Жене снова 16

День, когда в лагерь приезжают родственники с гостинцами для детей становится покруче Нового года. Возможно, Женя могла себе позволить даже уехать на выходные, как делали многие, но этого ей почему-то не хотелось. Впервые за долгое время не хотелось возвращаться в шикарную, но пустую квартиру, отвечать на рабочие звонки и уж тем более ехать на работу. Появись она в Москве - обязательно поехала бы на работу. Да и некоторые здешние люди сейчас для нее были куда интереснее исковых заявлений и судов. Поэтому Женя просто попросила приехать верную подругу Настю с нужными ей вещами. – Так, всё как ты просила, новые журналы, крема, – деловито раскладывая на лавочке вещи из сумки говорила Скопцова, – сигареты, – прошептала хихикнув, не доставая блок из сумки. – Спасибо, солнце, но надеюсь, они мне не понадобятся. – Да ладно? Курить бросаешь? – брови подруги поползли вверх от удивления. – Ага, – откинувшись на спинку лавки выдохнула девушка. – Ахуеть, – почти воскликнула Настя, покосившись на проходящих мимо чьих-то родителей и улыбнулась, – извините. Медведева, я тебя не узнаю, чтобы ты, да еще и сама захотела бросить, с твоим-то образом жизни... Неужто, симпатичные вожатые оказывают на тебя ТАКОЕ влияние? – выделив слово Скопцова довольно улыбнулась. – Ну, симпатичных тут не так много, но интересные экземпляры есть, – улыбнулась Медведева, – Наська, как я все-таки рада тебя видеть. – И я рада, Женечка, – приобняв подругу сказала Настя, – должна заметить, этот лагерь благотворно на тебя влияет, что меня очень радует. Кстати, причину перемен к лучшему я сегодня увижу? – Это какую же? – А у тебя их много? Куча маленьких Этерь Георгиев... ных? – запнулась Скопцова. – Насть... Ну если увидишь, то увидишь, но специально показывать я не буду, – сложила руки на груди Медведева. – И вообще она тут ни при чем, – слукавила девушка и решила перевести тему, – так что ты там еще привезла? – Сучка, весь кайф обламываешь. В общем, тут еще шоколадки, вся мелкая ерунда, а еще как ты просила ‐ бутылка вина и то шлюшечье платье. И для чего же тебе такой джентельменский набор, Медведева? – широко улыбнулась девушка. – Тут на днях дискотека будет, хочу покрасивее одеться, – обыденно ответила Медведева. – В шлюшечье плачье? – Блять, оно не шлюшечье, оно просто... немножко коротковато. – Ну да, а бутылка вина потому что тебе тут пить нечего? – Насть... – Медведева не договорила, потому что увидела идущую по территории в их сторону "причину перемен к лучшему". – Тебе повезло, Скопцова, – сквозь зубы прыснула Медведева. – Еще раз здравствуйте, Этери Георгиевна, – громче сказала девушка. — Еще раз привет, Женя, – улыбнулась Тутберидзе и обратила внимание на сидящую рядом девушку, – у тебя гости? – Да, познакомьтесь, это Настя, моя двоюродная сестра, – ни секунды ни помедлив ответила Медведева, – Настя, это наша вожатая, Этери Георгиевна. – Очень приятно, – пытаясь не заржать оглядела вожатую Скопцова, выражая подобие улыбки Чеширского кота, за что получила незаметный тычок от Жени. – Взаимно, – ответно улыбнулась Этери, – ну не буду вам мешать, красотки, – Этери пошла дальше и обернулась, – Жень, не опаздывай на обед! – Хорошо, буду вовремя, – ответила девушка. – Теперь я понимаю, для чего тебе такое платье и вино, – шепнула подруга, также смотря в след вожатой. – Заткнись, Настя, просто заткнись. – Строит она тебя нормально так, властная конфетка. – Бла бла бла бла, я не хочу ничего слышать, Настя! – закрыв уши руками пропела Медведева – Медведева, юность юностью, но совсем в детство не впадай. Не забывай, что тебе тридцатник и в сексе с женщиной нет ничего страшного. – Настя, мы просто общаемся, ПРОСТО БЛЯТЬ ОБЩАЕМСЯ! – Хорошо, Жень, только ПРОСТО ОБЩАЙСЯ в этом платье поаккуратнее, – встав со скамьи улыбнулась подруга, – но дамочка она и вправду знойная, и судя по тому как она на тебя смотрела – знойная она не только внешне. – Так, всё, ты поехала? – устав от неприличной болтовни Женя пропустила мимо ушей монолог Насти. – Да, я смотрю тут у тебя и без меня дел полно, поэтому давай, медвед, удачи, – легонько чмокнув подругу ответила Скопцова. – Ну пока, коза! – обняв подругу в ответ хмыкнула Медведева. Девушка проводила подругу до ворот и по дороге в корпус задумалась. И как она на меня смотрела? Это не Скопцова, а Озабоченцова какая-то, видит подтексты там, где их нет. Хотя... Если вспомнить, как Этери смотрела на меня в бассейне, то впечатление я произвела правильное, что не может мне не льстить. А как мне это льстит, сука, кто бы только знал! Девушка ухмыльнулась своим мыслям и чуть не получила дверью по лицу при входе в здание. Естественно, угрозой оказалась высокая блондинка. – Вы в очередной раз хотели меня убить, Этери Георгиевна? – Ну прости еще раз, Жень, – виновато улыбнулась вожатая, – слушай, по-моему это судьба. – Судьба мне попасть в больницу и чтобы вы там за мной ухаживали или что? – Судьба, что мы тут с тобой встретились. Короче, у меня тут есть срочное и важное дело, которое я могу доверить только тебе. – Вы поняли это за неделю? – усмехнулась девушка. – Что поняла? – опешила Этери. – Что мне можно доверить важное и срочное дело. – Хороших и ответственных людей видно сразу, уж поверь мне, Медведева, – устало улыбнулась Этери. – Реально, Жень, я уже зашиваюсь просто, мне нужен помощник. – Да без проблем, Этери Георгиевна. Что делать-то надо? – Погнали, сейчас покажу! – судя по всему, Тутберидзе даже хотела запрыгать от счастья, но осеклась, – давай только ты сумку сначала ко мне закинешь и пойдем. *** – А почему вы этим должны заниматься? – Медведева перебирала бумаги, которые дала ей Этери, – вы же не делопроизводитель, чтобы все эти бумажки отпечатывать. – Нет, но так или иначе, за вас я отвечаю по всей строгости закона, в том числе и на бумаге, которую нужно заполнить, распечатать и подписать. Бюрократия, – пожала плечами вожатая, – к тому же мне просто сказали "сделай" и всё. – Да уж, суров закон, но закон, — поджав губы выдохнула девушка, помечая для себя, что не оставит это просто так, – а как же Глей... Глауз... Гелнеза... Мюнхгаузен короче почему вам не помогает? Этери искренне рассмеялась, тем самым вызвав в Жене ответную глупую улыбку. – Если ты про Даниила Марковича, то он отъехал в город по делам. – Какой деловой, все куда-то отъезжает. Он водителем случайно не калымит? – Жень, – Тутберидзе с укором посмотрела на Женю, но тут же прыснула, – он к маме ездит, а она старенькая, ей уход нужен. Вот они с девушкой по очереди и ездят к ней. Сегодня его очередь. – Поняла, молчу. Родители это святое, – Медведева мысленно отвесила себе подзатыльник, но тут же подметив другой факт. У него есть девушка! Так-тааак, это уже интересно. Значит, скорее всего у них с Этери ничего нет. Если, конечно, не брать в расчёт изменяющих мудаков, коих я видела и немало. Но будем надеяться, что человек он получше, чем кажется внешне. Да и Этери не похожа на ту, что стала бы любовницей несвободного мужика... – А расскажи мне о своих родителях, раз уж речь зашла, – Этери вырвала девушку из размышлений, – кем работают, чем занимаются? – Мама мультипликацией занимается, рисует в общем... А с отцом я давно не общаюсь, не знаю, чем он сейчас занимается. Во всяком случае раньше он был художником, – Медведева не стала выдумывать фактов о родителях и просто сказала правду. – Вау, ничего себе! – восхитилась Тутберидзе, – неспроста ты такая талантливая девушка. – Да ладно, – эта женщина единственный человек, кто мог парой фраз смутить прожженую Медведеву, – лучше расскажите, чем же ваши родители занимаются? Тутберидзе опустила взгляд в пол. – Папа литейщиком на заводе работал, мама инженером, – закусив губу, Этери подняла взгляд на Женю, глаза поблескивали, – папы 10 лет назад не стало, а мамы 5. – Простите... – Жене было жутко неудобно, самой того не подозревая, надавить Тутберидзе на больное, – я не должна была... – Да не извиняйся, Жень, все нормально, ты же не знала, – блондинка спрятала взгляд и зашмыгала, – просто до сих пор поверить не могу... Женя не стала сдерживать душевный порыв, молниеносно встала с места, села рядом с Этери и не встретив сопротивления прижала ее к себе. – Они живы, пока жива память о них, – положив руку на голову вожатой и чуть поглаживая тихонько сказала девушка, на что Тутберидзе закивала. – Просто за что... Если бы ты знала, как мне не хватает мамы, – чуть дыша прошептала блондинка, крепче хватаясь за Женю. – Знаю... знаю... – убаюкивающе ответила девушка, продолжая гладить Этери по голове, – Что бы не случилось надо искать смысл, Этери Георгиевна. Или наделять происходящее смыслом... Один мудрый человек сказал, что если человек понимает зачем, то сможет вынести любое испытание. Пока дыхание блондинки постепенно выравнивалось, Женя осознавала, что прямо сейчас для нее открылась новая грань Этери Георгиевны. Вот так резко, неожиданно. Та сторона, которую не каждому показывают. Ту, что прячут под броней высокой, статной и внешне даже прохладной красотки, за которой скрывается обычная, земная, ранимая девушка, чье горячее рваное дыхание на шее Жени сейчас заставляет сердце выполнять мертвую петлю. Наконец, спустя несколько минут, Этери чуть отстранилась от Медведевой. – Спасибо тебе, Женька, – расстояние между ними все еще было небольшим, и брюнетка смогла увидеть в глазах вожатой благодарность и легкий блеск прошедших слез, – не знаю, что на меня нашло, обычно я более сдержана. Даже неудобно как-то, взвалила на тебя свои переживания. – Никто об этом не узнает, кроме нас с вами, обещаю, – уверила блондинку Медведева, – а значит, ничего вы не взвалили. Я вам сейчас принесу воды, косметичку и мы продолжим возиться с бумажками, идет? – заботливо спросила девушка, дабы не зацикливаться на больной теме. Тутберидзе кивнула и улыбнулась. – Какая ты мудрая девочка... не по годам. – Возраст – просто цифра, Этери Георгиевна, – обернувшись в дверном проеме ответила девушка и вышла из кабинета. Сегодня курить я точно не брошу...