Шрамы на память

Изначально, в первые разы речь шла только о крохотных царапинах. Просто Старскрим однажды неосознанно сжимает плечи лидера во время процесса так, что умудряется ранить его. Хочет было во время окончания приниматься извиняться, но Мастер Мегатрон лишь внимательно его оглядывает и качает головой, дескать, раскаиваться ни в чём не нужно. Его вид становится более задумчивым, чем обычно, а сикер безуспешно пытается понять, дело в том, что лидер расстроился или же... есть что-то ещё? "Что-то ещё" всплывает в следующий раз. Мастер Мегатрон разрешает Старскриму царапать и сжимать его тело вместо того, чтобы сжимать простыню. И Старскрим повинуется, позволяет себе не сдерживаться. Ему неважно в этот момент, почему лидер так приказал. Сейчас это незначительно. Хоть и... он может признать... ощущается хорошо. С последним рваным стоном сикер прижимается к груди лидера, тяжело дыша. А затем чуть отстраняется, чтобы рассмотреть состояние плечей и рук Мастера Мегатрона. Ладно, речь изначально шла об очень стойких царапинах. В глазах лидера мутно, а на щеках несвойственное ему подобие румянца. Он не желает возобновлять зрительный контакт, да и Старскрим не требует. У сикера достаточно дел, поэтому он не думает о странной реакции начальника, банально потому что занят. Но приходится в один момент начать задумываться, когда простых царапин оказывается недостаточно и Мастер Мегатрон впервые предлагает ему нож. Старскрим обречённо сглатывает, когда он это делает, не прекращая толчки. Глаза намереваются закатиться, но сикер останавливает себя и дрожащей рукой берёт нож. Надо успеть быстрее, а то чувствует приближение экстаза. Нельзя позволить себе резким движением нанести серьёзный ущерб. Мастер Мегатрон понимает, поэтому уменьшает темп. И Старскрим должен подчиниться, любая безумная идея лидера по идее должна являться его приоритетом, неважно, насколько она внезапная. Первая кровавая полоса на чужой груди, которую Старскрим сделал глубже, чем стоило бы, неожиданно вызывает на его лице улыбку. Расширяет её и вскрик боли лидера. А всё-таки... это заманчиво. Он с игривым любопытством наблюдает за капельками крови, после чего пару секунд целует лидера, таким образом благодаря за предоставленную возможность. Лезвие мягко проходит по плечу, оставляя за собой красивую красную полоску. Лицо Мастера Мегатрона украшает уже видный румянец, а в уголках глаз проступают капли слёз. Поэтому Старскрим не удерживается от укола в предплечье. Мастер Мегатрон незамедлительно закрывает глаза и стонет через стиснутые зубы. Обоим понравилась боль. Старскриму её причинять, Мастеру Мегатрону получать. Возможно, последний не будет этого признавать, но зам-то подсознательно уже начал делать выводы. ... Однажды Мастер Мегатрон и вовсе перестаёт скрывать свои предпочтения. Просто приглашает Старскрима, как обычно, к себе, снимает рубашку, обнажив голый торс, и ложит в руку заму нож. Сикер уже было хочет начать готовиться снимать с себя одежду, рутинно, потому что привык, но Мастер Мегатрон неожиданно останавливает его движением руки. Опешивший сикер наблюдает, как лидер без объяснений отворачивается и садится на ближайший стул так, чтобы спинка не закрывала спину. — Мне следует? Старскриму кажется, будто его собственный голос звучит как гром, слишком ярко в наступившей тишине. Разумеется, он старается звучать спокойно, но пробивается и небольшой оттенок недоумения и нерешительности. Мастер Мегатрон лишь легонько поворачивает голову и кивает, на его лице нельзя прочитать ни одной мысли, точно каменное изваяние. И Старскрим не может позволить себе превратить настрой лидера в раздражение или недовольство. В душе ярко понимает, что... своим открытым поступком начальник максимально доверился ему. Старскрим вдыхает и выдыхает, после чего подходит к Мастеру Мегатрону и поглаживает свободной рукой его плечи и мышцы спины. Пальцы изучают и скользят бережно, пока Старскрим искренне поражается виду. Только сейчас он понял, что никогда не видел полностью голую спину лидера. И осознание того, что Мастер Мегатрон так ему раскрылся... правда несколько ошарашило. Но поглаживания не продолжаются долго. Лезвие ножа приближается к коже и оставляет длинную красную полоску. — Сильнее. Вышла и правда всего лишь царапина. Что ж, Старскриму не понять странное желание Мастера Мегатрона и его фетиши, но удовлетворить нужно. Нарочито медленно Старскрим проводит ещё одну линию, но сильнее. Мастер Мегатрон шипит, слегка сжавшись. Это не шипение недовольства, а попытка скрыть нечто большее. Значит, тебе и правда нравится боль? Полная желчи ухмылка появляется на лице Старскрима, когда глаза превращаются в узкие щёлки. Лидер её в любом случае не увидит. Жалкий. Это же надо быть лидером дестронов и кайфовать от чего-то такого низкого. Каким надо быть ничтожеством, чтобы любить боль? Каким надо быть жалким, чтобы показывать это кому-то ещё? Конечно, такая открытость в своей мере очаровательна, но разве ты не должен держать имидж? Старскрим не говорит ничего вслух и проводит всё больше аккуратных ножевых ранений, откровенно наслаждаясь процессом. По отяжелевшему дыханию лидера он понимает, что и тому нравится. А это значит, это не единственный сеанс. Их будет ещё много. Возможно, будут не такими уж частыми, но факт есть факт. Старскрим целует один из самых ярких порезов и окрашивает губы кровью. ... И в ночь перед роковым днём Старскрим черчит красные полосы на чужой спине. Но, в отличие от предыдущих разов, в один момент засаживает нож чуть глубже в плоть, самую малость, но Мастер Мегатрон всё равно достаточно громко вздыхает от боли. Перемена стона боли в стон удовольствия протекает естественно и почти неуловимо, но Старскрим это хорошо подмечает. Лидер был перед ним как на ладони. Всю свою жизнь, но при данных сеансах раскрывался глубже. На уровне любви к боли. Поэтому когда откровенно оскорблённый Мастер Мегатрон смотрит на него при предательстве, Старскрим лишь победно ухмыляется. Что такое, Мастер Мегатрон-сама, разве вы не хотели, чтобы нож оказался в вашей спине?