Детские травмы

Шум чемодана по плитке аэропорта, звук предупреждения диспетчера, гул людей и суета вокруг — шум, который стоял в ушах Маринет. Остановившись, она присела в зале ожидания после регистрации и посмотрела в большое стеклянное окно, кинув взор на самолеты. Смешанные чувства неуверенности, грусти, радости и облегчения слились воедино. Звонок на телефоне прервал ее на раздумьях и, дернувшись, Маринет полезла искать его. — Да? — Мари, ты во сколько прилетишь? , — спросила на том конце Алья. — В 15:10. — Окей, мы с Нино тебя встретим, ждууу, подруга! — Хах, давай, хорошо, — улыбнулась в трубку Мари и сбросила, выдохнув облегченно.       Маринет улетела из Парижа сразу после окончания школы в Италию на модельера. В Париже она не была четыре года, оставив все чувства, все воспоминания дома, Маринет надеялась начать новую жизнь. Что же заставило прилететь ее домой? Контракт с агентством модельного дома в Париже, заключенным еще до отлета в Италию, обязует ее после обучения пройти практику. Маринет ни о чем не думала: ни о прошлом, ни о том, что будет, лишь о работе и личном росте.

***

      После посадки Маринет с Алей и Нино ехали домой. Мелькающие знакомые улицы, скверы и дома бросались флэш-беками в ее памяти и придавали немного грусти о воспоминаниях. — Ну что, как ты? , — спросила Аля. — Все хорошо, память на время стерлась о городе, но сейчас все вернулось. Я так скучала, — ответила Маринет. — А мы-то как скучали, — сказал Нино. — По такому случаю, думаю стоит встретиться где-нибудь и все обсудить. — Я только за. Вечером сегодня? , — спросила Аля. — Да, окей. Только вещи разберу, и сразу к вам.       Маринет высадили у дома с вещами. Она смотрела на здание с теплотой в душе. Эти кирпичные стены, крыша, окно и ее родной балкон — место, которое всегда ее ждет и никогда не откажется. Она открыла дверь, подняв чемодан по маленькой лестнице и зашла, широко улыбнувшись. — Мам, пап, я дома.