Привязанность

      Её сердце колотилось с невероятной силой, готовое выпрыгнуть из груди.

00:20

«Сообщение отправлено»

* * *

7 июня. За два года до этого

      Кабинет небольшого летнего лагеря освещён слабым светом ламп, отчего девушка, пишущая что-то в своём блокноте, щурится. На ней надета светло-голубая футболка с какой-то смешной надписью и джинсовый, летний комбинезон, придающий образу какой-то детской лёгкости. Светло-русые волосы живо курчавятся, спадая кольцами на глаза. На сегодня ей остался всего один клиент, хотя она зовёт их «учениками», в какой-то степени она права. Последний на сегодня — новенькая девочка. Новенькая, значит есть все шансы попытаться применить новую технику обучения.       Девушка накидывают тёмную, фетровую шляпу, откидываясь на спинку стула и тяжело выдыхает. Короткий стук в дверь и в помещение входит невысокая девушка в тинейджерской одежде. Первое, что подмечает про себя репетитор это то, что новенькая значительно старше предыдущих ребят. Второе — девушка, сразу приковывает к себе её внимание.       — Итак, — кудри на светлой голове дёргаются, подлетая и опускаясь пышными пёрышками, — как твоё имя? — нога элегантно перескакивает через соседнюю, делая позу уверенней.       — Мелани, — надломлено, робко звучит её голос. Взгляд мечется из стороны в сторону, цепляясь за любой объект. Выбеленные, голые стены напоминают больничные покои, что вызывает только бо́льшую тревогу. Здесь два стула, расстояние между которыми не более двух метров, у стены стоит столик с цветными карандашами и маленьким, розовым блокнотом. Мелани цепляется за чехол своей гитары, как за спасательный круг.       — Мелани, — из чужих уст собственное имя звучит как-то по-иному, непривычно ласково, что и заставляет обратить внимание на говорящего, — ты когда-нибудь уже играла на гитаре?       В ответ звучит приглушённое «нет». Хорошо, значит придётся найти обходные пути, чтобы пробраться в сердце юной дамы и разговорить её. Пальцы одной руки привычно зажимают уже выученные аккорды, а другой ведут вниз по струнам.

И пропадает в миллионах навек, когда-то Самый дорогой человек, правда Слишком глубокая рана

      Аккорды сменяют друг друга, сливаясь в единую мелодию, голос ладно подстраивается с лёгкой хрипотцой, пародируя оригинальную тональность.

Забывать друг друга пора нам Пропадает в миллионах навек, когда-то Самый дорогой человек, правда Слишком глубокая рана Забывать друг друга пора нам.

      Проведя в последний раз по струнам, сыграв не в попад ре минор, блондинка поднимает взгляд, встречаясь с восторженным блеском глаз.       — Вы так красиво поёте!       — «Ты», попрошу тебя. Я думаю, у нас не такая уж большая разница в возрасте, — улыбка расцветает на её губах, тут же находя отклик в собеседнике. Именно в это мгновение Мелани отчётливо ощутила, как попадает под чужое обаяние, невольно потянуло на откровенности. Этому человеку хотелось раскрыться, показать себя настоящего, не чувствуя при этом осуждения.       — Простите, — запинается, прочищая горло, — но вы…ты не представилась.       — Ах, да. Салли, — приветливо протянутая ладонь, оказывается весьма холодной, что не ускользает от её внимания. — Они всегда такие, — смеётся девушка, снова берясь за инструмент. В голове вдруг всплывает фрагмент из фильма, который Мелони, кажется, сейчас как никогда уместным. «Вот с этого начались все мои проблемы. С этой чёртовой улыбки»

* * *

      Настоящее время

01:25

«Сообщение отправлено»

      Ночь иногда наталкивает нас на импульсивные, порой безумные поступки, о которых, как практика показывает на утро мы жалеем, терзая себя угрызениями совести.       Может быть стоит избежать последнего?       Взгляд упирается в экран телефона, на котором всё ещё открыт знакомый чат с непрочитанным сообщением.       Может быть, это намёк, что ещё не время?       Её собеседник заходил в сеть несколько часов назад и вряд ли соизволит, в такое позднее время зайти снова. А утром, уже всё может измениться и собранная по крупицам смелость, вложенная в письмо, может разлететься в клочья, разбиться и больно ранить своими осколками. Пальцы виртуозно скользят по экрану, останавливаясь у кнопки «удалить сообщение».       — Видимо и правда не время, — касание к экрану и тёмный текст исчезает, оставляя всё, как прежде.       «Ничего и не было. Тебе всё равно не стоило об этом знать» — проносится в мыслях, сопровождаясь стёкшей по щеке каплей, трогательно опавшей на простынь.

05:10

Доброе утро! Я видела ты ночью что-то писала, а сейчас сообщение отсутствует. Ты удалила его?

07:30 Доброе. Нет, я просто сходила с ума. Писала всякую чушь, ничего важного)

07:32

Ага, хорошо. Но если что, то я всегда здесь.

      От этих слов тоскливо тянет под ложечкой, и Мелани с глухим стоном падает на подушку, зарываясь носом, планируя грызть себя всю оставшуюся жизнь за собственную нерешительность.

Февраль. За год до сообщения

      Нервно вымерея шагами комнату, Салли в чёрт знает какой раз осматривала комнату на предмет «неправильности». Всё должно быть на высшем уровне. Это её комната, её убежище и она желает, чтобы это произвело максимально хорошее впечатление. Стук в дверь всё такой же робкий, едва слышный, хотя Салли не раз говорила о том, что может не услышать её. Благо музыкальный, обострённый слух всегда цеплялся за малейшие звуки.       — Здравствуй, — чуть не задохнувшись от переполняющих эмоций, произносит хозяйка. В дверях стоит всё та же миловидная, хрупкая девушка, ни чуть не изменившаяся с тех самых пор, когда они впервые встретились в белоснежном кабинете. На секунду Салли забывает какого это — дышать.       — Ты не могла бы… — руки опасно балансируют коробками с пиццей, наровящих съехать на пол. Блондинка спохватывается, подлетая ближе.       — Да, прости. Давай помогу, — забирая некоторую часть плоских коробок, девушка исчезает за углом коридора.       Они удобно располагаются на тёплому полу, покрытым множеством одеял, подушек и даже одного пледа, в который, смеясь, укутались девушки. Идея о совместном просмотре фильма была охотно принята и одобрена с обеих сторон.       Этот вечер они по сей день вспоминают с теплотой и нежностью, но было и то, что они условились никогда и не при каких обстоятельствах не вспоминать.       Разморённые и уставшие они единогласно улеглись на небольшое пространство, ограждённое диванными, массивными подушками. В таком положении они были как равные. Глаза напротив находились на том же уровне, отблёскивая экранным свет.       — Ты такая красивая, — шёпотом произносит Мелани, обхватывая руками небольшую подушку, прижимая к груди. Благодарность, кажется сейчас совсем неуместной, поэтому девушка отвечает первое, что приходит на ум:       — Не красивее тебя, это уж точно, — и мягко улыбается, по-сестрински оглаживая большим пальцем порозовевшую щеку. Дрогнувшие ресницы взметаются вверх, открывая карий взор, потянутый дымкой. Мгновение — и они обе подаются вперёд, замирая в нескольких дюймах от чужого лица. Дыхание на губах опьяняет, давая сбой всем предохранителям. Салли усилием воли прочищает горло, лихорадочно шепча: «нам стоит остановиться». Отстранится уже воли не хватает, но опустить подобородок на чужое плечо, крепко обнимая, кажется, наилучшим вариантом.

Июнь. Спустя полгода после сообщения

      Ещё находясь в магазине, заприметив мелко стекающие капли по стеклу, Салли подумала остаться и переждать дождь. Но, он показался для неё довольно безопасным, поэтому она смело двинулся на уличный рынок, варьируя вдоль прилавков. Так продолжалось ровно две минуты. Затем погода, видимо, поссорившись со всей Вселенной выдала разрезающую, ставшее холодным небо, молнию. Открыв весь последующий парад состоящий из ливня, молния аккопонимируя, придавала грозности и мрачности.       Люди скрывались в зданиях, забегали под навесы, прятались в машинах и только Салли бежала вдоль улицы, накрывшись небольшой сумочкой, чтобы особо крупные капли не попадали в голову.       Перед глазами мелькает знакомый подъезд, двери которого сейчас были удачно открыты. Лестничные пролёты оказываются позади и вся взмокшая и продрогшая Салли, стучится в металлическую дверь квартиры. Тишину разрывает щелчок, а затем скрип открывшейся двери. Удивлённая Мелани впускает девушку к себе, запираясь.       — У меня дохрена вопросов, не знаю с какого начать, — складывая руки на груди, парирует Мелани.       — Если ты сможешь мне выдать п-полотенце, то я отвечу на все т-твои вопросы, — стоя у входа, девушка тряслась от холода. Дрожащими руками забирая врученую одежду, блондинка скрылась за дверью ванной.

* * *

      — И в-вот я здесь, — счастливо улыбаясь, изредка подрагивая, девушка удерживает в руках тёплую кружку с чаем, отправляя в рот свежую сушку, облитую сгущённым молоком.       — Весело… хорошо, что ты недалеко отсюда была, так бы пришлось Бог знает где пережидать дождь, а потом ещё до дома добираться, — Мелани откидывается на спинку кровати, ненавязчиво наблюдая за подругой. Сейчас она представлялась совсем другой, будто бы весь внешний облик, пафосно выстроенной оболочки исчез. Осталось только нагая чистота, искренность и…робость? Ей ведь не почудилось?       — Ты не против я заберусь под одеяло? — неуклюже сдвинувшись в сторону, Салли приподняла край одеяла, справляясь с чересчур длинными рукавами. Хлопковый, свежий костюм благородно врученный подругой был немного великоват.       Дождь за окном даже не планировал прекращаться, погода бесновала, явно разругавшись со всей Вселенной и, очевидно, бастуя. В комнате царила спокойная тишина, изредка прерываемая звуками раскалывающегося пополам неба.       — Не спишь? — Лёжа вальтом, каждая из них могла занимать удобную позу, не мешая другой.       — Нет, — прикрыв ладонью рот, сдерживая сонный зевок. — На улице так шумит, что сам дъявол бы не заснул, — Мелани восседая поверх одеяла, наклоняется в сторону девушки.       — Что? — улыбается та.       — Ничего, — ластится ближе Мелани.       — Тогда чего ты такая загадочная? — их лица так близко, что можно рассмотреть бронзовый отлив в глазах Мелани. Дыхание на мгновение учащается, когда чужая рука перекрывает путь к отступлению. Плутовски ухмыляясь, Мелани ведёт ладонью вверх по телу девушки, задерживаясь на ключицах.       — Я собираюсь тебя поцеловать.       Дыхание смешивается, прерывистое, звучащие в унисон. Мелани замедляется, останавливаясь у самых губ, маняще приоткрытых. Ладонь на затылке вынуждает сократить оставшееся расстояние. Салли зарывается пятёрней в длинные волосы, распуская их из плена ленточной резинки. Притягивает настойчиво, когда их губы встречаются в поцелуе. Рот девушки влажен, по-девичьи нежен, что сводит с ума Мелани.       — Ты даже не представляешь, как давно я хотела это сделать, — пылко шепчет Мелони, прикасаясь ко лбу своим, загнанно дыша.       — Ты даже не представляешь, как давно я хотела, чтобы ты это сделала, — улыбаясь, не уступает ей подруга.       Но подруга ли теперь? Думаю, что после произошедшего им обязательно стоит обсудить всё. Но не сейчас, когда они так увлечены, изучая новую близость.       Мелани ещё помнит своё сообщение, и сейчас она готова пересказать его вслух, не сожалея ни о чём.