С днём перерождения

На этот раз он пришёл, когда она ещё спала, улёгся рядом, прижался всем телом. Она проснулась, не испытав ни малейшего намёка на страх. Это из-за того, что её разум ещё не пришёл в себя? Но он был таким тёплым и прекрасным. Из какого королевства этот принц? Разве справедливо всё, что с ним сейчас происходит? Да, он сторонник отжившего режима, но лишь потому, что это его единственная опора, и он вцепился в неё изо всех сил. Он одинок, иначе бы не прятался тут, не выглядел бы таким ранимым, и не желал бы помочь такой же несчастной и одинокой девочке. Он открыл глаза, оказавшиеся прямо напротив её, провёл рукой от её лба до шеи. - Я никогда не разделял людей по национальному признаку, но еудские девушки прекраснее всех, кого я встречал до этого. А ты совершенно особенная. Я смотрю в твои глаза и схожу с ума. Я, наверное, могу даже открыть тебе своё сердце полностью, поведать все свои тайны. Но тайна строительства моего нового бизнеса останется тебе неизвестна, ведь она не только моя. Он улыбнулся и ткнул пальцем в кончик её носа, переводя всё сказанное в шутку. Но потом, снова посерьёзнев, добавил: - Удивительно, как становится плевать на новый мировой порядок, когда в этих стенах находится другой, мой личный мир. Прости, я порой причиняю тебе боль и неудобства. Я просто боюсь, что ты тоже исчезнешь. Я отведу тебя в душ. Сердце пропустило удар. Он заметил, что от неё воняет, - это, конечно, неприятно, но она выйдет за пределы комнаты, а это уже шаг вперёд! Туалет то был у неё в комнате, в странной нише без двери. Словно эта комната изначально строилась для содержания пленников. Он взял её за руку и повёл из комнаты. Она сосредоточилась, готовясь рассматривать обстановку, но ванная оказалась за ближайшей дверью. Они были в небольшом пространстве вдвоём. Он глубоко дышал, глядя на неё, а она ждала, когда он уйдёт. - Знаешь, во все времена существовали люди, которые выделялись необычными для других мыслями и чувствами. Такие люди иначе воспринимали мир и всё, что в нём происходило. Мы с тобой такие же. И чтобы посредственные людишки не уничтожили наше уникальное «я», нам нужно держаться вместе. Он поцеловал её в лоб, словно волнующийся родитель, и вышел из ванной. «Он всегда так странно изъясняется. Интересно, так со всеми или только со мной?» Немного поразмыслив, Орп разделась и забралась в ванну. На маленькой полочке стоял одинокий шампунь в баночке в виде перевёрнутой пирамиды.