Showboys

      Прежде чем исход кажется неизбежным, Зоро поднимается и уходит на кухню.       - Чай, кофе? - интересуется он громко и Санджи не знает, кто из них сошёл с ума в большей степени: он сам, услышав это, или Ророноа, так внезапно изменившийся.       Чистая квартира, наличие чего-то окромя алкоголя на кухне, он даже не уверен, что может закурить, но переступает через эту мысль, выхватив сигарету из пачки губами и дрожащей рукой поднеся к ней зажигалку. По правде говоря, он бы выпил, нет, надрался, даже если завтра будет плохо, потому что завтра всё равно выходной - он и шёл сюда из расчёта на это, Ло пообещал проследить, чтобы тот не перебрал.       - Слушай, куст, не пизди, у тебя должно быть бухло. - он нервно поднимается с дивана на выдохе, в свободной руке теребит зажигалку, направляясь в сторону кухни.       - Уверен? - немного растерянно и взволнованно.       - То, что ты предложил... - хмуро начинает он, встав чуть поодаль. - Я не смогу переспать с мужиком на трезвую. С двумя - тем более.       В гостиной Ло давится воздухом, Ророноа так и застывает на месте, а Санджи чувствует, как горит его лицо от собственной смелости.       Зоро отмирает и идёт к окну, из шкафчика под ним достаёт бутылку.       - Трао! - зовёт он, из гостиной раздаётся одобрительное мычание и Ророноа тянется за стаканами.       Один стакан, второй.       Санджи даже не смотрел, что они пьют, но чувствовал, как его ведёт, зажатого снова между двумя мужчинами. Он находится в сознании - чувствует, как поднимается рядом с ним Ло, укладывает ладонь в протянутую руку и молчит, всё ещё не до конца уверенный в своём решении.       Остатки сомнений сгорают без следа, когда старший, обняв его бережно, наклоняется к его губам, прикрывает глаза и Санджи делает то же, потому что брюнету хочется довериться, его мягким прохладным рукам, не таким сильным и надёжным, как у Зоро, прижавшегося со спины, уложившего на талию мозолистые ладони, у Трафальгара они были нежными. Едва старший отстраняется, лицо блондина поворачивают грубовато, губы накрывают снова и грубее, с зубами, сжимают руками крепче его тело.       - Надо в душ... - замечает Винсмок сквозь звон в ушах, роняет голову, тяжело дыша.       Ло отстраняется, позволяя хозяину квартиры довести их до ванной комнаты.       Сейчас это кажется чем-то особенным - видеть друг друга без одежды. Санджи наконец может заметить, что на громоздком теле Ророноа почти нет растительности, очень много шрамов, а смуглая кожа его кажется такой тёплой, почти горячей - у Трафальгара она отдаёт чем-то болезненно сероватым и хорошо видны синие вены на запястьях, на предплечьях, на стопе и с обратной стороны ладони, там же, где они вьются синеватыми ручейками под бледной кожей блондина. Снизу у Ло татуировок нет. Одна есть у Санджи - тройка на пояснице, накрывающая неаккуратный шрам - именно там с особенным интересом касаются забитые чёрным пальцы Трафальгара, пока Зоро в очередной раз про себя замечает некоторую их схожесть. Он почти ничего не запомнил о Санджи, а если и запомнил, о причинах мог только догадываться и о Ло он знал ровно столько же, хотя знаком с ним был многим меньше. Он знал, где они учатся, знал о существовании некоторых близких людей, где они живут и лишь некоторые привычки. Для них сам Зоро - открытая книга, он никогда ничего не скрывал, он честен со всеми, с собой в том числе, но чувствует, как терзают изнутри сомнения, пока он включает и настраивает воду.       Втроём в душевой кабинке наверняка будет тесно, но он тянет туда обоих и не может не чувствовать чужого тепла, когда щёлкает дверка и они оказываются прижаты друг к другу.       Светлые волосы Санджи намокают быстро, видно, как неудобно ему от прилипшей к лицу чёлки и пальцы Трафальгара успевают убрать её быстрее - удивителен тот факт, что он смог поднять свою длинную руку в этой катастрофической тесноте.       Блондин зажат в угол, пожираемый двумя голодными взглядами, левая рука старшего всё ещё на его лице, мягкая подушечка большого пальца ведёт по сомкнутым губам. Сырая грубая ладонь, так собственнически улёгшаяся на поясницу, очевидно, принадлежит Ророноа, и вторая на его груди - тоже. Зоро лицом прячется в его плече, ладонями ведёт вверх, вниз, плавно и медленно. Свободная рука Ло касается шеи, та, что была на лице осторожно приподнимает, чтобы Санджи снова потерял связь с реальностью, коснувшись его губ. Это как нельзя лучше отвлекает от рук Ророноа - со спины горячая ладонь опускалась всё ниже, но Винсмок даже не был уверен, что чувствует это на самом деле, пока не дёргается от робкого, совсем немного дискомфортного пока проникновения.       - Какого хера!? - с трудом отпихнув от себя брюнета, вскрикивает он, скорее, растерянно.       - Тебе ведь не больно, верно? - раздаётся со стороны старшего. - Было бы видно. - спокойно замечает он, снова касаясь его лица прохладными пальцами. - Потом будет приятно, не в наших интересах причинять тебе боль.       Санджи вдруг думает, что да, это и правда совсем не в их интересах, если последний почти что месяц они продолжали так настойчиво окружать его вниманием.       Он поворачивается к Зоро, тот неотрывно наблюдает за его лицом и, встретившись взглядом с его теперь почти чёрными карими глазами блондин забывает как дышать. Потому что вдруг понимает, что увиденное им мельком несколько раз лицо во время выступлений было именно таким. Сосредоточенным, до предела напряжённым, с потемневшим взглядом - ни то яростное, ни то возбуждённое, зардевшееся до самых ушей, но это едва заметно на смуглой коже. Блондин опускает взгляд и рдеет сам, затаив дыхание. Чужой возбуждённый член прижат к его бедру, горячий, увитый вздувшимися венками. Ло крепко сжимает его задрожавшие плечи ладонями, касается губами мокрого виска, и Винсмок переводит взгляд в его сторону. Трафальгар возбуждён тоже, он несколько меньше, заметно тоньше и как-то аккуратнее, блондин жмурится стыдливо и кусает губы, которые почти тут же накрывает чужими.       Это Зоро.       Санджи узнаёт его по его грубоватым движениям, осторожным укусам, едва ли заметивший, как свободно в нём сейчас двигается уже пара мозолистых пальцев.       Он вздрагивает и сипит в чужой рот неразборчиво, скребёт пальцами по плечам старшего, не помнивший, когда успел за них схватиться и дёргается снова, откровенно стонет, отстранившись и уронив голову, когда прохладная мягкая ладонь ласково ведёт вниз, чтобы обхватить его возбуждение.       Дрожат ноги и трудно дышать, хотелось бы сесть, а лучше и вовсе лечь, но за неимением лучшей опоры Санджи может лишь опереться руками на плечи брюнета. Он утыкается лицом куда-то в его грудь, пытается найти положение более устойчивое, но колени продолжают подгибаться.       Свободная рука Зоро обнимает поперёк груди, прижимает ближе и в его крепких объятьях стоять уже легче. Винсмок опирается на его плечи рукой и скребёт ногтями по смуглой спине, ощутив почти обжигающее дыхание на собственной шее. Ло наклоняется за новым поцелуем, придерживая где-то под рукой Ророноа, второй продолжает неожиданно умело доводить его до точки кипения. Санджи кажется, он сходит с ума, он вскрикивает совершенно разбито, когда кончает и едва не взвизгивает снова, когда, сжавшись на пальцах Ророноа, наконец в полной мере ощущает оба внутри себя.       Винсмок не успевает прийти в себя: он чувствует лишь мельком, как ему помогают отмыться, сквозь пелену видит, как Ло с неожиданным интересом касается белёсых следов на собственных пальцах, а секундой позже раскрывает ошарашенно вечно усталые серые глаза, когда Зоро целует его губы.       Санджи, почему-то, уверен, что на этом вечер не закончится, всё ещё находится в прострации, наблюдая за тем, как старший обнимает чужую крепкую шею забитой рукой, цепляется за потемневшие от воды зелёные волосы, заламывает брови, шумно выдохнув и прикрыв глаза.       Винсмок начинает осознавать себя только когда его кутают в махровое светлое полотенце, пытаются вытереть светлые волосы.       - Где мои чёртовы сигареты..? - сипит он, услышав два облегчённых вздоха, вероятно, блондин немного перегрелся в их руках под горячим душем.