Почему Артас был прав

      Всякий раз, когда писатель или сценарист хочет показать, что решения и действия показательно-циничного персонажа не верны, должны осуждаться аудиторией, то творцы, чтобы выглядеть убедительно, просто обязаны показать состоятельную альтернативу этим самым неверным решениям. Я уже разбирал аниме «Промар» и «Сейлор Мун» [1], где альтернатива цинизму вышла крайне неубедительной — в этих случаях идеалистичные персонажи победили с помощью роялей в кустах. Ещё и выдав весьма занимательную мораль, пусть даже не преднамеренную, согласно которой, исключительно добрый человек будет способствовать распространению зла и хаоса, ибо не сможет поступиться своими идеалами тогда, когда только это сможет остановить катастрофу. В игре Warcraft III нас поставили перед вопросом — были ли оправданы уничтожение Стратхольма и дальнейшие действия Артаса по борьбе с Плетью?       Начну с первого. Я заметил, что многие из тех кто осуждает принца как в самой игре (Утер, Джайна), так и в жизни (сценаристы, многие игроки, обзорщики, и т.д.) не способны внятно связать ни одной положительной альтернативы уничтожению населения Стратхольма. На вопрос, что можно было сделать ещё, они начинают что-то невнятно говорить, из этой невнятицы можно различить только три фразы «ввести карантин», «ты же Святой паладин, исцели их сам» и «маги могли бы что-нибудь придумать». Рассмотрю их по-порядку.       Что такое карантин? Это когда ограничивают ваши передвижения, чтобы вы не заразились или сами не послужили разносчиком некого заболевания. Чума Нер-Зула, во-первых, не передаётся от человека к человеку, во-вторых, значительная часть населения уже заражена. Стало быть, как тут поможет карантин? Да никак. В-третьих, время ограничено — превращение в нежить произойдёт в течение считанных часов, нет времени что тут устанавливать. Постановление карантина потребует рассредоточить силы по всему городу, тем самым сделав себя крайне уязвимыми для нежити, которая будет напирать со всех сторон. Смысл Очищения в том, что обычных людей убить проще, чем нежить.       Что касается возможности самого Артаса исцелить людей, то, раз такой вариант не упоминался в игре, раз не было ни одного момента, где он бы мог сделать что-то такое, это просто означает, что он технически невозможен.       Что касается помощи магов, то см. выше, они к тому же далеко — не было ни разу показано, что у персонажей есть доступная магия, позволяющая исцелить эту чуму.       Спрашивается, что ещё оставалось делать? Да ничего. Артас правильно поступил.       Далее — Артас отправляется за Мал'Ганисом на другой континент, чтобы его уничтожить. Частым возражением на это решение является фраза «но это же ловушка!» Вот только вопрос, что тут ещё делать? Ждать, пока Мал'Ганис снова где-нибудь устроит вспышку зомби-вируса? Или прорвать силой его ловушку, чтобы окончательно его уничтожить? Я также отмечу, что пусть хоть не сам Мал'Ганис, но Нер-Зул служит оператором армии мёртвых, после его уничтожения нежить не будет более подчиняться ни Легиону, ни некромантам Плети [2]. Так что если бы Артас не повёлся на уловку с проклятым мечом, а уничтожил бы и Мал'Ганиса, и Нер-Зула, то Плети настал бы конец (насколько технически возможно уничтожить этих двоих без какого-то особого артефакта, неизвестно — игромеханически Мал'Ганис выносится обычным методом). Что интересно, никто из персонажей, которые были задним ходом введены в лор, типа Аспектов, да и тех самых магов Даларана, вот вообще не почесались, чтобы как-то изловить источник магической чумы, которая потенциально может уничтожить всю органическую жизнь на планете и превратить ту в марширующую нежить.       Из-за отсутствия хоть каких-то внятных положительных альтернатив даже такой мерзкий поступок Артаса, как предательство наёмников, получается оправдать. Ведь если не он, то кто, чёрт возьми, уничтожит источник адской чумы?       Единственный персонаж, который выступает какой-то альтернативой, при малейшем осмыслении, представляет собой кромешный трындец. Это я про Медива — он с самого начала игры кричит про то, что придёт ужасное зло и надо эвакуировать целую страну на другой континент — да, без каких-либо доказательств и без малейшей конкретики. Ему не приходит в голову даже потребовать уничтожить свою книжку, которая является уникальным артефактом, способным вызвать повелителя демонов. Он производит впечатление буйнопомешанного. Помню, в «Футураме» был такой эпизод: главные герои узнают о том, что к Земле летит автономная Звезда Смерти, чей ИИ одержим идеей уничтожать всё непристойное во Вселенной. Что герои делают? Одеваются в одежды монахов, выходят босиком на улицу и начинают призывать к покаянию и скромности — предварительно один из них говорит, что люди обязательно поверят в таких авторитетных персонажей, как они. Вот то, что здесь было комическим элементом, в случае Медива подаётся совершенно серьёзно.       Что касается мысли, согласно которой те, кто послушали Медива, оказались правы, а Артас оказался не прав — потому что в конце концов первые победили, а второй проиграл и превратился в марионетку чудовищных сил, с которыми сражался, то такое суждение основано исключительно на послезнании. С этим же успехом можно награждать Николая II за организацию социалистической революции. Исходя из того настоящего, в котором принимались ключевые решения, не существовало никаких убедительных альтернатив всему тому, что делал Артас — сценаристы их не придумали.       Я также отмечу, что мораль «циничные методы ведут на Тёмную сторону силы» вообще никак не прослеживается в истории Артаса — «он встал на сторону» Плети из-за того, что на нём применили магическое подчинение: Фростморн вытеснил его прежнюю личность, подчинил волю Нер-Зулу, Артас-Рыцарь смерти несёт не больше ответственности за свой переход на сторону Плети, чем рядовой зомби. То есть после подчинения Нер-Зулом, Артас был уже не Артас, потому фразу «он встал на сторону» я написал в кавычках. Артас использовал циничные методы для борьбы с Плетью и они сами по себе не могли его завести на сторону Плети. Это же не комическое: Я работать с немцем не привык, Но вы фашисты, мы бандиты, Мы одною ниткой шиты, Будем мы работать знаменито. [3]