небо

      кагеяма тобио — невероятный связующий. в этом хината шоё убедился ещё на своём первом и проигранном матче в средней школе. его пасы чёткие и быстрые. настолько правильные, что иногда удивляешься, увидев мяч перед собой. но хината ему не проиграет!

***

— о, ты ведь кагеяма тобио, связующий из Китагавы Даичи? какой у тебя рост? — здравствуйте, меня зовут хината шоё! — 181 сантиметр? высокий! — здравствуйте! я… — а какая высота съёма? — здравствуйте! — прыжок, лишь бы заметили. в зале на секунду воцарилась тишина, а на него уставились три непонимающих взгляда. — а, прости, не заметил, — сказал, видимо, капитан. — а ты кто? я здесь!

***

— хината, совсем придурок? тебе не нужно желание для этой быстрой! пока тебе пасую я — ты будешь пробивать. шоё каждый раз прыгает. разбегается, прыгает, отводит руку для удара, бьёт. взлетает. в висках, вместе с кровью, стучит: «выше. сильнее. лучше. я должен делать лучше. я обязан! я обязан показать, что тоже достоин стоять на площадке! что тоже чего-то стою.» но на каждый мяч, на каждую атаку, всё что он получает — раздражённый хмык. и холодный безразличный взгляд. всё веселье каждый раз испарятеся, будто его и не было. ты никто. — кагеяма, я не уступлю тебе! и он снова прыгает. напрягает каждую клеточку тела, сосредотачивает центр тяжести в носках, взлетает, расправляя крылья. только, что то вот попутного ветра не наблюдается. да хоть какого-нибудь ветра, который будет поддерживать, нести вперед, доставляя настоящий кайф. лишь тишина, давящий на сознание вакуум. «выше!» разбег, прыжок, но взлететь почему-то не получается. чёрные, как смоль, крылья, с таким трудом раскрывшиеся за спиной, поредели, будто из них повыдёргивали перья. «без кагеямы я в тебе пользы не вижу.» разбег, прыжок. за спиной появляется что то чёрное и странное. изломанное, вывернутое в неправильную форму. не взлететь. дальше лишь падение. ноги подгибаются, раздаётся треск и тело с грохотом встречается с полом. сквозь уплывающее сознание, хината может рассмотреть приближающиеся к нему силуэты, но это уже не так важно. не взлететь. но ведь волейбол — это же на самом деле так весело. шоё помнил, почему начал играть. даже в тишине и в кромешной тьме он видит эту звезду в небе, что заставляет идти. бежать или ползти, хоть как-то, но вперёд. даже когда ноги наливаются свинцом и путы страха и сомнений поднимаются по спине, подбираясь к шее и грозясь задушить. вперёд и только вперёд. и даже никакие тесты не способны помешать ему на пути к звезде. почти. — 48 баллов… ну, уже лучше, — нервным голосом пробормотала ячи, сжимая в руках бланк с ответами. — лучше, чем 25. — при том, что у вас порог — 90 баллов. ну удачи, — пропитав каждое слово сарказмом, вставил свои пять копеек цукишима. у кагеямы было не лучше — 52. но мы должны попасть в Токио!

***

      как же хината благодарен сестре танаки. если бы не она, на Токио можно было бы поставить крест. то что его укачало, совсем чуточку, от божественной езды саеко, можно и опустить. и вот, страшая танака открывает массивную дверь в спорт зал, где уже шли тренировачные игры. шоё поражённо застыл, раскрыв глаза. это ощущение. уже, как будто забытое, ощущение чего-то лёгкого и приятного зашевелилось в груди, и снова, вместе с сердцем, ударило о рёбра. здесь сильные команды, он обязательно чему-нибудь научится.

***

      подбор получается уже лучше. проигрыши тоже многому учат. следующий матч с фукуродани. хината встаёт у сетки, закрывая затылок руками. на подаче то кагеяма. подача в прыжке тобио была принята по ту сторону сетки каким то парнем, его, вроде, конохой назвали. затем мяч пошёл к связующему. сеттер с тёмными волосами метнул на них взгляд и отдал точный пас влево. сейчас будет! хината вместе с дайчи и танакой сдвигаются и прыгают. тройной блок! удар сердца. для хинаты время будто останавливается, перед ними взлетает четвёртый номер. это чувство снова течёт по сосудам. серебристые волосы напротив колышутся, как на ветру, и хинате кажется, будто его обдаёт потоком свежего воздуха. потоком ветра свободы. и шоё кажется, что они летят. рассекая небесную синеву, огибая облака, ловят крыльями ветер. и огонь веселья вновь зажигается внутри, на пепелище предыдущего пожара. удар, и мяч с безумной скоростью и под таким же безумным углом врезается в площадку. пару секунд все молчат. — хей-хей-хей, акааши! ты видел мой отпадный резанный удар? — с довольным лицом прокричал четвёртый номер, капитан. — да, бокуто-сан, удар был невероятен. — ну конечно он невероятен! дальнейший разговор хината прослушал, оглядывая команду по ту сторону сетки. это чувство свободы, казалось, давало возможность действительно летать.

***

      тренировка закончилась, кто-то собирал мячи, кто-то мыл площадку, а кто-то уже давно ушёл отдыхать. — эй, цукишима, поможешь нам с блоком? хината положил мячи и обернулся, прислушиваясь к разговору. — эм, нет, извините, — поправляя очки, кей направился к выходу. ас и капитан фукуродани — бокуто котаро предложил потренироваться, а этот очкарик отказался? как так-то вообще?! это же такая возможность! бокуто закатил глаза и, вздохнув, тоже направился к выходу. прищурившись и закусив губу от досады, шоё продолжил собирать разбросанные мячи. ему тоже сильно хотелось потренироваться с кем-то таким крутым. уборка заняла ещё минут десять и, закончив с ней, хината направился к своей бутылке с водой. она оставалась одной из последних, так как большинство уже ушло. сделав пару глотков, центральный блокирующий посмотрел на площадки. воспоминания о сегодняшних играх захватывали разум, заставляя сердце биться быстрее. это было так круто! собрав вещи, шоё вышел и, повернув, направился к комнате карасуно. скрип кроссовок и включённый свет в одном из тренировочных залов завладели вниманием и не позволили идти дальше. аккуратно заглядывая в дверной проём, хината увидел двух игроков фукуродани, капитана некомы и цукишиму, который всё-таки пришёл. — о, ты сегодня друга привёл? — повернулся бокуто в сторону выхода. — чего? нет, — сощурившись, ответил цукишима. — ты чего пришёл? — ну, все тренируются отдельно. я попросил кенму побросать мне, но он после пятого раза сбежал. — тебе повезло, что кенма хоть пять раз бросил, — ухмыляясь, вступил в разговор капитан некомы — куроо тецуро. — поэтому, позвольте тренироваться с вами! — воскликнули одновременно два голоса. хината в удивлении повернул голову. — лев? — хината? пока некомовцы выясняли, что яку не отпускал льва, шоё оглядел всех присутствующих. если ему удастся потренироваться с ними, он уверен, это будет невероятно круто. — ладно, теперь нас поровну. сыграем три на три, — закончив разговор со львом, распределил куроо. «сычи» против «котов». — мне кажется, мы немного неравномерно распределены, — отметил акааши. — да ладно вам, попробуем что-то новое. — ура, матч! это была лучшая возможность. на удивление хинаты, с членами фукуродани оказалось очень легко играть. пасы акааши были точными и удобными, а бокуто показывал всякие крутые приёмы, при этом оставаясь всё таким же энергичным. чего стоит один только рикошет! глаза хинаты загорелись и он не смог сдержать восхищения. — это… то что вы ударили в блок, это специально? — ага, это называется «рикошет». — круто! — поджимая к груди кулаки, крикнул шоё. — правда? — чеша в затылке, ответил котаро, которому явно была приятна похвала. «умеешь же ты хвалить болванов, коротышка» — пронеслось в голове у куроо по ту сторону сетки. — честно говоря, в таких ситуациях блокирующие часто резко направляют мяч вниз, — продолжил ас фукуродани. — бокуто-сан, с вам это чаще всего происходит. — акааши, ты должен был сказать это не так! — возмутился отсутствием поддержки от сокомандника котаро. это было очень круто. хината приложил руку к груди, где стучало сердце и плескалось то самое чувство, из-за которого он полюбил волейбол ещё сильнее. смесь удовольствия, восхищения и предвкушения. как же он рад, что встретил этих людей. — эй, если вы сейчас не уйдёте, столовая закроется, и вы останетесь без ужина, — проговорила незаметно подошедшая менеджер фукуродани с красновато-каштановыми волосами. — э-э-э?! — пронеслось над площадкой. — ну на голодный желудок сражаться нельзя, — улыбаясь, проговорил куроо. — на сегодня закончим. в груди свернулось что-то неприятное. как же так? хотелось ещё поиграть. — коротышка, продолжим завтра, — бросил тецуро, направляясь к выходу. завтра…

***

      «чёрт, какая же фукуродани крутая команда!» — пронеслось в мыслях у хинаты, когда он в очередной раз засмотрелся на забитый совами мяч. за что получил по лицу подачей какого-то игрока из убугавы. — эй, придурок, на свою площадку смотри! соберись! — прозвучал над самым ухом раздражённый голос кагеямы. — простите! — вздрогнув, встрепенулся шоё.

***

      наверное тренировки после тренировок были одними из лучших событий лагеря для хинаты. играть в одной команде с совами было немного странно, но так… привычно что ли? будто всё на своих местах, шестерёнки идеально двигаются, складываясь в механизм. несмторя на то, что познакомились они относительно недавно, шоё всецело доверял пасам акааши и атакам бокуто. такие игры три три нравились блокирующему даже больше, чем основные с карасу… что? хината поймал эту незаметную, но такую важную мысль. ему нравится играть так намного больше, чем в одной команде с карасуно. интерес разгорается даже ещё сильнее, когда цукишима стоит по ту сторону сетки, а не рядом. принять этот факт немного сложно, так как вроде с сокомандниками у него нормальные отношения и хината не хотел бы их… предавать, но и отрицать факт того, что с игроками фукуродани ему нравится играть больше нельзя. и что прикажете делать?

***

      «как будто насмехаешься. покажи им!» — пронеслись в голове слова бокуто. и вот хината заносит руку, как если бы делал сильнейшую атаку в своей жизни. ладонь касается мяча, но вместо сильного импульса шоё лишь легонько толкает его. мяч пролетает над блоком и со стуком падает на площадку. тишина. — это финт??!! — громогласно раздаётся в зале. — ты, вообщем-то, сам его этому научил, — сощурившись, сказал акааши. это чувство было немного другое, нежели от хорошей атаки. но почему-то хотелось, что бы «это финт!» кричали карасуновцы, и мяч упал на их стороне. хотя, вороны тоже были немало удивлены. посмотрев на свою руку, хината зажмурился. радость гулко била о рёбра вместе со стуком сердца. — эй, ты вообще головой хоть подумал? — снова холодный взгляд, но сейчас это было уже не так важно. шоё смотрел через сетку на ту сторону. бокуто хоть и присмирел немного под грозными взглядами сокомандников после слов кейджи, но видно было, как его распирает гордость за своего ученика. и хината не смог сдержать широкой улыбки. он улыбался так, будто готов был осветить весь мир, и это было от чистого сердца. улыбался так, как не делал уже продолжительное количество времени, не считая игр три на три после основных тренировок.

***

      летний тренировочный лагерь закончился как-то поразительно быстро. он увидел крутые приёмы и многому научился. успел записаться в ученики к асу фукуродани и сделать финт. барбекю было отличным завершением программы, но признаться честно, шоё совсем не хотел уезжать. неприятная смесь досады и разочарования затянулась в тугой узел где-то в груди, отежеляя и так нелёгкую судьбу. хинате хотелось бы погулять по Токио, зайти в местные кафешки, и, конечно же, играть с токийскими командами. играть вместе с ними. по одну сторону сетки. карасуно не плохая команда, и хинате не хотелось бы становиться предателем, как он себе надумал, но свободный полёт других игроков манил и заставлял тянуться. заставлял поверить, что ты тоже можешь летать. и он хотел. хотел лететь вперёд, чувствовать ветер и видеть рядом тех, кто в любой момент поддержит, кто так же наслаждается и любит своё дело. сердце болезненно ёкнуло. как же так?

***

      автобус ехал третий час, легонько подскакивая на особо выделяющихся кочках и ямах. за окном мелькали уже знакомые пейзажи. через два с половиной часа они будут дома. хината отвернулся от стекла, убирая руку от лица. большинство уже спали, уставшие после игр, но к шоё сон не шёл. было ощущение, будто он упустил что-то невероятно важное и нужное. закусив губу от обиды и опустив глаза, хината уставился в пол. — эй, акааши, круто было бы, если бы коротышка из карасуно был у нас, — сверкая глазами, обратился котаро к другу. — к сожалению, он живёт в мияги, — как отрезал. — ну акааши! хоть бы поддержал! — начал ныть бокуто. — хотя вы правы, было бы хорошо, — слегка улыбаясь, успокоил связующий. он и сам думал об этом. — а… аа… апчхи! — не сдержался хината. нишиноя, спящий рядом, заворочался, но это не смогло его разбудить. и хорошо. «простудился что-ли…» — подумал блокирующий.

***

      был уже поздний вечер. хината волок себя и свою сумку к дому. наконец открывая сёдзи, шоё крикнул: «я дома!» — братик! — рыжим ураганчиком пронеслась нацу, прыгая на измученного. — я скучала! — я тоже… — кое-как выдавив, отозвался блокирующий. — нацу, твой брат устал! отпусти его, — выходя с кухни, прикрикнула мама. она выглядела слегка нервной. — ну ладно, братик, иди отдыхай. а то для переезда нам понадобится много сил! — скороговоркой проговорила нацу и таким же ураганчиком унеслась к себе в комнату. пару секунд шоё стоял, тупо смотря в стену. видимо, уставший мозг уже не мог быстро переваривать информацию. — для… переезда? — спустя затянувшееся мгновенье выдал хината. женщина, сминая край фартука, вздохнула. — да, я хотела с тобой поговорить, но чуть позже. меня повысили на работе и перевели в Токио, а так как я не могу вас оставить, мы должны переехать. я знаю, у тебя тут волейбольная команда, друз… — в Токио?! — не дав закончить матери, выкрикнул шоё. его глаза сейчас светились не хуже самых ярких звёзд вселенной, а рот, приоткрытый в немом восхищении, грозился начать закидывать вопросами. женщина была немного сбита с толку такой реакцией сына. он же, вроде, так ярко рассказывал о школе карасуно, о своих друзьях. шоё, поняв, что возникло недопонимание, сказал: «давай я сейчас разложу в комнате вещи, и мы поговорим об этом подробней». мама с запозданием кивнула. улетев с сумкой в комнату, хината вернулся через пару минут. он зашёл на кухню, где его уже ждала женщина с кружками чая. сев за стол и сделав небольшой глоток ароматного напитка, блокирующий попытался унять бухающее сердце."Токио…» — звучало в голове. — эм, вообщем, ты разве не расстроен? — неуверенно начала женщина. хината посмотрел на неё и понял, что придётся вывалить всё. рассказ о том, с какими невероятными командами они играли в Токио, приправленный восхищёнными «вжух!»,"бах!» и другими спец эффектами вызвал на лице мамы улыбку. — одной из самых крутых команд там была фукуродани. их ас и по совместительству капитан — бокуто котаро, проводит невероятные атаки. такие «вжух и бабах!». и вообще их команда играет так слаженно, будто идеальный механизм, а уровень доверия на высоте. если один ошибся, второй всегда прикроет. это ведь невероятно! женщина слушала восклицания сына с нежной улыбкой. она боялась, что будет намного хуже. — то есть, ты не против переезда? — конечно нет! а в какой регион то хоть? Токио же такой большой город. — мы переедем в Канто. от дома до моего нового офиса будет идти совсем немного. — в Канто?! — подскочил хината, таращя глаза на встрепенувшуюся женщину. этого не может быть. это шутка что ли? не может же так идеально всё складываться. «я взломал код вселенной? даже не верится, что это происходит! кенма бы точно назвал меня читером». «эй, можно не шуметь так!» — послышался приглушённый детский голос из комнаты. — прости, — крикнул сестре шоё. — слушай, мам, а если мы переезжаем в Канто, можно я поступлю там в академию фукуродани? — с тихой надеждой в голосе спросил хината. такого шанса второй раз не дают. мама пару секунд смотрела на него, о чём-то размышляя. — конечно, — всё же кивнула она. — переезд состоится через две недели, в субботу. у тебя будет время собрать вещи и попрощаться со всеми. поблагодарив маму за чай и сказав что не голоден, шоё всё же утащил банан и пошёл к себе в комнату. закрыв за собой дверь, он двумя пальцами ущипнул себя за предплечье. это и в правду реальность? хотелось кричать, смеяться, прыгать и благодарить судьбу за такую фортуну. однако было одно «но». сделав все водные процедуры и пожелав всем спокойной ночи, хината лежал и смотрел в потолок. предвкушающая улыбка не сползала с лица, а уснуть из-за нахлынувших эмоций не получалось. поворочавшись, к двум часа он всё же провалился в сон. — я всегда знал, что ты неудачник. при первых же трудностях сдаёшься и убегаешь, поджав хвост, — железный голос чётко отбивал, будто молотом по наковальне. холодный взгляд обжигал морозом. осмотрев всю фигуру блокирующего, кагеяма цыкнул, вложив в этот жест всё своё презрение. хината хотел было крикнуть, что это не так, но голос почему-то пропал, а горло сдавило ледяными тисками. — эй, хината, почему? — спросил сугавара, изогнув брови в сожалении и обиде. — хината, зачем ты это сделал? разве мы не были одной командой? уже было непонятно, кто говорит. всё слилось в единый бедый шум. шоё резко поднялся на кровати. вместо дыхания из груди вырывались хрипы, а взгляд бегал по комнате. посидев так с минуту, он улёгся обратно. это всего лишь сон. так необязательно будет в реальности. я просто себе надумал всякого. правда ведь?

***

      следующие полторы недели пролетели невероятно быстро. хината потихоньку собирал вещи и готовился к переменам. всё так же ходил на тренировки, учился. в четверг он планировал всё всем рассказать. направляясь к спорт залу шоё нервно сжимал кулаки и тщетно пытался успокоить сердце, которое по ощущениям билось где-то в горле. всё было как обычно. тренировка началась и шоё отвлёкся от невесёлых мыслей, отрабатывая атаку. только вот взгляд тобио всё ещё напрягал. даичи говорил, что со временем они притрутся друг к другу, но хината в этом немного сомневался. когда все уже начали собираться, блокирующий понял, что сейчас самое время. — хей, ребята. у меня для вас новость, — неуверенно начал шоё. все прекратили заниматься своими делами и обратили на него внимание. — что-то случилось? — обеспокоенно начал сугавара. — ну, да… пару секунд тишины прорезал голос танаки: «ну не томи, говори как есть!» — вообщем, я ухожу из карасуно. ребата поражённо застыли. никто не решался прервать эту гробовую тишину. — из-за работы моей матери, нам с сестрой придётся переехать в Токио, и я, естественно, не смогу больше учиться в карасуно. простите, — закончил блокирующий с опущенной головой. — хината… — голос сугавары предательски дрогнул. даичи и асахи молчали, цукишима стоял в стороне, его эта новость тоже удивила. ямагучи, танака и нишиноя уже во всю пытались не реветь. секунду спустя все бросились обнимать хинату. только кей остался стоять, для него это было нормальное поведение, а раздражённого хмыка и хлопка двери кагеямы никто не заметил. — шоё… — сквозь сжатые зубы сказал танака, смотря на рыжего заплывшими от пелены слёз глазами. — хината, ты не виноват, — ответил даичи. — в обстоятельствах нет твоей вины. блокирующий был удивлён и чувствовал облегчение от такой реакции, но сразу после этого последовал ощутимый укол вины. он ведь и сам хотел перейти в другую команду, без переезда. — простите, — выдавил он, сжимая кулаки.

***

      всё же, карасуно не плохая команда. они дружные и весёлые, не считая кагеяму. но, всё-таки, было ощущение, что там он не сможет полностью раскрыться и взлететь. поезд, скользя по рельсам, уносил их от бывшего дома в сторону будущего. в их купе было только три человека: сам хината, нацу и их мама. само купе было донельзя обычным: четыре койки, столик посередине, у двери зеркало. шоё сделал глоток тёплого чая из термоса. был уже вечер, так что нацу к этому времени посапывала на верхней койке, обнимая мягкую игрушку. переведя взгляд на женщину напротив, которая читала книгу, шоё неуверенно потупил взгляд. — мам… я правильно поступил, когда ушёл из карасуно? — не удержавшись, начал разговор блокирующий. этот вопрос терзает его душу уже которую ночь подряд. хината-старшая перевела взгляд на сына и отложила книгу. — шоё, я же уже говорила, ты не виноват, что мне дали работу… — да я не об этом, — неуверенно перебил хината, всё так же смотря вниз и перебираю в руках край простенькой скатерти. — я ведь и сам хотел уйти из карасуно, по своему желанию. это значит что, получается, я предатель? — задав этот трудный вопрос, шоё всё же смог поднять взгляд. женщина тяжело вздохнула, и серьёзно посмотрела сыну в глаза. — послушай, шоё. жизнь подносит нам разные возможности и трудности. мы по разному с ними справляемся и делаем свой выбор. так вот, выбирать то, что тебе ближе — это нормально и является неотъемлемой частью жизни. ты пробуешь разное: что-то может понравится, а что-то нет. и делать выбор в пользу того, что доставляет тебе радость и удовольствие тоже нормально. прислушивайся к себе и следуй за своими ощущениями, и они непременно приведут тебя туда, куда ты действительно хочешь. это не значит, что ты предаёшь карасуно. ты же сам говорил, они хорошие ребята. тем более, никто не заставляет обрывать с ними связь. вы можете общаться по звонкам и, скорее всего, будете встречаться на всяких волейбольных мероприятиях, — с лёгкой улыбкой закончила женщина. хината ещё долго думал над её словами, но в конце концов, ему действительно стало легче.

***

      шоё поднял голову. на табличке гласило: «академия фукуродани». ох, он действительно здесь. от предвкушения даже ноги немного трясутся. сам переезд прошёл довольно быстро. дом оказался чуть больше прошлого, двухэтажный. светлые стены и мебель, просторная кухня и туалет, три спальные комнаты. в первой разместилась хината-старшая. на втором этаже две комнаты: для шоё и нацу. в скором времени стены в его спальне уже были обвешаны волейбольными плакатами. сама комнатка была пока довольно скудна в мебелировке: кровать, обычные стол, стул и шкаф, ковёр. но это пока. «что ж, здравствуй новая жизнь» — символично подумал хината, поднимаясь по лестнице и переступая порог входа. школьная форма фукуродани была поцветастей, в отличие от карасуно: серый пиджак, белая рубашка с воротником, синий полосатый галстук и чёрные брюки. главной задачей для шоё было не встретить никого знакомого до начала тренировки. ему хотелось, что бы это осталось неожиданностью. спрашивая у учителей дорогу, хината дошёл до нужного класса. проскользнув в кабинет, он сел на первое попавшееся место. через пару минут прозвенел громкий звонок. в класс зашли остальные ученики, с удивлением поглядывая на незнакомое лицо, и учитель. — у нас в классе новое лицо. представься, пожалуйста, — начал учитель. это был мужичок средних лет. коротышка на негнувшихся ногах вышел к доске и сказал: «меня зовут хината шоё. рад познакомиться с вами!» — хорошо, садись. начнём урок. хината вернулся на своё место и посмотрел туда, где стоял мгновение назад. учитель уже начал писать тему, и тут он понял. это урок английского.

***

      пережив первую половину дня, хината вспомнил, что должен оставить заявку на вступление в волейбольный клуб. разузнав дорогу до учительской, он, воровато оглядываясь каждый раз, начал свою экспедицию. заворачивая за очередной угол шоё услышал разговор. — да я тебе говорю, это она, подойди к ней. — да ну, сам подойди это были сарукуй и харуки! доигровщик и либеро фукуродани. в панике шоё спрятался в первое попавшееся укрытие. это оказался мужской туалет. о нет. он искренне считал, что фобия туалетов является серьёзной вещью и требует разговора с психологом. знакомые лица прошли мимо. выдохнув, хината решил всё же зайти в туалет, раз уж по пути. закрывая дверь последней свободной кабинки, так как две другие находились на ремонте в данное время, шоё снова услышал знакомые голоса. — ну акааши! у меня только в этот день есть свободное время, мне уже все отказали, ты моя последняя надежда! иначе магазинчик закроется, а я не успею попробовать их фирменное данго!— умолял бокуто. капелька пота стекла по виску бывшей приманки карасуно. включился кран и потекла вода. — сходите сами, — видимо, моя руки, ответил кейджи. — одному скучно… тут у хинаты чуть сердце не остановилось. дверь кабинки дёрнулась. — чёрт, тут занято а там закрыто. пошли на первый этаж. под страдальческий вздох акааши, они вышли из туалета. шоё выдохнул и облокотился спиной на бочок унитаза. просидев так минуту и уняв сердце, он вышел из туалета. «я должен заполнить заявку в клуб. это моя миссия» — пронеслось в голове. слава всем богам, оставшаяся дорога прошла без происшествий. в учительской взяв бланк, шоё быстренько его заполнил и сдал. спросив, как добраться до спорт зала, отправился в обратный путь. прячась по углам, его он тоже преодолел.

***

      уроки прошли довольно быстро. направляясь по указаниям к спорт залу, шоё немного нервничал. в раздевалке никого не было, однако вещи лежат, значит игроки уже переоделись и пошли на тренировку. так же меняя школьную форму на спортивную одежду, хината подошёл ко входу в зал. скрип кроссовок, чьи-то голоса. он уже немного соскучился по этой музыке. так. вдох. выдох. бывший карасуновец толкнул тяжёлую дверь, переступил через порог и громко крикнул: «здравствуйте! я хината шоё, первый год. хотел бы вступить в волейбольный клуб!» секунда. две. коми, который принимал, забыл об этом и получил мячом по лицу. коноха выронил бутылку из рук. три. четыре. — хината??!! — воскликнул бокуто так, что по залу пошла волна эха. — хей-хей-хей, ты чего это тут? вся команда заинтересовано уставилась на него. — ну… это… проще говоря, мы переехали и я теперь учусь тут, — чеша затылок, неловко произнёс шоё. — серьёзно что ли? — переспросил онага. — акааши, слышал! я же говорил! коротышка теперь у нас, — восклицал ас, чуть ли не прыгая. — теперь он официально мой кохай! все ещё были в небольшом шоке, но дверь отворилась и зашёл тренер — такаюки ямиджи, держа в руках листок. хината узнал бланк, который давеча заполнял. — да уж, не думал, что тебя занесёт к нам. впрочем, всё к лучшему. добро пожаловать в академию фукуродани и в волейбольный клуб. форму я тебе выдам завтра. — здравствуйте. спасибо, — поклонился и поблагодарил хината. — разминайся, а потом сыграем четыре на четыре. такаюки было интересно, сможет ли бывший карасуновец адаптироваться к окружающей среде, или он был всё-таки слишком зависим от кагеямы. поделились на скорую руку. команда А: тацуки вашио, акааши кейджи, хината шоё, коноха акинори. B: сарукуй ямато, бокуто котаро, харуки коми, онага ватару. игра началась. честно говоря, такаюки ожидал полной рассинхронизации хинаты и остальной части команды, но коротышка пробивал пасы акааши так, будто уже делал это десяток раз. шоё смотрел по сторонам, подстраивался, учитывал особенности других игроков, подстраховывал и был подстрахован. это удивляло. — о, хината, а ты быстро подстроился! — похвалил бокуто коротышку, обходя его блок резанным ударом. — сразу видно, мой ученик! шоё восхищённо улыбнулся и кивнул. — хината, не подыгрывай ему, — со вздохом напомнил акааши. на подаче сарукуй. удар, коноха принимает, направляя мяч к сеттеру. кейджи подстраивается и отдаёт точный пас вправо. удар сердца. время будто замедляется. хината разбегается и прыгает. взлетает. за спиной расправляются серебристые крылья с бурым рисунком, будто рябь на воде. волосы колышутся, как на ветру. он летит. перед глазами сразу встаёт картина: несколько хищных птиц рассекают голубое небо. они несутся вперёд, весело перекликиваясь между собой. взмывают вверх, поймав поток ветра, огибают облака с разных сторон, наклоняясь то на один, то на другой бок. они летят. и он вместе с ними. грудь раскрывается, освобождаясь от зажимов и, наконец-то, делает свободный вдох, плечи распрямляются. хината отводит руку. впереди подтягивающийся блок, но это сейчас не важно, он точно знает куда бить. выдох, удар. мяч отскакивает от пальцев онаги и летит в конец площадки, но это не аут. харуки ныряет за ним, однако не успевает, и мяч со стуком падает до белой линии. пусть в команде B и не было связующего, но она всё же выиграла с небольшой разницей в счёте. после поработали над приёмами и атаками. тренировка была окончена. сетка снята, мячи сложены, площадка помыта. — хей, хината, ну хоть ты сходи со мной в «у окады»! «коротышка, не соглашайся» — так и читалось у остальных в глазах. они знали, чем это может закончиться. — да, конечно, — улыбнулся шоё, — только… а что это? и где? «ты попал. теперь не отвертишься». бокуто аж засиял весь. — это небольшой магазинчик в десяти минутах ходьбы отсюда. правда, идти нужно немного в другую сторону. он скоро закрывается, но недавно там была акция на какое-то авторское данго. я всё хотел попробовать, но времени не было, а когда появилось, никто не захотел со мной идти! — перешёл с радости на возмущение котаро. — даже акааши! — бокуто-сан, я уже говорил. в это время у меня дополнительные занятия, — спокойно выстоял связующий. — кстати говоря, как же дополнительные по математике? вы же в прошлый раз завалили экзамен. — эй, мог бы и промолчать! — насупился ас, — их перенесли.

***

      все уже переоделись и стали расходиться по домам. — пока, коноха! до завтра, акааши! — крикнул шоё, махая рукой. дождавшись, когда бокуто соберёт сумку, они тоже вышли из раздевалки и направились к выходу, по пути болтая о всяком. — ну что, хината, как переезд? нравится Токио? а как наша академия? а спорт зал? круто же, да? — заваливал вопросами коротышку ас. — ага, здесь очень классно! — с неменьшим энтузиазмом отвечал шоё. — переезд нормально, потихоньку обустраиваемся. а Токио — вообще отпад! такой огромный! — повышая тон и активно жестикулируя, рассказывал теперь уже ученик академии фукуродани. — ха-ха, это да, — ответил котаро и тут же ухмыльнулся. — вот как только этот наглый кот куроо узнает, что ты, мой ученик, теперь в фукуродани, сразу признает мою победу. шоё весело улыбнулся. пока собирались и шли, уже стемнело. на тёмном полотне ночного неба проглядывала парочка ярких звёзд. всё-таки, в Токио освещения намного больше и звёзды, к сожалению, видно хуже. — так, скоро придём, — оповестил котаро, заворачивая на дорожку. — о, вот он! надпись «у окады» светилась мягким жёлтым светом. они зашли внутрь вместе со звоном колокольчика. — как хороший учитель, сегодня я тебя угощу за свой счёт, — важно подняв палец, сказал ас фукуродани. — отметим твоё поступление. — спасибо большое, бокуто-сан, — улыбнувшись, поблагодарил шоё. купив две порции данго, они вышли из магазина и сели перекусить на лавочку, которая была рядом. — ммм! а данго то реально вкусное! — восхитился котаро, уплетая за обе щеки. коротышка от него не отставал. спустя время, когда оба доели, хината снова начал разговор. — бокуто-сан, я ведь… достоин стоять на площадке? котаро пару секунд смотрел на бывшего карасуновца, а затем по-совиному наклонил голову в непонимающем жесте. — ну, это… я имею ввиду… довольно часто разные люди говорили мне, что без кагеямы я никто. что я только и умею прыгать, а без гениального связующего ничего сделать не могу, — совсем сдувшись под конец, открыл душу шоё. — хината, послушай. волейбол не вращается вокруг чего-то одного. существует куча разных техник атак и комбинаций, которые можно изучить. так же, я знаю много игроков, которые, какзалось бы самые обычные и ничем не выделяются, а в матче становятся настоящей занозой. а приём и подачу можно улучшить путём тренировок. уж в этом мы тебе поможем, не переживай. что касается кагеямы, его в любом случае здесь нет. а значит, ты сможешь раскрыть себя с других сторон. а ещё лучше, придумайте с акааши какую-нибудь супер-крутую атаку, что бы утереть всем нос, — удивительно умный тон бокуто снова перешёл в привычный весёлый. — так что тренеруйся и получай кайф от волейбола, — ухмыльнувшись, закончил котаро. — да, спасибо за совет, — искренне поблагодарил шоё. поболтав ещё о разном, было принято решение уже расходиться. — до завтра, хината. — до завтра, бокуто-сан! попрощавшись, каждый пошёл в свою сторону. хината направлялся домой по освещённой фонарями улице и смотрел наверх, в небо. в небо, где теперь он может летать. было довольно прохладно, поэтому изо рта вылетали клочки пара. вдохнув свежий вечерний воздух, шоё искренне рассмеялся. он ни о чём не жалеет.