Детские травмы

Купив выпить, они пришли в дом Адриана. Огромная квартира со вторых этажом в стиле брутализма, каменными серо-черными стенами, придававшие чуть холодность, стильная мебель таких же оттенков, замиксована в серо-бежевом текстиле, металлические ножки, подставки, часы, переливающиеся от света из панорамных окон, абстрактные картины и эксклюзивные предметы — сочетание хай-тека, лофта и брутализма окутало Маринет теплом и легкой сексуальной строгостью. — Вау, — вырвалось у Маринет, зайдя домой к Адриану, которая разглядывала каждую деталь интерьера, — все так сочетается, а почему такая темная? — Ну, я люблю такие тона, они успокаивают, дают подумать, — говорил с кухни Адриан, открывая мартини. — Я почему-то думала, что пойдем в тот старый дом, где ты жил в детстве, спасибо, — проговорила Маринет, принимая от Адриана бокал. — Я вырос, пора вылетать из гнезда, — улыбнулся Адриан, и включил музыку на пластинке не очень громко на фон. — Давай ты лучше поподробнее расскажешь про вчерашний вечер. — Тебе действительно интересно, и ты не считаешь это бредом? — спросила она. — Конечно, ты же переживаешь по этому поводу, думаю, если бы не было так серьёзно, ты бы списала это на сон, а тут ты думаешь об этом, тебя это гложет, я вижу. — Ты прав, — покрутила бокал Маринет в руке с содержимым, которое закрутилось по инерции. Просто все так отчетливо помню… — Так расскажи мне, может я помогу чем-то, — ответил Адриан. Маринет выпила залпом бокал и протянула Адриану с намеком на то, чтобы тот ей подлил. Она не могла все ему просто вот так вот взять, и вывалить. Ей было стыдно, даже если это был сон, хотя лучше бы это он и был. Адриан вернулся с бутылкой и сырной тарелкой. Он посмотрел в глаза Маринет и увидел там смущение. — Адриан, можно я сначала выпью, чтобы рассказать? — спросила его та. Адриан напрягся. Что же такого она может ему рассказать, что на трезвую голову не может? — Конечно, как ты хочешь, — согласился он. Маринет подводила разговор с самого начала, описывая все детали, одежду, эмоции. Параллельно выпивая бокал за бокалом, она потихоньку начинала раскрепощаться в теме. — По итогу после того, как выехали на трассу, потом что? — Я пила вино, и у меня возникало ощущение, что… То, что в вино подсыпан возбудитель. Адриан поперхнулся и поднял брови. — Как ты это поняла? — Мне стало жарко, думала из-за вина, но потом возникло чувство, что я очень хочу, возбуждение стало нарастать. — Ты стала хотеть Ната? — Да. Адриан почувствовал внутри себя неприятные ощущения, ревность, злость и страх продолжения рассказа Маринет. — Что дальше? — немного грубо спросил Адриан. — Адриан, я не хочу дальше говорить, правда, — произнесла та. — Это просто сон и все. — Маринет, пожалуйста, — положил свою руку на руку Мари. Она начала описывать дальше. С каждым моментом Адриана пробивало на дрожь все больше и больше, пока Маринет не до рассказала все. В комнате повисла тишина. Мари уже была достаточно пьяна, а Адриан переваривал в голове монолог. Маринет почувствовала какое-то освобождение, как гора с плеч свалилась, потому что этот разговор ее мучал целый день. — Адриан, ответь что-нибудь, — наконец выронила Мари. — Лучше бы я не праздновал день рождения, не собирал никого, лучше бы это тебе приснилось, — допил до дна бокал. — Зачем ты так говоришь и начинаешь винить себя? Ты вообще не виноват, просто если даже это не сон, то если бы не вчера, так он нашел бы другой подходящий момент. — Ты меня щас этим успокаиваешь? — спросил Адриан. — Нет, просто… — Просто сейчас ты остаешься у меня здесь, а я поехал к нему, — встал Адриан с ковра. Маринет молча повторила его подъем с пола глазами. — Ты куда поедешь? Зачем? — Ты серьезно? Он тебе внушает, что ты спала, а сама рассказала мне просто все мельчайших деталях. Маринет, сны так подробно не запоминают. — Адриан послушай, — встала Маринет и подошла к нему, — думаешь, я просто так оставлю это? Нет. Думаешь, я дура не понимаю, что он пытается списать это на сон? Думаешь я это про так оставлю? — А что ты тогда меня останавливаешь? — Потому что я хочу вести себя как ни в чем не бывало, прийти к нему домой, найти ту картину и рассказать всем о его действиях, мне нужны доказательства, а у меня их нет. И да, может я и правду сказала, но он может найти 1000 аргументов, что я спала, проснулась я действительно в комнате, в той одежде, у себя дома, на мне ни царапин, ни синяков нет. Кто мне поверит? Адриан задумался. Маринет действительно была права и идти щас бить ему лицо будет куда не выгоднее, чем ее план. — Ладно, но я убить его хочу после этого. Маринет улыбнулась и обняла Адриана. — Спасибо, что выслушал, правда, мне легче стало. — Останься у меня, прошу, спать будем отдельно, обещаю. Хочешь, можешь запереться. Маринет согласилась, и Адриан пошел за бельем. «Эх, зря ты предложил спать раздельно».