Dies Irae

Тьма. Короткие вспышки холодного света. Его несут. Ступинаторы высекают искры из напольных пластин. Система, уставшая от бесконечного потока ошибок, обжигает сознание темно-багряной пульсацией плывущей реальности. Голоса. Множество голосов. Хриплый смех. Натяжение цепей, и корпус отрывается от земли. Клик невесомости сменяется болезненным столкновением с горизонтальной поверхностью. Единственная лампа безразлично оттеняет силуэты безликих мехов. Блеск пил, похабные шепотки и постукивания по вывернутым наизнанку деталям. Холод. Обжигающие касания чужих манипуляторов. Острые когти, словно изголодавшиеся скрыплеты, жадно тянутся к единственному источнику тепла. То, что служит ему единственной нитью, последним якорем в упрямо ускользающей от него реальности. Нет!Не позволю! Вспышка. И собственный манипулятор с невидимой силой, несмотря на груз блокираторов, вцепляется в серый фейс безликого меха. Кто-то взрывается криком. На губах приятно разливается чужой энергон. Усилие, новая вспышка. И второй манипулятор с лязгом отрывается от платформы. Одинокая лампа истерично замигала после встречи с подлетевшим вверх корпусом, кажется, серо-жёлтого меха. До этого низвергавший масляный хохот воколайзер взрывается сладостным стоном отказавших систем. Когти нежно греет жидкое пламя в то время, как искру внутри продолжает обволакивать мягкое тепло. Не позволю. Нетвердый шаг. Конвульсивная дрожь предвкушения. Тени раздраженно отступают. Правильно.Бегите.Мешайтесь в серой толпе, пока мож-… Острая боль пронзает чуть выше шейной пластины. Оптика запоздало фиксирует новый силуэт в ранее запертых дверях. Отказывающиеся подчиняться манипуляторы не с первого раза обхватывают навершие воткнутого в основание шлема шприца. Голубые окуляры напротив сияют почти спарковским весельем. В клик ослабевший корпус подхватывают чьи-то липкие от энергона манипуляторы. Высокие тени с интересом следят за каждой рваной вентиляцией, мягкое поглаживание разбитого фейсплета сопровождается коротким, почти игривым уверением в безболезненности последующей «процедуры». Единственный окуляр нечетко вылавливает изображение сверкнувшей в тусклом свете пилы. И жгучий холод сменяет пожравший остатки сознания пожар. *** Мягкий дым нежно обволакивает покачивающуюся в такт хриплому мычанию трубку, когда тёмная кисть бесшумно отодвигает куб с пузырящейся жидкостью чуть дальше от края припаянной к стене полки. Принудительный перенос слепка собственного сознания в чужой процессор никогда не был ординарным и безболезненным действом. Однако лишенная световых раздражителей кварта, как и приличный запас модифицированного энергона умело компенсировали сопутствующий дискомфорт. А какие, оказывается, интересные присадки при желании можно найти в недрах этой давно заброшенной лаборатории, — ммм. О да, с таким химическим арсеналом Дарклайт готов устраивать кино-вечера просмотра собственных искровых воспоминаний хоть каждый земной цикл! А что? Ничего нового он там не увидит, да и если бы не важность его «инкогнито», такие своеобразные перерывы вполне могли бы скрасить буднюю рутину скромного мнемохирурга. Заманить на «просмотр» парочку любопытных десептиконов? Хех, это было бы даже забавно. К тому же подобная процедура — вполне правдоподобная отговорка, чтобы нырять в энергетические запасы Немезиды чуть чаще дозволенного «никогда». Впрочем, когда его останавливали чьи-либо запреты? А если подобрать оптимальную дозу, то заметных чужой оптике последствий избежать вполне… Ну, правда. Поддержание иллюзии трезвости — сродни знатно приевшейся привычке. Взгляд пьяно блуждающих по стенам окуляр упал на притаившуюся в углу линзу. Умело вмонтированная в стальной пласт камера едва ли смогла бы привлечь внимание даже самого заядлого параноика. Если бы не исходящая от неё обжигающая волна жгучего неодобрения. Дарклайт, обреченно провентилировав, отложил лениво дымящую трубку на уже заваленную пустыми и не очень кубами полку: — Хорошо-хорошо, — примирительный взмах подозрительно послушной конечности, — Это была последняя, — тычок в один из грозящих сорваться вниз кубов, — Или всё же эта?.. Да ладно тебе, Вейв! — получив в ответ лишь мутную тишину, Скайблейд, досадливо цокнул глоссой и с силой откинулся на спинку самодельной платформы, — Я же только грун назад закончил вправлять себе плечевое сочленение. А после этого, между прочим, наводил красоту внутри нашего дорогого коммандера! Кивок в сторону безвольно распластавшегося на платформе сикера, чей фейсплет, несмотря на бушующий внутри процессора ураган, продолжал сохранять выражение почти одухотворенного спокойствия. — И кстати, кто-то обещал мне не подслушивать. Интересно, кто же это был? — молчание приобрело оттенок мрачного несогласия, — Саунд, у меня всё под контролем, — очередной кивок в сторону бессознательного пациента, — Неужели ты настолько плохого обо мне мнения, раз считаешь, что истощенный, буквально только с операционной койки Скример сможет нанести мне какой-либо серьезный вред? — хриплый смешок, — Во-первых, — не скрывая веселья, Скайблейд почти шепотом добавил, — это же Скрим. Ну и, во-вторых, знал бы ты, что я ему намешал. Хех… — медик влюбленно посмотрел на притаившуюся в углу единственного стола горку бледно-розовых кристаллов, — Я даже подумываю запатентовать рецептик, — задумчиво потерев подбородок, Скайблейд в порыве прозрения взмахнул манипулятором, — Назову его — «Жидкая смерть». О, он точно покорит не одну искру! Неожиданно оттенки мрачного недовольства сменились сначала легким негодованием, а после пары нанокликов монохромной тишины, Скайблейд с удивлением почувствовал чужое узнавание. Медик мог поклясться, что по ту сторону объектива кто-то усердно старается подавить невеселый, но все же смешок. — Хей, так ты узнал отсылку, да? Ну наконец-то! — собравшись силами, Скайблейд, опасно покачиваясь, смог сползти с платформы и даже почти твердо устоять на серво, — Хоть кто-то на этой консервной банке способен по достоинству оценить мою осведомленность в человеческом фольклоре. Медик, слив остатки энергона в один куб, избавился от лишних флаконов, отправив те в увлекательное путешествие прямиком в сортировочный центр. Одержав верх над сопротивляющейся ручкой, Скайблейд с хлопком закрыл скромных размеров люк. — Шутка, — абсурдно ловко для своего нынешнего состояния сикер когтем подцепил конец многострадальной трубки, — В нем всего лишь пара видов быстро испаряемых нейроблокираторов, не больше. Это хотя и достаточно редкие, но более чем устаревшие микстурки, — короткий щелчок и тонкий металл вновь делится щекочащим сенсоры теплом, — Раньше они пылились в каждой домашней аптечке. Правда, второй блокатор частенько прятали в недоступных спаркам нычках, — вновь примостившись на краю уже занятой платформы, Скайблейд скользнул чересчур внимательным взглядом по притаившейся в углу пустоте. — По вкусу что-то среднее между залежавшимися криями и рыжей ржавчиной, — попытка непринужденно отхлебнуть из нарочно забытого в углу куба была прервана волной продирающего до эндоскелета холода. Ну и ладно. Не так уж и хотелось… — У меня все под полным контролем! — не без волевого усилия Скайблейд отодвинул куб глубже в темноту, — Если что случится, я сразу же дам тебе знать. Обещаю, — взгляд алых окуляр на клик приобретает необысно серьезное выражение, — А пока, Вейв, пожалуйста, придержи свои шпионские наклонности хотя бы на брийм. Прошу… ради меня? — напускная игривость не в силах скрыть стоящую за этими словами ледяную уверенность. И тишина, напоследок, сверкнув почти яростным несогласием, уступила место статичному шуму работающих двигателей. — Спасибо, Вейви. Скайблейд, шумно провентилировав, устало приглушил едва справляющиеся со своей задачей окуляры. Впрочем стоило только медику найти более комфортное положение для свеже вправленного манипулятора, как мерный гул работающих механизмов прервал глухой хрип. В тот же наноклик медик тенью скользнул прямиком к фейсплету конвульсивно вентилировавшего сикера. — Скрим? — мягкое касание внешней стороны кисти к изрядно накалившемуся шлему, — Скример, ты меня слышишь? — окуляры напротив мигнули тусклым светом, — Старскр- Отчаянный, почти дикий вопль едва не оглушил поспешно дезактивировавшего блокираторы медика, когда в плечевые пластины Дарклайта с лязгом вонзились когти загнанно вентилирующего Старскрима. Нездорово сияющие алые окуляры, на дне которых не было ни капли узнавания, с такой же жадностью, как и удерживающиеся его манипуляторы когти, вцепились в абсурдно спокойный фейсплет медика. — Старскрим, — фокус лихорадочно горящей оптики переместился на губы изо всех сил старающегося лишний раз даже не вентилировать Скайблейда, — Ты меня слышишь? Можешь не отвечать. Просто кивни. Тень сознания кривой маской легла поверх фейсплета Старскрима, когда он, стараясь перебороть колотившую корпус дрожь, в слитном движении притянул к себе забавно крякнувшего медика, заключив Скайблейда в когтистые и болезненно крепкие объятья. Шлем сикера грузно опустился на испещренное когтями плечо. Весь корпус Старскрима буквально пылал, не только изнутри. Скайблейд чувствовал скользящие вниз по манипуляторам капли конденсата. — Не забывай о вентиляции, — высвободив из ослабевшей на клик хватки манипулятор, медик мягко отстранил от себя явно серьезно настроенного воспламениться сикера, — Давай же, ты сейчас себе процессор расплавишь! — положив ладонь поверх воздухосборников, Скайблед кончиками фаланг послал мощный импульс в корпус Старскрима. К везению обоих, это сработало. Правда, теперь, манипуляторы медика снова оказались в когтистой хватке незадачливого пациента. Глубокая вентиляция. Очередная попытка мягко освободить хотя бы одну конечность с треском провалилась. — Так, ладно. Главное, что ты меня видишь, слышишь… И даже немного понимаешь, правильно? Старскрим, ты понимаешь, что я тебе говорю? — неуверенный кивок в ответ вызвал почти нежную улыбку на фейсплете уже изрядно помятого Скайблейда, — Отлично. Ты молодец. А теперь постарайся сконцентрироваться на моем голосе. Хорошо? — еще один несколько запоздавший кивок, — Хорошо. Старскрим, мне нужно, чтобы ты отпустил хотя бы один мой манипулятор. Взгляд алой оптики затмила тень почти осязаемого ужаса. — Я не оставлю тебя здесь одного. Клянусь, — мягко похлопав по продолжающему удерживать его на месте манипулятору, Скайблейд в очередной раз пожалел, что больше не может пользоваться плюшками своего эмоционального фона как раньше, — Мне просто нужно взять лекарство. Давай пока перенесем твою кисть сюда. Да, молодец. И дай мне наноклик. Всё. Отлично. Теперь мне нужно сделать тебе уко-о-о, ауч, — и вновь острые когти крюками вцепились в многострадальный манипулятор, — Я понял-понял. Тебе не нравится слово на «у». Хорошо. А теперь посмотри внимательнее. Тут нет иглы. Это не яд и не синтетик. Я могу показать на себе. Хорошо? Вот так. Это совсем не больно. И, как видишь, я всё ещё актив. Старскрим, чей корпус, несмотря на ускоренную вентиляцию, явно не справлялся с охлаждением усыпанных лавиной фатальных ошибок систем, недоверчиво и нелепо медленно, но всё же кивнул. — Спасибо. Я обещаю, что тебе сразу станет легче. Это не оружие. Лекарство, — четко проговаривая каждое слово и контролируя даже малейшую вибрацию воколайзера, Скайблейд медленно, позволяя Старскриму наблюдать за каждым его движением, поднес шприц к слабо дрожащему манипулятору, — Я тебе не враг, сейчас я даже не медик. А это, — Скайблейд ребячливо потряс прибор перед слабо сфокусированными окулярами Старскрима, — не тот шприц. Видишь? — тонкие манипуляторы осторожно подвели препарат к уже не столь истерично трясущемуся предплечью, — Просто небольшое давление. Позволишь? — ещё один неуверенный кивок спустя, — Отлично. Ты молодец, — глухой щелчок, и уровень жидкости во флаконе стремительно уменьшается, — Ты очень хорошо держишься, — конвульсивное вентилирование прерывает глубокий выдох, — А теперь позволь системами привести себя в порядок. До этого едва не впечатавшийся в угол сикер немного сполз вниз. Ошалелый взгляд алой оптики проскользнул по слабо узнаваемому помещению, пока когтистые манипуляторы тревожно сминали углы вновь пострадавшей платформы. Кажется, седатик уже начал действовать. Скайблейд неплохо поработал, раз даже его столь небольшая доза спустя всего пару кликов позволила снизить обороты охлаждающих моторов почти до уровня нормы. Когда Старскрим, перестав общупывать окружающие предметы, кажется, пытаясь таким образом убедить себя в их реальности, одна пара алых окуляр встретилась с другой, более темной, несколько подвернутой дымкой то ли флегматизма, то ли банальной усталости: — Я слышу все эти вопросы в твоей голове, — Скайблейд для пущей убедительности звонко постучал по собственному шлему когтем, — Но, для начала, я предлагаю тебе окончательно успокоится, — с усилием поднявшись с пола, медик плывущей походкой направился к единственному наполовину полному кубу, — А уже после мы обменяемся любезностями. Ну, точнее ты выскажешь мне всё то, что я про себя и так знаю. К слову, если не хочешь повторяться, могу подсказать парочку интересных оборотов, — грузно спикировав на свободный угол платформы, Скайблейд придирчиво оценил количество оставшегося энергона, после чего, вынув из темноты трубку, насыпал в пустой контейнер побольше алых кристаллов и залил их бурлящей жидкостью, когда его второй манипулятор внезапно оказался в плену чужих когтей. — Что?.. А, хочешь проверить есть ли у меня что-то во втором манипуляторе? — Не получив в ответ ничего, кроме более активного ощупывания конечности, Скайблейд расслабленно откинулся на повидавшую виды полку, — Можешь вертеть сколько угодно. Как я и говорил, я не приследую цели навредить тебе. Ну, по крайней мере, не больше, чем уже есть… Интересно, насколько это убедительно звучит из воколайзера залитого энергоном мнемохирурга?.. Как же хорошо, что сейчас ты не в состоянии в полной мере понять смысл моей болтовни. Да… — апатично предоставив второй манипулятор для спонтанного обыска коммандера, Скайблейд, зажав в дентах дымящую трубку, усмехнулся, — Знаешь, когда седатик окончательно выветрится, ты просто обязан врезать мне хотя бы разок. Я ни в коем случае не призываю к насилию на борту, однако это будет твоя едва ли не первая и последняя возможность вытрясти из меня все дерьмо на вполне законных основаниях без каких-либо последних. Только смотри, не перестарайся. А то мне ведь может понравиться, — кривой оскал рваной раной расползается по бледному фейсплету. Медик с удивлением ощутил тепло чужих манипуляторов. Отправившие не исчисляемое множество искр в забытие когти почти невесомо очерчивали один из наиболее глубоких и уродливых шрамов, ветвистой линией рассекающий корпус аж до середины скрытой броней нагрудной пластины. — …Скайблейд? — алая оптика с несколько безумным выражением пожирала почти идентичные окуляры напротив. — Да, Скрим, — мягко, но уверенно отстранив чужой манипулятор от своего фейсплета, Скайблейд ободряюще (на сколько это вообще возможно) похлопал по запоздало вздрогнувшим когтям, — это я. — …ты — голос коммандера прерывали глухие помехи, — …но я… И вновь Старскрим пустым взглядом впечатался в собственные, зажатые меж меньшими манипуляторами медика кисти. Вентиляция коммандера придушено ухнула пару раз, когда, убрав в пазы брони успевшую остыть трубку, Скайблейд схватил коммандера за острые наплечные пластины: — Старскрим, послушай меня внимательно, — нервно перебрав фалангами, медик переместил манипуляторы чуть ниже, не столько удерживая, сколько позволяя опереться в конец потерявшему грань между ведением и реальностью «пациенту», — Смотри на меня. Нет, смотри мне прямо в оптику! Вот так, — хватка на чужих манипуляторах ослабла одновременно с окончательно выровнявшейся вентиляцией, — молодец. А теперь слушай. Всё, что ты видел, всё это происходило только в твоей голове. Точнее, не, не так. Не важно! — встряхнув шлемом и поборов желание искупать в охладителе предательски отказывающийся функционировать процессор, медик непривычно серьезно посмотрел на в неподвижно замершего напротив Старскрима, — Это. Всего лишь. Воспоминания. Мои воспоминания. — …воспоминания? — кажется, ещё пару кликов и коммандер полностью придет в себя, театрально вскинутые надоптиковые дуги, в осознании поджатые губы — постепенно возвращающая свою живость мимика говорит сама за себя. — Да. — Но… — смерив Скайблейда подозрительным взглядом, Старскрим надолго задержал своё внимание на небольшой вмятине на нагрудной пластине медика, — почему? И как ты… Ты актив? И где мы… Новый виток паники остановил болезненные толчок в за наноклик до этого чихнувший воздухосборник. — Что я говорил про вентиляцию? — проигнорировав полный гнева и обиды взгляд коммандера, Скайблейд совершенно наглым образом занял самый удобный угол, — Я всё тебе объясню, как только твой корпус перестанет пытаться расплавить единственную в этой кварте платформу. Хорошо? Старскрим, ты меня понял? — медик по-спарковки ткнул в фейсплет командора когтистой фалангой. Едва только начавший разбираться в творящемся вокруг безумие Старскрим был вынужден признать, что он всё. Ну, то есть буквально всё. Система из-за влитого в неё нечто выдает лишь информацию о примерных размерах и рассчетной удаленности объектов, все привычные алгоритмы отказываются подчиняться хотя бы основным логическим законам в то время, как Скайблейд продолжает с кем-то о чем-то говорить. Возможно, этот поток информационного шума предназначается самому Старскриму. Или же Скайблейд просто размышляет в слух. Буквально пару кликов назад он был в окружении нанизанных на иглы дезактивов, чьи обезображенные фейсплеты лишь изредка освещались всполохами аварийного освещения. Голоса пытались перекричать сирену, а после, издав последний в своём активе стон, смолкали навечно. Там все было предельно понятно. По-настоящему. И голоса, и боль, и запах.Здесь же… Да, есть и голос, и подозрительно щекочущий сенсоры дым, и даже какая-никакая боль, но…Понять?Поверить? — Я слышу, — слишком уж настоящее здесь отличается от реальности там. Ему нужно время — Отлично. Итак… — просканировав хмуро сверлящего темного угол Старскрима, Скайблейд почти добродушно усмехнулся, — Ещё немного и норма. Всё прошло лучше, чем я ожидал. Твои подпрограммы пришлось принудительно вырубить, поэтому каталогизация пока тебе недоступна, лишь базовый анализ визуальной и аудиальной информации. Непривычно без всплывающих окон вспомогательных алгоритмов, да? Не волнуйся, скоро ты снова будешь в курсе срока годности окружающих. Так, что тут ещё?.. А, ну, конечно, сбой систем навигации. Не переживай, принцесса, это тоже не навсегда. Ещё пять-семь кликов и мир перестанет вращаться вокруг тебя! Хех, ладно, не в твоем случае, но- — Скайблейд, — обреченно накрыв фейсплет манипулятором, Старскрим был вынужден признать, что он все же не в симуляции. Его процессор просто не мог заржаветь настолько, чтобы извергнуть нечто подобное и при этом не ликвидироваться самому. — Вот видишь? Контексто-зависимая реакция на внешний раздражитель — первый признак целостности программ! — едва увернувшись от полетевшего в него пустого куба, Скайблейд с печалью посмотрел на лениво стекающий по стене столь кропотливо синтезированный им заряженный энергон. И как он только мог не заметить почти целый куб? — Хорошо, я понял. — подняв чудом уцелевшее дно сосуда, медик мягко очертил его рваные края, — Ответы — так ответы, — послышался глухой хруст, стеклянная пыль отправилась прямиком к своим собратья, —В таком случае, по порядку. Первое. Прямо сейчас мы находимся в одном из складских отсеков левого крыла Немезиды. И да, Мегатрон ещё не знает, для чего именно мне понадобилась эта нора и кого я в неё принёс, — вновь потеснив Старскрима, Скайблейд вальяжно занял полюбившийся угол, — В следующий раз я сначала закину тебя в портал, а уже потом полезу под шлем. До сих пор не могу понять, как кто-то настолько тощий может быть таким тяжелым. — Следующего раза не будет, — отпихнув вторгшуюся на его законную половину платформы конечность в край разомлевшего медика, Старскрим опасно прищурился, — Как ты меня назвал? Скайблейд, ловко прокручивая трубку кончиками когтей, нечитаемыми взглядом изучал неровности невысокого потолка: — Подобные заявления на чужой платформе теряют, как минимум, половину очков убедительности. Старскрим неожиданно проигнорировал слова подозрительно притихшего медика. Возможно, о себе давала знать усталость, или же во всем виноват до сих пор не рассеявшийся, приторно-горький дым. — Почему ты так уверен, что способен что-либо скрыть от Мегатрона на его собственном корабле? — забрав из не сопротивляющихся манипуляторов едва теплую трубку, Старскрим неприятно осклабился, — Или ты забыл, кто его новый заместитель? — Ну, не такой уж этот корабль и его, — размяв еще не до конца восстановленное плечо, Скайблейд беззлобно усмехнулся, — А «Лорду» и без нас есть чем заняться. В наших силах подарить ему редкую возможность пребывать в блаженном неведении хотя бы относительно досуга парочки скромных сикеров. Верить мне или нет, — это твое право, Скрим. Мне, если честно, откровенно плевать на всё, кроме фактов, — забрав вежливо протянутую трубку, медик не без удовольствия отщелкнул крышку её контейнера. — А то, что Мегатрон не знает — это как раз факт. И, если никто из нас не уйдет в самоволку, «Большой М» продолжит не знать до тех пор, пока Саундвейв не получит от меня отмашку, — едва прояснившееся помещение вновь заволокло густым, но уже не столько приторным, сколько пряным дымом, — Поэтому можешь пока расслабить закрылки, я тебя ещё минимум грун никуда не отпущу. Откаты вещь непредсказуемая, а уж если речь идет о процессоре… Прости, принцесса, но ваше с Лордом свидание временно откладывается, — притушив оптику, Скайблейд, задумчиво погрузил когти в самое сердце пушистого облака дыма. — К слову о наших скраплетах. Фантомная боль. Не буду вдаваться в подробности, ты наверняка с ними знаком хотя бы косвенно. И, наконец, самое вкусное, — небрежно отбросив трубку, Скайблейд с нездорово вспыхнувшими алым светом окулярами приблизился к одарившему его полным скепсиса взглядом Старскриму, — Забудь обо всём, что я говорил до этого.