Ария для тысячи летящих птиц

      Их переписка не содержала ничего примечательного. Маю рассказывала как она училась в средней школе, как дела дома, а так же чем хочет заниматься в будущем. Со стороны Арии было больше вопросов, хотя он и отвечал Маю, но делал это коротко и по делу. Вся переписка казалась органичной, ничего не выделялось, даже рассказ обо мне был гармонично вписан в историю жизни Маю.       Помимо текста было много фотографий, от чего рассказ Маю становился более ярким и красочным. Среди фото я нашла фото банок с кофе, себя, увлеченную чтением учебника, вид с нашего обеденного места и много разных повседневных мелочей. Она рассказывала Арии всё, будто бы не было тех лет, что они были в разлуке. Я невольно стиснула зубы. -Ты дочитала? -Что всё это значит?       Их переписка в день моего обморока отличалась от всех остальных. Именно с того дня Ария заинтересовался мной. Он первый написал Маю с вопросом о моем самочувствие, после чего стал расспрашивать обо мне подробности. Маю как на духу всё ему рассказала: про семью, про школу, про мои увлечения, стремления, пристрастия — одним словом она рассказала обо мне ВСЁ! Я ощутила, что меня раздели догола и заставили выйти перед всем классом. -Я понимаю, что ты в злишься, но ты должна понимать, что я это делала без злого умысла.       Я не могла сказать что зла, либо же расстроена, то что я чувствовала в тот момент нельзя описать одним словом. Это была буря, бушующая буря внутри меня, что уничтожала всё, что я с таким трудом построила. -Маю, я никогда не просила тебя хранить обо мне информацию, но и распространять её не просила. Я впервые сталкиваюсь с таким, поэтому не знаю как реагировать. -Мия, пойми, прошу тебя, пойми меня — я хотела… Маю начала рыдать. Мне казалось, что рыдать тут должна не она. Я лишь глубоко вдохнула и выдохнула. Кажется, я начинаю понимать, почему некоторые курят. -Перестань рыдать, у тебя опухнут глаза, а у нас ещё полдня впереди. Будешь так много и часто плакать, то твои глаза будут болеть. -(всхлипывая) Хо-ро-шо… Я обыскала свои карманы на наличие платка или салфетки, но ничего не оказалось, поэтому мне пришлось вытащить манжету своей рубашки и ей промокнуть лицо Маю. Свой платок Маю использовала по прямому назначению. Когда она полностью успокоилась, прозвенел звонок, который напоминал, что через 5 минут начнется урок. -Мия, пошли в класс. Я сидела, откинувшись на спинку скамейки, с закрытыми глазами. Запрокинув голову, открыв глаза и выдохнув со звуком, я положила руку на плечо Маю. -Нет, сейчас мы никуда не пойдем. Я не видела её выражения, но мне казалось, что она явно была удивлена, услышав от меня такое. Маю зашуршала чем-то рядом, а потом легла на скамейку, аккуратно положив голову ко мне на колени.       Сейчас внутри меня было тихо, буря утихла, оставив после себя своеобразное чувство пустоты. Я смотрела в небо, следила за передвижением облаков. Оказывается весеннее небо так прекрасно. Интересно, видит ли это Маю. -Тебе не идут слёзы, выглядишь как лягушка, только зеленого цвета не хватает.       Маю рассмеялась. Она продолжала лежать на моих коленях, правой рукой прикрывая глаза. Я смотрела на её лицо: пересохшие губы с маленькой трещинкой, чуть покрасневший нос. Глядя на неё, я понимала, что не могу на неё злиться. Она сама всё поняла, что сделала, увидев банку кофе сегодня утром. Наверное, ей было ещё больнее чем мне. Она же такая хрупкая, нежная, словно цветок зимой. Да, эта ситуация вышла из-под контроля, но лишь на мгновение. Я понимаю, что в этом нет ничьей вины. Весенний ветерок теребил волосы Маю, из-за это они щекотали мои, не прикрытые юбкой, колени. -Знаешь, Мия, я хочу чтобы все знали какая ты на самом деле. Мне невыносимо слышать все эти сплетни, что разносят ребята по школе. Я хочу чтобы каждый перед тобой извинился за сказанные им плохие слова в твой адрес. Поэтому я всё рассказала Арии-куну. Я хотела, чтобы он видел тебя такой же, как я вижу тебя. Я не знаю, что произошло когда он относил тебя в медпункт, но после этого у него появился интерес к тебе. Я восприняла это как должное. У меня и в мыслях не было, что он станет проявлять знаки внимания. Но эта банка кофе, а также визит его бабушки и речь о женитьбе — это всё… -Да, это всё как-то не во время. -Понимаешь… Маю резко села и спустила ноги на землю. Посидев немного с опущенной головой, она повернулась ко мне. Её глаза были красными, а веки припухшими. Но взгляд, который был направлен на меня, был полон серьезности и отваги. -Ты понимаешь, Мия, я не хочу замуж за Арию-куна. Он мне как брат, ни больше и не меньше. Я бы так не реагировала на всё, если бы не эта банка… Она запнулась и замолчала. Маю сжала губы в узкую линию, но взгляд оставался прежним. -Мия, я приревновала тебя к Арии-куну. Я ревновала. Только сегодня я поняла, что чувствую к тебе. Я чувствовала напряжение исходящее от Маю. Костяшки её рук побелели от силы сжатия кулаков. Она начала часто дышать носом, а губы так и были сомкнуты в полоску. В миг она резко вдохнула ртом и почти закричала: -Я люблю тебя! Маю продолжала смотреть мне в глаза. Её лицо пылало румянцем, а, на итак уже покрасневших глазах, вновь наворачивались слёзы.       Смотря на Маю, я не знала что сказать. Я пыталась найти ответ, но у меня не было ничего заготовлено. Ведь моя социальная дистанция всегда была большой. Я старалась не выделяться, делала то, что говорят, пока была на попечение бабушки и деда. Наверное, отсутствие матери отразилось на моем восприятии мира именно с чувственной стороны. Но когда я начала жить с папой и много времени проводить в больнице, то наблюдала за людьми, за тем как они живут: как радуются, скорбят, любят, расстаются, обманывают, предают, общаются. Мой мир наполнялся незнакомыми чувствами и эмоциями, которые я не знала либо в силу обстоятельств, либо в силу своего возраста. Постепенно я осознала что нравится, чего хочу. Я стала делать из себя ту, что пришлась бы мне по вкусу. Я не беспокоилась о чувствах и мнении других, считала что так и надо. А потом в моей жизни появилась Маю, которая приняла меня и даже полюбила. Я не знаю что ей сказать! Что я чувствую? Какое отношение у меня к этой ситуации? Как поступать? Мои мысли путались с воспоминаниями о проделанном пути. Вот этот момент «здесь и сейчас», когда решается чья-то жизнь. -Ааааа, чёрт! Я не знаю что тебе сказать, Маю!       Я запрокинула голову и взъерошила свои волосы. Мысли словно пчелы в улье, гудели безумолку. Было лишь одно желание: сохранить нашу дружбу. Как прежде уже точно не будет. А как будет нужно решить.