Попал, так попал!

Pov Кента Месяц назад меня отправили на миссию по слежке за Кусагакуре но Сато. Конфликт кланом и деревней набирает обороты, глядишь и до войны дойдёт. —"Надо готовиться к худшему. Да и шиноби Травы странно активизировались. Как придёт смена доложу старейшине, такие детали упускать нельзя." Pov Асуми Кенту больше недели назад отправили на миссию. Обычно мы работали в паре, но теперь всё изменилось. —Кента, я волнуюсь, мне остаётся только молиться за тебя богине Милосердия.

* * *

Акайо — уважаемый медик селения, вытащивший многих воинов из лап смерти, помогший многим матерям обрести счастье. Сейчас он сидел на пороге своего дома и рассматривал открывшийся взору пейзаж: закат и природу. Закат окрашивающий небо в жёлтый цвет. Закат — время, когда можно отправиться на заслуженный отдых, время когда Солнце сменяется Луной. А внизу было видно смешанный лес. Месяц Мицуки, многие деревья и кустарники лишились своих листьев, кроме хвойных, но снег так и не выпал. Фую — трудное время года для шиноби: спрятаться и выполнять миссии становится проблематично. Но клану Дететсу частично повезло, они находились вблизи страны Огня, где почти не выпадает снег, а температура редко доходит до отметки ниже десяти градусов. —Опаздывает, — сказал Акайо выпивая из бутылки Саке, которое согревало и тело и душу. Прошло немного времени прежде, чем он услышал приближающиеся шаги: —Комбанва, Атсуши, ты опоздал, — констатировал Акайо. —Комбанва, да извини, заработался, — тяжело дыша, сказал названый Атсуши. —Да ладно, садись, выпьем. Как насчёт сыграть в сёги? —Не откажусь. Спустя несколько партий: —Атсуши, конфликт становится всё ожесточённее. А в госпитале нет отбоя от раненых. Скажи, что происходит? — спросил медик. —Кусагакуре зашевелилось, — пробурчал глава клана, отпивая саке, — возможно готовят нападение. —А ты то от куда знаешь? — воскликнул Акайо. —Кента-сан принёс доклад о подозрительной активности внутри деревни. Информация была передана аналитикам. —Что ни день так плохие новости, — тяжело вздохнул ирьёнин, сделав большой глоток саке. —И не говори, — поддержал его глава.

* * *

Зима — холодный период, но явно не здесь, хотя я мёрзну ещё как. Покажите мне того человека, который придумал распашонки , они нихрена не греют. А ещё эта традиция: на младенца не одевают ботинки и шапки при нуле градусов! Я никогда этого не понимал. Недавно отец вернулся. Я так и не понял куда, он ходил так долго, но его вид не предвещал ничего хорошего. —"Почему он выглядит таким подавленным?" — думал я. Ещё я заметил, как тело ребёнка влияет на мои эмоции. С перемещением в это тело у меня начались своеобразные «качели», т.е. я могу в один момент радоваться, а в другой плакать, но это понятно я ведь ребёнок. —"И всё же меня беспокоит настроение родителей, ведь всё было нормально..." — я решил не забивать голову, ведь пока я младенец без воли Стража не умру, — "Чтобы ни случилось я и этот мелкий выживем, канон никуда не денется... Я надеюсь", — с этими мыслями я заснул.

* * *

Кента возвращался домой после тяжелой миссии. По возвращению его группа попала в засаду, устроенную травниками. К сожалению один человек умер, а остальные были ранены. Войдя домой его встретила радостная Асуми. —Охаё, Асуми, — невесело проговорил Кента. —Охаё, — обняла его Асуми, — вижу миссия прошла не очень удачно, — серьёзно добавила она, указывая на ногу мужчины. —Да... К сожалению один умер. Я уже выразил соболезнования его семье, — доложил шиноби, но наткнулся на выжидающий взгляд супруги, — деревня Травы похоже готовится к войне... — сказал Кента почесав затылок. —Шинигами задери этих травников! — зашипела куноичи, — Кента! Так уже жить невозможно, с минуты на минуту может начаться война, а ты так легкомысленно об этом говоришь! Почему ты так цепляешься за клан?! Ты не думал о том, чтобы уйти из клана? Подумай о наших детях, им в Конохе будет безопаснее, чем тут! — кричала Асуми. —Успокойся. Я думал об этом, но пока не могу принять решение... Давай отложим этот разговор на потом, — устало пробурчал змей потирая переносицу, — если что я защищу наших детей, — закончил разговор Кента. Весь оставшийся вечер прошёл в молчании.