Кто я для Вас?

Пушкин ходил мерея комнату шагами. Гоголь же сидел напротив на диване и внимательно следил глазами за писателем. Он задерживал дыхание каждый раз, когда Александр делал паузу между шагами и замирал буквально на одну секунду. Но тот вновь продолжал расхаживать по чужому кабинету. Пушкин в этот момент В голове крутил бесконечный поток мыслей и даже если бы попытался изъяснить что-то своему друг, то тот бы вряд ли что-то понял. Наконец он остановился. Гоголь мгновенно выпрямился в ожидание того что же тот скажет. -Я придумал!- писатель всплеснул руками и цилиндр с его головы упал на пол, и он замолчал. Тишина. Мужчины держались не долго, первым сдался Николай и громка засмеялся прикрывая рот рукой, Александр засмеялся вслед за ним. Они долго не могли успокоиться и чуть ли не плакали от смеха. Возможно любые бы другие на их месте и не сочли бы это поводом для смеха и спокойно бы продолжили разговор, но Очевидно, что они были не теми "любыми". Пушкин уже смолк, а шатен еще смеялся. В этот момент писатель бы на столько мил, что Пушкин глядя на него не мог сдержать умиление. Его смех был очарователен и заразительный словно щебетание птиц солнечным весенним днём и ему хотелось чаще слышать как его друг смеётся. Вскоре замолк и Гоголь. -Так, что Вы придумали?-вымолвил он, скрывая небольшое смущение. -Ах да,- Пушкин закрыл глаза и поднял голову вверх.-твой смех безусловно прекрасен- улыбнувшись он подошел к дивану и сел рядом с другом. -Благодарю, Александр Сергеевич.-Николай Васильевич уставился глазами в пол, а его щеки покрылись румянцем от услышанной лести в свой адрес от столь важной для него персоны. Заметив, что своими словами смутил писателя Александр опять чуть ли не расплылся в улыбке умиления от чарующей милоты его внешности, особенно в нынешний момент. Вообще, он давно заметил некую привлекательность в своем друге. Ему нравились его улаженные светло-коричневые волосы, его цепляющие карие глаза в которые можно было смотреть бесконечно долго. Его лицо выглядело мило и даже усы не скрывали его пухлые розовые губы... Неожиданно, их взгляды встретились и оба задержали дыхание. Пушкин невзначай улыбнулся. Гоголь смотрел в океанически-голубые глаза и задыхался. Он с детства любил их. Писатель был для него лучшим другом и учителем. Несмотря на их разницу в возрасте они всегда находили общие темы для болтовни. Чаще всего это были разговоры о поэзии, но иногда мелькали вопросы о личной жизни и обсуждения самых разных личностей. Это были самые прекрасные вечера в его жизни. Единственно, что изменилось в его отношение к Пушкину, то что в детстве, он любил его как поэта и писателя, а сейчас он испытывал ярую симпатию к нему, как к человеку с которым хотелось бы делить все. Все что есть и все что будет. Завтрак, обед, ужин, произведения, кровать. Но убежденный, что Александр не разделяет и никогда не сможет разделить его чувств, ему оставалось лишь довольствоваться теми самыми вечерами и переписками. От нахлынувших мыслей Николаю стало невыносимо грустно и он разорвал их зрительный контакт, опустив голову уперся взглядов в диван. Пушкин заметил что друг, приуныл, но не понял причины. Он не знал как переживал Гоголь от неразделенной любви. -Никош, все хорошо? Тот утвердительно кивнул, но глаз не поднял. Тогда поэт нахмурился. -Яновский, загляни мне в очи и повтори.-он крепко взял того за подбородок, заставляя посмотреть на себя. Яновским он называл его очень редко только когда был раздражен. В данный момент он не злился на него, а был обеспокоен резкой смене его настроение. -Все хорошо, если ты мне не веришь то, можешь уезжать- раздраженно вымолвил Гоголь, отведя глаза, он взял того за запястье желая что бы Пушкин отпустил его подбородок. -Ты слишком ранимый.-иронично произнес Александр Сергеевич. -А ты слишком недоверчив. -Будь по твоему. Пушкин отпустил чужой подбородок и отстранился. -Не серчайте, Александр, просто это чересчур личное. -Ничего. Это твое дело, я не буду вмешиваться. Но если захочешь рассказать я всегда рад выслушать.-мужчина добродушно улыбнулся.-Так вот что я придумал!