Адское пламя

      Сегодня Гарри и Джинни прибыли раньше всех, чтобы помочь с последними приготовлениями.       Гермиона окидывала взглядом помещение, расплываясь в улыбке.       Менее чем через час сюда придут люди, чтобы оценить её труды. Ей не верилось, что такой большой отрезок работы позади.       Завтра она позволит себе отдохнуть, а уже в воскресенье примется за дело. Джинни считала абсурдом делать что-либо в день, когда все вокруг отдыхали, но Гермиона уж точно могла с этим поспорить.       Ноги начинали ныть от туфель, которые она сегодня выбрала. Бежевые лодочки делали её немного выше, а новый костюм так прекрасно подчёркивал её ноги. Когда Гермиона увидела этот прекрасный комплект в витрине магазина, то тут же поняла, что обязана купить его для открытия, поэтому сейчас на ней был костюм в белую и бледно-розовую клетку с короткой юбкой и укороченным пиджаком, под которым была практически прозрачная блузка.       Раньше она никогда не одевалась подобным образом, но пришла пора переходить на другой уровень и выглядеть как дама, владеющая собственным фондом.       — Не переживай, ты прекрасно постаралась, — Гарри дотронулся до её плеча, оказываясь рядом и тоже осматривая готовое здание изнутри.       Здесь было много света, отчего каждый предмет мебели становился по-домашнему уютным.       — Спасибо. У меня будет к тебе просьба, — Гермиона повернулась лицом к другу.       — Какая?       — Луна придёт с Тео, а он позвал ещё несколько своих друзей. Ты сможешь приглядывать за Роном и ещё парочкой людей? На всякий случай.       Она переживала. Множество людей вокруг продолжало отпускать в сторону зелёного факультета неприятные комментарии. Всё это очень огорчало Гермиону, и она хотела верить, что когда-то это обязательно прекратится.       А ещё она знала Рона, и то, что он может вспылить. А ещё они до сих пор нормально не общались после того, как она сказала ему, что не любит.       — Не волнуйся, Гермиона, всё будет хорошо.       Шарики под потолком, красная ленточка, разноцветное конфетти, море шампанского и изысканные закуски — всё это слилось в единое яркое пятно, от которого запросто могло зарябить в глазах.       У неё уже болели щёки от улыбки, а рука от рукопожатий. Людей было очень много, и каждый старался сказать Гермионе несколько слов. Некоторые даже высказали пожелание начать с ней работать и сотрудничать. Всё шло как нельзя лучше. Этот момент правда делал её счастливой.       Сегодня двери здания были распахнуты настежь, и внутри лилась непринуждённая музыка.       Гермиона непроизвольно косилась в сторону входа, каждый раз одёргивая себя за подобное поведение.       То приглашение было оставлено на стойке, но Гермиона не теряла надежды на то, что он всё равно придёт. Появится в самый неожиданный момент, окинет своим надменным взглядом толпу, потянется к подносу с шампанским и найдёт её в толпе.       Гермиона жутко злилась на себя из-за подобных размышлений. Из-за того, что продолжала гонять их по кругу.       — Пока тебя не увлекли в очередной скучный разговор, предлагаю потанцевать, — Гермиона перевела взгляд на протянутую руку Теодора Нотта. — Давай, Гермиона, я столько тебе помогал, что заслужил танец.       Она улыбнулась, принимая его приглашение.       Они вышли в центр зала, где уже толпилось около дюжины парочек. Теодор легко приобнял её, начиная медленно двигаться в такт музыке.       — Ты довольна?       — Конечно, — рассеянно проговорила Гермиона и снова покосилась на дверь.       — Он не придёт, — сделал заключение Теодор, проследив за её взглядом.       Он всё понял. Конечно же, не стоило этому удивляться, ведь они говорили о Малфое, да и Луна прекрасно подливала масло в огонь, делясь со своим парнем некоторыми теориями об искрах и других вещах.       Гермиона потупила взгляд, слегка сжимая ткань его пиджака под своей рукой.       — Да, я это знаю.       — Что между вами происходит?       — Ты о чём?       — Пусть это не искры, как утверждает моя прекрасная девушка, но что-то явно есть.       — Не уверена, что имею право об этом говорить.       — Почему?       — Потому что если я и готова кое-что признать, то Малфой к этому явно не готов, а я не хочу выглядеть дурой.       — Тео, я хочу взять несколько шаров домой. Ты ведь позволишь, Гермиона?       Луна возникла рядом как резкий ливень посреди летнего дня. Они не закончили свой разговор, и Гермиона была даже этому рада.       — Конечно, мне ведь всё равно придётся их выбрасывать через несколько дней.       — Ты мне поможешь? — она потащила Нотта за руку, указывая на определённые шары рукой.       На отдельном столике уже лежала небольшая стопка из резюме, которые нужно было просмотреть. Гермионе особенно нравились люди, которые не упускали своей возможности — даже на открытие они пришли подготовленными и с твёрдым намерением заполучить работу.       Ближе к полуночи все начали расходиться.       — Ты уверена, что тебе не нужна помощь? — Гарри поставил пустой бокал на стойку.       — Нет, что ты. Я всё закрою, а завтра здесь всё уберут.       — Ладно, тогда мы пойдём.       Гарри и Джинни попрощались с подругой, крепко обнимая её и целуя в щёку.       Последними здание покинули Луна и Тео, который сжимал охапку гигантских шаров. Лавгуд рядом сияла от счастья, и её улыбка не могла не вызвать ответной реакции.       Следом из фонда вышла пожилая пара, ещё раз пожелав Гермионе удачи.       Грейнджер закрыла дверь, прислоняясь к ней спиной.       Всё было позади: она смогла это сделать, и этим нельзя было не гордиться.       Она услышала, как на окна упали первые капли осеннего дождя.       Усталость накатывала на Гермиону гигантскими волнами, которым очень хотелось поддаться.       Она сделала несколько шагов, усаживаясь на высокий стул и притягивая к себе тот самый изящный бокал, который так хотела заполучить. Гермиона дала себе пять минут, прежде чем подняться на ноги и вернуться домой для того, чтобы без сил рухнуть в кровать.       Через три минуты колокольчик над дверью оповестил о появлении гостей.       Гермиона подняла голову, натыкаясь глазами на платиновую макушку. Малфой молча оказался внутри, бесшумно закрывая за собой дверь. Он больше не делал никаких шагов вперёд и только смотрел, прожигая в ней небольшие дыры, словно от пуль.       На нём был восхитительный серый костюм. Если бы он был рядом с ней в этот вечер, они бы прекрасно сочетались.       От этих мыслей защипало в уголках глаз.       Почему она до сих пор продолжает строить эти отвратительные воздушные замки в своей голове?       Почему он продолжает возвращаться?       Дикая усталость, стресс, спонтанные появления Малфоя и мысли о нём дали свои плоды. Гермиона отвернулась, не сумев сдержать слёз, рвущихся наружу. Закрыв лицо ладонями, она подавила всхлип, ощущая горячие и мокрые дорожки на щеках. Должно быть, сейчас она выглядит ужасно жалко.       Крепкие мужские руки притянули её ближе к себе, обнимая. Гермиона не осмелилась открыть глаза, продолжая плакать и утыкаясь ему в район солнечного сплетения.       — Почему ты не пришёл? — она не осмеливалась поднять руки, чтобы обнять его в ответ.       — Ты должна перестать ждать меня, Грейнджер, — твёрдо заключил Драко.       — Но я не могу. Я продолжаю ждать тебя, как тогда — в школе, и каждый раз моё сердце замирает от страха, что ты не придёшь.       Возможно, она не имела никакого права на эти признания, но держать это в себе было уже невыносимо и больно.       — Ты не должна привязываться ко мне, Грейнджер.       — Тогда почему ты продолжаешь появляться? — она всё ещё плакала, а его руки до сих пор обнимали её, прижимая к себе.       — Потому что не могу себя остановить, — тише произнёс он, слегка отстраняясь и заглядывая ей в глаза. — Пойми, Грейнджер, привязанность — это слабость. Слабость и страх, и лучше не испытывать ничего подобного.       Она оттолкнула его, поднимаясь с места. Его слова были для неё дикостью.       — Что за бред ты несёшь, Драко? Разве наличие в жизни другого человека делает тебя слабым? Я ждала тебя. Каждый день. И я знаю, что если бы ты был рядом, я бы чувствовала себя сильнее.       Он сделал шаг навстречу, но Гермиона тут же выставила руки вперёд.       — Не надо, не подходи. Не делай себя ещё более слабым, Малфой.       Гермиона обошла его стороной, бросаясь к двери и выбегая на улицу под сильный дождь. Постояв на месте несколько секунд, она двинулась вперёд, шагая посередине пустынной улицы. Капли дождя смешивались со слезами, а одежда постепенно промокала.       — Грейнджер!       Она ускорила шаг, когда услышала, что он её окликает, но дождь и разбушевавшиеся эмоции не давали ей ускориться.       Он догнал её через несколько секунд, больно хватая за локоть и разворачивая к себе, отчего она врезалась ему в грудь.       — Отпусти меня! Пусти! Я тебя ненавижу, Драко! Слышишь, ненавижу! Я каждый день ждала тебя ещё тогда, в школе, и я продолжала делать это за её пределами как наивная дура, полагая, что теперь всё изменится, потому что за плечами уже нет никакого груза, и со всем можно справиться, но…       Он резко оборвал её, притягивая к себе и накрывая её губы своими, но Гермиона не сдавалась, продолжая колотить его кулаками по груди и плечам и стараясь вырваться, однако Драко прижимал её хрупкое тело к себе, не давая отстраниться.       Его горячие и напористые губы терзали её собственные, стараясь углубить поцелуй. Рука находилась на затылке, оставляя на коже багровые синяки. Тёплые руки приносили облегчение, особенно когда вокруг хлестал холодный дождь, сбивающий дыхание.       Она нанесла последний удар по плечам, сдаваясь. Руки обвили его шею, пальцы начали путаться в промокших волосах.       Гермиона раскрыла рот немного шире, сталкиваясь, наконец, с его обжигающим языком. Она чётко помнит, как удовлетворённо простонала ему в рот, но звук дождя отобрал у них этот интимный момент навсегда.       Они стояли посреди тёмной улицы прямо под дождём и остервенело целовались, не в силах оторваться друг от друга, даже несмотря на то, что воздуха совсем не хватало.       Когда Гермиона оторвалась от его губ, собираясь открыть глаза, она почувствовала, как Драко сильнее схватил её за талию, и их унесло в парном толчке аппарации.       Дождь перестал барабанить по щекам, и её тело начала бить мелкая дрожь.       Открыв глаза и осмотревшись, Гермиона не поняла, где именно они находятся, но судя по разожжённому камину и кровати посреди комнаты, они были на территории Драко.       Она повернула голову, встречаясь с его потемневшими глазами, в которых отражался огонь. Прямо как тогда в Выручай-комнате, когда они бежали от смерти.       Гермиона сама подалась вперёд, чтобы возобновить поцелуй. Малфой принялся стаскивать её насквозь промокший пиджак, отбрасывая его на пол. Пальцы не справлялись с маленькими пуговицами, поэтому он сделал одно-единственное движение, отчего полы блузки разошлись в стороны, а пуговицы полетели по полу, теряясь в пушистом ковре и под кроватью.       Она выгнулась навстречу его рукам, которые дотронулись до обнажённого тела. Они пробежались по рёбрам, добрались до спины и плеч и избавили Гермиону от ещё одного мокрого предмета одежды.       Драко подталкивал её назад, а она старалась избавиться от его пиджака, галстука и рубашки. Он начал помогать ей, спотыкаясь о свои же ботинки, которые только что стащил и отшвырнул немного в сторону.       Всё до сих пор казалось сном. Даже тогда, когда Драко усадил её на кровать и прошёлся пальцами по внешней стороне бёдер, вынуждая Гермиону обнять его ногами, а затем он дотянулся до лодыжек, сбросил её туфли на пол и вернулся тем же путём, но на этот раз проникая под юбку.       Она трогала его, не переставая целовать. Губы пульсировали, а кровь стучала в висках. Гермиона очень боялась проснуться.       Её дрожащие пальцы прошлись по шее и плечам, оказались на груди и подобрались к ремню на брюках. Ей так сильно хотелось запомнить каждую деталь его тела, каждый изгиб. Что, если этого больше не повторится?       Гермиона замешкалась, и Драко разорвал поцелуй, всматриваясь в её глаза.       Немой диалог. До тех пор, пока она не расплылась в улыбке, тем самым побудив его на более решительные действия.       Драко помог ей переместиться на кровать, расстёгивая юбку, стаскивая её вниз и замечая мурашки на её ногах.       Следом отправились его брюки, и он встал коленями на постель, любуясь тем, как Гермиона медленно укладывается на спину, не сводя с него глаз.       Едва ощутимые движения подушечками пальцев, отчего она довольно закатила глаза, а потом позволила им закрыться.       — Как я хочу, чтобы это не было сном, — прошептала она, закусывая губы.       Драко опустился ниже, стаскивая бретельки её лифчика вниз, а затем слегка прикусывая давно затвердевший сосок.       — Теперь веришь, что это не сон? — хрипло проговорил он, подбираясь к её уху.       Гермиона кивнула головой, обнимая Драко за спину, впиваясь губами в шею и срывая такой приятный стон с его губ.       Она никогда не думала, что её тело способно на подобное, но оно охотно отзывалось на каждое прикосновение и поцелуй или же тёплое дыхание вместе с касанием обжигающего языка.       Гермиона почувствовала, как его пальцы пробрались под резинку трусиков, и распахнула глаза, замечая, что он внимательно следит за её эмоциями.       Гортанный стон вырвался наружу, как только Драко дотронулся до влажной плоти, сделав несколько движений и надавив на пульсирующий клитор.       Гермиона видела, как он расплылся в улыбке, и подобная реакция заставила её расслабиться.       Он избавил их от белья, вновь опускаясь к её лицу, но перед этим пройдясь языком по животу, впадине между грудью, ключице и подбородку.       Гермиона и сама не заметила, как начала едва заметно двигаться под ним, желая создать для себя хоть какое-то трение.       Возбуждение захлёстывало её, и она уже не могла контролировать рвавшиеся наружу эмоции, но когда член Драко замер у входа, Гермиона и сама окаменела, ожидая продолжения.       Он медленно погрузился в неё, и Драко видел, как она задерживает дыхание и едва ощутимо всхлипывает.       — Тише, — одними губами проговорил он, одаривая её очередным поцелуем.       Правая рука скользнула вниз, возвращаясь на клитор. Ещё один стон, и Драко увереннее толкнулся вперёд, не делая никаких резких движений.       Лишь когда Гермиона яростно притянула его ближе к себе, тем самым меняя угол наклона и проникновения, Драко начал двигаться быстрее, позволяя им слиться воедино.       Её голова металась по простыне, делая её мокрой из-за дождя, под который они попали.       Но она парила, полностью отдаваясь этому моменту. Сколько раз она представляла себе секс с Драко — фантазировала, как именно они будут себя вести и что он будет ей говорить.       Драко не прекращал движений пальцами, продолжая толкаться в неё, позволяя слышать свои стоны и крепче прижимать её к себе.       И когда Гермиона сильнее впилась ногтями ему в спину, выгибаясь и вздрагивая, Драко ещё больше ускорил движения, посасывая кожу на её шее.       Её продолжало потрясывать от накрывшего оргазма, и глаза сияли как застывшие блёстки в воздухе.       Ещё несколько движений, и Драко быстро отстранился, выходя из неё и кончая на живот.       В этот момент он выглядел по-особенному, и Гермиона жадно облизывала губы, не замечая ту боль, которую причиняет себе сама, начиная их покусывать, но Драко был так прекрасен, что она готова была разрыдаться.       Они молча лежали на кровати, восстанавливая дыхание.       Только через несколько минут Гермиона осмелилась пошевелиться, приподнимаясь. Драко сделал то же самое, обеспокоенно осматривая её с ног до головы.       — Я… Мне нужно в душ.       Драко первым поднялся с кровати и подошёл к комоду, доставая оттуда белую футболку и протягивая её Гермионе.       Сейчас ей хотелось прикрыться руками и опустить глаза в пол. Только в этот момент она начала чувствовать стеснение, хотя ещё несколько минут назад она делала ужасно постыдные вещи.       Закрывшись в ванной комнате, Гермиона посмотрела на себя в зеркало и заметила красные щёки, растрёпанные волосы и горящие глаза.       Она не верила, что он был рядом.       Она боялась, что такого больше не повторится, и после этого раза Гермиона потеряет его окончательно.       Приняв душ и промокнув волосы полотенцем, она надела его футболку и осмотрела себя в отражении. Его одежда шла ей — глупо было это отрицать.       Когда Гермиона открыла дверь, Драко сидел на кровати и смотрел на огонь. Она медленно подошла к нему, вставая между его ногами и помещая руки на плечи.       — Нам нужно поговорить, — тихо произнесла она.       — Я знаю, — его руки легли на её бёдра, слегка задирая футболку. — Прости, что прошёл мимо после суда и что вёл себя так отстранённо…       — Почему ты это делал?       — Потому что не хотел создавать тебе проблемы и сейчас не хочу.       — С чего ты решил, что создаёшь их? — она обхватила его лицо ладонями.       — Ты что, не видишь, что творится вокруг?       — Луне и Тео это не помешало.       — Он и не делал того, что сделал я!       — Ты хочешь, чтобы я ушла?       Драко отрицательно покачал головой, притягивая Гермиону ближе и зарываясь носом в её влажные волосы.       — Тогда почему мы не можем всё решить?       — Я боюсь сломать в своей жизни что-то ещё.       — Я не сломаюсь, Драко.       — Ты не можешь быть в этом уверена.       — Как и ты!       — Когда я впервые увидел тебя там, на Башне, я ужасно тебя возненавидел, — усмехнулся он, поглаживая мокрую прядь её волос.       — А разве этого не произошло раньше?       — Я не ненавидел тебя: ты просто меня раздражала, а когда я увидел тебя на Башне, то внутри вскипел такой гнев, потому что ты отобрала что-то моё.       — Мне нравилось с тобой ругаться.       — Что?       — Я убеждала себя в том, что таким образом выплёскиваю негативную энергию.       — А на самом деле?       — А на самом деле мне просто нравилось быть с тобой рядом. Пусть мы даже занимались спорами и оскорблениями. Я привыкла к тебе и каждый день ждала момента, когда наступит отбой.       — Я тоже, — смущённо признался он.       — Ты перестал меня ненавидеть? — она усмехнулась, сильнее обнимая его.       — Я расстраивался, когда приходил первым. Всегда казалось, что ты больше не появишься.       — Почему мы не можем быть вместе сейчас? — осмелилась спросить она.       — Я хочу уберечь тебя.       — А я хочу быть счастлива!       — Ты уверена, что я сделаю тебя счастливой?       — А почему мы не можем это проверить? Почему мы не могли просто поговорить на протяжении всех этих месяцев?       — Я собирался это сделать, но каждый раз, когда оказывался рядом, то…       — Что?       — Думал о том же, о чём и тогда, на Башне.       — И о чём же?       — Каждый день с того момента, когда мы расстались, я сожалел лишь о том, что не поцеловал тебя. Хотя бы один раз.       — Одного раза мне явно будет мало.       Драко не выдержал и притянул её ближе к себе, целуя страстно и глубоко. Они целовались как сумасшедшие, исследуя тела друг друга, отпуская всё стеснение и все сомнения между ними в пустоту и неизвестность.       — Когда я увидела тебя в Выручай-комнате, то едва не бросилась вперёд.       — Ты бросилась, забыла?       — Я не могла это контролировать, и было неважно, что вокруг бушует Адское пламя.       — Ты ненормальная, Грейнджер, — его тёплая улыбка дарила ей покой.       — Всё потому, что я хотела быть с тобой.       — Я тоже хотел.       — И ты спас меня. Опять.       — Всё вышло взаимно.       — Мы попробуем?       — Мы уже это делаем.       Драко обхватил её за талию, разворачивая и бросая на кровать.       Ей хотелось верить, что он больше не отступит.       И позволит их любви распуститься как маленькому ростку после ужасного пожара.