В комплекте

      Солнце молча выслушал Бонни. Постоянно перебирал в пальцах фонарик, нервно качал головой, но молчал, слушая подробности истории друга. Когда тот затих, наступила тишина.       — Значит, ты тоже чувствовал удар током? — спросил негромко рыжик.       — Это срабатывала защитная система, — пояснил гитарист, — этот вирус срабатывает обычно на всех, но, видимо, у Муна в какой-то момент система начала давать сбои, что и привело к тому, что сейчас он тоже подвержен этой штуке.       Санни поджал губы.       — Неужели нет способа вернуть все назад? Я должен-       — Эй, морковка. — вдруг строго сказал Бонни, нахмурившись. — Посмотри на меня. Я тоже пытался провести расследование. Я тоже пытался докопаться до правды, узнать кто это сделал, кто виноват, видишь, к чему это привело? Если нет, то посмотри на мой эндоскелет еще раз. Ты хочешь рядом стоять с таким же успехом? Забудь об этом, ясно? Днем вирус не опасен, а ночью тебя не тронут, если ты не будешь злить тех, кто ему подвержен. Просто не раздражай того, кто управляет ими, и ты будешь в порядке.       — Но, Бонни, я и тебя хочу теперь вернуть! — отчаянно сказал рыжик, прислоняясь к экрану монитора. — Я, я найду способ как тебя вернуться в нормальный вид, п-правда! — его голос дрогнул, а на глазах скопились слезы.       — Нет. Извини, морковка, но я правда не хочу, чтобы ты пострадал. Пожалуйста, ради меня, брось это дело, — вздохнул заяц.       — А как же Монти? Почему он ничего не рассказал? Он ведь знал, что с тобой случилось!       — Монти ни в чем не виноват. Он напал на меня, когда был не в себе, и я ни в чем его не виню. И, морковка, вот еще одна просьба — пожалуйста, не рассказывай про меня никому, договорились? Ты только разворошишь старую рану и насыплешь соли. Мы договорились?       Дневной воспитатель тяжело вздохнул. Он долго колебался, отводя взгляд в сторону, после чего наконец взглянул на «старшего брата».       — Да, лучик, — сказал он грустно.       — Вот и славно. А теперь ступай обратно в Сад. И… Спасибо, что подключил меня к компьютеру. Тут удобнее, правда, — благодарно приулыбнулся заяц. Сани слабо улыбнулся, а затем помахал рукой другу, понуро выходя из отдела Запчастей и обслуживания.       Бонни вздохнул.       Как же ему сейчас не хватало Фредди.

***

      Странности продолжались. Санни продолжал изредка наблюдать за тем, как Луна ходит в темноте Сада, что-то бормоча про ребенка и затем, делая несколько кругов по своей территории, уходил прочь. Он мог лишь тяжело вздыхать. Мун вернется — он всегда возвращался под утро и обессилено валился на зарядный коврик, тут же отключаясь и переходя в режим «сна» до самого тихого часа. Конечно, так было не каждую ночь, подобное было не частым явлением, и в основном подобное никак не повлияло на их взаимоотношения. Но каждый раз, когда Солнце пробивало током, он чувствовал, как по его телу ползут мурашки от мысли, что сейчас Луна где-то там, в пиццаплексе, один наедине со своим вирусом внутри.       Но рыжик пообещал Бонни, что забросит свои поиски. Пообещал, что не будет рисковать. Он правда очень хотел помочь возлюбленному, помочь своим друзьям, но не мог. Бессилие иногда съедает изнутри, да?       Это был самый обычный вечер. Солнце и Луна сидели в закрытом Саду на полу, играя и слушая отдаленный концерт Фредди и его друзей через динамики.       Было около девяти часов вечера, горел свет. Свою работу они уже закончили и, пока прибирались, дневной воспитатель вдруг предложил поиграть в настольную игру, что попалась ему под руку. Это оказалась Монополия — игра, в которой нужно было покупать здания, учиться обращаться с деньгами и выиграть, оставив своих игроков банкротами. Правда, в основном дети из этой игры таскали только деньги, устраивая «монополию» за пределами столов, носясь с бумажными купюрами повсюду. Санни невольно подхватил эту привычку, он сам себя назначил банкиром и, кажется, немного мухлевал, втянувшись в процесс.       — Солнышко, ты играешь нечестно, — предупреждающе покачал головой Мун, держа в руках карточки улиц, которыми он уже владел. Рыжик усмехнулся, гордо поднимая нос вверх.       — Неправда, я самый честный банкир, я чист перед тобой! — пискнул он.       — У тебя из-под пояса торчит пятитысячная купюра. — хмыкнул Луна, наблюдая за тем, как Солнце ойкнул, пихая бумажку так, чтобы ее не было видно. — А еще я вижу под твоей ногой карточку, которой ты явно пока еще не владеешь.       — Фи, какой ты вредный, даже не хочешь поддаться! — театрально заявил он, но карточку все же вернул обратно в банк.       — Ах, это я вредный? — приподнял бровь Луна, а затем приложил руку к груди, трагически охая. — Жулик! Знаешь, что я делаю с детьми, которые играют не по правилам?       — Ну давай, удиви ~, — хмыкнул с вызовой Солнце, чуть склоняя голову в бок.       — Я щекочу их! — Мун тут же исполнил свою «угрозу», напрыгивая на напарника, валя на пол и тут же принимаясь щекотать его бока. Санни взвизгнул со смеху, задрыгавшись всем телом, чтобы освободиться из хватки возлюбленного, но тот был неумолим.       — Не-ет, стой, я сдаюсь, да, я мухлевал! — хохотал голубоглазый, пытаясь схватить Луноликого за руки.       — Пленных не берем! — весело вторили ему в ответ, продолжая щекотать того. Но все же, спустя несколько секунд, Луна остановился, со смехом валясь поверх рыжика и влюбленно зарываясь в его шею носиком. Солнце несколько смущенно хихикнул, пытаясь отдышаться. Он шутливо разворошил белоснежные волосы, фыркнув довольно. Один-один, теперь они оба выглядят растрепано.       — Люблю тебя, Солнышко ~, — мурлыкнул ночной воспитатель, приподнимая голову и ласково соприкасаясь носиками. В ответ ему улыбнулись, а затем, коснувшись щек пальцами, притянули к себе, чтобы слиться в легком поцелуе. Приятный вечер, незамысловатый и не особо шумный.       На фоне играло выступление Фредди. Он что-то пел в Атриуме, сквозь музыку даже можно было услышать шум толпы, которая приветствовала своего любимца. Воспитатели ворковали друг с другом, обнимаясь и целуя друг друга, как вдруг их уши разрезал неприятный визг из динамиков. Они прижмурились, рефлекторно закрывая уши. Спустя пару секунд динамик перестал работать, отключившись. Все стихло.       — Что это было? — спросил немного испуганно Солнце, поднимая голову и поворачивая в сторону выхода из Сада. — Пойдем посмотрим?       — Нам нельзя выходить до полуночи, там люди, — покачал головой Луна.       — И что? Мы же тоже в некоторой степени звезды!       — Нам по общим правилам не разрешается покидать Детский сад во время работы плекса, Солнышко, только если нет экстренным причин.       — Ну а вдруг там что-то экстренное? Фредди только что пел, а потом раз! И все, тишина! — продолжил беспокоиться рыжик. — Ну пожалуйста!       — Ладно, но пообещай, что будешь очень тихим. — вздохнул Мун, вставая и разминаясь. Санни тут же закивал активно головой. — Тогда пойдем.       Они наскоро убрали настольную игру, а затем вышли за ворота. Солнце шел хвостиком по пятам за партнером, стараясь не отставать. Луна поднял взгляд наверх, а после протянул руку к тросу. За пределами Сада, на самом верху, была целая сеть из множества железных веток. С помощью них Луноликий мог попасть практически в любую часть здания по верху, передвигаясь беззвучно. Подхватив дневного воспитателя на руки и сжав крепче, он подпрыгнул, взлетая под самый потолок. Солнышко держался из-за всех сил, прижмурившись, потому что знал, что если они упадут тут, то их никакой мягкий пол не спасет. Тем более, тут потолки были гораздо выше.       Короткими путями, скрываясь в тени множества железных балок, Луна наконец приземлился на один из мостиков, откуда открывался вид на главный вход. Опустив напарника на ноги, ночной воспитатель, подошел к перилам, опираясь о них руками и склоняя голову. Солнце подошел следом, удивленно глядя на то, как огромная, шумная толпа кучками проходит в двери, уходя прочь из плекса.       — Шоу уже закончилось? Так быстро? — удивленно произнес рыжик, рассматривая лица людей. Некоторые выглядели напуганными, некоторые дети плакали, кто-то злился, но общее настроение несложно было уловить — все люди были расстроены.       — Странно, обычно никогда все не уходят так резко и в таком большом количестве, — бормотал лунный воспитатель. Он был озадачен не меньше, чем Солнце. Когда вся толпа спустя полчаса покинула здание, стало резко тихо. Мун скучающе зевнул, взглянув на партнера, который продолжал всматриваться в последних посетителей, что топтались у входа, беседуя с охранниками.       — Солнышко, может, вернемся? Через пару часов закрытие, потом ближе к часам двум-трем ночи пойдем и навестим Фредди, спросим, что случилось, — предложил аниматроник, протягивая руку возлюбленному. Тот наконец оторвал взгляд от происходящего внизу.       — Да, ты, пожалуй, прав, — кивнул голубоглазый, подходя к напарнику и позволяя себя вновь поднять на руки.       Опустившись перед входом в Сад, Солнце грустно взглянул на коридор.       — Как думаешь, с Фредди и остальными все хорошо? — вдруг тоскливо спросил он.       — А почему нет? — недоуменно спросил Луна.       — Ну… Странно все это. Сначала этот свист из динамика, потом люди, которые покидают пиццаплекс так рано… Может, на сцене что-то случилось?..       — В любом случае, мы это обязательно выясним, но позже, хорошо? Мне надо отдохнуть, тебе надо отдохнуть. Пойдем, полежим и зарядимся, — Мун приобнял свое Солнышко за плечи, проходя внутрь Детского сада.       — Хорошо, Мунчик, пойдем отдохнем, — согласно кивал на все Солнце, думая о произошедшем. Он едва ли уловил момент, когда успел подняться вверх по лестнице. Вырвавшись из потока мыслей, он огляделся. Быстро же он добрался! Только вот Луны нигде не было видно, странно, обычно он поднимается гораздо быстрее и к моменту, когда дневной воспитатель стоит на верхней ступеньке лестницы — Мун уже давно лежит на коврике и ожидает его.       — Мун?.. — спросил Солнце в пустоту. Внутри что-то тревожно щелкнуло, и он резко метнулся в сторону балкона. Свет в Детском саду был выключен. — О нет, только не опять… Еще ведь не полночь даже, почему? — взвыл он от отчаяния.       Внизу послышался глухой стук, а затем ругань. Санни вытянул шею, приглядываясь к силуэту Муна внизу. Тот, что-то взяв в руки, вызвал трос, а затем направился в сторону балкончика. Рыжик слегка растерялся, а затем попятился назад, запахивая шторы. Нет, он ведь не может сейчас взять и зайти сюда, верно? Солнышко старался максимально избегать контакта с вирусным Луной, чтобы не нарываться на проблемы. Спустившись с лестницы в каморку через два прыжка, дневной воспитатель прыгнул в гору подушек, хватая одеяло и заворачиваясь в него с головой, «маскируясь» под одну из подушек.       Распахнув занавески, Мун удивленно взглянул на Санни, что, слегка дрожа, свернулся в клубок. Чего это он? Придерживая одной рукой коробку, второй Луна, подойдя к большой «подушке», слегка тронул одеяло.       — Солнышко, все хорошо? Ты чего это? — спросил он немного взволновано. Заболел может?       — А? А, так это т-ты, — Солнце выпутался из одеяла, чуть нервно приулыбнувшись.       — Ну да, я, а что, ты кого-то другого ждал? — поднял бровь Луна.       — А почему ты так задержался внизу? — с подозрением спросил рыжик, сщурившись.       — Я свет выключал. Еще игру взял, мы не доиграли, — Мун продемонстрировал настольную игру, что держал в руках.       — Ох, да… Извини, я… Мне до сих пор иногда немного непривычно, когда ты по темноте спокойно ходишь. Просто иногда ты спокойный, а иногда… — голубоглазый поджал губы. Луноликий тяжело вздохнул. Он понимал причину страха его Солнышка. Жаль, что он никак не мог повлиять на это.       — Все в порядке, Солнышко. Давай лучше не будем об этом, — постарался перевести тему ночной воспитатель, раскладывая игру на полу, — начнем заново, или ты помнишь, что у кого было?       — Конечно помню! — закивал головой уверенно дневной воспитатель, присаживаясь. — У меня во владении были все улицы, хи-хи!       — Опять жульничаешь? — хмыкнул Луна, подыгрывая тому. — Ну я тебе сейчас! — он шутливо взмахнул рукой, перебирая пальцами в воздухе на манер щекотки. Санни трагически упал в подушки, весело хохоча.       — Не-ет, опять щекотка! — прыснул он, словно его уже щекотали.       Луна на это по-доброму усмехнулся.

***

      Половина первого. Солнце проснулся после легкого и беспокойного сна. Он так хорошо уснул, что даже забыл переодеться в пижаму. Сонливо потянувшись, он взглянул на место возле себя. Мун был на месте и спал. Санни облегченно выдохнул. Ну хотя бы сейчас он был на месте. Повернув взгляд в сторону балкона, его лицо озарило недоумение. Свет в Саду горит? Луна же точно выключал его, он сам это видел!       Встав с кровати, дневной воспитатель на цыпочках прокрался на балкон, оглядываясь. Странно, очень странно. С каких пор по ночам включен свет? Не успел Солнце подумать о причинах столь странного явления, как вдруг его пронзило током. Он крупно вздрогнул, хватаясь за грудную клетку. Это… Это было неожиданно.       Как в тумане, его осенило, что это за удар током. Он медленно повернулся назад, дрожащими руками отодвигая занавески. После его напряженное выражение лица сменилось облегчением. Мун продолжал спать, даже не дернувшись. Странно, обычно солнечный просыпался от тока, и Луны уже не было на месте. Что-то изменилось. И этот горящий свет… Быть может, дело в нем? Рыжик точно знал, что когда включался свет, его напарник тут же становился сам собой. Поэтому сейчас он спокойно спит, да? Потому что свет включен? Это проясняло некоторые моменты.       Солнце все еще не понимал, кто включил свет, но радовало одно — сейчас все было хорошо. Пожалуй, стоит почаще оставлять свет в основном помещении Сада, раз он так негативно воздействует на вирус внутри его партнера. Выдохнув спокойно, рыжик собирался было уже вернуться в объятия сна, как вдруг услышал тихие, отдаленные быстрые шаги. Спрятавшись за занавески, он аккуратно выглянул, невидимый для любого, кто сейчас был ниже балкона.       Ребенок.       Санни обомлел. Он никогда не видел, чтобы ребенок находился в плексе после полуночи. Что он здесь забыл? И как оказался здесь? Мальчик лет одиннадцати проскользнул в помещение у горки. У него был пропуск? Откуда? И где его родители?       О нет. Если ребенок в здании, то наверняка его уже ищет некто, управляющий аниматрониками через вирус. Значит, удар током означает, что в здании реальный ребенок? Об этом Бонни не упоминал…       Сколько же детей уже пропало?..       Не желая считать, Солнце помотал головой, вновь оглядываясь на Муна. Спит. Пока он не знает о ребенке и пока светло, по-хорошему, он будет спать и дальше. Рыжик не допустит того, чтобы ребенка поймали. Пусть Бонни и сказал, что это не его дело и попросил не лезть в эту кашу, чтобы не получить, сейчас это было на совести солнечного. Он никогда не видел детей ночью и, раз этот пришел сюда, дневной воспитатель сделает все возможное, чтобы защитить его. Он не позволит пропасть и этому ребенку бесследно.       Мальчик тем временем походил из стороны в сторону, порыскав в забытых посетителями сумках, а затем запрыгнул в горку, скатываясь. Есть. Прямо в самое безопасное место. В Саду при свете правда будет безопаснее, чем где-либо еще. Значит, Солнышко сделает все возможное, чтобы задержать ребенка здесь. Точно! Он с ним поиграет! Заиграет так, что мальчик не захочет уходить и останется тут до утра! Чудесный, прекрасный план. Голубоглазый гордо улыбнулся, а затем, распахнув занавески, выкрикнул «Хо-хо-хо!», ныряя рыбкой в яму с шарами. Вынырнул он совсем рядом с мальчиком, тут же весело подхватывая его на руки.       — Новый друг, привет! Ты сегодня поздновато, у нас пижамная вечеринка? Почему ты один? — улыбался воспитатель, выползая из бассейна с ребенком на руках и разглядывая заодно его поближе. На щеке мальчишки красовался пластырь, волосы были взъерошенные, сам мальчик был одет легковато для ночного пиццаплекса — короткие шорты, майка и сверху синяя рубашка. На ногах красовались потрепанные кеды. Откуда же он такой вылез? Мальчик напугано смотрел на воспитателя.       Поставив ребенка на ноги, Солнце тут же принялся прыгать вокруг него, подтаскивая различные игры — тут была и бумага с карандашами, и кукольный театр, и настольные игры, да все, что душе угодно!       — Мы можем рисовать пальцами, рассказывать истории, или даже поиграть в кукольный театр! — Санни немного нервничал. Совсем чуть-чуть. Он переживал, что ребенок убежит от него, или что-то случится со светом. Он старался отвлекать и себя, и ребенка от подобных мыслей. — Как тебя зовут?       — Г-грегори, — недоверчиво сказал мальчик, покосившись на охранную стойку. Проследив за взглядом ребенка, дневной воспитатель тут же закрыл обзор на нее, усадив Грегори на стульчик и сев напротив.       — Грегори, у тебя замечательное имя! Чем бы ты хотел сейчас заняться? — с улыбкой спросил Солнце, перенимая внимание на себя. Ребенок вновь недоверчиво взглянул на него. Что не так?       — Я хотел бы забрать кое-что и уйти, — буркнул он. Ага, значит, сложный ребенок. Ничего, у солнечного был обширный опыт с детьми подобного типа.       — Ух ты, правда? Я не припоминаю тебя в списке посетителей, как ты мог здесь что-то забыть? — поинтересовался улыбчиво аниматроник. — Или кто-то из твоих младших родственников тут что-то оставил? Мы можем поискать вместе, если хочешь!       — Нет, я справлюсь один, — сказал Грегори, встав из-за стола. Солнце нервно выкрикнул «нет!», рывком усаживая ошарашенного ребенка назад.       Наступила тишина в пару секунд. Санни осознал, насколько странно выглядит, и стыдливо опустил взгляд, подыскивая слова.       — Н-нет, всмысле, зачем куда-то уходить, когда можно побыть здесь? Снаружи ведь опасно, верно? — вкрадчиво сказал Солнышко, глядя в глаза ребенку и неоднозначно намекая на то, что снаружи его могут ожидать одержимые роботы, которых, вероятно, он уже мог повстречать.       Грегори смолк. Откуда этот странный улыбчивый аниматроник знает про этих ненормальных? Он его враг? Или друг и хочет помочь? В этом нужно было разобраться. Может, он потеряет некоторое время, но здесь, кажется, было безопасно. Этот воспитатель хотя бы не бросался на него как те, кто сейчас бродил снаружи. Он ведь просто хотел поиграть с ним, да?       — Ну ладно, давай порисуем, — пожал плечами мальчик, притягивая к себе листок бумаги и карандаши.       — От-тлично! — Солнце был вне себя от счастья. Сработало? Его план и вправду был прекрасен, раз он смог уговорить ребенка остаться! Ох, он был таким ответственным молодцом! Сейчас он уболтает его, Грегори уснет, а там уже и до утра надо будет подождать! Правда, что делать с ребенком после открытия пиццаплекса — вопрос хороший. Солнышко решил, что будет разбираться с этим по ситуации, а пока его единственной задачей было удерживать ребенка в пределах Сада.       Грегори был тихим ребенком. На вопросы о себе он отвечал односложно, рисуя что-то и не показывая. Дневному воспитателю было очень интересно, что же рисует мальчик, но отвлекать его не хотелось. Мальчик вскоре сам показал рисунок — на нем он изобразил себя и… Фредди?       — О, так тебе нравится Фредди? — улыбнулся Солнце, разглядывая с улыбкой рисунок мальчишки. — Хороший выбор, он добрый и замечательный друг!       — Вы с ним знакомы? — спросил удивленно Грегори, тайком косясь за его плечо, на стойку охраны. Там было то, что ему нужно.       — Конечно! Я знаком с каждым аниматроником пиццаплекса! — кивал дневной воспитатель улыбчиво.       — А я думал, что ты сидишь все время здесь и никогда не покидаешь пределы Сада.       Солнце смолк. Ох, да. Все так думают. Потому что никто не знает, что происходит в плексе после закрытия. Но раз ребенок и так ввязался в не самую лучшую передрягу, то с ним можно было поделиться секретиком.       — Ну, днем — да, но ночью я и Мун можем выйти и встретиться со своими друзьями, чтобы поболтать! — кивнул воспитатель.       — Мун?       — Это… Мой напарник, он укладывает детей спать во время дневного сна и реже — заменяет меня, когда я чувствую себя плохо.       — А где он? Что-то я его не вижу. Сейчас же ночь, разве он не должен что-то вроде? Ну, бодрствовать? — с подозрением спросил Грегори. Солнышко тут же замотал руками.       — Нет-нет, сейчас в этом нет нужды! Он отдыхает, так что не стоит его будить.       — Понятно, — мальчик кивнул. Пора, — слушайте, мистер Солнце, я тут подумал — наверное я хочу поиграть в настольную игру. Принесете мне одну? — попросил он. Не почувствовав подвоха, дневной воспитатель кивнул, встав со стульчика.       — Конечно, мой юный друг! Сейчас приду!       Грегори выждал пару секунд, как только аниматроник отошел в сторону и отвернулся от него, а затем рванул в сторону охранной стойки.       — Ты больше любишь красные фишки или зеле-, — голубоглазый оторвал взгляд от игр, что нес в своих руках, и поднял голову вверх. Его зрачки испуганно сузились.       — Т-туда нельзя, эта зона закрыта для посетителей! — воскликнул он, мигом бросая игры и побежав к ребенку. — Грегори, стой!       Поздно. Нажав на кнопку, мальчик добыл пропуск первого уровня. Есть. Свет тут же моргнул, а затем погас. Солнце тут же остановился. Его худшее предположение сбылось. Из-за действий мальчика электричество перемкнуло и оно выключило свет.       Послышался тихий лязг и скрежет, донесшийся со стороны балкона. Грегори прищурился, вглядываясь в темноту Сада, после чего обомлел. На тросе позади дневного воспитателя опустился ночной. Выглядел он жутко — алые узкие зрачки с черными белками, широкая улыбка, по сравнению с ним Чика казалась даже миленькой и безобидной.       Солнечный знал, кто позади него. Он чувствовал его дыхание позади себя. Было страшно, очень страшно. Ему показалось, что он словно опять перенесся в тот самый день, когда впервые столкнулся с глюком напарника. Руки слегка затряслись, но парень сжал их в кулак. Ну уж нет. Он не допустит того, чтобы Мун навредил ребенку. Он сделает все, чтобы его остановить. Солнце повернулся всем телом назад, медленно поднимая свою голову и взгляд вверх.       Он молчал. Молчал и широко улыбался, глядя на беспомощного воспитателя.       — Уже ночь? Почему же меня так поздно выпустили погулять? — хихикал Луна в противной интонации, сделав короткий шажок навстречу Солнышку. Тот не шелохнулся. — Бу! Неужели не боишься?       Поджав губы, дневной воспитатель держался изо всех сил. Давно же он не сталкивался с ним нос к носу. Было чертовски страшно.       Внезапно что-то поменялось. Луноликий вдруг дернулся, зажмурился и схватился за опущенную голову, взвыв. После этого Мун схватил Солнце за плечи, чуть дрожа и резко поднимая взгляд на него. Янтарь. Его глаза были вновь янтарные.       — С-Солнышко… — ему было крайне трудно говорить, он корчился, колени дрожали, руки тоже, но он держался. — П-пожалуйста, помоги мне… Тут так темно, как в кошмаре…       — М-Мунчик? — рыжик почувствовал, как в уголках его глаз появились слезы. Это правда он? Он смог справиться с вирусом? — Что с тобой? Ты меня слышишь?       — Помоги… — вновь повторил он, заглядывая за плечо Солнца. Грегори, собиравшийся быстро слинять, застыл на месте, почувствовав на себя прожигающий взгляд.       — Ребенок. — хватка Луны мгновенно ослабла, глаза вновь почернели, сужаясь и загораясь алым. Не успел.       Ночной воспитатель тут же, оттолкнув резко от себя дневного, отчего тот упал, начал медленно приближаться к застывшему в ужасе ребенку, хихикая и перебирая пальцами в воздухе, чуть сгорбившись. Мгновенно сообразив, Солнце тут же схватил его за ногу, дергая на себя. Не дождется. Мун, не удержавшись, тут же неловко свалился, падая плашмя на мягкий пол.       — Грегори, генераторы! — крикнул солнечный. Мальчик тут же вздрогнул, отходя от сковывающего его страха. — В лабиринтах их пять, хватай фонарик на столе и включай скорее все, это перезагрузит электричество и включит свет!       Грегори кивнул, хватая фонарик и мигом рванув в сторону Детского сада. Сейчас важна была каждая секунда.       Раз этот странный чудик его спас, то, получается, он за хороших?       И он может доверять ему как и Фредди, да?..