Fille aux yeux gris impudents

      Барти до трясучки бесит Салли Эбер, старшая сестра Кэролайн. Если Кэролайн раздражала его своей неопределенностью, буквальным двуличием, то на её сестру без перекошенного ебала не взглянешь.       Салли ни то, чтоб уродка, её личико было вполне себе сносным, да и фигурой не обделена. Мужская половина Гриффиндора мечтала, чтоб она обратила взор своих карих глаз на них и невинно флиртовала, накручивая локон своих волнистых светлых волос на палец. Старшая Эбер многим нравилась своей гриффиндорской храбростью и извечным дружелюбием.       Крауч же смог себе признаться, что младшая лучше. Она даже красивее, хоть обеих он особо не рассматривал. Если смех и голос Салли заставлял его скривиться и желать заткнуть уши, то спокойный размерный голос и глухие смешки Кэрол он выносил нормально. Она всё ещё его бесила, но в какой-то степени он понимал её.       Барти до сих пор отчётливо помнил, как ему пришло гневное письмо от отца, когда он поступил на Слизерин. Мать едва смогла удержать его от громовещателя, чему Барти был несказанно рад. Слушать сокрушения отца – последнее, что он хотел в этой жизни. Однако, он заметил, что Кэролайн повезло гораздо меньше. Её мама точно не собиралась успокаивать её отца от пламенных воспитательных речей. Эберы, наверно, не ожидали такой подлости от Кэрол, а Барти долго гадал: почему? По её замашкам можно было понять, что не пальцем деланная и только устрой ей гадость, она превратит тебя в жабу или испепелит взглядом. Проницательные серые глаза Эбер как-то вызвали у него холодок, пробежавший по спине.       Однако, видимо, на Марка-Антуана, бесстрашного аврора, бывшего Гриффиндорца, это не действовало, как и на его подражательницу-старшую дочь Салли. Последняя, казалось, либо была глупой, либо у неё отсутствовало любое стеснение. Она, буквально, на следующий день предприняла попытки поучительных бесед в коридоре Хогвартса. Тогда-то Барти и проникся к ещё незнакомой девчонке со второго курса Гриффиндора презрением и ненавистью.       Сочувствия к Кэрол он не испытывал. В одиннадцать эта девчонка, что сидела тише воды, ниже травы, ругаться не умела, но в глаза ей смотреть было тяжело. Не страшно, просто немного передергивает от напряжения. Тогда она так же прилюдно оттолкнула Салли и молча ушла.       От Регулуса, с которым Кэролайн вечно крутилась в библиотеке и сидела за партой на некоторых предметах, он узнал, что холодная война по поводу её поступления в Слизерин продолжилась дома. Барти удивляло, что они общались. Регулус тоже был сам себе на уме и очень избирательно общался с людьми, но каким-то непонятным образом Эбер мелькала рядом с ним. Иногда Краучу казалось, что Блэк жить не может без этой псевдоаристократки с чистой кровью, но без надлежащего статуса. И кажется, что ему вообще плевать было, есть ли эта кудрявая девчонка с зелёным галстуком в списке из двадцати восьми фамилий.       Лёгкое раздражение к Эбер присутствовало у Барти в постоянной основе, ведь с третьего курса Рег додумался таскать её вместе с собой везде, а из-за их дружбы с Блэком, Крауч почти всегда был с ними. Он привык к Кэролайн, но бесился с её попыток, по его нескромному, усидеть на двух стульях. Эбер с младшим Блэком не отлипали друг от друга, и хуй их разберёшь, то ли влюбленные, то ли просто два идиота нашли друг друга. Барти не мог смотреть на них, закатывая глаза от такой тошнотворной «красоты». Это было с одной стороны, с другой Кэрол без зазрения совести общалась с Блэком-старшим и его компанией, обнималась с рыжей девчонкой-магглорождённой, без которой Джеймс Поттер жить не мог.       Барти это несказанно раздражало. Во-первых, Регулус сидел сам не свой, когда она обнимала его брата на его глазах и Крауч всё чаще думал, что Блэк всё же был весьма не безразличен к Кэролайн, просто прикрывая свои порывы объятий и постоянного нахождения рядом дружбой. Хотя, это было как-будто очевидно. Во-вторых, Барти знал, что Эбер всё понимает и играется, пока это позволяет ситуация, однако она никогда не была тупой, чтоб не понимать, что Регулус и Сириус – две параллели, стоящие напротив друг друга.       Крауч часто смотрел на неё осуждающе, когда она приветливо улыбалась гриффиндорцам, а потом продолжала разговоры с Регом про очередной званный вечер. Она глядела своими серыми наглым глазами в ответ, явно понимая его взгляд, буквально кричащий «делай выбор, а не бегай за двумя зайцами».       Барти нередко комментировал и жёстко шутил в сторону Кэролайн, однако та либо не замечала, либо отвечала в подобной манере, сводя конфликт к нулю. Краучу хотелось высказать ей всё, что он думает по поводу её «двуличия», но чёртов Регулус всегда за неё заступался. Ему с какого-то хрена было не поебать на постоянные комментарии Барти, на которые даже его переподруга не обращала в внимания. А Краучу только и нужно было — её ебанное внимание и, сука, правильный выбор без метаний в сторону. Он в душе не ебал, может ли доверять этой хитрой суке, ведь маски она меняла стремительно. И, как назло, всегда была рядом. Просто ебучий пиздец.

***

      Крауч сидел, облокотившись на диван в гостиной Гриффиндора, вальяжно расскинув руки. Здесь была вечеринка в честь победы Гриффов над барсуками, а ещё бесплатный алкоголь. Он знал, что Сириус не сможет не позвать Кэролайн, посему напросился с ней, захватив Рега. Ну как напросился? Поставил перед фактом, а Эбер кажется вообще было всё равно. Только бросила ему наглый взгляд этих ёбанных серых глаз, в которые Барти смотреть не мог уже, явно мысленно тешась, что её осуждает, а сам напрашивается. На это он ей лишь улыбнулся. Ему было абсолютно параллельно, где и по какому поводу происходила вечеринка. У Крауча была лишь одна выгода – бесплатный алкоголь и возможно продолжение вечера в приятной компании. Он шёл, чтобы расслабиться и наконец отдохнуть от вечной подготовки к экзаменам.       Рега он тащил с собой, потому что просто захотелось. Блэк рассорился с Эбер почти полторы недели назад из-за какой-то хуйни, после чего та показательно отсела от него к Фоули, что ещё больше взбесило Регулуса. Барти лишь потешался с этого и даже немного расслабился: больше Кэролайн рядом не мельтешила и он не видел её, хоть и красивую, но надоедливую физиономию.       Первые пару дней Крауч был рад, но потом стало как-то скучно. Регулус ходил понурив голову и не разделяю ни его веселья, ни вообще каких либо разговоров. Ответы были краткий и машинальны, что Барти уже бесился с него.       Как же они его заебали. Эбер и Блэк. Два идиота, которые будто дышать друг без друга не могут, ему страдать от их драм.       Барти устал на это смотреть, от охватившего раздражения даже заболела голова, посему вечеринка в честь победы в квиддиче была идеальным вариантом напиться и расслабиться. Пусть даже и не все там были ему рады, а Рег сидел весь на иголках – Крауч было плевать.       Он потягивал стакан с огневиски, не замечая прожигающего взгляда друга. Взять Регулуса и притащить в гостиную львов – проще простого. Осталось дождаться только Кэролайн-пунктуальность-Эбер. Она какого-то хрена до сих пор не пришла, хотя такое пропустить не могла.       Её отсутствие заметил не только Крауч, но и старший Блэк, который спросил об этом младшего, на что тот, ощетинившись, ответил, что не бегает за ней. Сириус этот выпад не оценил и вопросительно глянул на Барти, тот лишь мотнул головой. Скорее трава станет красной, чем Регулус перестанет думать и следить за Кэролайн.       Барти уже был уверен, что если не Эбер, то Блэк точно сохнет по ней. Иначе бы не клацал зубами на всех и переживал о их какой-то ебанной ссоре.       – Давайте в правду или желание?       Барти лениво приоткрыл глаза и заметил игривый блеск в глазах Салли-как же она его бесит-Эбер. Большая часть присутствующих согласилась. Крауч сам участвовать не хотел, а вот на Блэк посмотреть – очень даже. И тот, что удивительно, насупившись сидит в кругу играющих.       Да, наверное, издеваться над ним и Эбер приносило Барти несказанно удовольствие. Но когда они делали какие-то нехарактерные вещи их характеру сами – было ещё интереснее.       Он лениво смотрел за игрой: ничего стоящего пока не было. Вспоминая, как Слизеринцы изымались как могли на своих вечеринках, он осознавал, что вот Гриффиндорцы не дотягивали.       Глаза Барти широко расскрылись, когда очередь наконец дошла до Рега. Он и не надеялся уже. Отпивая огневиски, Крауч глядел на это всё с хитрой улыбкой и как же, блять, жалел что нет рядом Кэрол, тогда б потешался вдвойне. Мало того, что Блэк отреагировал на свою очередь негативно: нахмурился, поджав губы. А зачем собственно сел играть? Барти лишь усмехнулся. Если бы в комнате была Кэролайн – он бы вообще делал вид, что его это никак не трогает.       – Блэк, правда или желание?       – Правда.       Регулус буквально выплюнул эти слова, едва ли сдерживаясь.       – Сколько девушек у тебя было до Эбер?       Барти немного напрягся, поглядывая на Рега. Тот вообще, казалось, разорвётся от злости. Крауч знал, в кого был влюблён слизеринский принц и с кем строил короткие шашни до своей маниакальной любви, как это называл Барти, к псевдоаристократке, но на такие вопросы Регулус отвечать явно не собирался, хоть и Кэрол здесь не было.       – Я не буду отвечать.       Как Барти и ожидал. Прозвучало это как-то слишком сдержанно.       Кто-то присвистнул и заулюкал, говоря, что слизеринский принц – девственник, который даже целоваться не умеет. Сириус от такого опешил и тоже нахмурился. Вот такое явно было перебором.       – Ну тогда желание. Проверим заодно так же ты хорош, как красив, Блэк-младший, – девчонка, что это говорила, выделила последнее слова, наслаждаясь, как Регулуса начало передёргивать. Она хитро огляделась и вперлась взглядом в скучаюшую Салли. Барти уже забеспокоился.       Что может придти в эту ебанную пьяную голову?       – Ну, раз ты всё время таскаешься с младшенькой Эбер, то незаревнует же она тебя к старшей, если ты её поцелуешь по-взрослому?       – Её здесь и нет, – послышался чей-то голос. Барти сжал стакан сильнее.       – Прекрасно, – протянула мерзкая девица, задающая задание. – Действуй, Блэк.       – Чего? – Регулус от возмущения, переполнявшего его, зло прошипел, сверкнув серо-голубыми глазами.       Старшая Эбер сидела в ахуе и даже не смела двинуться или молчать. Открыла рот и замерла.       Барти уже пожалел, что порадовался участию Рега. Если эти идиоты действительно жить без друг друга не могут, то этот ебанный поцелуй всё испортит. Не выполнить Регулусу гордость не позволит, а Кэрол его точно не простит, пусть это и игра. В делах, что касались Салли, Кэролайн была жестка и непробиваема. Ей было абсолютно поебать на дальнейшие отношения с человеком, который когда-либо предпочёл её сестру ей. Их контры напоминали Барти отношение с его отцом и он, пиздец, как понимал всю суть.       – А что тут не ясно? Целуй Салли, или че, зассал? Не умеешь целоваться?       А вот это был ебанный запрещённый приём. Крауч залпом выпил стакан огневиски, чувствуя на себе полный ненависти взгляд Блэка. Да, если с псевдоаристократкой было непонятно, то Регулус точно по ней тащился. Однако отступать было нельзя.       В момент, когда Регулус встал со своего места, как и Салли, почему-то это не комментирующая, Барти был бесконечно рад, что Кэрол не было в комнате. Иначе это был бы полный пиздец. Впервые, не считая случая на первом курсе, когда он не осуждал её, а наоборот защищал, Крауч почувствовал, что переживает за неё. Что она не бесит его, а что сердце колотится при мысли, что она просто нахуй выпадет в осадок, если увидет Блэка, который целует её ебанную старшую сестру.       Когда Блэк, лицо которого чуть не перекосило от злости, был затянут в поцелуй Салли, Барти почти затошнило. Он даже отвернулся, чтоб этого не видеть. Настолько это было мерзко по его мнению. Даже младшие курсы, у которых были недоотношения и непонятная любовь, не выглядели так мерзко в своих робких поцелуя, как Салли с Регом. Он даже не смел её трогать.       По гостиной прошли улюлюканья и аплодисменты, которые так же быстро прекратились, когда портрет Полной Дамы отворился и пред ними предстала Эбер. Все затаили дыхание, а Рег замер, видя её боковым зрением.       Барти был готов закрыть её глаза собственноручно, лишь бы она не видела весь этот пиздец. Он вновь вздрогнул, как когда-то, увидев в её серых глазах ни наглость и насмешку, а ненависть и ебанную тупую боль.       Кэрол хоть и была искуссной актрисой, тут её лицо перекосило от омерзения. Салли, стоящая до этого как истукан, видя это, притянула к себе ближе Регулуса, чуть продлив поцелуй. Теперь тот бездейственно стоял. Он чуть оттолкнул её от себя и уставился на Кэрол, что стояла в паре метров от него. Вся злость и обида прошли, он был растерянности.       — Твой парень хорошо целуется, ты знала, сестричка? – Салли словно назло растянула эти слова, глядя прищуренным взглядом на Кэрол.       – Он не мой парень, – единственное, что ответила Кэролайн. Холодно и сухо, медленно идя к диванам.       Барти почувствовал напряжение, задевшее его. Он чувствовал себя виноватым. Ему было не похуй на чувства Регулуса и Кэролайн. Сколько бы он себя не убеждал, но они были его друзья. Даже надоедливая Эбер, которой иногда хотелось втащить.       Он молча поманил её пальцем к себе, смотря впервые с беспокойством и серьёзностью.       – Да? А ходите постоянно в обнимочку с ним! Наверное, Крауч твой парень, да? Он хоть не ревнует? – издеваясь продолжила Салли.       – Не ревную, – Барти произнёс это на полном серьёзе, сам от себя не ожидая. Он посмотрел на Кэрол, что ахуела от этого и незаметно одними губами прошептал «доверься».       Казалось, в комнате все замерли. Смотря, как Эбер усаживается рядом с Краучем и тот закидывает руку её на плечо, прижимая ближе, все впали в ступор. Сириус глядел на них во все глаза, как и Регулус, который почему-то поверил этому спектаклю.       Барти мысленно назвал его идиотом, чувствуя, что Блэк едва ли не готов его разорвать на куски.       – М-да? Что-то незаметно, – неверя проговорила Салли, недоверчиво переглядываясь на них со своими подружками.       – Когда трахаться будем, обязательно тебя позовём – посмотришь, – Крауч криво усмехнулся, слыша смешки и видя покрасневшую Салли.       – Ты с ним спишь?! – прозвучало так возмущённо, будто бы преступление какое-то. – Кэролайн, ты в своём уме? Отец прибьёт тебя!       – Сплю – не сплю, тебе какая разница? – уже подала голос Кэролайн, показательно прижавшись ближе к Краучу.       – Ты издеваешься? Я твоя старшая сестра!       – Хуевая ты старшая сестра, Эбер, – отозвался Крауч. – хорошие старшие сёстры не целует лучших друзей младших и знают о их отношениях.       Гостиная снова наполнилась смехом. Все гоготали над Салли, которая чуть ли не в слезах от унижения, унеслась в спальню.       Барти улыбнулся, глядя ей вслед.       – Спасибо, Барти, – услышал он тихое, среди шума, что обожгло ему ухо.       Чёрт.       Её тёплое дыхание на мгновение обожгло кожу уха. Крауч на мгновение поймал себя на мысли, что сидеть в обнимку с Эбер дохуя приятно.       И это её ебанное «Спасибо, Барти»...       Барти перевёл взгляд на Регулуса, у которого на шеи ходили желваки и резко убрал руку от Кэролайн. Кивнув на её слова, он нацепив кривую ухмылка, посоветовал поговорить с Регулусом, пока тот не взорвался от напряжения.       Кэролайн фыркнула и снова нахмурилась.       – Даже не собираюсь. Пусть ещё сходит поцелует мою младшую сестру или попросит повтора у старшей.       – Псевдоаристократка, давай без мозгоебли, – Барти устало прошептал. – я притащил его сюда и мы выпили лишнего, поэтому не обижайся. Я виноват и всё такое, если захотите поебаться, я вам комнату освобожу на часок другой, чтоб загладить вину, оки? Давайте, миритесь, мне не хватает вашего бубнежа и тошнотворной романтики, не могу без этого сконцентрироваться, понимаешь?       Крауч старался говорить шуточно-непринужденно, но рука до сих пор горела от прикосновения к её хрупкому плечо, а в ушах стоял этот ебанный шёпот.       Спасибо, Барти...       Барти, подтолкнул всё ещё недовольную Кэрол к выходу и помотал головой, отгоняя ненужные мысли.       Её не было всего лишь несколько, блять, дней, а у него уже едет крыша, стоит Эбер появиться? Просто ахуеть.       Барти наливает себе ещё огневиски, смотря, как за Кэрол из гостиной Гриффиндора уходит Регулус.       Завтра утром Крауч проснётся в объятиях какой-то девицы и с ужасом поймёт, что какого-то хуя заступился за Кэрол, втоптав её сестру в грязь. За ебанную Кэрол, из-за которой Регулус был готов его убить на месте. За ебанную Кэрол, которая бесила его своими замашками и попытками вписаться в аристократию.       За ебанную Кэрол, в которую был влюблен Блэк, а Крауч какого-то хуя даже в состояние сильного алкогольного опьянения, прижимая к себе другую, представлял её. Её - Кэролайн Эбер, бесящую девчонку с с наглыми, дохуя прекрасным, что невозможно смотреть, серыми глазами...