Тёмная душа, изумрудный взгляд (Прод. фф "Чёрное сердце, голубые глаза")

Выстою

СМЕТАНА band

Будто наизнанку углы комнаты —

Меня ранят стены.

Панической атакою взрыв темноты —

Агония веры.

Невеста отчаянья — боль,

Целует меня в пересохшие губы.

Жизнь выбивает молочные зубы.

      Антон медленно открыл глаза и тут же зажмурился от головной боли, тихо промычав. Он заставил себя оглядеться.       Давно я чего-то в подвалах не сидел, по-вашему?!       Парень принял попытки пошевелиться, но осознал, что был привязан к стулу. Прямо как в старые добрые. Что-то мне это напоминает. Почему вы все любите шибари со стульями?! Это фетиш какой-то или что?! Блять, как бы паничку не схватить. Антон глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Он поерзал на стуле и чуть согнулся. В ребро уперлось оружие, которое ему подарил муж. Шансы на то, что он не помрет в этом жутком месте, чуть возросли. Парень сжал немного трясущиеся руки в кулаки и прикрыл глаза. Прежде чем начать отсюда выбираться, ему было бы неплохо успокоиться и привести мысли в порядок. Послышался скрип железной двери, а затем оглушительный грохот. Антон вздрогнул.       Блять.       Зажглась тусклая лампочка, и весь подвал погрузился в полумрак. Антон тут же поднял глаза, встретившись с озлобленным взглядом. Шастун поджал губы, подумал, а после встряхнул головой, чтобы убрать упавшую на глаза челку, и взглянул на Илью.       — Где она? — процедил мужчина, сделав шаг к стулу, к которому был привязан Антон.       — А вот все тебе расскажи, — съязвил Антон. Он вздохнул. Надо взрослеть. Арсений такого бы поведения не одобрил. Антон просто не мог его подвести. Его муж так старался, когда обучал Шастуна различным приемам, стрельбе и ближнему бою. Было бы обидно сейчас упасть лицом в грязь. — Что ж… Я знаю, где твоя дочь, но скажу тебе это, если только ты оставишь нас в покое с баром.       На такое заявление Антон услышал в ответ лишь смех.       Да какого хуя?!       — Антон, ты не понял, кажется, — подал голос Макаров, улыбнувшись, — тут я ставлю условия. Спрашиваю в последний раз: где Маша?       Парень поморщился и отвернулся.       — Ладно, — Илья пожал плечами и отошел, встав к Антону спиной. Что он там делал, парень не мог разглядеть, как бы не пытался.       Вот сейчас Антону стало по-настоящему страшно за свою жизнь. Ох, сколько же он успел уже флэшбеков словить с тех времен, когда сидел в подвале у своего будущего мужа. Иронично. Очень. Еще раз такое психика парня не перенесет.       — Что ты знаешь о жаровне, Антош?       Парень сглотнул слюну. Он ведь сейчас не о посуде, да? Больше Антон ничего не знал. Тяжело строить из себя героя, когда ты был привязан к стулу. Шастун все больше и больше убеждался в том, что для начала следовало бы все рассказать Арсению. Теперь Антону уже без разницы, скольких бы он там убил. Но, к сожалению, машины времени у него не было, и ничего поменять он уже не мог.       — В прошлом не существовало ассоциации «Международная амнистия», никто не вмешивался в дела правосудия и не защищал тех, кто попал в его руки. Палачи были вольны выбирать любое, с их точки зрения подходящее средство для получения признаний. Часто они использовали и жаровню.       Какой ты эрудированный. Молодец, возьми с полки пирожок!       Парень нервно дрыгал ногой, расслабляя тем самым веревки, пока мужчина стоял к нему спиной. Антон сверлил взглядом его затылок. Давление на ноги чуть спало, и Антон начал тихо крутить запястьями, чтобы постараться избавиться от веревок. Опыт уже был. Как бы сейчас странно не звучало, но спасибо Арсу, теперь я знаю, как можно освободиться от веревок. Если выживу, обязательно его поблагодарю.       — Так вот, — продолжил Илья. Антон увидел, как там что-то вспыхнуло и стал интенсивнее выкручивать руки. — Суть в том, что жертву привязывали к решетке и затем «поджаривали» до тех пор, пока не получали искреннее раскаяние и признание, что приводило к обнаружению новых преступников.       Псих. Блять. Заберите меня отсюда. Либо я его сейчас убью просто.       — Какую прожарку ты предпочитаешь? — Илья обернулся к Антону, и тот замер, поджав губы, а на лице Макарова расплылась зловещая улыбка.       Антон уже в открытую стал пытаться освободить свои руки, подняв широко раскрытые от испуга глаза на Илью. Тот надвигался на него, зажимая пассатижами раскаленный железный прутик. Кончик раскалённого метала прислонился прямо к чувствительному месту локтевой складке. Антон взвизгнул от ужасной боли. Шок и адреналин — довольно интересные вещи. Антон еще с уроков биологии в школе запомнил, как учитель им рассказывал о женщине, которая при землетрясении смогла поднять машину, чтобы достать из-под нее своего ребенка. Зеленые глаза уставились на левую руку, которую он секунду назад выдернул из хватки веревок. Парень медлить не стал. Он быстро вынул пистолет из внутреннего кармана куртки.       Выстрел.       Антон сглотнул слюну и быстро обернулся. Нужно было уходить как можно скорее. Как он будет все объяснять Арсению и, тем более, Маше, Шастун не имел никакого понятия. Руку свело от боли, и Антон зажмурился. Он, забив на собственную обиду, ведь сейчас было совсем не до этого, набрал номер мужа, сидев уже в своей машине. Гудки.       — Да, кот? Пропсиховался? — раздался совершенно спокойный голос Арсения. Перед голубыми глазами все еще сидела девушка, с которой он не мог никак договориться. На редкость упрямая эта Настя оказалась.       — Арс… Сюша… Только не ругайся, ладно? — Он сглотнул слюну. — Я… Я убил Макарова.       — Чт-… Антон, ты серьёзно?       — Да. Абсолютно. Мы в жопе. Но я все тебе расскажу, как домой придешь, — последнюю фразу парень добавил уже в разы тише.       Он поставил вызов на громкую связь, кинул телефон на второе сиденье и дотянулся рукой до бутылочки воды. Парень чуть-чуть капнул ее себе на рану и зажмурился, закусив до крови губу. В уголках глаз скопились слезы.       Арсений по ту сторону линии тяжело вздохнул, а Антон поджал губы, зажмурил глаза и потер переносицу.       — Ты меня ненавидишь? — Еле слышно спросил Антон, вылив себе на ожог еще немного прохладной воды. Вот еще совсем немного и у него просто начнется истерика.       — Я… Блять, езжай уже домой, пока еще чего-нибудь не натворил. Там поговорим. Я приеду скоро.              И сбросил. Антон сглотнул слюну. Таким злым он Арсения видел уже очень давно. В памяти всплывали не самые приятные события с Арсением. Неужели это могло повториться? Нет, если Арсений и вправду ему врежет, то Антон будет с этим полностью согласен. Он заслужил, и он это понимал.       Мой мудак, 21:05       Как самочувствие?       Если что, аптечка на месте.       Я буду в течении двух часов. В лучшем случае, через час.       Антон сглотнул ком в горле, убрал бутылочку воды и начал печатать одной рукой.

Вы, 21:07

Жить буду.

Сюш, прости, пожалуйста. :’(

Выстою один, если вас не станет,

Больше нет судьбы в порванном кармане.

Выстою один, если вас не будет,

То начну себя собирать с нуля.

║▌│█║▌│█║▌│█│║▌║█│▌

      Арсению наконец переводят крупную сумму. Все-таки у него получилось выкачать из папаши этой избалованной сучки то, что он хотел.       — Все? — поинтересовалась девушка со слезами на глазах. Она только более-менее успокоилась после многочасовой истерики. — Р-развязывай меня! Ж-жив-во!       — Но-но-но, тише, — Арсений вновь направил на нее дуло пистолета и уткнулся в экран телефона. — Ты слишком много обо мне знаешь, золотко, — произнес он, убрав телефон в карман. — К тому же, я сейчас довольно злой, а за твою смерть мне еще и сверху доплатят. Конечно, есть риск, что твой папаша на меня выйдет, но меня не могут найти уже пятый год, так что не думаю, что его поиски станут результативными.       Девушка подняла на него заплаканные глаза. Стрелять было опасно, поэтому Арсений решил воспользоваться раскладным ножичком. Он зажал рот Насти рукой и вонзил лезвие, прикрыв глаза. В сознании вновь проскакивает мысль о том, что он самый ужасный, отвратительный (и еще куча эпитетов) человек на свете. Арсений вытер кровь с лезвия тряпочкой, быстро прошелся по номеру, протерев все, на чем он мог оставить отпечатки пальцев, и скрылся.

║▌│█║▌│█║▌│█│║▌║█│▌

      Попов зашел домой, тут же заметил Машу, которая уже сопела на диванчике в зале под пледом. Девочка прижимала к себе мишку, которого ей подарил Антон, а в ногах у нее клубочком свернулся Люк. И как этому солнышку сообщать, что теперь ее отца нет в живых? Арсений поджал губы, стянул с себя обувь и тихонько подошел к дивану. Попов присел на корточки, поправил на девочке плед и ее длинные волосы. Губ коснулась слабая умиленная улыбка. А может он будет не так уж и плох в роли отца?..       Арсений поднялся и заметил мужа, который стоял на второй ступеньке. Антон обнимал себя одной рукой, а на сгибе второй можно было заметить красное пятнышко с пузырьками. Парень подошел к Арсению, аккуратно обнял его одной рукой и уткнулся носом в шею.       — Зачем, кот? — совсем тихо поинтересовался Арсений, чтобы не разбудить двух спящих на диване комочков.              Кот Арсения мало интересовал, но вот Машу будить сейчас он не хотел. Он прижимает Антона к себе и вновь вздыхает, уткнувшись в светлые волосы носом. Парень всхлипнул.       — Тише, идем поговорим, — Арсений кивнул на лестницу.       Они прошли в спальню, Арсений прикрыл за собой двери и прошел к шкафу, попутно стягивая с себя одежду. В которой он сегодня вновь убил. В какой вообще момент его начало это волновать? Четыре года не волновало, а тут прям совестно стало резко.       — Сюш, там либо я его, либо он меня, — смахнув слезы, произнес парень и присел на краешек кровати. Он уже более-менее прорыдался за сорок минут, пока спала Маша.       Арсений выключил свет, аккуратно повалил парня на кровать и прижал к себе.       — Что с рукой?       Антон сам прильнул к мужу, прикрыл глаза и уткнулся носом ему в шею.       — Ожог. Я вроде обработал немного, но повязку сам не смог сделать. Неудобно, — говорил совсем тихо, и до боли виноватым голосом.       Антон сейчас походил на побитого котенка.       — Арс, что нам с Машей делать?       Арсений поджал губы.       — В общем… Можно попробовать удочерить… У меня есть куча поддельных паспортов. Ну, штучки четыре точно, — он начал перебирать кончиками пальцев волосы на затылке Антона и чуть почесывать. Это успокаивало. — А если не получится, то… Ну, у нее все равно должны быть какие-то родственники, которым ее можно будет отдать. Больше вариантов нет, кот.       Антон чуть кивнул и ненадолго задумался       — А как мы ей скажем, что… Что папы у нее больше нет?..       Арсений выдал ответ почти моментально, будто он об этом и думал последние пару минут.       — Может пока сказать, что он в командировке? Ну, как раз посмотрим, как она отреагирует на то, что еще придется с нами пожить. Может сама и скажет про каких-нибудь родственников.       Телефоны обоих завибрировали.              Эд Выграновский создал беседу «опиздюление Шастуна».       Эд Выграновский, 00:34       Так блять.       Антон, ты что там успел начудить, твою ж ты сука мать?       Арсений поднял глаза с телефона на мужа, а Антон начал усердно тыкать по экрану одной рукой.       Антон Шастун добавил в беседу Никиту Панченко.

Вы, 00:35

Я имею право на адвоката!

      Эд Выграновский, 00:37       Арс, он серьёзно спиздил ребенка, чтобы угрожать с его помощью?       Арсений Попов, 00:37       Ага. Но ему уже досталось, не переживай.

Вы, 00:38

А как же «два сапога — пара», А-а-арс?

      Никита Панченко, 00:38       Антон, прости, но так будет лучше.)"       Эд Выграновский, 00:40       Значит так, завтра у меня еще один концерт, а послезавтра мы берем билеты и летим к вам.       Живем тоже временно у вас, пока не разберемся со всей той хуйней, что вы успели натворить.

Вы, 00:41

А че бы вам номер в отеле не снять? -_-

      Арсений слабо улыбнулся.       Эд Выграновский, 00:42       Не бойся, если тебе сильно приспичит потрахаться, то мы сделаем вид, что ничего не видим и не слышим.       Антон поднял глаза с телефона на мужа и фыркнул.       — Хрена ли ты ржешь, Попов?!       — Ты так и не повзрослел, кот, — улыбнулся Арсений и потянулся к парню, заключив недовольного и надутого Антона в свои объятия, — пойдем, повязку тебе наложу на руку.