Are ye a wizard, Merlin?

— Мерлин, ты волшебник? Мерлин имеет приличие выглядеть несколько испуганным. — Нет, сир. — А. Хорошо, — теперь он может оставить эту тему и покончить с ней. — Ты уверен? — Да, сир. — Хорошо, хорошо, — бормочет Артур и продолжает смотреть, как Мерлин разжигает огонь. — Тогда у меня есть вопрос. — Да? — Как ты разжег этот огонь без кремня? Это хороший вопрос, и Мерлину требуется секунда, чтобы как следует его обдумать. — Хм, — наконец говорит он. — Действительно, — искренне соглашается Артур. Артур ждет, пока Мерлин придумает объяснение, но Мерлин, считая, что разговор окончен, возвращается к костру. — Итак? — спрашивает Артур через некоторое время. — И как? — Ты волшебник? — По-прежнему нет. — Тогда как ты разжег огонь? — Я не помню. — Ты не помнишь? — Я не помню. — Ха, — говорит Артур и встает с места. — Мне трудно в это поверить. — Не корите себя за это, — предлагает Мерлин. — Воображение никогда не было вашей сильной стороной. Артур возмущенно хмыкает: — Ты знаешь, что я думаю? — Нет, сир. — Я думаю, что ты большой, толстый лжец. — Я не толстый, — протестует Мерлин, и Артур вздыхает. — Нет, не толстый. Это фигура речи. — К тому же, я не очень большой, — размышляет Мерлин. — Если тебя это утешит, я уже жалею, что употребил эти слова. Но я все еще убежден, что ты лжец. — Это не так. — Ты можешь это доказать? — Что доказать? — Мерлин, пожалуйста, не тормози. Что ты не лжец, — говорит Артур с нарастающим отчаянием. — Как я это сделаю? — Расскажи мне, как ты разжег огонь, это было бы хорошим началом. — Должно быть, где-то валялся кремень. — И куда же делся этот кремень? Мерлин пожимает плечами: — Откуда мне знать? Я не слежу за каждым куском кремня, который мне попадается. Я не заклинатель кремня. — Значит, ты хочешь сказать, что кремень был, но он волшебным образом исчез? — Вы сказали «волшебным образом». — Да. — Хорошо, давайте сделаем паузу и рассмотрим ваше обвинение с точки зрения логики. Вы говорите, что у меня есть магия, и если бы это было так, а это не так, то это означало бы, что я скрывал ее от вас годами только для того, чтобы быть пойманным сейчас, делая что-то нелепое, например, разжег бы огонь с помощью магии, вместо того, чтобы достать кремень. Таковы ваши мысли, да? Артур вынужден признать, что Мерлин говорит верно. — Ну, — говорит он, — когда ты так все преподнес… — Да. — Тогда я допускаю, что мог ошибиться… — Вы ошиблись. — … хорошо, — Артур понимает, что проиграл. — Ты свободен. — Спасибо, милорд, — говорит Мерлин, склоняясь в шуточном поклоне. В следующий раз, когда Артур подозревает неладное, он действует более скрытно, собирая информацию и доказательства, прежде чем поговорить со своим незадачливым слугой. Как только они оставляют позади злосчастный замок и всех его проклятых обитателей и укрываются в безопасном лесу, настало время действовать. — Мерлин, — говорит Артур, его голос спокоен и контролируем. — Артур, — невозмутимо отвечает Мерлин. — Ланселот, — говорит Гвейн, и Артур бросает на него странный взгляд. — Прошу простить меня, ваше высочество. Я ошибочно полагал, что мы играем в игру, — отзывается Гвейн, и его утаскивает смеющийся Персиваль. — Что я могу для вас сделать? — спрашивает Мерлин, когда они остаются одни. — Ты владеешь магией, — без колебаний обвиняет Артур. — Только не это, — вздыхает Мерлин. — Хорошо, я подыграю. Что сомнительного я сделал на этот раз? — Следи за своим языком, — шипит Артур, но на Мерлина это не производит впечатления. — Как тебе удалось выбраться из подземелья без посторонней помощи? — Мне помогла принцесса. — Ха! — восклицает Артур. — Что? — Ты же не думаешь, что я тебе поверю? Почему она это сделала? — Потому что влюблена в меня. Артур смеется, но Мерлин не отступает. — Ты серьезно? — Да. — Что она вообще в тебе нашла? — Грубо, — насмехается Мерлин. — Некоторые люди находят меня очаровательным. — Мне трудно в это поверить. Замолчи, — приказывает Артур, когда Мерлин открывает рот, чтобы сделать язвительное замечание. — Это правда. Вы можете спросить ее, если хотите. — Что? И снова рисковать встретиться с ее отцом? Нет. Ты признаешься прямо здесь и сейчас, что освободил себя с помощью магии. Но Мерлин только смеется, и Артур проигрывает. — Даже если она помогла тебе… — начинает Артур заново. — Что она и сделала. — …Я думаю, что ты не смог бы найти дорогу без посторонней помощи. — И почему же? — Потому что ты идиот, Мерлин. Мерлин насмехается и отворачивается. — Эй, куда это ты собрался? Ты арестован. — Ладно, — говорит Мерлин и опускается на мшистую землю. — Я так понимаю, что кто-то другой будет собирать хворост, готовить, ухаживать за лошадьми, чистить ваши доспехи, обустраивать лагерь и… — Я понял, — перебивает Артур, отмахиваясь от него, но Мерлин уже в ударе. — Все то, что я обычно делаю с помощью своей тайной магии, которую я скрывал от вас. Вы никогда не видели, чтобы я действительно выполнял какие-либо из этих задач, верно? Я всегда просто сидел, бездельничал, пока вещи текли по воздуху, и… — Ты остановишься? — Может, сначала вы остановитесь? У меня нет магии. Если бы она у меня была, неужели вы думаете, что я бы служил вам? — Ну, нет, но… — Именно. Почему бы мне делать это? Из-за оплаты, лечения или дополнительных выходных? — Нет, но потому что мы друзья, — говорит Артур и проклинает себя за то, что дал Мерлину такой легкий выход. — Тогда, может быть, относитесь ко мне как к другу! — рычит Мерлин, встает с земли и начинает собирать хворост. Мерлин отправляется в дальнюю деревню, чтобы помочь справиться со вспышкой лихорадки. Присоединяться к нему ниже статуса Артура, его разыскивают при дворе, но он все равно едет рядом с Мерлином, жалуясь на мух, погоду и поездку в целом. — Знаете, вам не нужно было ехать, — говорит Мерлин через три часа их путешествия. — Я знаю. Спасибо, Мерлин. — Просто проверяю. Он знает, что ведет себя назойливо, но это все часть его грандиозного плана. И Артур мысленно похлопывает себя по плечу за хитрость, используя эту возможность понаблюдать за Мерлином так, чтобы Мерлин не заподозрил его истинных мотивов. — Вы присоединились ко мне не потому, что все еще подозреваете, что я волшебник, верно? Забудьте. — Нет, — лжет Артур, а Мерлин лишь качает головой. — Что я должен сделать, чтобы убедить вас, что это не так? — Я не знаю, — пожимает плечами Артур, глядя на тропинку перед ними. — Перестань быть подозрительным. — И как же мне это сделать? Артур пожимает плечами, и они оставляют эту тему. Они добираются до деревни, и становится ясно, что это не простая лихорадка, а нечто более зловещее. Ламию, ответственную за это, в конце концов находят и убивают, хотя и не без доли драматизма. — Спасибо, что спас мне жизнь, — говорит Артур, когда они ложатся в маленькой ветхой хижине, самой уютной в деревне. Наступает тишина, и Артур наполовину убежден, что Мерлин уже заснул, когда Мерлин отвечает: — Всегда. Вы бы сделали то же самое для меня. — Верно, — соглашается Артур и ненадолго замолкает. — Я просто хотел спросить, как… — О, не могли бы вы оставить это в покое, пожалуйста? Хотя бы раз? — стонет Мерлин, звуча измученно. — Я начинаю думать, что ваши обвинения — это просто способ справиться с вашей неуверенностью. Артур не знает, что ответить, поэтому он дразнится, чтобы отмахнуться: — Большие слова для слуги. — Только не это, — стонет Мерлин, но не может сдержать ликования в своем голосе. — Могу ли я еще произвести впечатление на короля Камелота своим большим словарным запасом? Артур приподнимается на локтях, чтобы видеть лицо Мерлина, и, конечно, тот широко и вызывающе улыбается. — Это единственное большое, что у тебя есть, что может произвести на меня впечатление, — говорит Артур, восхищенный своим остроумием. — Правда? — говорит Мерлин, садясь. — Откуда вы знаете? Артур хмыкает: — О, пожалуйста. — Должен ли я доказать вам, что могу впечатлить чем-то большим, чем мой словарный запас? Артур перестает смеяться, и от внезапного напряжения в воздухе становится трудно дышать. — Что ты имеешь в виду? — Я не знаю, — бормочет Мерлин, подходя ближе, но еще недостаточно близко. — Зависит от того, чего вы хотите. Артур чувствует жар на своем лице, когда прижимается губами к губам Мерлина. Это приятно, мягко и тепло, и все то, чего Артур не ожидал, но на что надеялся. Только на следующее утро Артур понимает, что Мерлин снова удачно отвертелся от его вопросов. — Мерлин, я знаю, что это ты был в лесу, — говорит Артур, врываясь в его покои, как носорог. — Простите? — Тебе следует сожалеть, ведь на этот раз ты не сбежишь. — Что? — Ты волшебник, Мерлин. — Думаю, я бы знал, если бы был им, — говорит Мерлин, наконец-то подняв глаза от книги, которую читал. — Но я не понимаю, о чем вы говорите. — Прекрати. Я знаю, что ты был стариком в хижине. — Вы считаете меня стариком? — В свободное время, — говорит Артур. — В свободное время? Когда у меня бывает свободное время? — Когда я не смотрю. Мерлин хмыкает: — Вы пьяны? — Нет, — в ярости говорит Артур, стуча руками по столу. — Я знаю, что это был ты. У тебя такие же глаза. Мерлин, проказник, смеется: — Я польщен, правда, но карий цвет вряд ли можно назвать редким. — Но это был ты, я знаю это, — рычит Артур, чувствуя, как горят его щеки. — Вы хорошо себя чувствуете? — Да, — практически кричит Артур, и Гаюс выбирает этот момент, чтобы войти. — Не мог бы ты сказать Артуру, что он безумен? — спрашивает Мерлин своего наставника. — Боюсь, что не могу, — мудро отвечает Гаюс. — Но в чем проблема между вами двумя? — Мерлин владеет магией, — кричит Артур, обвиняюще указывая пальцем на Мерлина. — Правда? — с сомнением говорит Гаюс. — Как вы пришли к такому выводу? — Потому что вокруг него происходят вещи, которые невозможно объяснить. — Я думаю, он пьян, — говорит Мерлин достаточно громко, чтобы Артур услышал. — Я, черт возьми, не пьян, — кричит Артур, как кричал бы пьяный. — О, — говорит Гаюс. — Возможно, ваше величество хочет присесть, пока я сварю что-нибудь успокаивающее. — Я не… аргх, не берите в голову, — рычит он, теряя терпение, и сбегает, обязательно стукнув дверью. Они в лесу на охоте, только вдвоем, и на этот раз у Мерлина нет возможности скрыть от него магию. Он наблюдает, как Мерлин роется в седельной сумке. Он знает, что Мерлин не найдет кремня, потому что Артур лично избавился от него. Он подготовил ловушку, и теперь ему остается только ждать, когда Мерлин в нее угодит. Притворившись, что собирается разбить лагерь, он, как ястреб, следит за Мерлином. Одним словом и движением руки тот разжигает костер, и Артур оказывается рядом. — Твои глаза только что стали золотыми? — спрашивает Артур с большим спокойствием, чем ему кажется. — Что? — Твои глаза. Они только что светились? — Нет, — отвечает Мерлин, не глядя на Артура. — Потому что я уверен, что они светились. — Странно. — Очень. — Может, вам стоит попросить у Гаюса что-нибудь для глаз, — предлагает Мерлин. — Мои глаза в полном порядке. А вот твои кажутся немного странными. — Я не знаю, о чем вы говорите. — Мерлин, — в отчаянии говорит Артур. — Что? И Артур тоже не знает: — Ты использовал магию, чтобы разжечь этот огонь? — Да. — Нет, ты точно использовал! Потому что я видел… о. Он подозревал это уже много лет, но никогда не представлял, что будет делать, когда его подозрения подтвердятся. — А, — тупо добавляет он, надувая щеки. — И что теперь? — Я… ну. Хорошо, что ты, наконец, дал мне знать, — говорит Артур, у которого голова идет кругом. — И это все? — спрашивает Мерлин. — Эм… да. — О, — говорит Мерлин, глядя в пламя своего волшебного костра. — Я думал, вы прикажете обезглавить меня. Магия запрещена и все такое. — Нет, — тихо добавляет Артур. — Такая реакция кажется чрезмерной. — Хм, — соглашается Мерлин, подталкивая волшебный огонь не очень волшебной палочкой. — Значит, мы в порядке? — Думаю, да. — Хорошо, хорошо. Они сидят в тишине. — Вы сердитесь на меня? — спрашивает Мерлин. — Нет, — честно отвечает Артур. — Я знал. Или, по крайней мере, думаю, что знал. Мерлин медленно кивает: — Вы каждый раз оказывались правы. — Да? — Да. — Грубый старик в лесу — это действительно ты? — Да, — говорит Мерлин, и Артур ударяет его по плечу. — Ты был таким злым, — смеется Артур и чувствует, как напряжение спадает с него. Это облегчение — знать. — Я рад, что мы покончили с этим, пока не случилось что-то необратимое, — говорит Мерлин, мягко улыбаясь. — Например? — Я не знаю, но я всегда представлял себе сценарий, когда вы смертельно ранены, а я не могу помочь должным образом, потому что слишком боюсь последствий, — поспешно говорит Мерлин. — Это было бы печально, — соглашается Артур, когда небо окрашивается в чернильно-синий цвет.