Добраться до правды

– Да, Антон. Антон Шастун, – представился шатен, слегка запнувшись о порожек кабинета, а после ярко улыбаясь мужчине напротив, что, подметил для себя такую милую неуклюжесть для такой шпалы. – Ну, проходи, Антон. Поговорим, – легкая усмешка коснулась игривых и таких ярких глаз, как цвет моря в штиль, а голова сделала короткий кивок в сторону кабинета Арсения. Ноги Шастуна чуть подкосились, глаза забегали от пола до кабинета брюнета, ладони чуть взмокли, хоть кольца как с маслом снимай – не хочу, но парень тут же взял себя в руки, решительно кивая, придавая уверенности то ли себе, то ли притихшему Димке рядом. Антон прошел в открытую специально для него дверь и осмотрелся, в то время, как Арс закрыл двери, подмигнув чуть нервозному Позу, который остался на своем рабочем месте, явно волнуясь за друга, ведь собеседования Арсений проводит тщательно, особенно, когда выпадает такая возможность. – Присаживайся, – подал голос Попов, обходя со спины парня, что встал истуканом средь кабинета, не совсем понимая куда ему себя деть, но услышав брюнета, Антон кивнул и прошел к рабочему столу Арсения, присаживаясь напротив на стул с мягкой обивкой. – Меня зовут Арсений, я менеджер по персоналу и сегодняшнее собеседование проведу я, как ты уже понял. Ничего же, что я на «ты»?, – уточнил Арсений, поднимая свой взгляд на зеленый омут, что так его внимательно рассматривал все это время, в свою очередь, Антон, словно зачарованный помотал головой. – Нет, не против, - решил все же уточнить Шастун, на что получил одобрительную улыбку. « – Интересно, он всегда улыбается так или это просто форма вежливости? Типа гостиница, все дела…», – пронеслось в светлой голове, когда Антон заметил еще одну улыбку от Попова, который в это время открыл резюме парня через нужный сайт, ознакамливаясь с прописанными в нем характеристиками. – Хорошо, Антон. Значит ты, рассматриваешь вакансию официанта в VIP–бар?, – Антон кивнул, все еще смотря на Арсения, что продолжил задавать вопросы. – Ты знаком с работой в общепите? Опыт есть?, - продолжал Арсений, а Антон мягко улыбнулся. – Знаком и более чем. Я почти три года проработал в одном ресторане, – ответил юноша, а в голубых глазах напротив просиял блеск интереса, который далее подтвердил следующий вопрос. – Почему «почти три»? По какой причине ты ушел?, – а Антон призадумался, потупив уже свой взгляд не на Попова, а на свои костлявые пальцы, усеянные холодным металлом. – Хозяева сети придумали новую концепцию заведения, точнее как..Сеть выкупили, пришли новые руководители, а за ними уже и новая концепция, новые правила и новые рабочие условия, что были хуже, чем прошлые. Поэтому я был не согласен с данной реформой и написал заявление на увольнение, – объяснил Шаст, а Арс понимающе кивнул. – Хорошо, я тебя услышал, – в этот момент Попов записал что-то у себя в ежедневнике и вновь поднял свой взор на студента. – Расскажи о себе, – Антон на такую просьбу немного опешил и от этого резко поднял свои зеленые, чуть ли не кошачьи глаза на собеседника, где в них читалась полная растерянность. – Ээ..Н-ну, – Шастун стушевался и это было видно, Арсений тихо посмеялся, от чего смех глухим эхом разошелся по кабинету, от чего шатен чуть вздрогнул. « – Это что, сейчас был искренний смех? Да ну. А это покруче фальшивых улыбок», – пронеслось в голове у Шаста. – Антон, выдыхай. Ты не на экзамене, – решая сгладить углы ситуации сказал мужчина, оставляя после смеха на губах лишь милую усмешку. На такую фразу Антон поглядел на Попова и чуть кивнул, улыбаясь ему. – Хорошо, выдохнул, – отшутился шатен, – Ну, что рассказать? Мне 20 лет, учусь в университете на третьем курсе, на специальности менеджмент. Переехал в Москву, соответственно, три года назад из Воронежа. Из хобби, люблю гулять и футбол, все, – пожал плечами Антон, заканчивая свою тираду. Арсений все это время слушал его очень внимательно, иногда подсматривая в резюме на компьютере, а иногда что-то дописывая в ежедневнике. – Английский знаешь?, – спросил Попов, делая очередную заметку на листах черной кожаной тетрадки. – Ну, знаю, в школе учил, ЕГЭ по нему сдавал. Правда, я не очень уверен в своих знаниях, было мало практики, боюсь, что я мог что-то забыть, – объяснил Антон, а Попов мельком осмотрел его, кивая. – Хорошо, это можно исправить. У нас тренинги проводят, так что, походишь и все вспомнишь, если, устроишься, конечно, – подметил брюнет, а Шаст решил его поправить. – Это от Вас зависит, – а Арсений лишь усмехнулся, глядя на Антона, что был сейчас похож на хитрого лисенка. – Что насчет пробного дня?, – спросил Попов. – Завтра? – На 10.00, придешь вновь на служебный вход, Дима тебя проинструктирует. Вопросы? – Есть парочку, касаемо документов и зарплаты, – ответил Антон и следующие 20 минут они обсуждали работу официанта, зарплату, необходимые документы и что нужно взять с собой на пробный день. Наконец-то напряжение в кабинете спало и осталась лишь приятная и теплая атмосфера, располагающая к работе. – Хорошо, я все понял. Вопросов больше нет, спасибо за уделенное время, – сказал Антон, вставая со стула, а его примеру последовал и Арсений, встав из-за стола. – Был рад пообщаться. Жду тебя завтра на пробный день, хорошего тебе дня. Дима тебя проводит, – парни обменялись рукопожатиями и после вышли из кабинета, услышав от Попова просьбу проводить Антона до служебки, Дима кивнул и вместе с другом ретировался к лифтам. Естественно, Позов не проводит Антона до служебного входа, он выйдет с ним на улицу и с удовольствием выкурит парочку сигарет, потому что ну уж очень долго Шастун пробыл на собеседовании у Арсения Сергевича и это обстоятельство заставило его волноваться за друга. Стоя уже напротив лифта, что открылся и на счастье оказался пустым, Дима легонько ударил Антона в плечо, заставляя второго обратить на себя внимание. – Ну что он? Что сказал тебе?, – наконец-то спросил Позов, глядя на друга. – Сказал, что завтра у меня пробный день и то, что ты меня проинструктируешь, – ответил Антон, улыбаясь, а Дима призадумался. – Ты ему понравился, – вдруг выдал очкастый, а Шастун чуть воздухом не подавился, услышав данную реплику от друга, слегка краснея кончиками ушей, спешно выходя из лифта на минус первый этаж, где находился служебный вход. Дима обернулся на Шаста и выгнул правую бровь. – Ты чего?, – спросил Позов, на что Антон лишь отмахнулся, делая вид, что он просто подавился слюной. Глупо, правда? Пройдя пост охраны, где Поз взял себе куртку с надписью "ОХРАНА", парни вышли на курилку, где их поджидал лютый мороз. Поежившись от резкой смены температур, Антон достал пачку Парламента, поделившись с Димой и прикусив кончик фильтра, лопая вкусовую кнопку, шарил уже окоченевшими руками по карманам объемной куртки в поисках зажигалки. Когда потеряшка была найдена, парень тихо выдохнул и наконец-то поджег никотиновую палочку, делая первую тяжку, а потом уже передавая пламя Прометея Позу. Никотин попал в легкие, моментально расслабляя, оставаясь на языке сладкой горечью. Шаст любил сигареты. Это был его антистресс и пагубная воронежская привычка. Первым тишину нарушил Антон, глянув на друга, что укутался в куртку охраны и съежился в ней, словно снегирь на зимней ветке. Ах, ну да...Точно. Зима же...Идеальное сравнение! Браво! – А он..Ну, Арсений, нормальный мужик вообще?, – спросил Шаст, выжидая ответа от Димы, что задумчиво курил. На самом деле, Антону казалось, что в этой голове постоянно происходят какие-то процессы, словно в компьютере. Дима был до безумия умным и мудрым, этот парень заменил Антону отца, ну или на крайняк старшего брата. Шастун всегда прислушивался к нему и его советам, если бы не Поз, то Антон давно бы сдох в какой-нибудь подворотне. Он всегда рядом и поддерживает это "неуклюжее недоразумение", заменяя собой многих людей из круга друзей кудрявого. Антон точно знал, что на Диму клишированная фраза "не заменимых людей не бывает" – не распространяется. Он был такой один. – М? Арс? Да, он очень хороший. Но тебе же не с ним работать, лучше бы спросил каков твой руководитель службы, – посмеявшись со своих последних слов, Дима посмотрел на парня, что сразу же посерьезнел в лице. – Что? Она сука та еще. Но думаю, тебя она особо трогать не будет, у тебя, знаешь, аура хорошая. Ты всех к себе располагаешь, так что, даже не волнуйся об этом, – отмахнулся Позов, выкидывая свою сигарету, докурив ее почти что до фильтра. – Ты меня так не пугай, – отозвался Антон, а Дима вновь засмеялся, хлопая парня по плечу, собираясь уже уходить обратно на работу, а то Попов его потеряет. – Да ладно тебе, пугливый мой. Я никому в обиду тебя не дам, если че, в лесу ее закопаем, – вновь отшутился брюнет. – Ладно, я погнал, Тох. Работы море. А ты завтра не опаздывай, я тебя на КПП заберу. Договор?, – спросил Поз, обмениваясь рукопожатиями с Шастом. – Договор. Удачи!, – попрощавшись с другом, Антон тоже докурил и укутавшись в свою куртку, словно в клубок из одеяла, неспешным шагом пошел к метро, благо не навернувшись на нескольких замерших лужах.

***

Работа – Дом – Работа – Пробки – Выходные – Работа – Дом. Не очень-то уж и разнообразно, правда? А что вы хотели от холостяка? Да, именно так выглядело расписание на каждый день/неделю Арсения. Он большое количество времени отдавал работе, можно сказать, что он ею жил. Хотя, почему сказать? Так и было. Большой компании друзей у него не было, семьи нет, точнее она была. Да, Арс был женат и у него даже родилась дочь, но увы, брак распался на мелкие куски, что собрать его было невозможно. Бывшая жена Арса – Алена, была из тех девушек, которая не умела хранить верность и жила по философии отношений "есть любящий, а есть тот, кто разрешает себя любить". Звучит немного мерзко, правда? Попов же всегда был приверженцем другой философии отношений, где любовь – это, где каждый партнер отдает и вкладывается на 100%, но иногда и могли быть исключения, когда один мог дать лишь 10%, условно, а второй должен в такие моменты вкладываться на 190%. Любовь и отношения – это поддержка и вечная борьба за место под солнцем для двоих. Именно поэтому, Арс с Аленой не смог ужиться, особенно после предательства с ее стороны, застав ее в постели с другим в их квартире, но понял это слишком поздно. Но лучше поздно, чем никогда, да? Верно же...? Арсений уже сам не знает. Он слишком часто об этом думает. Слишком. Он никогда не был счастлив на 100%. Поэтому! Чтобы забить голову чем-то другим, он работает до потери сознания, пытаясь сбежать от этих назойливых мыслей, которые все равно его настигают ночью в холодной постели, которую давно никто не греет, за исключением юных особ (нужно подметить, что не только девушек) из баров, которые так и ведутся на его внешность, притягательные манеры и набитый кошелек. Да, возможно, это неправильно, да, возможно, глупо от части, но, а что делать? Ему это как-то мешает? Нет. Тогда в чем проблема? Так о чем это я...Ах, да! Работа – Дом – Работа. На часах восемь часов вечера, документы со стола постепенно пропали, а рабочий мэйл давно стих, Дима с Сережей давно ушли по домам, а в кабинете были слышны лишь монотонное тиканье настенных часов и размеренное дыхание Арсения. Пора домой, снова по пробкам и снова под танец метели за окном. День сурка ебучий. С неохотой встав из-за рабочего места, Арсений начал собираться домой, проверяя телефон на наличие сообщений и различных новостей. Но ничего нового он там не увидел. Вновь дежавю, вновь в голове эти сурки. Так, ладно, отставить депрессию, нужно ехать домой. Арсений вышел из кабинета и закрыв отдел кадров на всевозможные замки, пошел по направлению к лифтам, намереваясь без приключений дойти до парковки. В отеле безумно тихо, что, в принципе, характерно для гостиницы пяти звезд. Все гости спокойные и взрослые люди, которым не до веселья, а до бизнеса и решения деловых вопросов. Тишь да гладь, сплошная благодать! А..Стоп. Попов доехал до минус первого этажа и выйдя из-за железных дверей лифта, услышал маты поваров и стюардов, что снова ругались, выясняя отношения. Арс к этому привык и уже устал их все время разнимать, да и его время закончилось, он просто завтра на планерке сделает замечание руководителям соответствующих служб, не только же ему этим заниматься. Пусть тоже поработают, а то заебали на жопе ровно сидеть. Со спокойной душой, Попов выходит из отеля и выходит на парковку к своей машине, сразу же садясь в нее и начиная прогревать, а то внутри салона было так же холодно, как в советской морозилке, которая если уж и замерзала, то основательно, надежно! А пока его малышка прогревалась и готовилась к долгим столичным пробкам, Арсений решил ее очистить от снега, что осел на ней за весь день. Спустя десять минут чистки, пару сотен благих матов, несколько вступлений в сугроб, брюнет сел в салон и прогрев свои руки силой трения друг о друга, тихо выдохнул и тронулся с места, покидая парковку и за ней территорию отеля. На фоне тихо играло радио, за окном мелькали фонари, яркие вывески и влюбленные парочки...Хах...Парочки. Арсений уже настолько долго один, что даже забыл, что же это такое, когда ты состоишь в отношениях. Он не привык вешаться на каждого встречного, более того, он слишком серьезно подходил к этому вопросу, просто потому что для него – вступить в отношения романтического характера равняется тому, что он берет ответственность не только за себя, но и за свою пассию. Вот такой вот он – наш Арсений. Слишком умный, слишком чопорный, слишком требовательный, слишком одинок (?). Все "слишком". Блять. Он снова слишком много думает. Где тут громкость у этого чертового радио? Брюнет тянется своей тонкой кистью руки к панели радио, беря в руки кружочек и выкручивая его почти на 100. Вот так лучше, теперь даже себя можно услышать с трудом. Просто отлично! Попов без особых приключений приезжает домой, паркуется на привычном ему месте и выходит из салона, не забывая собственных вещей, чтобы не возвращаться после. Проделав махинацию для блокировки автомобиля, мужчина поднял свой взор на дом в котором жил. Это была обычная пятиэтажка с планировкой квартир "сталинки", здесь он купил двухкомнатную квартиру, очень по выгодной цене, учитывая, что это был очень уютный район и буквально в пределах садового кольца. Соседи, в большинстве своем, это миловидные пенсионеры, поэтому в доме всегда царила тишина, что было несомненным плюсом. Поднявшись на свой старый-добрый этаж, Арсений вставил ключ в замочную скважину и провернув два раза, вошел внутрь. Квартира встретила его приятным теплом и мертвой тишиной. Сняв обувь и надев смешные тапочки с волком, мужчина снял пальто, вывесев его на вешалку прихожей. Квартира была довольно просторной, светлой и уютной, несмотря на минимализм в интерьере, молочные, коричневые и и черные цвета – были в преимуществе цветовой гаммы квартиры. Пару картин, книжный стеллаж в гостиной, живой уголок на балконе, где Арсений проводил вечера на импровизированной лоджии с кучей подушек и пледов, он даже гирлянду туда присучил. Говорят, что по дому человека, можно рассказать о нем. Смотря на квартиру Арса, можно было сказать, что тут живет настоящий ванилька-эстет, который любит книги, комфорт и чистоту. О да, в квартире Арса было чертовски чисто. Если бы к нему пришел Ревизор, то все его перчатки были бы чисты, словно только что из стирки с белизной. А вот причиной такой чистоты являлось то, что Попов просто не любит беспорядок, а еще он до безумия брезглив. Он даже моет руки за один день, чуть ли тысячу раз, обязательно после этого используя антисептик. Ладно, мы пока оставим Арса одного с его мыслями и вкусным ужином, что он купил по дороге до дома. Что там у Антона?

***

– Ты еблан? Ты че творишь!, – послышался вскрик голоса, знакомого уже нам всем, за совсем уж хлипкими дверьми общажной комнаты. Да, это был Антон. – Пельмени варю, – отозвался второй голос, уже новый. Кто это? А! Это же Данька Поперечный! – В чайнике?, – решил уточнить Антон, хоть и картина была и так понятна, словно маслом написана, так что вопрос был скорее риторическим. – Ну да, ты знал, что китайцы только так и делают, когда приезжают в Россию? Мне подруга, которая учится на гостиничном деле, рассказала такую ситуацию из ее практики в "Космосе", китайцы у них лапшу и яйца в чайниках варили, прикинь?, – с неподдельным интересом поведал рыжеволосый, наблюдая за шариками из теста в прозрачной посуде чайника. – Дань, ты идиот?, – сделав "рукалицо", спросил у соседа по комнате Шастун, кидая на свой рабочий стол рюкзак, на ходу снимая куртку и вешая ее на вешалку. – Ой, да пошел ты!, – отмахнулся от друга Горизонтальный, а потом все таки отвлекаясь от своего "гениального" эксперимента, осмотрел Антона с ног до головы, замечая его вселенскую усталость. – Как на собес сходил?, – все таки решается спросить Даня, наблюдая за сборами Антона в душ. – Да нормально вроде. Завтра пробный день, видимо, понравился, – усмехнулся Шаст, накидывая на плечо полотенце. – Понравился? Неужто телочка собеседование проводила?, – хитро улыбаясь и играя бровями, спросил рыжий, рыжий, конопатный. На что Антон посмотрел на него и невольно прыснул со смеху, вспоминая Арсения. Ну да, девушка из него бы вышла ничего. – К сожалению, нет. Зато КАКОЙ мужчина меня собеседовал, ой, Данька-а-а, – посмеялся Антон, уходя к двери и уворачиваясь от карандаша Дани, что лишь крикнул вслед парню. – Бессовестная ты геюга, Антон! Антон смеясь, шел в душ скрывшись в кабинке, встал под теплые струи воды, что были так необходимы ему после лютого мороза. Вода расслабляла и приводила сумбурный смерч из мыслей в порядок. Была бы воля Шаста, он бы вообще стал рыбой и жил себе спокойно в водоеме, может в море или того больше, в океане. Вот настолько он любил воду. Безразмерные капли тонкими дорожками скатывались по телу, оставляя после себя приятную негу на теле, местами покрываясь толпами мурашек, а после и вовсе падали вниз ко сливу, забирая, кажись, за собой всю усталость, злость и нервоз. Может это и самовнушение, но Антону и правда становилось легче. Да, жизнь у него отнюдь не простая и местами невыносимая, но он это как-то выносит. Антон не был любимчиком в семье, не был отличником в школе и универе, да и примерным парнем его нельзя было назвать. Обычный воронежский пацан. Вот его характеристика. Шаст всю жизнь думал о том, что с ним что-то не так, вечно искал изъяны и с каждым таким разом закапывал себя все глубже и глубже. Порой, у него создавалось впечатление, что он не знает кем он является, словно, в погоне за идеалом он потерял себя, поэтому приходилось каждый раз себя собирать по кусочкам, осколкам и обрывкам, медленно, но верно превращаясь в личность. Поэтому, он искренне считал, что раз он не знает себя, то, соответственно, он не знает кого ему искать. И это было проблемой. Да, без человека рядом безумно тяжело, особенно, когда ты тактильно-зависим. А Антон был именно таким. Для того, чтобы ему чувствовать человека рядом, ему обязательно нужно его трогать, ощущать и щупать. Вообще, у Антона с отношениями туго, особенно, когда ты гей, не так то и просто найти подходящую тебе партию. Сколько бы Антон не старался, все было мимо и все было не то. Ему всегда не хватало какого-то трепета внутри, вот знаете то чувство в животе, когда при взгляде на вашего человека, внутри все делает кульбит? Вот Антон этого хотел. Но не получал. Не было у никого никогда такого эффекта "Вау!". До сегодняшнего момента. Шаста настолько сильно переебло на встрече с Арсением, что сначала показалось, что он сейчас упадет в обморок от переполняющих его эмоций. Внутри него и вправду что-то сделало кульбит или как это называют 13ти летние девочки? Бабочки в животе? Вот да, именно оно. « – Интересно, Арсений это тоже почувствовал?», – задался вопросом Антон, а после резко помотал головой в стороны, давая каплям с его волос разлететься по душевой кабинке, тем самым прогоняя из воспоминаний образ брюнета, а вместе с ним и бредовые мысли. Оставь, Антон, что за бред? Поймав себя на мысли, что пора выходить из душа, Шастун осмотрел свое тело и тихо выдохнул, теперь он был красный, словно рак после варки. Выключая воду, шатен снял полотенце с крючка и начал обтираться, особое внимание уделяя сушке кудрявых волос, интенсивно вытирая их махровым куском ткани. После своих водных процедур, Антон почистил зубы и кинув последний взгляд в зеркало, слегка улыбнулся своему отражению, покидая общие душевые, возвращаясь в комнату. – Вернулся наконец-то, – сказал Даня, кивая соседу на вторую тарелку пельменей на рабочем столе Шаста. – Ешь, шпала, а то совсем худой, – добавил рыжеволосый. Этот парень был до безумия чудной, хотя, это вроде черта, присуща всем людям, что учатся на рекламе. Да, однозначно. Антон улыбнулся и кивнул. – Спасибо, мама Даня, – посмеялся зеленоглазый, а за ним и сам Поперечный. Антон переоделся во свежую одежду и сел за стол, пробуя пельмени. Удивительно, но они даже не были сырыми, а со сметаной, так вообще, зашли на "ура". Теперь, главное, не проспать завтра свой первый рабочий день.

***

08:43 – Твою мать!