Вернись ко мне живым

      В последнее время твой муж почти не спал.       Те, кто хорошо его знал и умел читать тщательно скрываемые им эмоции, легко мог это заметить. Однако ты практически не сомневалась, что единственный человек, который действительно был на такое способен, — это ты сама. Насколько ты знала, с тех пор, как Санеми вступил в ряды истребителей демонов, только тебе удалось увидеть за суровым фасадом его настоящего.       Последние несколько недель он почти безостановочно гонял по Поместью учеников более низкого ранга, прерываясь на сон и еду лишь тогда, когда ты особенно настаивала.       Ты стояла на крыльце и наблюдала, как Санеми устраивает юнцам сущий ад. Он тренировал их так, что они валились с ног от усталости, после чего вновь заставлял их подниматься и продолжать.       Он был суров и придирчив, даже откровенно жесток. И хотя ты истребителем не являлась, ты была замужем за одним из них. Ты прекрасно понимала, что ребятам необходимо именно такое обучение, чтобы выжить.       Странно было видеть такой наплыв людей в Поместье Ветра, учитывая, что обычно оно пустует, если не считать тебя и иногда наведывающихся к тебе жены и детей Господина, пока Санеми отсутствует.       Но странно — в хорошем смысле, к чему со временем можно и привыкнуть. Это заставило тебя задуматься о вашем с мужем будущем, если предстоящая битва завершится победой над демонами.       Санеми проорал последний приказ своим ученикам и взбежал на крыльцо, прислоняясь к стене и хватая полотенце, которое ты протянула ему, чтобы вытереть пот.       — Похоже, некоторые начинают привыкать к твоим тренировкам, — отметила ты с легкой улыбкой на лице.       — Ну да, — пожал плечами Санеми. — они обязаны привыкнуть, и, блядь, побыстрее, иначе окажутся в полной жопе.       Ты усмехнулась.       — Ты можешь хотя бы почаще делать для них перерывы. Даже Игуро-сан так не издевается, как ты.       Санеми приподнял брови.       — О чем это ты?       — Ой, не надо так на меня смотреть, — ты легонько шлепнула его по груди тыльной стороной ладони. — Они же дети.       — Демонам плевать, что они дети. И Кибуцуджи тоже. Они должны вбить это в свои гребаные черепушки, иначе не вернутся домой живыми.       Твое сердце упало, когда ты услышала последние слова. Ты думала о таком исходе уже несколько недель, только по отношению к нему. Грудь сдавило от боли.       — Ты тоже.       — А?       Трудно смотреть мужу в глаза, когда голова разрывается от тревожных мыслей, но усилием воли ты встретила его взгляд. Ты никогда бы себе не простила, если однажды Санеми, не дай боги, не вернется, а ты потратила ваше время, отворачиваясь от него.       В глазах мужа читалось замешательство, а опущенные брови свидетельствовали о его беспокойстве.       — Эй, не молчи, поговори со мной. Что ты имеешь в виду?       Ты сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться, потянулась к Санеми и, схватив его за руку, начала покручивать его золотое обручальное кольцо.       — Я выходила за тебя замуж, понимая, что, вероятно, нам не суждено прожить вместе всю жизнь, — твой голос дрогнул. — Я всегда знала: однажды ночью ворон может принести мне сообщение, что я — вдова. Но…       — Эй, — Санеми крепко сжал твою руку, прижимая ее к своей груди. Ты чувствовала биение его сердца под костяшками своих пальцев. — Я не собираюсь умирать.       — Я знаю, — кивнула ты, шмыгая носом. — но это не значит, что не умрешь. Я боюсь потерять тебя.       — …       В любой другой ситуации ты, несомненно, поддразнила бы своего мужа за то, что он лишился дара речи. Но сейчас ты просто смотрела своими заплаканными глазами в его, стараясь храбро улыбаться ему.       — Когда все закончится, я хочу, чтобы у нас была полноценная семья.       Глаза Санеми расширились, и он приблизился к тебе на шаг. У тебя мелькнула мысль, что несколько истребителей всеми силами стараются не пялиться на своего агрессивного наставника, который нежничает со своей женой. Наверняка они считали, что он совершенно не способен так себя вести, но ты была слишком сосредоточена на Санеми и вашем разговоре, чтобы обращать внимание на кого-либо еще.       — Знаю, мы никогда это не обсуждали, — продолжила ты так уверенно, как только могла. — но я люблю тебя и хочу с тобой все то, чего мы не могли иметь из-за демонов, твоих обязанностей и прочих обстоятельств… Когда все это закончится, я хочу создать с тобой семью.       — …ты говоришь серьезно.       В тоне Санеми не слышалось ни отрицания, ни презрения. Лишь сомнение, скорее в себе, а не в тебе.       — Как никогда, — кивнула ты.       — Т/И…       — Подумай об этом, — ты крепче схватила его руку, улыбаясь сквозь слезы, сглатывая комок в горле. — Из тебя получится замечательный папа, и, хочется думать, я буду хорошей мамой. Наш дом наполнится детским смехом и радостью, наши малыши будут расти в любви и безопасности, в мире без демонов. У нас могло бы все это быть.       После секундного ступора Санеми дотронулся до твоей щеки и, наклонившись вперед, легонько поцеловал тебя в лоб.       — Хорошо. Проклятье, ладно, да. Я тоже этого хочу.       Ты подалась ему навстречу, улыбаясь, хотя у тебя и текли слезы. Большим пальцем Санеми смахнул их с одной щеки и стер поцелуем с другой.       — Хорошо, — выдохнула ты. — Тебе лучше выжить, слышишь меня? Ты вернешься ко мне домой, Шиназугава Санеми, иначе, да помогут мне боги…       Зарывшись в твои волосы, Санеми от души расхохотался, притягивая тебя к своей груди и крепко прижимая к себе. Ты чуть поежилась от пота, пропитавшего его одежду, но вскоре расслабилась в объятиях мужа.       — Черт возьми, я люблю тебя, Т/И.       — Я не услышала от тебя обещания, — пробормотала ты.       — Ты ведь понимаешь, что я не могу тебе его дать, — сказал он в ответ, целуя тебя в макушку. — но я приложу все усилия, чтобы выжить. Я надеру задницу какой-нибудь из Высших Лун и постараюсь вернуться домой, и у нас будет столько детишек, сколько ты пожелаешь. Ладно?       Ты печально вздохнула, но выдавила из себя полуулыбку и чмокнула мужа в губы.       — Это все, о чем я прошу. Просто вернись домой.