Я рядом. Мы вместе.

Саша с самого утра ходил какой-то странный, взгляд был отстраненный, хмурил брови и кусал губы. Дима, конечно же все замечал, и все прекрасно понимал, он переживает, он чувствует что будет, поэтому выглядит так подавленно. Но сделать ничего с этим не мог, самое большое, что он мог, это просто быть рядом с Сашей. — Родной, — Дима подходит и обнимает мужчину со спины, — Саша, ты же знаешь? Я всегда на твоей стороне. — Знаю, Дим, — Глаза закрываются сами по себе, — Пошли ужинать? Ели в полной тишине, только Дима изредка бренчал ложкой, от Саши вообще не исходило звуков. Когда они находились в тишине, Матвееву всегда было комфортно, сейчас было максимально напряженно. По отношению к нему изменений не было, Шепс не отталкивал, нежничал, и старательно делал вид, что все хорошо. Не хочет нагружать и без того уставшего Диму от этого всего, еще и собственными проблемами. Диме это не нравилось, но и лезть в душу не хотелось, если Саша не рассказывает, значит есть причины. — Не думай об этом, все нормально, — Саша поднимает взгляд на парня, — Не переживай так. Я уже смирился. С чем смирился не говорит, но он и без этого понимает. До съемок остается пару часов, уже можно начать собираться. Матвеев находит Сашу в их спальне, из шкафа были вывалены почти все пиджаки, а сам он стоял в рубашке которую ему подарил сам Дима. Приятно. — Вот эта тебе идет, — Дима поправляет рубашку на Саше, — Очень красиво. А с жилеткой, — Дима крутит в руках странную вещь, — Или что это вообще? Короче, будет еще круче с ней! — А ты так и пойдешь в моей футболке? — Саша прищуривается, — Опять. — Нет, я сейчас переоденусь, — Дима теребит краешки футболки, — Тогда у меня все в стирке было. Ну немного наврал. Ну и что? Тогда ему было так лень собираться на съемки, что он просто надел пиджак поверх домашнего. Никто не заметил, шалость удалась. Сейчас, он конечно, приоделся. Ехали в тишине, понимали друг друга без слов. Каждый взгляд, касание, вздох что-то значили. В какой-то момент совместной жизни они научились считывать это все безошибочно. Атмосфера в готическом зале была напряженной. Дима злился безумно. Это вообще что за цирк? Ему было так мерзко от своих коллег которые без зазрения совести поставили его Саше абсолютно несправедливые оценки. И ежу понятно — боятся. Просто боятся конкуренции, и никаких оправданий. Свою работу Саша выполнил безупречно, возможно, правда зря нагнал драму, но в самой работе все было идеально. — Не густо, — Заключает Марат, — Дальше даже мне самому интересно. Дмитрий? Дима немного ждет, ловит взгляд мужчины на себе. Он оценил работу Саши на твердую десять, и как же было приятно видеть как его любовь нежно улыбается его оценке. И очень больно было наблюдать как кидают бессмысленные упреки. Дима чувствует, Саше обидно. — Спасибо за оценки, очень приятно, — Дима слышит в голосе Саши мелкую дрожь, — Ну, что-ж, у меня был очень солидный разрыв с моими коллегами, и единственное, что им остается это таким образом сделать совместную подножку. Дальше Дима не слушает, просто считает секунды до конца съемок. В голове не укладывалось, что нужно было сделать Саше чтобы его оценили высоко. Да, работал на чистых эмоциях, вел себя странно. Но все сделал четко и правильно. Ну что не так? — Я не понимаю оценок окружающих, — Нужно перевести тему, — Моя теория с оценками работает, чем ближе мы к финишу, тем меньше баллы окружающих людей. Не может сдержаться, нужно поддержать, хоть так сказать Саше «Я всегда рядом и на твоей стороне». Злосчастные съемки заканчиваются. Диму сразу же хватают за руку и как можно быстрее тащат к машине. Едут в полной тишине, но Матвеев уверен, дома Саша даст волю эмоциям. — Блять, — Тихо шипит Саша и упирается лбом в стену, — Дим? — Да, — Дима также упирается лбом в стену, — Я если честно не удивлен. Можешь не надеяться на высокие оценки от них. Для себя ты справился на все сто, помог людям, ты не заслужил таких оценок. — Не понимаю, — Сашин голос дрожит, — Ну как так может быть, от наблюдателей десять, а от них даже пяти баллов нет? Почему ты десятку поставил? — Вопрос был риторический, поставил потому что, заслужил, — От тебя оценка, если честно, была самой важной для меня. Они одновременно отлипли от стены и прилипли друг к другу. Прижались так сильно чтобы каждая клеточка тела почувствовала эту светлую, искреннюю заботу. Дима чувствует как Саша, уткнувшись ему в шею плачет. Ему самому сложно сдержать себя, сердце за любимого всегда болит, даже если ты обычный человек, а они друг друга чувствуют на другом уровне. Это другое, это более глубинное. Он гладит Шепса по волосам и шепчет что-то успокаивающее. — Сашенька, — Отодвигается немного, чтобы установить зрительный контакт, — Да пошли они все нахуй. Даже если они все поставят единицы, то у тебя будет два с половиной. — Это почему? — Ну я же десятку поставлю, — Саша улыбается, — Только если мы не будем в одной тройке... Ну я Олега заставлю десятку поставить. — А если мы все будем в одной тройке? — Тут Дима задумался, — Тогда попросишь Марьяну поставить мне хотя-бы девятку? — Конечно! Вот видишь, целых три человека не поставят тебе единицу, это точно. Сашу отпустило, да и в конце концов Дима прав. Точно будет кто-то, кто поставит не заниженную оценку. Шепс обратно обнимает парня, не так крепко как в первый раз, но он точно никуда не убежит, да и не будет. Ему с Димой так тепло и так хорошо, не отпустил бы никогда. — Все, — Саша отстраняется первым, — Пошли хоть в домашнее переоденемся. И купим билеты, я не могу тут находиться. — Эээ, куда билеты? — Вроде договорились отмечать день рождения Димы в Норвегии, но это только через месяц, — Куда ты хочешь? — Я хочу море, — Саша думает пару секунд, — И тепло чтобы было. И на недели две, и вот прям сейчас полетим. Дима не препятствует, дел тут до осени не было, а если и были решить можно и дистанционно. И отдохнуть он был вообще не против, они оба устали от этого проекта безумно, сегодняшний день добил и Сашу. — Да хорошо, — В щеку Димы прилетает звонкий поцелуй, — Я тоже тебя люблю, Саша.