Неслучайные случайности

Завтра наступило, и воздух был пронизан ожиданием встречи, наполнившим Хонджуна трепетом. Трепетом, окутывающим его почти размеренно бьющееся сердце, слабо подающее первые признаки аритмии, которые на данный момент заботили его меньше всего и списывались лишь на волнение. Он не мог понять, откуда у него появилось столько смелости, чтобы решиться на этот шаг, но, вероятно, уверенная аура Ёсана оказала своё влияние. Ким знал, что такие симпатичные парни, да ещё и в его вкусе, просто так на дороге не валяются. Морально подготовившись и мысленно перекрестившись на удачу, парень начал одеваться. Хотя это и было свиданием, он всё же не хотел одеваться слишком вычурно, поэтому надел полосатое поло, простые джинсы и заодно накинул темную кожанку, чувствуя, что она ему сегодня пригодится. Проведя пару минут перед зеркалом, Хонджун прорепетировал все возможные сценарии событий и на сто процентов убедился в своей привлекательности. Это было обязательной церемонией, каждый раз перед выходом, чтобы ему не захотелось возвращаться в панике домой и искать новый наряд. Итог: Хонджун был полностью готов к встрече. Едва подойдя к обговоренному вчера месту, точнее к дому Ёсана, Ким почувствовал нечто неладное, как будто что-то точно должно было произойти. Он позвонил несколько раз в домофон, но ему так никто и не ответил. Некомфортное предчувствие, испытанное ранее, оказалось оправданным. «Странно», — подумал Хонджун. Обзвонив часть жильцов, он в конечном счёте смог попасть внутрь, благодаря помощи неравнодушной бабушки, соседки по пролёту. Поднявшись на нужный этаж, юноша снова пару раз позвонил и постучал в дверь. Спустя еще немного бесконечно долгих и тревожных секунд Ким услышал громкое «БЛЯЯЯТЬ», раздающееся из квартиры. «Теперь всё встало на свои места», — отозвалось в мыслях мученика, прождавшего за дверью всё это время. Ещё чуть-чуть и Хонджун стал бы считать Ёсана фантазией его воспалённого сознания, а самого себя — сумасшедшим. Похоже, младший не слышал звон будильников, или, видимо, забыл поставить их, не предполагая, что устанет настолько, что проспит до самого вечера. И вот наконец Хонджуну открыли. Первым, кого он увидел, был сонный с еле открытыми глазами Ёсан, взлохмаченные волосы которого выглядели, как будто бы недавно пережили удар током. По его внешнему виду было ясно, что он только что проснулся и за десять секунд преодолел расстояние от кровати до двери. — Я думал, что-то случилось, — обеспокоенно произнёс Хонджун, разглядывая полусогнутую фигуру, едва державшуюся на ногах и опиравшуюся на помогающий сохранять равновесие дверной косяк, — пришлось попадать в подъезд окольными путями. — Боже, прости, я вчера слишком поздно лёг, даже пять будильников мне не помогли. И котёнок тоже, — сбивчиво попытался объясниться соня, — я, правда, не думал, что всё так получится. Ещё раз прости, что заставил тебя ждать, это просто ужас, — Ёсан покраснел то ли от волнения, то ли от неловкости, то ли от слишком поздно пришедшего осознания того, что он стоял в домашних шортах и растянутой старой футболке перед человеком, который, было видно, действительно долго готовился к свиданию. — Ничего страшного, — сказал Хонджун и плавно притянул к себе Ёсана, аккуратно схватив его за ворот. Он безо всякого смущения, словно делал это миллион раз, положил вторую руку на предплечье и нежно поцеловал Кана в щеку, даже не осознавая полностью своих действий. В этот момент в голове Ёсана активизировались все части мозга, и происходящее бодрило его не хуже утреннего кофе. Младший стоял и глядел стеклянными глазами на противоположную стену подъезда, словно замерев в оцепенении, боясь сделать лишний шаг. Когда Ким отстранился, в его голове начала распространяться паника, поспешно захватывая и занимая собой даже самые отдаленные уголки. Он не понимал ни себя, ни Ёсана, который тоже ничего не понимал. К сломанному мозгу подключилось ещё и сердце, бешено колотившееся от накрывающей вины, и страха отпугнуть. Наконец убрав руки с тела все ещё пребывающего в своего рода трансе Ёсана, Хонджун, красный как прошкодивший школьник, топтался на месте, не зная, как побыстрее провалиться под землю, и ожидая, что его сейчас пошлют куда подальше и куда подольше, чем он прождал в коридоре. — Что? — единственное, что смог выдавить из себя Кан. Его уши горели, а мысли все также были хаотично разбросаны, устраивая беспорядок в голове. — Прости, — склонив голову, ответил Хонджун, боясь, что своей поспешностью отпугнул Ёсана, и, похоже, это и произошло. — Не прощу, — сказал Ёсан и услышал первые всхлипы носом. — Эй, всё хорошо, не прощу, в том смысле, что я был не против. Мне не за что прощать тебя. — Точно? — Хонджун поднял голову и посмотрел прямо слегка покрасневшими глазами. — Точно, — теперь уже Ёсан более решительно, чем прежде, притянул парня к себе, обвивая его шею обеими руками и начиная медленно сцеловывать вновь подступающие слезы. — Ну-ну, не плачь. — Как тут не плакать, если сейчас я вне себя от радости, — улыбнулся Ким, сглатывая соленые слезы, казавшиеся ему слаще карамели, и крепче прижимая к себе Ёсана, уткнувшись носом ему в изгиб шеи, приластившись, словно кот. Кан мягко коснулся пальцами волос Хонджуна и провел до загривка, стараясь успокоить старшего. Он, наверное, впервые настолько долго и близко рассматривал Кима, пусть и в вечернем сумраке подъезда. Эта романтичная картина, к сожалению, не продлилась долго, её прервал котёнок, решивший напомнить голубкам о своем существовании и стремительно нарастающем голоде. Громко мякнув, настолько громко, что мог сойти за хоть и небольшого, но тигра, он привлек внимание к своей персоне и грациозной походкой прошелся между ног Ёсана, ловко подбираясь к Хонджуну, зная, что тот обязательно возьмёт его на руки. Тем временем старший медленно поднял голову с плеча Ёсана. В последний раз, но точно не в самый последний, Хонджун легко чмокнул того в щёку, едва касаясь лепестками губ нежной кожи напротив, и продолжил смотреть на него еще некоторое время. Он безмолвно, лишь глазами, произнёс кроткое «спасибо», будто бы желая сказать больше, но не находя нужных слов. Взглянув в сторону уже подошедшего котёнка, парень подозвал его и бережно подобрал на руки, принимаясь ласково гладить мягкую шерстку, приговаривая, что хотя хозяин не покормил его, но сейчас дядя Хонджун обязательно его накормит. Младший бросил на него осуждающий взгляд и закатил глаза, словно говоря, что вообще-то это не он виновник сегодняшнего позднего подъема. На что Хонджун лишь рассмеялся и легонько толкнул его в плечо, намекая пропустить в квартиру. Наконец пройдя внутрь, они направились в сторону кухни. Зайдя в комнату, они негласно распределили обязанности, точнее Ким был ответственен за еду, а Кан, только доведя гостя до пункта назначения, отправился в ванную. Закончив с кормлением кота, вдоволь мурлыкающего от удовольствия, Хонджун сам, уже по привычке, чувствуя себя как дома, начал готовить завтрак и заваривать чай. Ёсан тем временем провел необходимые водные процедуры и переоделся, понимая, что пижама не лучшая одежда для встречи. Он надел голубую рубашку, наполовину открывающую его руки, свободные бежевые брюки и повязал вокруг шеи темно-синий платок. Будучи полностью готовым, Ёсан, едва зайдя на кухню, обрадовался, видя сытого благодаря Хонджуну котёнка. — Ну что ж давай приступим, — сказал Кан, отодвигая стул и садясь за стол. — Приятного тебе завтрака, — подшутил Хонджун, для которого это был уже ужин. — Бебебе, зато я выспался, — пробормотал Ёсан. — Скорее переспал, — насмешливо ответил старший. — Переспать можно только с кем-то, — смущаясь, поправил Ёсан. — И правда, ты не мог. Ведь этой ночью я был у себя дома, — улыбнувшись, ответил Хонджун. В комнате повисло неловкое молчание, прерванное настойчивым мяуканьем котёнка. — Какой-то он сегодня слишком разговорчивый, видимо, ему не хватает ласки, потому что весь день его не гладили, — сказал Хонджун, пытаясь отвлечься от смущения. — Я не виноват, что сон был сильнее меня, — фыркнув, возразил Ёсан и отвернулся, притворяясь обиженным. — Не волнуйся, в будущем я буду будить тебя каждое утро, — прошептал Хонджун, приподнявшись и почти нависая над тарелкой напротив. — Смелое заявление, как будто ты будешь высыпаться, — ловко парировал Кан. — Нет, но будильники я хотя бы услышу, — парень лучезарно улыбнулся, глядя на котёнка, продолжающего мурлыкать, — видишь, он тоже согласен. — Ясно, никакой поддержки в этом доме, — закатив глаза, произнес Ёсан. — Прекращай дуться, лучше ешь, пока не остыло. — Правильно говорят, что дорога к сердцу лежит через желудок, — сказал Ёсан, перед тем, как положить очередную порцию в рот. — Набирайся сил, а то нам многое предстоит сегодня. — Ты уже что-то запланировал? Я думал, мы просто погуляем по округе. — У нас есть еще немного времени, а потом мы кое-куда отправимся. — Секрет? — Конечно, — произнес Хонджун, и его губы растянулись в широкой улыбке.