Тварный град

      Весь вечер воскресенья до поздноты муж проторчал у отца с братом, по крайней мере, так написал Полине. А когда завалился домой и занял свою сторону кровати, от него прилично несло алкоголем. Полина плотнее укуталась одеялом и вспомнила, что последний раз видела Юру подвыпившим на свадьбе, а прямо чтобы пьяным — в день знакомства. Допытываться, зачем он накидался, и тем более ругаться смысла не имело. Если это случилось из-за отлупа Полины — то Юрец поступил глупо. Если по другим причинам — то он бы всё равно не объяснился.       Юра ушёл на работу, пока Полина спала — он не стал будить её, даже лёгкого поцелуя не оставил — Полина привыкла чувствовать его прикосновения, пусть и через сон. Злился Юра на вчерашнее, или чувствовал позавчерашнее, Полине оставалось лишь гадать. Тем паче, что сегодня ей опять снилась муторная чертовщина, а когда утро спасло от кошмара, напоминанием о муже остались свежие сырники на плите и нарубленный фруктовый салат. «Вернётся, поговорим, — подумала Полина, подчерпывая ложкой медовую заправку с корицей. — Наверное, стоит извиниться. Я вчера вела себя, как сука. Но и взрослому мужику быть настолько впечатлительным — странно. То есть, змеям есть мышей нельзя. А ему бить людям морды в зале вот — нормально!» В середине дня написал Феликс. KotNaKawasaki: Прелесть, ты сегодня на работе? Master_piper: на выходном. KotNaKawasaki: о, так я везунчик? Составишь компанию, хотел бы прошвырнуться в Виипури?       Полина однажды была в Виипури, и ей там очень понравилось. Настоящая западная готика, к которой она тяготела, огромная крепость на острове и чудесный скальный парк под сложно выговаривемым названием, переводившимся как «Моя отрада». Баернские кряжистые домики, чудесные веранды с плющом и петуниями, многовековая мостовая. Круглая башня, сравнимаемая с толстой женщиной, и настоящие ладьи северных завоевателей на причале.       А неподалёку, на побережье, в леске — аутентичная древняя островерхая кирха, горделиво выпрямленная на фоне закатного моря. Это Юра её возил... Master_piper: извини, сегодня не получится, дела.       Полина соврала, сама не зная, зачем. Ей бы хотелось поехать в Виипури, но всё происходящее между ней, Юрой и Феликсом смущало и кричало о том, что совершается нечто преступное.       Преступное в плане верности. С другой стороны — если подумать здраво — было ли ей что терять? Семья известного дирижёра и музыканта Андрея Дурова не бедствовала и без всяких Альбрандтов. Да и фамилию можно оставить. Это на худой конец. Полина никогда не видела себя птичкой в золотой клетке, хоть и мечтала порой, когда рыдала по Максу, о сильном парне рядом. Сильном, любящем и отсутствующем. С таким приходилось самой быть сильной. А если так, то можно быть сильной и отдельно. Самостоятельно. KotNaKawasaki прислал ответ: ничего страшного, прокачусь один! Удачи в делах, прелесть! — Удача тут понадобится, — вздохнула Полина и, уныло ткнув чайник, потёрла лоб. Сон никак не забывался, и чёрт бы побрал их вчерашнюю перепалку с мужем в магазине! Это она нагнала нервяк, сто процентов.       Полине приснилось, как чёрный кот с белыми лапками нёс в зубах огромную серую крысу. Нёс Полине. Доносил, клал у ног и говорил голосом Феликса: — Это твоя добыча, прелесть. — Моя? — изумлялась та, брезгуя поднять трупик. — Испокон веков вы, как и мы, охотитесь на них. — Чиво? — Но будь осторожна, берегись чумы, трубадур.       При этом предостережении Феликса мёртвая крыса одномоментно разложилась до скелета, облепленного белыми личинками и кишащего блохами, правая глазница её уставилась на Полину пустым Юриным взглядом.       Полина проснулась, задыхаясь, с открытым ртом. Во сне она кричала от страха, а наяву глухо сипела до боли в связках. Не чума напугала её, а то, что этой убитой крысой, возможно был Юра. Мерзость! Какая мерзость!       Ничего не хотелось после такого сна, кроме, как собрать рюкзак и уехать к родителям. Но это означало бы полное жизненное фиаско. — Ну нет. Крысы, коты, собаки! Дурдом какой-то, я тоже с катушек еду, — бормотала Полина, пока пила чай. — Но я разберусь. Я докопаюсь до правды! Юра, Юра. Кто ты на самом деле? ...«Они дрались всю ночь за превосходство, — вспомнились на беду рассказы Феликса. — К утру некоторые были обнаружены распятыми на прутьях с содранной живьём кожей». ...«Убили. Содрали кожу, — поднесла память другой кусок жути, пострашнее любого Хэллоуина. — Представь, каково было целовать его в гробу». — Твою мать. — Полина представила, как возмутился бы её ругани папа, но лексикон соответствовал ситуации. — Враньё это или правда? Не может же быть, чтобы...       В Виипури в ту поездку с мужем они набрели на одно кафе, где, помимо прочего можно было купить деревянный медальон и, написав пожелание, повесить на местное дерево счастья. Юра сказал тогда, что его мечта сбылась и стоит рядом с ним, а Полина купила деревяшку и загадала: «Чтобы тайное стало явным».       Загаданное имеет свойство сбываться, если верить. Вот только сбывается как-то... страшно.       С тяжёлым сердцем Полина собралась и поехала, но не на вокзал, а в спортклуб. Отзанималась у Дины, ничем не напомнившей о недавнем визите в их дом, а при выходе из раздевалки напоролась на Милану. — О! — обрадовалась та и подскочила с обнимашками. — Ты-то мне и нужна! — Что случилось? — Полина выпалила на взводе. — Да ничего, я соскучилась! У тебя когда следующие выходные? — Ам, четверг, пятница, — собралась Полина, вспомнив заодно, что Мила — очень экспрессивная собачка. — Давай прокатимся по городу? У меня как раз в четверг лёгкий день! — Давай! — Предложение было Полине в радость. Можно же разболтать Милану на ещё какие-нибудь оборотнические истории! — Я так рада, уи-и-и! — Та запрыгала вокруг подруги и успокоилась только при виде Дины, притащившей дыхательную маску для тренировок. — Я жду тебя в сайкл-студии. — У-у-у, — заныла Милана. — Мучает меня! Вот гляди, позовёт любимый замуж, пойду не глядя! И наведу ей шороху! — Ох, сто раз подумай, — дала совет Полина, отправляясь домой.       Чтобы умастить Юру, она запекла свиной окорок в травах. Ничего сложного при наличии мультиварки! Всего-то фольга и специи. К вечеру по дому поплыл божественный аромат, к которому Полина добавила оттенок жареной картошки. Муж должен был вернуться с часу на час, и она успела немного прибрать комнаты. — Как бы там ни было, я хорошая жена, — сказала она себе в зеркале прежде, чем брызнуть на него стеклоочистителя.       Телефон маякнул сообщением. Полина подцепила его и увидела весточку от Юры. Юрий Альбрандт: любимая, прости, но я сегодня не дома. Срочная командировка.       Полина косо глянула на мультиварку и сковороду. Набрала мужу, и в этот раз он ответил. — И... И что? И надолго? — Пока не знаю. — Юрец явно подбирал слова. — Я... Возможно, буду заезжать. На ночёвки. Полка, не злись. Слышишь? И не кляни меня. Я и сам не рад. — Юр, да куда тебя отправляют-то? Это твой отец? Мне ему позвонить? — Не стоит! — одёрнул муж. — Он занят тем же. — А Борис? — И... Борис. — Гера с Эриком тоже?!       Ответом было затяжное молчание. — Юр?!       Полина не имела понятия, как узнать от него больше. Погладила стол. — Юр, у... тебя хотя бы всё хорошо? Тяжкий вздох. — Я бы сказал, под контролем. Пока что. И это уже неплохо, но сколько продлится — сказать не могу. Придётся потерпеть. Сдержать натиск. — Да что у вас там творится, а?! — не выдержала Полина, в душе понимая, что опять заводит мелодию, которую никто не собирается слушать. — Зомби-апокалипсис, — хмыкнул Юрец. — Натуральный. Не переживай. Никогда не было, и вот опять. Полянка, я тебя люблю. Ты просто не забывай об этом, а остальное у нас как-нибудь образуется. — Когда мы увидимся? — потребовала ясности Полина. — Ты обещал сводить меня на репетицию Красных парусов! — Сказал же, не знаю. Надеюсь, скоро. Отдыхай. Сходи сама, там красиво. Тебе понравится.       С этим напутствием он завершил разговор и отрубил мобильник.