Вишнёвый блеск

Узкий коридор покрыт тёмно-синими обоями и белоснежными, с рисунками, плинтусами. Материал мягкий, он так и льнёт к руке Чон У, который ведёт по нему кончиками пальцев до самой двери. Чарующе, как в тумане. В приоткрытую щёлочку видно Бок Сун. Она машет кому-то одной рукой, в другой у неё красная атласная лента. — Чон У! — расплывается в улыбке строгая хозяйка. — Иди сюда, тебя уже все заждались! Чон У уверенно делает шаги в её сторону. Бок Сун переводит взгляд с него на ленту и обратно, а потом накидывает её на шею Юна. Тот не сопротивляется. — Хо-Ён, времени нет, сама со всем справишься? Я побежала. Девушка в белом платье, которую до этого момента Чон У не замечал, согласно угукает. Она сидит на корточках спиной к нему и что-то выискивает в ящике, в стороны летят ненужные тряпки. Комната плохо освещена и больше похожа на каморку. Жёлтым светом горят круглые фонарики, обрамляющие зеркало, в углу — небольшая кольцевая лампа. Может, поэтому Чон У не сразу замечает Мун Чжо. На нём — белое платье без лямок со сборками и шнуровкой по бокам. Оно предназначено для женщин, рассчитано на совершенно другие изгибы фигуры. По всем меркам Мун Чжо в нём не должен считаться красивым, но у Чон У перехватывает дыхание. Бок Сун тоже обращает внимание на Мун Чжо. — Отлично поработали, можешь переодеваться! Мужчина кивает. Чон У отворачивается, чтобы не смотреть, хотя в этом нет ничего такого. Ни стройного тела, ни шрамов на нём Мун Чжо не скрывает. — Да, и пока не забыла, — продолжает Бок Сун, протягивая обоим по помаде, кажется, какому-то блеску. — Намажьте губы перед выступлением. Чон У не замечает, когда она уходит. Он садится на мягкий, такого же синего, как и всё остальное, цвета диван, поднося к лицу зеркало. Вишневый тинтованный блеск, вот, что дала Бок Сун. Откуда-то Чон У знает, что ему не нравится с такими работать. Текстура вязкая, красный блеск тянется и капает с аппликатора. Он очень сильно пахнет вишней. Легко смажется, думает Чон У, нанося средство на губы плотным слоем. Он бросает короткий взгляд на Мун Чжо, о чём-то переговаривающимся с Хо Ён, но не может оторваться. На его губах блеск смотрится, будто кровь. Он нанесён неровным, где тонким, где толстым слоем, и уже чуть смазался у верхней губы, выйдя за контур. — Первое платье всегда не по себе, — смеётся Хо Ён. — Я, когда надела в первый раз на сцену, чувствовала себя шаром. А каким ты себя ощущал? — М? — Мун Чжо не слушает собеседницу. Он отвечает ей невпопад, не отрывая глаз от Чон У. — Шёлковым. Чон У усмехается. Хо Ён смеётся. — Не по материалу, а по размеру! — Хочешь попробовать? — спрашивает у Чон У, заинтересованно склонив голову, Мун Чжо. Сердце пропускает удар. Чон У не хочет, это же безумие. Но, глядя в тёмные глаза напротив, не может ничего с собой поделать. Чон У снова открывает блеск и вместо того, чтобы капнуть на губы, слизывает прямо с аппликатора. Мун Чжо зачарованно смотрит на это. На вкус блеск оказывается сладким. Не как вишня, как помада, но это не противно. Мун Чжо усмехается. — Да нет же, с губ. Он наносит тягучий, красный блеск на нижнюю губу, оставляя влажную полосу, и подсаживается ближе. Чон У думает, что это бред, но тянется, чтобы попробовать. Блеск на мягких губах Мун Чжо размазывается ещё больше, когда Юн сминает его верхнюю губу, а затем наклоняет голову в бок, чтобы провести языком по нижней, собирая косметику. Сердце заходится в бешеном ритме. Облизнувшись, Чон У снова прикасается с поцелуем, скользя по блеску, и в этот раз Мун Чжо ему отвечает. Когда они отрываются друг от друга, Хо Ён снова заходится смехом, прихлопнув в ладоши. — Блин, теперь ещё хочу, — небрежно вытирает уголки губ Чон У. Довольный Мун Чжо откидывается на спинку, всё ещё за ним наблюдая. Он забирает зеркало Юна и наносит блеск уже аккуратно, равномерно. Чон У оборачивается и снова впивается в манящие губы коллеги, безнадежно размазывая идеально нанесённый блеск и стирая в порошок старания Мун Чжо. Сердце заполошно колотится, когда он просыпается. Чон У лежит на кровати со сбитым в ногах одеялом и тяжело дышит. Увиденное его взбудоражило так, что сейчас был бы неплох холодный душ, только вот сил и желания его принимать нет. Что за чертовский сон? Он и Мун Чжо, этот псих? Да ни за что! Чон У переворачивается на бок, в ту сторону, где находится комната Мун Чжо, и прогоняет мысли о красных губах, покрытых вязким тинтом. В этом общежитии у него окончательно сдвинулась крыша.