Солнце вышло покурить

Итэр был в своей комнате и мелко дрожал, валяясь на кровати и свернувшись в ней калачиком. Воспоминания и тоска по Паймон слишком сильно и больно били по и так разбитому сердцу. Хотелось вернуться к старым, ужасным привычкам, но пока рискнул только курить и пить. Ведь он обещал сестре, больше никогда не притрагиваться к той мерзости. Рядом лежало пару запечатанных пачек каких-то сигарет и бутылка крепкой водки из Снежной, которые он достал у своей знакомой Дори. Ну как он. Пришлось заплатить каким-то пустынникам, что бы они купили это всё. Наёмники получили свои деньги и просто ушли, даже не задавшись вопросом, кто их заказчик и что он за чудовище. Путешественник очень давно не курил, так как просто не знал, где брать курево, да и денег не было. Поэтому первое время проживания в Тейвате были очень тяжёлыми. Он был постоянно раздражён, так как очень хотелось покурить. Пожаловавшись на это своей подруге, она негативно отозвалась о пристрастии её друга. Так что, когда он узнал, где можно покупать табачные изделия, покупал и использовал их крайне редко и не при компаньонке, несколько раз в пол года и то, если выдастся возможность. Курил ночью, подальше от их лагеря, что бы запах не почуяла фея. Паймон не одобрила бы. Не редко он легонько обжигал себе руки, когда делал костёр или во время боя. Ему нравилось это ощущение, когда зажигалка, спичка или сама сигарета случайно касались пальцев, нанося секундную боль. Нет, он не был мазохистом, просто по его мнению, это было больше приятно, нежели больно. Люмин тоже возмущалась из-за того, что брат по собственному желанию портит своё здоровье. Однако, чего греха таить, сама периодически просила у блондина табачное изделие и вместе с ним курила, но, как и подобает хорошей и заботливой сестре, ворчала: "Как такой гадостью, по своему же желанию, можно гробить себе лёгкие? Фу! Они же воняют!". Сошедший улыбнулся, вспомнив коронную фразу любимой сестрёнки, но после сердце вновь прожгло болью. Точно, сестра… Она так жестоко бросила его на произвол судьбы, не дав ни единой весточки, что она хотя бы живая. Стало ещё больнее в груди. Воспоминания о компаньонке и так больно стучали по голове и резали без ножа, а тут ещё и промелькнувшая в мыслях сестричка нанесла контрольный выстрел, заставив парня зарыдать и тихо завыть от одиночества и тоски. Единственное его желание сейчас — сделать кому-то больно. Но в Чайничке был только Пухляш, а ему юноша точно не хотел вредить. Утёнок видел состояние хозяина и заботился о нём как мог, об этом дополнительно напоминала чашечка давно остывшего, ромашкового чая с валерьянкой, которую дворецкий принёс, что бы Итэр мог немного успокоиться и поспать, но по итогу он так и не допил напиток. Глянув на чашку, взгляд парня затуманился, а разум накрылся белой пеленой. Кровь ударила в голову. Вскочив с кровати, путешественник резко схватил посуду и швырнул её на пол, разбивая вдребезги и разливая по полу чай. Осколки разлетелись по всей комнате, один из них быстро оказался у сошедшего в руке, которым он резким движением рубанул себе по плечу, оставляя огромный, отвратительный на вид порез. Кровь хлынула из раны, слёзы полились пуще прежнего и парень упал на колени, оперевшись на ладони. Колени спортивных, домашних штанов пропитались напитком. Несколько острых осколков вонзились в одежду и кожу, оставляя мелкие порезы и потёки крови. Только сейчас юноша пришёл в себя. Обильно льющаяся из раны на плече красная жидкость, начала смешиваться с чаем и впитываться в деревянный пол и ковёр. Он - отшвырнув от себя кусок керамики, оставшийся от чашки - аккуратно встал, прижав рукой рану и на шаг отошёл от места "преступления", глядя куда-то в пустоту. — Хозяин! С вами всё всё в порядке? — от чужого голоса сошедший вздрогнул и перевёл взгляд на дверь. Пухляш.. он будет волноваться. Утёнок безцеремонно влетел в комнату парня и увидел сею картину. У дворецкого расширились глаза от ужаса и удивления, после перевёл взгляд на кровоточащую руку хозяина, что виновато отвёл взгляд в сторону. — Святые Адепты! Итэр! — крикнул Пухляш, подбегая к юноше и осматривая его состояние. Глянув на пол, дворецкий тяжело вздохнул, щёлкнув пальцами. Он создание Адептов, к тому же дворецкий, поэтому, легонько светясь, разбитая чашка и перемешанная с чаем кровь исчезли, не оставив и следа. Утёнок вновь глянул на рану. Он не был медиком и не умел лечить по щелчку пальцев, но видимо, придется научиться. — Я сейчас прибегу! — произнеся это, дворецкий быстро выбежал из комнаты и спустя пару минут вернулся с аптечкой. Пухляш с горем пополам обработал, зашил и забинтовал все крупные раны, что сделать его лапками было сложно, так что шов выглядел немного криво, но главное было обработать рану и избежать заражения какой-нибудь болячкой, с чем он отлично справился. После утёнок ушёл, а Итэр остался стоять перед зеркалом, глядя на перебинтованные ладони и плечо. — Дебил… Зачем я это сделал.? Надо держать себя в руках… — прошептал путешественник, посмотрев на свои дрожащие от ран, боли и усталости руки. — Нельзя так делать.. нельзя. — руки затряслись, дыхание сбилось, а стук сердца заглушил все остальные звуки, начало тошнить от резкого головокружения, что не понятно от чего началось, то ли от потери крови, то ли от вновь накрывших его воспоминаний. — Хозяин, я принёс вам чай… — слегка дрожащим голосом буркнул дворецкий, поставив кружку с горячим ромашковым чаем на стол, его действия на секунду вывели блондина из мира апатии, заставив обернуться на источник звука. — Прошу, не делайте так больше… — тем же голосом произнёс утёнок. Сошедший, слегла дрожа, кивнул, прошептав одними губами «Прости». Вероятно, эта прелесная уточка в шляпке была единственным лучиком света, благодаря которому господин этой уточки окончательно не обезумел. СПУСТЯ ВРЕМЯ Парень крутил папирус в руках, сидя на лавочке за территорией своего домика, вспоминая прошлое и всё никак не поджигая табачное изделие. Было так же больно, но ноющее плечо немного ослабило моральную боль, дав возможность хоть на какое-то время дышать свободно. Люмин будет ругаться, любимый братик изуродовал тело и оставил шрам, такое поведение ему было не свойственно... — Какое же я всё таки чудовище.. — прошептал юноша, наконец зажигая сигарету и делая первую тягу. — Интересно... Хоть кто-то заметил мою пропажу..? Или обо мне вспомнят только тогда, когда пиздец в мире начнётся..? — продолжал рассуждать Итэр, вновь запустив в лёгкие табачный дым. — Как они отреагируют если я... — он посмотрел в даль, обжигая глаза фальшивым солнцем, лёгкая улыбка расплылась на его лице, показывая его недобрые намерения — Устрою им мини-геноцид..? — Путешественник лежал в кровати и обдумывал свою идею, все плюсы, минусы и как это всё организовать. Плюсов было только 5. 1: он сможет выпускать пар и всю злость, благодаря чему не будет травмировать своё тело и будет в состоянии держать себя в руках. 2: он сможет найти подходящее сердце для пересадки вместо раненного органа Паймон. 3: он проверит, как к нему на самом деле относятся жители Тейвата, помнят и беспокоятся ли вообще о нём. 4: никто и ничего не будет ему мешать закончить путешествие и воссоединиться с сестрой. 5: в поисках ритуала для воскрешения компаньонки, будет проще исследовать мир и найти хоть какой-нибудь след на родственницу. Прекрасные плюсы, но вот минусы и их количество... 1: его могут убить. 2: его возненавидят. 3: он наберётся проблем (хотя как будто их у него было мало). 4: его голова будет стоять бешеных денег. 5: дорогие ему люди отвернутся от него. 6: он может окончательно сойти с ума от такого количества крови и смертей. И ещё десятки других минусов, которые, мягко говоря, не радовали. — Цель всегда оправдывает жертвы. — с этими словами блондин встал и начал одеваться в новый наряд, а после закрутился в воронку, исчезая и покидая Чайник Безмятежности. Сошедший появился где-то в лесу. Всё ясно, он в Сумеру. Такие огромные деревья, разнообразие грибов и растений только там. — Отлично, заодно соберу немного припасов. — в пол тона пробурчал парень, взяв знакомый гриб и проверив на наличие насекомых и других "прелестей" леса, положил его в сумку. Спустя какое-то время такой прогулки, ему на глаза попались пустынники. Сердца этих убийц не подходят для Паймон, плюс они великоваты для неё будут. — Может начать людей пугать? Типа маньяк-коллекционер, который сердца ворует? — хихикнул от своих же мыслей юноша, достав меч. — А почему бы и нет? — с этими словами он напал на пустынников. Идея воплощена в жизнь. "Движки" вырезаны и сожжены (так как ему просто некуда пока их складывать), кошельки украдены. В это же день было куплено около сотни банок и десятков литров формалина. Да, стояло это не дёшево, но почему бы и нет, деньги его, по крайней мере теперь, мало интересуют. — А куда, извините меня, это теперь деть? — спросил сам себя путешественник, смотря на банки и на уйму формальдегида, которые он затолкал в свободную комнату. — Ойхх ёлки-палки... Разрушу какое-нибудь подземелье и сделаю из него лабораторию... — тяжело выдохнув, прошептал парень и вышел из комнаты, закрывая её на ключ. Блондин вновь блуждал по Тейвату, ища подходящее подземелье, и спустя время он его нашёл. На краю Снежной, в самой холодной части, находился полу-разрушенный вход в само подземелье, впечатанное в гору, внутри было всё более-менее нормально, были разве что монстры и старые, агрессивные механизмы, которых сошедший быстро уничтожил. Было много комнат, в самую большую парень затолкал всю его белиберду, саморучно сделал полочки, на которые поставил банки и даже притащил кушетку, скальпели и другие медицинские штуки. Да, он их украл, и что? Имеет право, он теперь злодей. Спустя немного времени банки с формалином начали наполняться, в каждой из них лежало чьё-то сердце. Юноша сразу приготовил деньги для закупки новых банок и формальдегида, ведь кто знает, когда у него они закончатся.