалеко. Сколько там нужно выпить, не знаешь? - Рома, оборачиваясь, смеётся, но в глазах его тяжесть и боль. - Ты можешь переночевать у нас сегодня... - неуверенно предлагает Антон. - Нет. Мне нужно, ну, за ним нужно... - Я понял, - перебивает его Антон, чтобы не заставлять друга поговаривают вслух. Рома благодарно кивает. Слышится звонок на урок. В класс входит учительница биологии Екатерина Андреевна. Она приехала в посёлок три года назад, но в школе её всё ещё считали новой и чужой. Она была моложе остального поеподавательского состава. Может быть, из-за этого, а может, и просто от скуки за ней в начале девятого класса увязался Бяша. Екатерина Андреевна включает яркий свет, ученики, которых стало уже больше, жмурятся. Следом за ней в класс вбегает запыхавшийся Бяша и бросает ей с улыбкой "Здравствуйте". Он садится перед Антоном и Ромой. - Это чё у тебя, на? - Бяша не отпускает протянутую Ромой для рукопожатия ладонь, смотря на фенечку. - Не твоё собачье дело, - Рома вырывает руку. - Пидорская хуйня. Привет, Тох, - Бяша пожимает руку Антона. - Слышь, ебало завали, - шипит Рома. Бяша поднимает руки в знак капитуляции и отворачивается, смотря на учительницу. Антон видит, как Рома тяжёло дышит, пытаясь успокоиться. Он осторожно кладёт руку другу на плечо и несильно сжимает. Убирает только, когда Рома полностью расслабляется. Записывая тему урока в тетради, он чувствует на себе взгляд друга. После окончания уроков на небе всё ещё, пусть неярко и надсадно, но светит солнце. Рома и Антон стоят в курилке у повешенного, которого за три прошедших года так никто и не закрасил. Антон перемещается с ноги на ногу, кутаясь в шарф. Рома, согреваемый то ли сигаретным дымом, окутывающим его, то ли невесть чем, стоит, не шевелясь, в расстёгнутой куртке и без шапки. Его уши, щёки и шея покраснели от мороза. - А Бяша где? - сквозь стучащие зубы произносит Антон. - Остался дополнительное задание взять по биологии, - с ухмылкой отвечает Рома. - Чего мы тогда тут стоим и мёрзнем? - Домой неохота... - Рома выпускает дым с губ тонкой струйкой. Антон, злясь на себя за глупость, хмурится. - Ты точно... - Точно, - отрезает Рома. Он тянет Антону ладонь для рукопожатия, тот непонимающе смотрит на неё. - Один пойдёшь. У меня дела ещё есть. Антон вопросительно выкидывает брови, смотря с недоверием. - Да правда дела. Там по работе нужно обкашлять кое-что. - Работе? - Антон всё же пожимает протянутую холодную руку. - Ещё пока ничего неясно. Потом скажу, что куда. Антон кивает, смотря, как Рома выбрасывает в снег бычок. - Ром, я это... Рома поднимает свой взгляд на Антона, который что-то ищет в рюкзаке. - Тох, не говори только, что ты мне тоже подарок приготовил, - смеётся Рома. - Вот. Антон протягивает аккуратно сложенный шарф с логотипом футбольного клуба "Локомотив". Рома с приоткрытым ртом смотрит на него, будто боясь прикоснуться. Антон, видя шок и замешательство Ромы, расправляет шарф и, подойдя ближе к другу, одевает его ему на шею. - Я у отца попросил. Он ездил в город. Думал, тебе понравится. Да и теплее будет. В глазах Антона неуверенность. В глазах Ромы борьба. Антон пытается рассмотреть её ход, чтобы узнать, кто выиграет, но, когда Рома крепко вцепляется в него, обнимая, это уже становится совсем неважно. Ромы дышит горячим дыханием на ухо Антону, шёпотом произнося : - Спасибо, Тох. Антон, пряча улыбку в плече друга, обвивает свои руки вокруг его талии. В голове Антона звучат сказанные им ещё утром слова : "Люди обычно дарят подарки тем, кто им нравится". - Чего утром не отдал? - всё ещё прижимая Антона к себе, спрашивает Рома. - Хотел наедине. - Спасибо. Антон глубоко вдыхает запах табака, тяжёлого и неподходящего Роме одеколона и машинного масла, уже сейчас догадываясь о новой работе друга.