Астрал

      Минерва даже не притронулась к своей чашке. Скрестив руки в замок перед собой, она внимательно разглядывала двух министерских работников по совместительству своих бывших учеников. Ох, сколько бед на свою голову она приняла из-за этих двоих, и это если считать только их перепалки. Вечные перепалки. С самого первого курса. Именно она тогда потревожила двух мальчиков, которые вот-вот могли сцепиться языками. А ведь просто не подружились. Зато потом, на протяжении всех семи курсов, докучали друг другу и пытались подпортить жизнь. Один это не скрывал, а другой думал, что только защищается. И когда жизнь решила повернуть не туда? Сначала они спасли шкуры друг друга, причём не один раз. Потом молча отсидели восьмой курс, не обращая внимания на личность «врага», а теперь сидят тут в роли напарников и почти не собачатся. А если и возникают споры, то более, если можно так выразиться... дружеские? Не для того, чтобы обидеть, а просто для поддержания товарища в тонусе. Только вот сейчас им похоже не до смеха. Словили одну волну, переглянулись и готовы к атаке. Мда, если кто из них был девушкой, женщина точно не удержалась бы от комментария: «муж и жена — одна сатана». А так оставалось нервно ждать вердикт, надеясь, что либо любимая мисс Грейнджер всё же докопалась до сути дела, и теперь им не придётся ломать голову, либо узнала не так много, чтобы не получилось дать пару лет срока в Азкабане всему преподавательскому составу и нескольким невыразимцам. — Ну, так, что вам известно? — Для начала хочу спросить у вас, не кажется ли вам странным, что такой огромный магический замок смогли привести в порядок меньше, чем за год? Хотя в основном такому роду реликвий, (по другому я Хогвартс с его многовековой историей не назову), требуется не менее десяти лет для восстановления, как физической стороны, так и магической вместе с артефакторикой. А также многим, многим другим. Колдомедик, которая всё это время не отрываясь от кружки, старалась смотреть куда угодно, но не на парней, резко поперхнулась, случайно облив себя чаем. Директор как всегда и бровью не повела. Лёгким взмахом палочки высушив фартук мадам Помфри, она снова обратилась к следователю. — На что вы намекаете, мистер Малфой? Над реставрацией работали как и выделенные министерством работники, так и множество, одарённых хочу заметить, добровольцев. Слаженной работой у нас и получилось привести в порядок лишь маленькую часть замка. Мы до сих пор восстанавливаем некоторые части башен и подземелья. — Вполне логичное объяснение… было, если бы не одно но. Где все существа из запретного леса? Или за эти годы ни одна популяция не восстановилась? Перепады температур. Защитный купол Хогвартса должен нормализировать погодные условия, но он восстановлен, а погодные условия колеблются в зависимости от участка. Сейчас вроде, ну, максимум октябрь. В Хогсмиде всё в порядке, зато по дороге я успел увидеть заледеневшие растения и вспотеть к дракклам, словно на улице градусов 30. Зато через ещё пару десятков метров похолодало так, словно уже -30. Так что если я заболею, пеняй на себя Поттер.       А аврор в это время только и успевал запоминать, что он прошляпил. Всё же слишком изнежился за год от этих новых наработок. И сделал пометку во время расследований не накладывать никаких заклинаний на свою одёжку. Ну, максимум защитные оставить можно, а то похоже в скором времени гадюка отомстит за эти перепады температур и выпустит свои клыки, чтобы прыснуть ядом прямо в лицо. Малфой отхлебнул чаю и снова продолжил. — И это только то, что заметил я. Про магнитные аномалии вообще молчу. Хогвартс сам является одной большой аномалией, но даже для него это слишком. А теперь перейдём к фактам касающееся именно вас, директор, и к сожалению, мадам Помфри. — В его глазах она конечно не пала, он и похуже скрывал, но парень попытался придать как можно больше сожаления глазам. Как там говорят, глаза зеркало души? Ну вот пусть и обманываются, каются и что там ещё делают грешники. — Где все призраки, где Пивз? почему на большинстве картин никого нет? Почему территория и замок словно умирает? А из записей мисс Грейнджер я вообще предположу, что знатная половина оранжереи вымерла, а другая наоборот уже ломает крышу и плодоносит, что есть мочи. Однако... вызов невыразимцев так и не зарегистрирован. Решили справиться сами? Я боюсь представить, что происходит с детьми! У некоторых даже магическое ядро ещё не окрепло, а на него уже оказывается подобное давление! Многоуважаемые дамы, пожалуйста, без лишних проблем, ни для вас, ни для нас, расскажите, что тут происходит? А мы попытаемся помочь. Нам же главное Грейнджер найти, а там уже найдём кого в подмогу позвать. Обещаем, вам ничего не будет. — последнюю фразу он значительно выделил — Мистер Малфой. — угрожающе начала Макгонагалл, но её тут же остановил Поттер. — Хорёчья морда, это не тот случай. — не менее строго проговорил Гарри, стараясь пресечь назревающее недопонимание. — Извините профессор, просто кое-кто всех под одну гребёнку… Ну ладно, при этом всём Малфой рассказал много интересного. Поэтому прошу, выкладывайте всё, что есть. Скорее всего Гермиона не смогла стоять в стороне и хотела предложить свою помощь, но в ту ночь что-то произошло и она подорвалась не пойми куда. Либо додумалась до чего-то, либо не нам гадать. — и уже шёпотом под конец, чисто для следователя, аврор пригрозил. — я видел, ты стащил то письмо из дома Рона. Чтоб после этого всего, мне показал. Директор проигнорировав парней, устало потёрла переносицу, в надежде что этот кошмар закончится. Но всё же рассказать придётся. — Мы начали замечать изменения ещё в начале лета. Как я уже упомянула, мы до сих пор восстанавливаем замок. Всё лето мы были здесь, подготавливаясь к новому учебному году. После Волан-де-морта — от этого имени Драко неприятно поморщился — произошёл резкий скачок рождаемости волшебников и вскоре восстановленной местности не хватило бы. Первое, что нас стало смущать — это необычные магические выбросы у уже взрослых волшебников. Все из нас не могли полностью контролировать силу заклинаний. Потом мы начали это ощущать и на физическом плане. В некоторых развалинах магия давит всей мощью так, что там невозможно находится. Мы обратились за помощью. К нам отправили четырёх невыразимцев, однако начали работать только двое. У одного ребёнок заболел, другой получил случайно бревном по затылку от Флитвика и отправился в Мунго. По итогу, те двое, кто остался, пропали после разведки у запретного леса, но к тому моменту уже ближе чем на пару километров никого не было. Поэтому вызов не зафиксирован. — Погодите! — опять резко вмешался Драко. — То есть у вас пропало двое высококвалифицированных людей, а вы всё равно пустили детей в школу?! — На данный момент всё под контролем. Они пропали в запретном лесу, а ход туда строго запрещён. — Троих остолопов с Гриффиндора это хоть раз останавливало? — выпалил блондин и сразу же сжал губы в тонкую полоску. Он чуть не потерял контроль. Это не дело. Он не раз сталкивался с бедами касающееся детей, но это... слишком выбивало из колеи. На своём опыте он не сталкивался с аномалиями такого уровня. Чернокнижники — да. но Хогвартс. Даже неприятные воспоминания последних курсов не могут до конца стереть из памяти детский восторг насчёт замка, как из сказки. Их поместье не сравнится с былым Хогвартсом. Даже то, как они ощущались, совершенно разное. Мэнор Малфоев хоть и был местом воспитания Драко, и был его домом, но атмосфера не ощущалась так величественно и уютно, как Хогвартс. Мэнор — родное место, единственные загадки которого — страшные проклятия от предков в закрытых секторах дома, а Хогвартс. Величественный Хогвартс всегда таил в себе множество загадок, которые навевали не ужас, а восторг. Желание узнавать его ещё больше и больше, и так до бесконечности, потому что на это не хватит даже пары тысяч лет. Школа давно стала отдельным существом, которое живёт своей собственной жизнью. И ему тоже пора. Оставить несбывшееся мечты насчёт гильдии зельеваров или палаты лордов и продолжить заниматься тем. что у него лучше всего получается. Молча выполнять свою работу и искать потерявшихся людей, раз другие так не могут. Ведь они не смогли найти его отца… Поттер, заметив отрешённость Малфоя, решил по быстрому перетянуть одеяло в сторону себя, пока хорьку не стало хуже. Взгляд в никуда после такого разговора — точный признак внутренней борьбы. И не удивительно. Как бы сильно Поттер не любил Хогвартс и преподавателей, поступили они очень глупо, открыв замок на этот год до решения проблемы. Тема детей самая щепетильная в их работе... и не всегда легко взять себя в руки. Гарри перевёл дыхание. Решив поговорить об этом позже отдельно с директором, аврор принялся расспрашивать дальше. — Хорошо… так, насчёт детей мы решим позже. Я уверен после невыразимцев были и другие странности. Рассказывайте дальше. — Дальше на происходящее стала жаловаться профессор Стебель. Весь её урожай погиб… — Макгонагалл снова потёрла переносицу. От этого всего её начинают жутко мучать мигрени. — Потом с подобными жалобами стал обращаться Хагрид, а дальше и профессор Граббли-Дёрг сказала, что ей нечего показать детям на практике. Некоторые убежали, а те, что находились взаперти, к сожалению, недалеко ушли от урожая. Призраки целый год носа не высовывали из подземелий после битвы за Хогвартс. И вот, за пару лет наконец-то пришли в норму, всё было хорошо, но примерно в то же время, как прибыли невыразимцы, некоторые начали себя странно вести. В итоге к тому времени, как погиб весь урожай, наши любимые обитатели постоянно перешёптывались и старались с волшебниками не контактировать. Даже Пивз затих. Мы старались выяснить, что происходит, но все в ужасе возвращались в подземелья. Потом такую же тенденцию подхватили картины. В одну из ночей у нас с профессором Флитвиком был патруль. Уже тогда некоторые картины просто… погасли. Из них не ушли, картины остались пустыми холстами, даже без фона. Большинство картин, после искоренения некромантов стали рисовать зачарованными красками. Именно они и потухли. А остальные, написанные где-то до 13 века, когда некроманты ещё были в почёте, стали ещё ярче. Мадам Помфри давно устало облокотилась на спинку кресла, понимая в какой… мути они находятся. Сама директор подошла к окну. И как только они это допустили... Вдалеке уже виднелись пожелтевшие деревья, солнце почти зашло, а ученики возвращались по своим гостинным. Но вокруг была абсолютная тишина. — Признаюсь, мы пытались придумать другую причину происходящему, но мне кажется иного варианта не остаётся… Малфой, не поднимая головы, прошептал вполголоса, нехотя признаваясь всем окружающим — Некромант.

***

Все молча уставились на Драко, чья укладка была безвозвратно утеряна. Каждый понимал ужас данной ситуации. Они только избавились от Волан-де-морта, который только решил стать некромантом, хотя это невозможно. А тут… настоящий некромант

***

— Зато теперь стало понятно почему вы не обращаетесь больше в министерство. — первым нарушил тишину Поттер. — ведь если это кто-то из учеников... — Не дай Мерлин! — воскликнула Мадам Помфри. — Хоть и прошли те времена, когда их сжигали, сейчас некромантам будет не слаще. А если это ребёнок, есть вероятность, что он это не контролирует. Да и живут они недолго... — Жили они недолго, как раз из-за инквизиций и жажды власти — откликнулся Малфой. В детстве, когда маленький Драко хотел послушать страшные истории, мама приносила из их библиотеки какой-нибудь старый фолиант, в котором были описаны в мельчайших подробностях истории про ужасных некромантов. Вот теперь и пригодится ему любовь к разным легендам и балладам. — Профессоров новых не появлялось? — Мистер Поттер, нет конечно. Имея уже опыт, мы бы сначала подумали на них, но состав не менялся. Святой Годрик, хорошо, что почти все выжили ещё в те злополучные пять лет назад. Но... Мерлин. — Бриндлмор! Как мы про неё забыли, она так помогала нам восстанавливать Хогвартс, а потом сразу назначили её на освободившееся место учителя Зоти. Не могла на неё подумать, хотя есть в ней некотор… — Извините конечно, но это только предположения. Больше никто не приходил на новую должность? И прошу вас, не подавайте теперь виду, что подозреваете её. Забудьте наш разговор. — Аврор встал с мягкого кресла и прошёлся немного по кабинету. Мда, ноги он себе отсидел. Осталось составить план действий. И детей из подозреваемых исключать нельзя. — Хорошо. Если только, как её... Бондимор, Брандор, Бралимндор? — Бриндлмор, придурок — бросил Малфой, подходя к напарнику. — Ладно, хорёк, Бриндлмор. Если из новых только она, тогда у меня остаётся один единственный вопрос. Где можно узнать данные, включая дату рождения, детей? — Парень инстинктивно потрогал волосы. Немного отрасли, нужно будет состричь.. но всё после. — Данные хранятся в министерстве, они регулируют всю информацию об юных волшебниках. — Директор, сделав пару взмахов палочкой, стала убирать сервиз. Похоже гости закругляются и собираются скоро уходить. А ведь и вправду. Получив ответ на вопрос, те стали потихоньку ретироваться к двери. Почему не к камину? Хотя возможно решили снова осмотреть замок. Если бы это был кто другой, Минерва конечно же сразу остановила болванов и тонким намёком указала на камин, однако. Какой бы бесстрастной она не была.. к выпуску 98, а в какой-то степени и 99, она прикипела. Поэтому бросила лишь напоследок, задувая свечи: — Вы же опишите весь наш разговор в отчёте, да мистер Поттер? В окне уже виднелась луна, чьи лучи немного пробивались сквозь стёкла. Последняя свеча задута, в кабинете полумрак. И в этом призрачном свете блестели неестественно зелёные глаза, смотрящие в самую душу. Стало ещё прохладнее, Малфой уже открывал дверь, впуская сквозняк, а Гарри тихо сказал: — То, что было в кабинете, там и остаётся. Не так ли профессор? Только обратился он не к женщине перед ним, а чуть выше… К старцу в похожих очках половинках и странной ухмылкой на спящем лице.