Виктор Валерьевич меняет профессию

День для Виктора Валерьевича, начинался прекрасно. Жильцы одного из нумеров, так вовремя приватизированной им базы отдыха, наконец, погасили задолженность. Далее в планах, шла встреча со старыми товарищами. Уж слишком редки стали в последнее время сборы их "старой гвардии". Ведь не многие, к сожалению, могли похвастать статусом неработающего пенсионера. Даже погода радовала. Больное колено, особо не беспокоило, а потому смысла вызывать лифт не было. Велика нагрузка-второй этаж осилить. Но, миновав один пролет, мужчину ждало препятствие, в виде непутёвого соседа, загородившего проход в тамбур. Парень в грязной кофте с накинутым капюшоном, стоял покачиваясь, взявшись руками за голову, и бормоча что-то себе под нос. "Опять, дряни какой-то наглотался. Ничего, уже проходили эти спектакли, прокричит и успокоится". Виктору Валерьевичу, невольно стало не по себе. Этот тип, преимущественно пребывал в полуовощном состоянии, всякий раз, когда с ним доводилось пересекаться. Из буйных эпизодов, разве что оры на мать - за что, спасибо тонким стенам фанерной многоэтажки. Но сейчас, что-то было не совсем обычным. Возможно, взгляд, переставший быть пустым и отсутствующим. Теперь, на Виктора уставились исподлобья округлившимися зенки, рисковавшие вывалиться из орбит. -Мужик, мужик, мне прям срочно надо...двадцатки всего не хватает. Мамке на лекарство надо. Пожалуйста, мужик. - затараторил шатун, как заведённый Настроение было безнадежно испорчено. -Было бы-дал бы. "Если б я был уверен, что в тебе есть хоть капля сострадания к родительнице, то за деньгой дела не стало. А так, весь подъезд наслышан о твоих подвигах героических против несчастной пожилой женщины. Да и тебе, болезный, самому лекарства не помешали бы". Многое хотелось бы сказать, но Виктор прекрасно понимал, что опоздал со своими нравоучениями лет так на двадцать. Отчего-то, стало даже жаль парня, но не хватало только, идти на поводу у жалости. -Мужик, ну не жмись, с получкой сразу отдам. -Сказал же, нет у меня ничего. Дверь тамбура резко открылась, и тучная соседка в халате начала выталкивать овощного. -Да иди уже отсюда! Черт поганый! А то фараонов сейчас вызову! Виктору Валерьевичу, этот спектакль уже порядком надоел, и вот он уже собирался протиснуться в проем мимо соседки, как резкая боль пронзила все естество. "Сука!" - прошипел псих где-то около уха, это было последним что услышал Виктор Валерьевич. Все отошло на второй план, до слуха более не доносилось ни воплей соседки, ни бредовых выкриков наркомана. Даже удара от падения не почувствовал. Безумно хотелось спать. Перед глазами плясали черные точки, и как бы сильно он не старался напрягать веки, те все равно закрылись. Увидев перед этим, сквозь застелившую глаза странную белую дымку, лишь метнувшегося к лестнице вниз урода, который испортил ему так чудно начавшийся день.