Вместе по времени

Так здорово бежать одному по этому бескрайнему простору, где кругом только чистый снег, ветер да берёзы. Денёк выдался на редкость морозным. Колючие снежинки, кружась в вихре неведомого танца, ложились на всё вокруг, а попадая на ресницы, превращались в маленькие капельки. Чуть ли не запутываясь в собственном шарфе, он, раскрасневшийся, словно и не бежит – летит!.. Это свобода! Пусть ненадолго, но всё же… Не так давно в его дом нагрянул тот, с кем бы Ваня ни за что не хотел встретиться. Золотая Орда — темноглазый, вооружённый саблей и очень большой. Такого большого Россия знал только Византию. Русские князья в то время не желали объединяться, они воевали друг против друга, это головная боль для России. Глупцы! Поэтому Ваня оказался слаб перед монголо-татарами. Всё, что ему осталось – это смотреть снизу вверх на Орду и терпеть то, как разоряют его города, слышать надрывный плач своих сестёр. Тут, вдали от этого ада, можно забыть на секунду о тяжёлой дани, о бесконечном гнёте и крови. Дальше на восток, туда, где всё такое незнакомое. Ветра, который еще недавно срывал шапку, уже нет, а сгущающуюся тишину прерывает только скрип снега. Дыхание уже давно сбилось, при каждом выдохе валили клубы пара. Вот он – морозец, щиплющий щёки и терзающий нос, ослепляющий глаза искристым снегом. Генерал Мороз любил хозяйничать в этих краях. Пусть Ваня всю жизнь видит этот снег долгими зимами, ему нравится эта свежая пора. Он остановился и глубоко вдохнул, слушая звенящую тишину. Слышатся слабые-слабые дуновения ветра и, кажется, чьи-то шаги. Россия прислушался. Точно. Скрип снега от чьих-то шагов где-то вдалеке за деревьями. Совершенно непонятно, кого сюда могло занести в такой мороз – по-настоящему трескучий. Ваня решил медленно подойти поближе и притаиться за деревом. Шаги становились всё громче. Они были неторопливыми и довольно легкими. Но внезапно всё стихло. Ваня даже на мгновение перестал дышать. Тихо-тихо он выглянул из-за дерева, чтобы посмотреть, кто это. Иван любил новые знакомства. Не так давно он даже встретил этого паренька – Литву. Но в этом случае надо было быть осторожным. Человек этот тянулся за чем-то у ёлки. Видимо, за шишкой. Волосы у него были тёмные и длинные, очень красивые, а одет был не то в красный тёплый кафтан, не то в шубу. Ване это было незнакомо. Человек упорно тянулся до ёлочной ветки с шишкой, но так и не достал. Вздохнув с негодованием, он повернулся лицом к России. Ваня наконец увидел его глаза – большие и тёмные, даже немного наивные, совсем не как у Орды. Ване почему-то стало спокойней. Но этот человек всё равно напоминал его… немного. Возможно, он был как-то связан с Золотой Ордой. Человек заметил Россию и, неосознанно пригнувшись, начал красться к Ване. — Эй, ты кто? – осторожно спросил человек. — Ты потерялся? Ваня всё ещё опасливо выглядывал из-за дерева. — Я – Россия! Я – страна, — он осторожно начал выходить из своего укрытия. — Не бойся…— начал было незнакомец. — Я не боюсь! – неожиданно твёрдо ответил Иван. От такой смелости человек даже округлил глаза. Но уже через мгновение его лицо озарила улыбка умиления. — Вот как. А я – Китай. И я тоже страна. Ты такой маленький, ару~ — А ты такой большой! – восторженно вскинул вверх руки Ваня, улыбаясь. Действительно, Россия не дотягивал Китаю даже до пояса, и тот ему казался очень большим, по-настоящему величественным. — Что ты тут делаешь? – Китай присел перед Ваней на корточки. — Я…— Ваня замялся и переступил с ноги на ногу. — Я просто гуляю. Просто там… Золотая Орда меня контролирует. Он обижает моих сестёр, он бьёт меня, он постоянно требует дань… — начал было Иван, но Китай его перебил… — Понятно. У меня тоже было Монголо-Татарское Иго, но я его сбросил. Бедненький ты… — Нет! Я тоже его сброшу. Просто я должен стараться, набираться сил. И я вырасту большой-большой, гораздо больше него. И я проучу его! Китай тихонько хихикал, прикрываясь рукавом. Эта детская наивность и правда безумно умиляла. — Конечно, вырастешь! — Да! – сказал Ваня с воодушевлением, но тут же приуныл. — Он не разрешает грустить. Он требует, чтобы я улыбался. Но мне очень больно, я не могу улыбаться, когда мне плохо… А ты можешь улыбаться, когда тебе хочется плакать? — Нет, – тихо ответил Китай. Детские страдания всегда ужасны. Он слаб и беззащитен, он не жил столько, сколько жил сам Китай, и от него требуют невозможного. Всё это очень печально. И Китаю пришла на ум маленькая идея. — Россия, а ты приходи ко мне, когда сможешь. Я тебя угощу чем-нибудь вкусным, познакомлю со своим братиком. А? Придёшь? Ваня задумался. На самом деле такая возможность у него появлялась очень редко. Главное – вернуться вовремя. — Хорошо! – и лицо его озарила детская, искренняя улыбка. — Я буду ждать тебя! А вьюга ещё долго завывала после того, как они разошлись. Генерал Мороз не на шутку разбушевался. Но даже бесконечный снег не мог замести протоптанной тропинки на восток.