С днём перерождения

Страх на мгновение пропал вместе со всеми остальными эмоциями и чувствами, коих было слишком много. Мозг во спасение решил оградить её. Она тупо таращилась на парня в белом, следя за его глазами, бесстыдно опустившимися вниз. Только сейчас она решила осмотреть себя. Короткая юбка в клетку, белая рубашка с короткими рукавами. Она явно шла в магазин не в этом. Он переодел её и сейчас… пялится на трусы! Она мигом опустила колени на пол и резко подалась назад, ударяясь затылком о стену. По голове расплылась боль слишком сильная для такого удара. Она приложила ладонь к рыжим волосам и нащупала небольшой сгусток наполовину влажный, частично засохший. - Прости, больно? Пришлось тебя ударить, когда ты очнулась первый раз. Я не был готов. Он навис над ней. Сердце забилось чаще. Кажется, этот парень – псих. - У тебя красивое тело. Надеюсь, ты позволишь мне себя переодевать. «А если нет, то ты меня вырубишь, и всё равно переоденешь», - нервно произнёс внутренний голос. Волосы по всему телу встали дыбом. Лицо она не контролировала, позволив ужасу во всей красе отразиться на нём. Заламывая пальцы, она спросила: - Зачем… Он всё так же стоял над ней, но теперь его лицо приобрело более властные оттенки, глаза словно опустели, а губы вытянулись в противной ухмылке. - Ты очень милая. Когда эту фразу говорят знакомые или хотя бы просто в других обстоятельствах, она звучит безобидно. Но вот сейчас это звучало как проклятье, как то, от чего хочется отмыться, убежать подальше. - Ты так мило училась играть на гитаре, так улыбалась, так мило потягивала сок из трубочки. Он выпрямился, отошёл, лицо стало обычным, улыбка - дружелюбной, создался образ благородного аристократа. Орп нервно хихикнула. Теперь, когда она видела его таким, страха не ощущалось. Всё это очень паршиво.