С днём рождения, мой любимый

      Фёдор проснулся с улыбкой на лице. Солнце проглядывало через жалюзи окна. Сегодня прекрасный тёплый день июня. День, в который ровно двадцать два года назад родился его возлюбленный - Осаму Дазай. Ох, радость того, что у его любимого день рождения, просто переполняла Достоевского. Он протёр свои сонные глаза ладошками и поглядел на часы. Ровно 8:30. Шатена же не было рядом, ведь в последнее время у него появилась очень важная работа, на которую ему приходилось уезжать очень рано. А жаль, брюнету хотелось поздравить его с днём рождения. Но это было сейчас не так важно, ведь вечером, когда Осаму придёт с работы, то всё уже будет готово к празднованию.       Встав с их совместной с Дазаем кровати, Фёдор отправился в ванную комнату. Пройдя прохладный и тёмный коридор квартиры, парень дошёл до белой двери. Взявшись за холодную железную ручку, русский открыл дверь. Зайдя внутрь, Достоевский приблизился к раковине. Прокрутив ручку крана, из него полилась прохладная, как ветерок на улице, вода. Брюнет умывался и что-то напевал себе под нос. Сегодня у него было приподнятое настроение, которым он желал делится с этим миром.       Закрыв кран, взгляд вишнёвых очей пал на душевую кабинку. "Стоит помыться", - принял решение Фёдор. Парень начал снимать с себя ночную рубашку с надписью "Пройдите мимо нас и простите нам наше счастье", а после снял и трусы. Положив их на корзинку с бельём, брюнет зашёл в душевую кабинку. Включив тёплый приятный душ, он принялся мыться. Приятная вода, как капли летнего дождя после долгого зноя. Во время того, как парень принимал душ, он вспоминал, как порой Осаму зайдёт тихо в ванную, подкрадётся сзади Достоевского, положит внезапно свои руки ему на плечи и крикнет: "Фёдор Михайлович! Вы арестованный законом ванной комнаты, за вашу красоту!". А после убежит. Сначала Фёдор не понимал и даже пугался, когда Дазай шутил подобным образом, но позже и сам начал смеяться над подобными шуточками.       Закончив водные процедуры, брюнет снял со стены полотенце и начал вытираться. Далее он достал чистую одежду - белую футболку и чёрные штаны. Расчесавшись, и приведя более менее себя в порядок. Фёдор пошёл на кухню, чтобы заварить вкусный чай и сделать себе пару бутербродов с маслом и солью. Во время того, как он завтракал, Достоевский пытался придумать, что же приготовить на день рождения Дазая. И тут в голову пришла простая мысль: просто купить вкусный торт. А из напитков можно купить шампанское. "А чтобы посмотреть вечером?... ведь Осаму любит смотреть интересные фильмы на какой-нибудь праздник. Хм..." - брюнет размышлял, долго размышлял. Наконец, в голову пришла идея посмотреть одну сейчас популярную комедию. Вот и всё. Осталось всё приготовить.                               

***

      - Ох, а в Йокогаме не так жарко, как я думал. Вот им хорошо в Японии, а в России наверное сейчас очень жарко, - размышлял в слух Фёдор, идя по магазину. В руках он держал корзину для покупок. Он направлялся к разделу с выпечкой. Оттуда пахло сладкими булочками и запахом всяких сытных мучных изделий. Больше всего он любил приходить в раздел выпечки рано утром, как только магазин откроется, чтобы купить только что испечённый свежий хлеб. Но сейчас нужен был не хлеб. А вкусный торт.       Просмотрев внимательно весь прилавок с тортиками, брюнет выбрал один единственный торт, который очень ему понравился - ванильный с белой глазурью и украшенный вафельными цветами. Заплатив примерно 500 йен, Достоевский ушёл в отдел алкоголя, за шампанским.                               

***

      Достав из кармана ключи от квартиры, юноша вставил их в замок, повернул два раза, и дверь открылась. Пройдя внутрь, брюнет облегчённо выдохнул. "Ну вот, осталось только всё подготовить".       Пакет с продуктами Фёдор поставил на диван. Сам он отправился в гостиную, прибираться и готовить стол. Взяв в руки пылесос, парень начал убирать пыль и остальную не очень приятную грязь. Ему не хотелось праздновать день рождения любимого человека в грязной обстановке. После того, как с пылью и другой грязью было покончено, осталось только прибрать разные вещи, которые мешались под ногами.       Присев на корточки, Достоевский хотел поднять упавший на пол шар с предсказаниями, который на Рождество в автомате со всякими прикольными вещами выиграл Осаму. Да, было время. Тогда Дазай очень радовался этому причудливому шарику, как маленький ребёнок. И на лице шатена тогда была такая милая и искренняя улыбка. Когда японец улыбался, ему так это шло. Он становился будто менее серьёзным и более легкомысленным. Это очень нравилось Фёдору.       Но не успев встать обратно, парень обнаружил под диваном коробку. Его лицо в этот момент выражало недопонимания того, что эта коробка делает там. Сев на колени, ибо так будет проще держать равновесие, брюнет потянулся рукой к этой коробочке. Ухватив её ладошкой, он пододвинул её к себе. Она была в пыли, поэтому раздражённо вздохнув, Фёдор сдул с крышки коробки всю пыль. Взявшись за картонные края крышки, юноша открыл коробку. Вишнёвые глаза смотрели прямо на содержимое столь загадочной коробки.       - Ого.       В коробке оказалась записная книжечка. И самое интересное, что рядом с этой книжечкой лежал карандаш. Внутри Достоевского что-то возникло. Будто чувство любопытства. Но в то же время, он не хотел читать мысли, которые в эту книжку записывал никто иной как Осаму. Ведь именно шатен любил что-то всегда прятать. С другой стороны, если незаметно взять и пролистать пару страниц, то ничего из этого плохого не выльется.       Приняв решение прочитать пару записей любимого, Фёдор присел на диван, поправил чёлку, которая попала в глаз, а после открыл первую страничку записей. Как ни странно, эту записную книжку Дазай начал вести примерно год назад. В тот момент, когда они оба ещё учились в университете. И первая запись была немного странной на взгляд брюнета - японец описывал свои чувства после их первого секса. Достоевского заставило это смутится, ведь он точно не ожидал такого откровения в мыслях своего возлюбленного. Откашлявшись, он решил прочитать ещё пару записей.       Через минут пять, записная книжка уже была убрана в коробку. Фёдор до сих пор не мог забыть того, что Осаму писал и пишет в своей тетрадке для заметок. Парень выдохнул, открыл окно, вдохнул приятный летний аромат и продолжил приготовления к празднованию дня рождения Дазая.       - Ну и ну, мне кажется, что Осаму следовало бы писать какую-нибудь литературу для тех, у кого проблемы в постели. Ибо слишком много у него в заметках красок и подробностей... - жаловался Достоевский прохладному ветерку, который подул в комнате.                               

***

      Примерно к вечеру уже было всё готово. Фёдор был горд своим трудом. Оставалось только поставить на стол торт, бокалы и шампанское. Тарелки с вилками уже стояли на столе. Пройдя на кухню, взяв сначала торт, и принеся его в гостиную, брюнет отправился за остальным.       Итак, всё было готово. Даже телевизор был уже включён, чтобы можно было посмотреть комедию. Но внезапно, в голову Достоевского ударил вопрос: "А если он захочет заняться этим после всего? Блин, я как-то над этим и не задумался". Посмотрев на часы, юноша увидел, что было пока что только 18:02. Через час Дазай должен был прийти домой. Взяв себя в руки, парень решил и на всякий случай приготовить спальню. Перестраховаться никогда не мешает.       Заправив кровать, прикрыв шторы, поставив ароматические свечки и настроив нормальное романтическое освещение, парень понял, что теперь этот вечер точно будет хорошим. Вернувшись в комнату, и присев на диван, Достоевский стал ждать того момента, когда с работы придёт Осаму.       Всё это время Фёдор сидел и что-то смотрел в телефоне. Это были разные посты и смешные видео. Надо ведь было чем-то себя занять, пока он дожидался милого. Конечно он мог почитать книгу, но усталый мозг как обычно, принимает информацию хуже. Поэтому лучше просто просматривать соц. сети, чтобы особо не напрягаться. И пока парень смотрел один забавный ролик, он думал об Осаму. Дазай никак не уходил из головы. Но некая тревога сидела где-то внутри Достоевского. Это тревога была не обоснованная, от этого становилось всё тревожней. Фёдор на мгновение оторвался от телефона и посмотрел в окно. Было не так уж и темно. Затем взор вишнёвых очей пал на часы. Было 19:11. "Ох, что-то плохое у меня предчувствие", - пронеслось в мыслях юноши. Он старался не думать о том, что случилось что-то плохое. Возможно, его любимый просто задержался на работе. Это ведь естественно для рабочей Японии. Но всё же Достоевского накрыла дрожь. Фёдору вообще было болезненно волноваться, всё из-за немного истощённой нервной системы. Порой приходилось пить успокоительные, чтобы не было панических атак.       "Точно! Я просто забыл приять таблетки. Вот я пень конечно...", - шутливо приободрил себя брюнет. Он положил телефон в карман и пошёл на кухню, чтобы выпить таблетки. Когда он достал стакан, налил в него воды и принял маленькую белую пилюлю, внезапно телефон в кармане его чёрных домашних штанов издал вибрацию. "Сообщение. Надеюсь от Дазая", - приободрял себя Фёдор. Допив воду и поставив стакан на стол, парень полез за телефоном в карман.       И вправду, сообщение от Дазая. Зайдя в мессенджер, брюнет прочитал такое сообщение: "Федя, скажи, ты сейчас дома?". Однако странное сообщение. Хотя возможно ему нужно было узнать, дома ли Достоевский. Ответив "да", парень получил ответ: "Накинь какую-нибудь лёгкую кофту и иди на крышу, ты мне сейчас очень нужен".       Сердце Фёдора забилось так, будто он бежал сейчас десять километров. "Зачем Осаму понадобилось лезть на крышу? Что он там забыл? Почему я ему нужен? Неужели случилось что-то ужасное?!". Один за другим вопросы просто убивали веру во что-то хорошее. Но взяв все свои силы в кулак, брюнет решил не медлить. Взяв с вешалки лёгкую синюю кофту и отправился на крышу здания. Пока Достоевский закрывал квартиру, его руки дрожали. Дрожали из-за страха. Никто не давал ему стопроцентной гарантии на то, что шатен позвал его не на помощь. Проглотив ком, который встал у него поперёк горла, брюнет отправился на самый вверх. Идя по лестнице он мог поклясться в том, что его ноги были готовы в любой момент подкосится и сам Фёдор мог покатится по лестнице обратно вниз.       Забежав на чердак, оставалось совсем чуть-чуть. Главное было не споткнуться об валявшиеся повсюду старые вещи и ржавые трубы с досками. Открыв со всей силы дверь, Фёдор оказался на крыше дома. Дул уже не тот приятный летний ветер, а холодный и неприятный. Да и высота здания была приличной. Чуть зазеваешься и всё, считай что ты лепёшка. Достоевский осмотрел всю крышу, пытаясь найти взглядом Дазая. Сердце продолжало бешено биться. Оно было готово просто покинуть тело хилого брюнета и ускакать от него прочь, расплёскивая по округе кровь. "Фу, ну у меня и фантазия!" - подумал парень. Но Фёдор продолжал искать возлюбленного. И вот, он нашёлся.       Шатен сидел на краю крыши, свесив ноги вниз. Он попивал кофе и похоже... плакал? Это было крайне странно, ведь Осаму почти никогда не плакал. Он был более стойкий к стрессам, не то что Достоевский. В глазах Брюнета чуть блеснула грусть и нотка удивления. Пройдя несколько метров по не очень ровной крыше, парень присел рядом с любимым. Похоже, Дазай даже почти не обратил на это внимания. Сидя рядом, было очень слышно всхлипы. Фёдор посмотрел на японца с грустью в глазах.       - Милый, что случилось? - раздался на всю крышу эхом мягкий и приятный голос русского.       В ответ на него посмотрели глазами полными слёз. Осаму выглядел очень непривычно. Посмотрев на своего парня пару секунд, на Достоевского бросились с объятиями. Шатен что-то говорил, так быстро и невнятно. Фёдор погладил парня по голове и спине, чтобы более как успокоить его.       - Тише, тише. Что случилось? - спросил брюнет.       - Т-ты п-понимаешь... я-я сегодня принимал н-нового к-клиента... и-и-и он сказал... ч-что жизнь надо проживать т-так... ч-чтобы меня з-запомнили... а-а что п-по итогу? Я п-просто психолог, к-который работает ради т-того.... ч-чтобы просто заработать денег и-и больш-шая часть этих д-денег уходит на т-то... чтобы заплатить з-за квартиру... Разве я хороший человек?... - Дазай говорил дрожащим от плача голосом. Достоевский же всё обдумал, и усмехнулся.       - Ты - плохой человек? Ты случайно головой не расшибался? Психолог - очень важная профессия в нашей современной жизни. Ведь считай ты возвращаешь к нормальному моральному состоянию людей, которые днями могли страдать из-за стресса и психологических травм. Ты считай, как святой для них. Так что не плачь, ты очень хороший и дорогой мне человек, - Фёдор приблизил к себе Осаму и поцеловал в губы.       Шатен с брюнетом ещё минут двадцать просидели на крыше, обсуждая всё. После Достоевский резко вспомнил, что у Дазая день рождения. "Ох ты ж я пень старый!". Фёдор резко вскочил на месте и закрыл руками лицо Осаму. Тот недоумевая, что происходит, начал расспрашивать возлюбленного, в чём дело.       - Подожди пару минут. Вот придём и всё поймёшь!       Ведя любимого за ручку и прикрыв ему глаза второй ладошкой, брюнет вёл его в квартиру, где поджидал сюрприз на день рождения Дазая. И вот, дверь с щёлком открывается и они проходят дальше, идя прямо в гостиную. Открыв глаза любимому, Фёдор обнял его и громко сказал:       - С днём рождения, дорогой и любимый мною горячо Осаму!       - Федя... это просто прекрасно и так... мило. Спасибо тебе большое! - шатен подхватил юношу на руки и покружил его так, целую в лоб. После этого, они сели за стол и отрезали друг другу по кусочку тортика. Достоевский налил шампанского и включил ту самую комедию, которую он хотел посмотреть с Дазаем. Оказалось, фильм был очень хорошим и смешным. У обоих улучшилось настроение, и они улыбались своими искренними улыбками.                               

***

      - Милый, а что ты мне подаришь? - спросил немного опьяневшим голосом Осаму, смотря влюблённо на Фёдора. Брюнет немного потупился. "Подарок! Я забыл про подарок! Ох... чёрт меня побери", - пронеслось в голове у юноши.       - Слушай... тут такое дело... ну это... я забыл подарок, - Достоевский был очень пристыжен тем, что самое главное вылетело у него из головы. Дазай же странно хихикнул, и приблизился к любимому.       - Кажется я знаю где можно найти подарок~       - Ну... и где-же?       Осаму притянул к себе за талию брюнета. Он посмотрел в его вишнёвые глаза и поцеловал. Проникая языком внутрь рта, Дазай заставлял Достоевского смутиться и покраснеть. "Ох, так моя перестраховка была всё-таки хорошим решением", - горделиво и радостно подумал парень. Фёдор ответил на поцелуй любимого и обнял его за плечи. Они сидели и целовались минуты две, пока воздух у обоих не кончился. Брюнет уже громко дышал от возбуждения. Шатен же не стал долго ждать и отнёс любимого в спальню.       Положив Достоевского на кровать и нависнув над ним, Дазай игриво облизнул губы. Это было слишком сексуально для Фёдора, поэтому он отвернулся и покраснел ещё сильнее.       - Не смущайся так. Мы ведь родные друг другу люди, и не должны так смущаться из-за наших действий, - сказал таким прекрасным и соблазнительным голосом парень, и начал целовать бледную кожу шеи брюнета. Ловкие руки японца начали снимать с русского футболку, чтобы оголить верхнюю часть его прекрасного и худого тела.       - М-м-м, а освобождать от упаковки подарки на день рождения так приятно, - протянул игриво Осаму, целуя грудь любимого. С уст нижнего сорвался выдох, который звучал как полу стон. Поняв, что может немного подразнить своего парня, он принялся снимать и его чёрные штаны вместе с трусами.       Покрасневший член пульсировал и набухал. Дазай конечно не любил хвастаться, но у него гораздо больше. Хотя к чему это всё сейчас. Японец любил своего парня и таким, какой он есть. Поцеловав Фёдора в шею ещё раз, Осаму начал раздеваться. Он уже хотел побыстрее со всем этим закончить, и принести себе и Достоевскому удовольствие.       И вот, уже держа в руках смазку и капая себе на ладонь прозрачную жидкость, а затем преподнося два пальца к анусу и протолкнув их внутрь, шатен услышал первый тихий стон. Брюнет не любил громко стонать, ведь он был достаточно тихим и точно бы никогда не застонал бы во весь голос, как девушки из непристойных видео для взрослых. Дазай же и не упрашивал его, главное чтобы им обоим приносило удовольствие от процесса.       Растянув любимого как следует, Осаму резко вошёл внутрь. Приятное ощущение заполненности ударило в голову Фёдора, словно эйфория. Сладкие шлепки тела о тело были слышны в комнате. Половой акт в этот вечер был не таким, как всегда у них был. Он был более страстный. Будто в первый их раз, когда они только начали встречаться. Достоевский смотрел полуприкрытыми глазами на Осаму, моля о большем. Как шатен мог отказать этим манящим своей красотой вишнёвым очам? Страстно и грубо поцеловав в губы брюнета, оставив между их ртами ниточку слюны, Дазай продолжал свои страстные и нежные толчки.       - Мх... с днём рождения, любимый... ах... - сорвалось с губ нижнего. Фёдор был на пределе своих сил, как и шатен. Осаму сделал уже пару грубых толчков и излился, за ним же разрядку встретил и Достоевский.       Упав на кровать, рядом с любимым, обняв и поцеловав его, Дазай просто наслаждался всем, что приготовил ради него брюнет. Он по-настоящему любил его, и шатен это понимал. Фёдор так хорошо всё подготовил, да и этот секс... Можно признать, что этот день рождения был лучшим в жизни Осаму.       - Я люблю тебя, мой милый.       Обняв Достоевского и прижавшись к нему всем телом, Дазай лежал, слегка смеясь от радости и удовольствия, он целовал любимого в знак того, что любит его. Фёдор же просто прикрыл глаза от усталости и улыбался. Положив свою голову ближе к лицу брюнета, Осаму последний раз поцеловал в губы парня и закрыл глаза. Нет, они не спали, он просто лежали и наслаждались этим вечером. День рождение и вправду был лучшим...