Кенсингтонская волшебница

***

В то утро, когда он решил, что как прежде жизнь продолжаться больше не может, Лондон словно ленился вылезать из-под влажного туманного одеяла,а открывающаяся обзору за окном мокрая аллея горела золотом и янтарем, отражая пылающую кленовую листву. В конце концов, даже сценарии одних и тех же театральных пьес и телешоу постоянно обновляют в угоду времени и обстоятельствам, что уж говорить о таком непредсказуемом и необъяснимом явлении, как жизнь, перемены в которой зачастую зависят не только от воли человека, но и от того, что встречается на пути! До этого судьбоносного дня, каждое будничное утро, осенью и весной перед учебой Драко Люциус Малфой начинал кофе на балкончике своей маленькой квартиры в Кенсингтонском районе Лондона. Время замедлялось в угоду юноше и измерялось в эти утренние обряды не в минутах и часах, а в маленьких чашках черного горячего напитка. Горький кофе без молока с маленьким количеством сахара, свежесть туманного утра, а также запах и бодрый шелест свежей газеты «Times» настраивали молодого лондонца на предстоящий день. С кофе, утренним туманом и газетой он прожил осень и весну первого года своего студенчества. Но в его вторую самостоятельную студенческую осень нежданно и непрошенно ворвался новый ритуал. Впервые он появился в начале сентября, когда клены еще не успели пожелтеть и радовали глаз зеленью. От влажной асфальтовой дорожки поднимался туман, и низкое солнце прорезало его тонкими лучами. И в свете этих лучей Драко Малфой впервые увидел ее. Незнакомку с рыжим щенком. Впервые девушка появилась в скромном сером платье в клетку с длинным рукавом. Сейчас же, когда в полную силу вошел октябрь, красавица приходила каждое утро в медовом пальто и темно-вишневой шляпе. Ее лицо он впервые четко увидел на вторую неделю безмолвного знакомства. У девушки оказались любопытные и живые карие глаза, прелестный носик, тонкие губки, слегка отдающие упрямством и выдающие твердый характер, а щечки украшал легкий, почти незаметный румянец. В один из неярких солнечных дней таинственная незнакомка что-то читала, присев на скамейку, пока непоседливый питомец изучал окрестности. Юноша изо всех сил пытался рассмотреть обложку, однако коварные утренние тени помешали ему осуществить задуманное. В ненастное дождливое утро, в прошлую среду, он впервые увидел ее под сочно-розовым зонтиком, который смело разбил унылую осеннюю картину. А в прошлую субботу, он заметил, как красавица с кем-то говорила по телефону и смеялась. Голос у девушки был высокий, речь плавной, а смех звучал как перелив колокольчиков, и невероятно преображал ее тоненькое личико. Казалось бы, какое дело ему, Драко Малфою, студенту второго курса факультета финансов, будущему наследнику крупной компании отца, до простой, безымянной девушки с собачкой? Уровень жизни и социального положения позволял ему крутиться в обществе, в котором было немало холеных красоток в бриллиантах, которые словно сошли с обложек модных журналов. И было бы лукавством заявить, что Драко Малфою, который привык получать от жизни лучшее, они совсем не нравились. Среди них были далеко не только пустые модницы, многие девушки были выпускницами престижных учебных заведений, читали серьезную литературу и регулярно ходили в театр. Однако всех этих принцесс он воспринимал как должное, ухоженные красавицы стали для юноши рутиной и чем-то обычным и привычным, а их идеальность казалась неестественной, и даже временами отдающей мертвечиной. А незнакомая простая девушка выглядела сказочно красивой без тонны косметики, укладки и шмоток из дорогих бутиков. Была в ней какая-то магия и загадка, которую юноше все сильнее с каждым днем хотелось разгадать. Единственной подсказкой для него было ощущение чего-то невыразимо родного в милом образе его кенсингтонской волшебницы. Драко во что бы то ни стало хотелось раскрыть то неуловимое, что таилось в весело вьющихся волосах, тонких подвижных бровях и карих глазах, даже в ухоженном рыжем песике. Так вот, одним ненастным октябрьским утром Драко Малфой решил, что больше так продолжаться не может, тайна должна быть разгадана, а ответы на вопросы – найдены. Кроме того, к желанию узнать ближе загадочную незнакомку примешивался страх, что завтра будет уже поздно, он больше никогда не встретит девушку с рыжим щенком. Она исчезнет, как сон, и оставит лишь горечь потери. Вслед за решением последовали действия. Ибо помимо уверенности в достойности получения лучшего, юный мистер Малфой обладал фамильной деятельной натурой и способностью достигать любых своих целей. И на следующее утро, он изменил своим привычкам. Юноша встал значительно раньше обычного, наскоро выпил черный кофе, не смакуя по привычке каждую каплю. Большое внимание он уделил своему внешнему виду. Драко знал, что его внешность способна околдовать с первого взгляда любую, однако он не хотел обратной ситуации, чтобы простая девушка смутилась и чувствовала себя скованной рядом с ним. Именно поэтому он не без сожаления снял и спрятал в ящик прикроватной тумбочки любимые швейцарские часы, без которых никогда не выходил из дома. Эти часы были больше чем аксессуар. Они являлись невербальным сигналом его принадлежности к высшим кругам общества. Но Драко хотелось в данный момент лишиться всех опознавательных сигналов и казаться абсолютно простым, ничего из себя не изображающим человеком. Кенсингтонский скверик был окутан туманом, в котором даже окружающих домов нельзя было различить. Драко никак не мог преодолеть трепета: ведь так часто в разных хоррор-фильмах использовался сюжетный ход когда герой попадал в параллельный мир именно через завесу тумана! А кроме того, его тревожило томительное ожидание и страх, что все пойдет не так, как он планировал. Не так, как он представлял себе прошлым вечером. Вдалеке, сквозь белую пелену, замерцал веселым огоньком рыжий хвостик. Подчиняясь внезапному толчку смущения, Драко, как нахулиганивший школьник, выскочил на мокрый газон и спрятался за ближайший клен. "Надеюсь, она не решит, что я маньяк", – подумал он, с сарказмом, надеясь таким образом унять нарастающее волнение, однако это не помогало, и с приближающимся стуком четырех веселых лапок об асфальт, сердце под стильным серым пальто и обтягивающим черным свитером билось все сильнее. А когда по дорожке отчетливо застучали каблуки осенних женских сапожек, ему показалось, что еще немного и его покинет сознание. Никогда он так не волновался прежде при знакомстве с девушкой! Давно у сдержанного и на вид всегда несколько отстраненного Малфоя так не холодели ладони. Стук каблучков прекратился. Драко осторожно выглянул из укрытия. Из его рта вырвалось облачко теплого пара и он испуганно спохватился, что будет замечен. Однако незнакомка в медовом пальто была занята ошейником своего любимца. Она присела рядом с собачкой и, видимо пыталась отстегнуть поводок, что по какой-то непонятной причине у нее не получалось. Рыжий щенок даже пританцовывал от нетерпения, словно поторапливая хозяйку. Подойти? Предложить помощь? Но Драко ни разу в жизни не взаимодействовал с собаками и не разбирался их поведении! Чем он мог помочь? А если этот лохматый, на вид воспитанный принц тяпнул бы его, испугавшись за безопасность своей владелицы? Вот был бы позор... Драко задумчиво переступил, и вдруг случайно попавшая под подошву его ботинка ветка необычно громко хрустнула. Девушка ничего не заметила и не услышала, однако щенок тотчас оглянулся на нарушителя утренней тишины. В непонятной самому себе панике, Драко прижался спиной к стволу, словно надеясь слиться с шершавой влажной корой. Однако, судя по звукам, песик заинтересовался шумом и потянул свою хозяйку к источнику хруста. Давно Драко Малфой не чувствовал себя так неловко. Зря он все это затеял вместо того, чтобы мирно провести обычное неторопливое утро с чашкой кофе и газетой! Мало ли в самом деле на свете милых девушек с рыжими собачками! Наверняка среди них есть те, которых не нужно было выслеживать! Шелест шагов по траве и опавшей листве неизбежно приближались. Затем юноша услышал фырканье и сопение: щенок принюхивался к запаху незнакомца. – Вульфрик, кто там? – услышал юноша уже совсем близко, и наконец рыжее чудо на красном поводке с золотистыми заклепками бросилось в его ноги и принялось пофыркивая обнюхивать его штанины. Стоило Малфою поднять взгляд от бесцеремонного веселого песика, как его серые глаза столкнулись с карими выразительными очами той самой таинственной незнакомки. Сердце словно ухнуло в пропасть. Как при прыжке с парашютом. Он помнил это чувство. Он прыгал... – Так вот, кто у нас тут прячется!– непосредственно рассмеялась девушка, оглядывая Драко и одновременно разбивая томительную неловкость. –Я вовсе не прятался, мисс, – тут же с достоинством возразил Драко – Мне... нужно было почистить ботинок от земли. Для пущей достоверности, он наклонился над правым ботинком, покрытым прозрачными бусинками росы, и снова неловко замер, осознав внезапно, что вытирать ему обувь нечем. Он мысленно выругался, судорожно соображая, как выйти из глупого положения. Внезапно над его головой звякнула серебряная девичья усмешка: – Смею предположить, что вам нужны влажные салфетки? Я могу поделиться И, не дожидаясь ответа, девушка полезла в холщовую сумочку, вынула из нее яркую пластиковую упаковку с нелепым узором, а из нее – салфетку и протянула ее Драко с почти детской наивностью, не переставая солнечно и приветливо улыбаться. Драко неловко повозил салфеткой по черному носку ботинка, старательно размазав круглые прозрачные капельки и стирая невидимую грязь, снова выпрямился и глянул на свою незнакомку. Она была именно такой, как он себе представлял, элегантная, лучезарная, улыбчивая... Милая леди распространяла вокруг себя не аромат дорогих духов, а уют, и рядом с ней будто бы становилось удивительно тепло даже посреди насквозь сырого сквера и промозглого тумана. Драко учтиво и коротко кивнул ей: – Спасибо. – А вы бы не могли мне помочь? – слегка смущенно спросила девушка – У меня заклинила застежка на поводке у Вульфрика и я никак не могу отпустить его побегать… Подходящий случай для помощи сам приплыл в руки юноше. Однако осторожный Драко счел нужным аккуратно поинтересоваться: – Он не укусит? – Что вы! – засмеялась красавица – Разве вы не видите, как ему понравились? Хвостиком виляет, хочет чтобы вы погладили… Действительно, словно подтверждая слова своей хозяйки, общительный щенок встал на задние лапки, упершись передними в правую ногу Малфоя и заглядывал в лицо юноши нетерпеливо и доверчиво. – Я просто совсем не разбираюсь в собаках, – словно оправдываясь пробормотал Драко. – Мне кажется, все знают, что когда собака виляет хвостом, она настроена дружелюбно... – заметила девушка Драко попытался вспомнить, слышал ли он об этом когда-нибудь и не смог. Неловко... Он глянул еще раз на Вульфрика, и похожий на пушистого плюшевого мишку песик показался ему совершенно не опасным. Старая застежка, соединяющая поводок и ошейник правда слегка заклинила и требовала лишь незначительного применения силы. Мгновение – и шустрый щенок радостно бросился наматывать круги по газону, весело повизгивая и распугивая недовольных мокрых голубей, разыскивающих себе завтрак: – Спасибо, – улыбнулась красавица и протянула изящную и ухоженную ручку – Гермиона Грейнджер. Спустя пять минут они уже гуляли вместе по аллее, разговаривая и называя друг друга на «ты», а рыжий Вульфрик радостно носился вокруг них. Неловкость растворилась и душу Малфоя довольно быстро заполнило ощущение, что они с очаровательной Гермионой, элегантной студенткой литературного института знакомы были всю жизнь. Стоило Драко один раз нарушить привычный порядок действий, как в его жизни началась новая эпоха: время Гермионы Грейнджер, осенней феи, кенсингтонской волшебницы в медовом пальто. Сначала они каждое утро гуляли в скверике в его районе, потом стали выбираться в другие парки, затем начали встречаться после учебы и, наконец, отправились вместе в театр. После той самой потрясающей новой постановки «Короля Лира» Малфой понял, что уже не представляет жизни без Гермионы, и испытал необъяснимое недоумение, отвлекаясь от сцены и поглядывая на пушистые локоны спутницы. Недоумение, которое вызывал внутренний невыразимый вопрос, как он раньше жил без нее. Драко необъяснимо нравилось в Гермионе абсолютно все: цвет волос, разрез глаз, запах кожи и одежды, тонюсенькое золотое кольцо на среднем пальце правой руки, грамотная плавная речь без эвфемизмов и вульгарных словечек, ее озорной, но удивительно воспитанный беспородный песик Вульфрик, которого девушка, как оказалось, взяла из приюта: – От него отказались хозяева, потому что он нечистокровный, – объясняла Гермиона с болью в голосе – Мне никогда не понять этих людей. Ну неужели для того, чтобы собака заслужила любовь у нее обязательно должна быть чистая кровь? И Драко был абсолютно согласен со своей волшебницей, которая при их встречах так околдовывала время, что даже получасовая прогулка ощущалась как прожитая вместе жизнь, полная приключений и совместных открытий. Разумеется, красавица не была идеальной. Например, однажды между ними разгорелся маленький спор из-за оценок. Гермиона с досадой рассказала про внутреннюю проектную конференцию факультета, на которой она получила за свою работу среднюю оценку: – Так обидно! – сокрушалась девушка – И где я не доработала? Никто ничего не объяснил... – Гермиона, вещь – оценка неточная, – по-философски заметил Драко – Куда важнее знания, которые в итоге остались. Да и оценки часто субъективны, так как их дает человек, а не робот. – Ну нет. Была бы работа достойная, ей бы точно поставили высший балл, – упрямо возразила Гермиона, махнув рукой. Да, она была упрямой, слегка честолюбивой, да и к тому же педантичной отличницей, не терпящей того, что не идеально и тяжело переживающей неудачи. Но поразмыслив, Драко решил, что даже эти почти неуловимые черточки характера Гермионы ему очень нравятся. Потому что они делают ее живой.

***

Однажды в ноябре,уже уходя в университет, предвкушающий новый день Драко получил от Гермионы сообщение :"Я простудилась". Ощущение, что вечерняя прогулка по Лондону отменяется, заставило юношу загрустить. Теплые волны печали омывали его сознание и во время дороги к университету, и на лекциях, и на семинарах. Время от времени он даже злился на самого себя: ведь он грустил в первую очередь о себе, что он не сможет, провести время с девушкой, которая ему сильно нравилась. Неужели каждый человек по своей природе правда эгоист, как говорил отец? Почему так было трудно думать о Гермионе, которая наверное лежит в постели и глотает таблетки, а может, страдает от высокой температуры одна в своей квартире? В конце учебного дня выяснилось, что вся группа собирается вечером в клуб и намерена потащить его с собой. Блейз, Тео, Дафна, Маркус, Пенси, Грегори, Полли, Анна... Все собиралась отрываться в эту пятницу, веселиться до самого утра и бороться с унылыми буднями и убивающей какую-либо мотивацию на работу и учебу погодой. Обещали не какой-то завалящий притон на окраине столицы, а элитное заведение в центре, куда простым смертным не попасть... Такое предложение стоило обдумать! Драко не был заядлым тусовщиком, но поначалу перспектива повеселиться компании равных себе порадовала его. Он даже прикинул, что может надеть в клуб, какой коктейль в первую очередь закажет, а потом скользнув глазами по одногруппницам немного задержал голодный взгляд на Паркинсон. Пенси, перехватив этот едва ощутимый взгляд, видимо желая напомнить Драко тот самый киносеанс и тот самый случай в туалете антикафе, приблизилась и слегка прижалась к его сильному телу, обволакивая товарища по учебе невидимым облаком своего запаха, состоящего из шлейфа от дорогих духов и нежного, еле ощутимого аромата чистого тела. Она явно все еще тешила себя надеждой, что случающаяся время от времени физическая близость без обязательств наконец перерастет в отношения… В ней был свой шарм, ее полноватое податливое тело приятно загоралось от прикосновений сильных рук, а губки, стоило влить в них несколько дурманящих, пахнущих спиртом и фруктами глотков, начинали невероятно вольно и смело дарить ласку... Всякое между ними было. Отдельные воспоминания вызывали приятную сладкую дрожь в теле Малфоя . Однако почему-то на этот раз Драко не захотелось вкусить румяного яблочка, которое само просилось в его руку. – Хэй, Малфой, – Блейз щелкнул пальцами перед его глазами – Так ты идешь? – Нет, – неожиданно произнес Драко и спокойно, даже слегка отстраненно, улыбнулся – Повеселитесь без меня. – Ну не-е-ет... – протянула Пенси и отпрянула, обиженно надув губки. Дафна и Полли почти одновременно подозрительно прищурились. Брови Блейза Забини изумленно взлетели вверх: – Ты не заболел ли? – шутливо поинтересовался длинноногий брюнет Тео и даже приложил ладонь ко лбу товарища. –Я – нет, а вот мой друг... – пробормотал Драко, отклоняясь от руки однокурсника. – Так что ты будешь там мотаться с больным? Пусть о нем родственники позаботится… – резонно заметил Блейз. В какой-то момент Драко показалось, что друзья-тусовщики правы. Как Гермиона воспримет вторжение в свое личное пространство? А если он заразится от нее накануне важного итогового теста? Тем более, на улице свирепствовал ноябрь, дождь лил третий день, холод был такой, что пальцы без перчаток отваливались. Все это не располагало к приключениям. Но мысль о том, что он будет веселиться, пока его кенсингтонская волшебница страдает, гнала его как можно дальше от шумных беспечных приятелей и приятельниц. Пусть даже в холод и дождь. Не так страшно, он жил в Лондоне с детства, давно пора было привыкнуть к сырости... Извинившись еще раз, накинув пальто и подхватив сумку с ноутом, он вышел на крыльцо, набрал заветный номер и услышав нежное «алло», произнесенное родным голоском любимой спросил: – Можно ли к тебе заехать? После получения утвердительного ответа Малфой, не тратя даром время, заказал такси и направился в ближайшую кондитерскую: – Что желаете? – явно кокетничая, обратилась к нему опрятная смуглая девушка в чистом белом передничке и шапочке Драко растерянно обвел глазами залитый светом ламп чистый прилавок, на котором были разложены всевозможные пирожные. Разноцветные сладости оставляли ощущение праздника, на который Малфоя никто не пригласил и лишь позволил посмотреть. Он не ел сладкого. Не любил. Но говорят, сладкое поднимает настроение... Спустя полчаса он уже стоял у двери квартиры Гермионы с прозрачной коробочкой круглых тарталеток с легким кремом, украшенных черникой и малиной. Вульфрик первый услышал его звонок в дверь и залился лаем, но не грозным, а радостным, словно угадав, кто пришел навестить хозяйку. И вот она снова рядом. Домашняя и еще незнакомая в таком виде – в пестром теплом свитере, спортивных брюках и шерстяных носочках, со слегка покрасневшим от насморка кончиком носа, с растрепанными кудряшками, которые при свете кухонной лампы были похожи на солнечные лучики... Имбирный чай. Самый раз в ноябрьский холод и при простуде. И снова разговоры. О сказках, о собаках, о фильмах, об учебе… А тарталетки оказались вполне приятными и не очень сладкими. Малфой и не заметил, что во время разговора съел две штучки. – Я напишу про нас книгу, – сказала Гермиона, наблюдая за тем, как Драко натягивает пальто, собираясь домой. Она выглядела значительно лучше и веселее. – В ней мы будем творить чудеса, – продолжая прошептала она, не отрывая от Малфоя благодарного взгляда. – Ты думаешь чудеса бывают только в сказках? – спросил Драко, обнимая ее на прощание. Непослушная рука скользнула под свитер под пижамную маечку, скользя по изгибу талии. Вниз. – Думаю что нет, – шепнула в ответ Гермиона – Ты сегодня сотворил для меня настоящее маленькое чудо, маленький праздник. Спасибо тебе. Ты настоящий волшебник... Последняя фраза заставила Малфоя вспомнить их хэллоуновский поход в кино на хоррор-фильм. Он тогда надел старомодный пиджак с высоким воротом, изображая вампира, а она пришла в огромной остроконечной колдовской шляпе и ожерелье из сушеных грибов. Неужели рядом с ней, маленькой осенней чародейкой, он постепенно сам из наследника династии, студента финансового факультета стал превращаться в жителя мира фантазий и снов? Он был не против пустить в свою размеренную, обеспеченную и стабильную жизнь неподдающуюся логическим объяснениям стихийную осеннюю сказку. Губы его растрепанной кенсингтонской волшебницы пахли малиной, которой были украшены купленные им тарталетки. Целуя Гермиону, он был счастлив не только от пронзительной трогательной близости, но и от того, что он нашел в себе силы преодолеть предрассудки и эгоизм и порадовать того, кто дорог. И снова время словно замерло... Погруженный в сладкие размышления, он, как сквозь вату, услышал ее удивленный шепот: – Кажется, температура упала...

***

– Его зовут Принц. Новый год повлек за собой перемены. Вера Гермионы в его умение творить простые чудеса придала Малфою сил наконец сделать то, на что решилась его храбрая девушка, и на что никак не мог решиться он сам. Поддерживаемый своей волшебницей он прочел множество книг, перелопатил кучу сайтов, посетил несколько занятий, и наконец ощутил себя готовым к взятию ответственности за живое существо: – Принц? – переспросил он рыженькую девушку-волонтера, которая с любовью оглядывала черного щенка, к вольеру которого они подошли. – Да, – кивнула она и подозвала малыша к себе. Тот с готовностью подбежал, весело виляя хвостом. – Лабрадор? – спросил Драко, поглаживая большую теплую черную голову – В том-то и дело, – вздохнула девушка – Не чистокровный. Потому он и здесь Хвост щеночка крутился, как пропеллер, а в глазах горела нетерпеливая просьба: «Возьми меня! Возьми меня!». Разве статус и происхождение могут стать препятствием для общения, для любви? Драко не переставал поражаться насколько сильно данные вопросы волнуют некоторых людей: – Уверен, что тебе так она нужна? – скривился Блейз, услышав от друга историю про простую девушку Гермиону, – Неужели никого поинтереснее найти не мог? Обиднее была реакция отца. Он ничего не сказал. Только глянул на сына с непониманием и удивлением. Словно сомневаясь в умственных способностях своего подросшего ребенка. Только мама не дала колких замечаний и не выразила открытого недовольства: – Главное, чтобы ты был счастлив, сынок, – сказала она, ласково обняв слегка расстроенного отцовской реакцией взрослого сына. Впрочем, огорчение никак не повлияло на решение мистера Малфоя-младшего связать жизнь с Гермионой Грейнджер: – Принц-полукровка, значит? – спросил у щенка парень, отвлекшись от своих мыслей и воспоминаний. Черные бусинки глаз впились в него все с той же безмолвной мольбой: – Что ж, – Драко неожиданно улыбнулся и обернулся к девушке-волонтеру – Я его забираю Гермиона примчалась поздравить своего парня и познакомиться с Принцем этим же вечером со скоростью пули. Сколько восторга, столько нежных и добрых слов излила она по отношению к обоим! Вульфрик сразу дружелюбно принял нового друга, и через каких-нибудь десять минут собаки уже самозабвенно играли в холле, оставив хозяев пить черный кофе с минимумом сахара и ягодными тарталетками и обсуждать последние статьи в «Times» . Рассвет молодые люди встретили на том самом балкончике, с которого Драко впервые увидел свою будущую любовь. Запах тумана и дыма смешивался с запахом уюта, кофе и даже чистоты, которой пах клетчатый плед, обволакивающий тонкие плечи растрепанной со сна Гермионы. Нежданно перед тем, как снова по привычке уйти за густо-серые тучи выглянуло солнце, скользнуло по черной, набухшей от влаги коре растущих вдоль аллеи деревьев, спряталось золотыми искорками в глазах влюбленных, заставило небо улыбнуться. Оно знало, как было жарко ночью во всегда несколько прохладной спальне Малфоя, как нетерпеливый язык толкался в горячий маленький рот и как кенсингтонская волшебница, кажущаяся совсем маленькой и хрупкой на темной простыне, беспомощно и пронзительно-нежно хваталась за широкие плечи своего волшебника, будто боясь утонуть в затапливающих комнату потоках любви и страсти. Оно знало и про сладкую дрожь, до которой доводили тонкое, как струна, тело умелые опытные мужские пальцы и про темное пятнышко на жемчужно-белой коже, которое сейчас было скрыто черной строгой рубашкой. Оно также догадывалось как им хотелось продлить чудесный момент и пыталось сделать их первое утро вместе еще более волшебным и запоминающимся.

***

Любая, даже самая что ни на есть мимолетная встреча, никогда не является случайной. А мелочи, зачастую не замечаемые нами, всегда являются знаками судьбы, которые нам следует уметь находить и расшифровывать, чтобы верно подобрать код к хранилищу, в котором терпеливо ждет наше счастье. По сей день каждое утро любого месяца жители Кенсингтонского района Лондона наблюдают прогуливающуюся пару: кудрявую милейшую девушку с рыжей веселой собачкой и светловолосого слегка печального юношу с неторопливым и воспитанным черным щенком. Они переговариваются и смеются. Иногда они отпускают питомцев побегать свободно, а сами садятся на скамейку. Девушка часто приносит с собой в холщовой сумочке томики стихов и читает вслух, а иногда они просто сидят в обнимку и молчат. Их называют волшебником и волшебницей. И встреча с ними считается в Кенсингтонском районе доброй приметой, сулящей хорошее настроение и везение на целый день.