Паркеры

Ладно. Это судьба. Потому что из всех чертовых кофеен, который попадаются на пути промокшей из-за внезапного дождя Петры, она заходит именно в эту. Фатум. Судьба. Рок. Предопределение. Что не так с этой кофейней, Петра узнает не сейчас и даже не завтра. Тогда милая девушка Мишель помогает ей высушиться и дает на полчаса свою запасную футболку, пока вещи Петры сохнут. Это очень… очень… очень странно для Нью-Йорка, но Мишель смотрит внимательно и говорит: — Простите, мы не пересекались… однажды?.. — Может, в другом мире, — усмехается Петра. — К слову, мультивселенная существует. Они немного спорят об этом, пока сохнет одежда Петры, а сама она пьет горячий кофе. Мишель пытается опираться на факты и говорит, что это маловероятно. Но у Петры есть ее собственная история, которую она, правда, не может использовать, потому в ход идет история несчастного Таноса. Они расстаются вполне довольные друг другом. Потом Петра заходит еще несколько раз, пьет кофе, обсуждает нелегкую жизнь студентов. — Это подработка, — говорит Мишель, — пока я на летних каникулах и… дома. На самом деле, кажется, родители решили завести мне замену — шпица!.. Петра смеется, потому что замена явно не равнозначная, но это довольно забавно. Нэд подмигивает ей, кажется, он считает точно так же. — А ты не думала найти что-то ближе к своей специальности? — уточняет Петра. — Я… — начинает Мишель, хмурится, качает головой. — Не знаю. Меня словно тянет что-то сюда. Мне нужно быть здесь, потому что здесь кто-то должен меня найти. — Она хмурится и кивает: — Да, я звучу как полный псих, я знаю. — О, — вздыхает Петра, — это еще не самое странное, что я слышала в своей жизни, поверь мне. Например, моя с братом история… она на самом деле настолько чертовски странная, что и ты точно посчитаешь меня… И в этот миг дверь кофейни открывает Питер. И Петра видит этот взгляд. Полный секундной надежды, которая сменяется скорбью потери. — Петра, — слабым голосом говорит Питер, — твои друзья? Нэд и Эм-Джей. Его голос становится ломким. Петра смаргивает, смотрит на Мишель… Джонсон. Эм-Джей. Видимо, в разных мирах есть разные… Эм-Джей. — Мишель, — говорит Петра. — Только очень близкие называют меня Эм-Джей, — уточняет Мишель. — И… я же тебя встречала?.. Я знаю тебя. Точно. Лицо Питера становится таким, словно кто-то потоптался по его могиле. — О черт, — говорит Петра. Она понимает. Весь мир забыл Питера. Весь. Чертов. Мир. И Мишель с Нэдом… они… — Мэри-Джейн и Гарри? — смотрит на него Петра. — Да, — сосредотачивает взгляд на ее лице Питер. — Да. Как Мэри-Джейн с Гарри. Как… как твой Бэн даже. Они встречались. Мишель и Питер. Они встречались. И сейчас Петра просто пришла и подружилась с друзьями Питера, потому что ей было с ними легко… потому что Питеру было с ними легко… — Мне жаль, — говорит Петра и смотрит на внимательно смотрящую на нее Мишель. — Я говорила, что у меня чертовски странная история, да?.. Так вот. Я даю вам выбор — либо вы погружаетесь в нее с головой, но узнаете, почему снова и снова возвращаетесь сюда, либо мы уходим и никогда больше не вернемся. Правда, даже если вы… узнаете, думаю, можете сказать нам отвалить, и мы уйдем. — Риск… — начинает Питер. — О, я прекрасно понимаю все риски, — смотрит на него сердито Петра, — а еще я прекрасно понимаю, что у человека должен быть выбор. Помнить или нет. Спасать или спасаться. И я принимаю чужие выборы. Я ненавижу эти выборы, живу с тем, что тетя Мэй закрыла меня от… — Она выдыхает. — Но я приняла ее выбор. Как она всегда принимала мой выбор быть той, кем я была. — Ладно, — опирается на стойку между ними Мишель. — Это звучит слишком интригующе. Я хочу услышать всю историю целиком. — Это будет долго, — предупреждает Петра. — Плевать, — обрубает Мишель. — Я. Хочу. Узнать. Петра хмыкает и говорит: — Ты чертовски походишь на мою Эм-Джей. Как я не поняла раньше?.. — А потом почти без паузы. — Я из другого мира. В этом мире я была Человеком-Пауком. История выходит долгой.