Позволишь быть твоей параллелью?

      Легковая машина на бешенной скорости двигалась по автомагистрали. Девушка за рулём со всей силы сжимала его и давила на газ. В её глазах пылало красное пламя, в груди горела ревность, сжирая такое прекрасное чувство. Она ненавидела себя за то, что позволила поступить с собой подобным образом. Водитель не осознавала всё в полной мере, ведь в крови бурлил градус алкоголя и доза наркотика. Лиза гнала так, что будто бы за ней кто-то едет и повторяет все её движения. От нахлынувшего адреналина девушка не понимала, что может произойти в ту или иную секунду.       Юная и красивая девушка по имени Кира сумела приструнить Андрющенко и изменить. Да только не на этот раз. Первая просто и представить не могла, что творила со своей девушкой. Кира кардинально меняла Лизу, делала такой, какой последняя и не могла быть априори. Но ради любимой она переборола себя — изменилась. Однако с сегодняшнего дня хватит. Хватит быть хорошей, пора быть собой. Лиза не обязана кому-то подчиняться и делать то, что ей, возможно, не нравится. У неё есть право совершать то, что хочется лишь ей.       Ночная Москва манила, а её воздух пробуждал неимоверное чувство свободы. Прикрыв глаза на секунду, Лизе вспомнилась ссора, произошедшая меньше часа назад. Она догадывалась и понимала, что её Кира давно не её, что у той кто-то есть, что их отношения стали просто привычкой. Брюнетке надоело быть той, с кем просто удобно, с кем можно проводить ночи и получать то, что хочется. Кто-нибудь спросил, чего хочет сама Елизавета?       Подойдя к зеркалу в ванной, девушка рассматривала свои татуировки, анализировала и задавалась вопросами. Зачем она набила тату о любимой девушке на рёбрах? Зачем оставила такой след на своём теле? Ведь отношения трещали по швам, тогда не стоило надеяться на лучшее. Лучше уже не будет. Больно, хуёво, но отпусти.       — Я тебя любила, — прошептала уверено Лиза, глядя прямо в свои глаза. Она любила искренне и верно одну Киру, девушку со светлыми волосами и не идеальным характером. Но брюнетка мирилась всякий раз, потому что любила. На кой чёрт такая любовь, где тебя не уважают, не ценят и не любят?       Нацепив чёрную толстовку, Лиза прошла в гостиную, когда услышала звук поворачивающего ключа в замке. Скрестив руки, спиной облокотилась о стену. Эта небольшая квартира была их гнёздышком, где когда-то обеим было хорошо. Видимо, это было слишком давно, чтобы сейчас говорить о большой любви. Андрющенко распирало чувство собственничества. Кира Медведева принадлежала ей целый год, и могла бы и дальше, но кто знал...       Медведева подошла к своей девушке, как и всегда положила ладони на её плечи и мило улыбнулась. Лиза смотрела пронзающим взглядом, склонив голову чуть в бок. Она молилась, чтобы прямо сейчас не разбудить в себе зверя. Соответственно девушка могла и громко накричать, послав нахуй, и избить, и убить. Но она не могла себе этого позволить, ведь это всё ещё любимая девушка, пусть уже и не её.       — Зачем я тебе? — вполголоса спросила Андрющенко, желая получить ясный и честный ответ. Ладони Медведевой скользнули к согнутым рукам первой. Лиза лишь позволила коснуться себя, потому расслабилась.       — Довольно глупый вопрос, — смотря в глаза напротив, ответила Кира. Сжимая ладони своей девушки, старалась улыбаться, но не получалось. — Потому что мы любим друг друга.       — Мы? — сбросила Лиза чужие руки со своих, повысив тон. — Может, только я? Чего тебе не хватает? Что я делаю не так, что ты, сука, — ткнула указательным пальцем ей в грудь, — нашла себе другую и нагло врёшь мне каждый день в лицо?       Отодвинув рукой Киру, она прошла на кухню, где достала из шкафчика себе бутылку виски и бокал. Гнев и обида стреляли на поражение, поскольку Андрющенко не сопротивлялась. Для чего было всё это? Год отношений, чтобы по итогу получить боль? Она залпом выпила то, что налила, затем ещё и ещё. Хотя в привычном ритме жизни не употребляла. Терпкий вкус разливался в горле, заставив несколько поморщиться. И в данный момент Лиза возненавидела любимую, ведь за что та с ней так?       Блондинка оказалась в одном помещении с Лизой, молча наблюдая за всеми её действиями. Та достала начатую пачку сигарет и зажигалку, однако не торопилась с тем, чтобы закурить. Андрющенко всего на мгновение глянула на Медведеву, дав воспоминаниям прожечь душу. Когда-то в прошлом им обеим было до невозможности хорошо вместе. Настолько, что они теряли счёт времени. Но всё проходит. И любовь, и боль пройдут, нужно только пережить. В карих глазах Лизы не было ничего, кроме горечи обиды. Да и какая уже разница?       Вытащив одну сигарету и убрав пачку в карман толстовки, Лиза приподняла голову и отвела взор в сторону. Стоя в безмолвной тишине, каждая знала исход событий. Пора положить конец отношениям, от которых ничего не осталось. Довольно мучить друг друга, стоит отпустить и уйти восвояси.       — Когда я приду, тебя тут быть не должно, — повернув голову, проговорила брюнетка, после чего ушла прочь, успев забрать ключи от машины с тумбы. Автомобиль принадлежал не ей, но в данную секунду она имела право хотя бы раз уехать туда, куда глаза глядят. Выйдя на улицу, где холод прошибал сразу же, по телу пробежали мурашки. Она задрала голову, прикрыла глаза и дала себе немного времени, чтобы принять тот факт, что больше они не вместе. Однако не успела дойти до пика, как подъездная дверь издала противный звук и из тёмного помещения выбежала Кира. Она развернула рывком Андрющенко к себе, схватив за запястья. Глаза второй были настолько пусты, что было плевать на дальнейшие поступки блондинки.       Лиза достаточно напилась лжи, что уже всё равно. Да, всё ещё любила, но уже не так, как раньше. Это безрезультатные попытки со стороны Киры, которые ни к чему не приведут. Потому брюнетка смотрела на девушку и желала одного — уехать.       — Я не ясно выразилась? — выгнула бровь она, начав злиться. Та не говорила ни слова, лишь смотрела, будто бы молчанием можно что-то изменить.       — Выслушай меня, — начала было Кира, но Лиза высвободилась из её власти и сделала несколько шагов назад. — Хорошо, но выслушай. Да, между нами долгое время нет яркой любви, нежности и страсти, но это не значит, что я хочу с тобой расстаться.       Лиза усмехнулась и мотнула головой.       — Я хочу. Я хочу, понимаешь? А знаешь, почему? Потому что я заебалась быть запасным вариантом. Думаешь, я не знаю, что у тебя партнёров было не один и даже не два? Думаешь, я такая дура? Если я молчала, это не значило, что я, потеряв голову, не вижу ничего, — практически кричала, так как устала. Сунув руки в карманы штанов, она сделала три шага вперёд, чтобы оказаться в плотную к Кире и прошептать в губы: — Не заставляй меня брать грех на душу, учитывая нас с тобой.       После отстранилась и сказала обычным голосом:       — Будь счастлива.       И развернулась, открыла ключом машину, завела мотор. Пока ждала его нагрева вытащила из бардачка пакетик с таблетками. Одну засунула под язык, а остатки убрала обратно. За ней наблюдала Кира, которая чувствовала, что с Лизой может что-то произойти. Но почему-то не могла сдвинуться с места.       Она ехала по дороге, не имея слёз, но имея боль. Сколько её уже было в жизни? Сколько раз Лиза ненавидела этот мир? Сколько винила во всём себя? Не счесть. Ведь Елизавета Андрющенко — сильный человек, и очередная порция разочарования её не сломит. Может, и не оно, но что-то посерьёзнее — то, над чем мы не властны.       Иных автомобилей не было продолжительное время, потому девушка разрешила себе немного отвлечь внимание от дороги и отдаться воспоминаниям. Но в голове была не Кира, а мама. Да, у них были не идеальные отношения, но были не столь ужасными. Матери Лиза могла рассказать лишь одну пятую своей жизни, чтобы элементарно не волновать. Однако после смерти родного человека она пожалела об одном — слишком мало была с мамой. Тогда слёзы рекой лились из вишнёвых глаз, и превращались в боль потери. Горячая и солёная вода текла по розовым щекам и капала на колени, на которых сидела Лиза перед пустой кроватью мамы. Ей было мало.       Очередной удар. В этом бою Лиза первая сдала назад, ибо не намерена терпеть такое отношение. Она не верила Кире, что та её любит. Если бы по-настоящему любила, то никогда бы в жизни не искала на стороне внимания. Разве мало Лиза уделяла его ей? Недостаточно делала всё для одной лишь улыбки Медведевой? Наверное, они просто разные люди, имеющие разные представления.       Неизвестно как, но девушка выехала на встречную полосу. Поняла она это, когда из-за поворота появился камаз. Скорость у обеих машин была настолько высока, что тормозить было поздно. В этот момент сердце Лизы стучало как бешеное. Наркотик никак не влиял на её состояние, но, кажется, прямо сейчас тело стало расслабляться, хотя хозяйка отчаянно хотела исправить ситуацию. Андрющенко попыталась вырулить в сторону, что получилось, но дальше машину занесло. Она перевернулась несколько раз, скользя после несколько секунд по земле. Тело истекало кровью на месте, а автомобиль спустя некоторое время стал дымиться. Всё, что сохранилось в памяти юной девушки, которой всегда будет двадцать четыре, — дорога.