Новый дом среди звёзд

      Только что вернулась с разведки. Все в лагере спят сном младенца, но я просто не могу не поделиться впечатлениями!       Прошло три дня со времени последней записи и произошло так много всего! Ладно, по порядку. В первую очередь мы отправились искать Чена Жэня. Его местоположение получилось хоть как-то отследить благодаря маячку. Отчего-то у второго разведчика маячок не отображался, но мы надеялись, что они не будут расходиться далеко друг от друга. Это же опасно, в конце концов!       Увы, наши надежды не оправдались. И даже маячок Чена подвел, мы нашли его только благодаря бодрой музыке, разносившейся по равнинам на несколько километров. Спасибо, что обитатели Марии не столь восприимчивы к посторонним звукам. Этот дурачок слушал плеер, врубленный на полную громкость. Впрочем, кажется, зря я за него переживала — он мастерски обращался с оружием и вокруг него кружочком лежали иссушенные крупные местные розовые птицы — гарпии. Автосборщик ресурсов знает своё дело. Чен беззаботно пританцовывал и одновременно копался в раскуроченном кратере, такие бывают от падения метеорита. На удивление, громкая музыка не лишила его остроты восприятия и парень первым заметил нас, поначалу напрягшись, но затем расслаблено помахал рукой и вылез из шахты.       Оказалось, он нашел редкие ресурсы и задержался чтобы их собрать. Хотел соорудить турели, чтобы обеспечить безопасность лагеря. Несмотря на внешнюю бодрость, выглядел он потрёпанным. Близилась ночь и возвращаться в лагерь по темноте не хотелось, так что мы предложили помочь ему с работой. Он был только за. Ещё бы. Добрый Саори и в этот раз намеревался поделиться своим спальником, но я насильно уложила и его тоже. Негоже бодрствовать две ночи подряд. Мы же с Энде взялись за кирки.       Ночь пролетела незаметно, а утром Чен поделился с нами рецептами турелей и огнестрельного оружия. Бонусом, парень переслал мне ту самую песню, напомнив, что на моем планшете есть встроенный аудиопроигрыватель. Это… довольно милый поступок с его стороны. Про плеер я и без него, конечно, знала, но мотив у песни был весьма прилипучий, а насвистывать её получалось плохо. С улыбкой, он пояснил, что это — колыбельная, которую ему пела мама. Кажется, у меня получилось сохранить серьезное выражение лица. Однако, песня пелась мужским голосом и заснуть под колыбельную с таким темпом и громкостью я бы точно не смогла.       Он также упомянул про помехи, не позволяющие отследить сигналы. Значит, проблема не в наших приборах, а в самой планете, возможно, залежах каких-то минералов. Это меня тревожит. Значит, нет никакой возможности связаться с Кармен? И в ближайшее время не появится? Пока что рано отчаиваться, но я чувствую беспокойство. Сестренка умней и компетентней меня, но если они рухнули в море… Нет, всё будет хорошо. Корабль может плавать, а ещё у нас есть хорошие охранники. Вон, один Чен чего стоит.       К сожалению, про второго разведчика, Слая, Чен не знал, так что пришлось искать его почти вслепую. Хорошо, что док упомянул некое дерево. Посреди лугов оно должно сильно выделяться.       И оно выделялось. Строго говоря, это скорее был огромный гриб, чем дерево, но я могу понять, почему с дальнего расстояния их можно перепутать. Видов зеленых грибов на Земле не так много. И до таких размеров не дорастает ни один. Слая нигде не было видно, но мы нашли его рюкзак. Его аккуратно прислонили к ножке гриба, следов борьбы мы также не обнаружили. Странный факт. Но тогда мы слишком устали чтобы продолжать наблюдения.       На равнины опускалась ночь. Эти места не такие безопасные, как побережье. Саори вызвался дежурить первым, однако, уснуть в эту ночь никто из нас так и не смог. Стоило тьме сгуститься и повсеместно вспыхнули оранжево — красные огоньки. Они окружали нас, но приближаться не спешили. За время путешествия мы встретили разных зверей — похожих на наших земных шестилапых обезьянок, зеленых носорогов, сильно смахивающих на трицератопсов и нескольких гарпий. отчего-то неизменно ядовито-розового цвета. Я даже видела вдали тех самых зеленых сухопутных морских коньков-жирафов. Но ни одно из этих животных не имело таких глаз, как те, что окружали нас. И ещё один факт заставлял мурашки бегать по моей спине. Стайные животные обычно общаются. Звуками, знаками или танцем. Возможно, в темноте они что-то подобное проделывали, но тишина стояла оглушающая. В конце концов, я не выдержала и примотала несколько палок друг к другу, соединив всё в длинный шест с факелом на конце. Я могла бы просто бросить факел в траву, но сжечь все луга не входило в мои планы. Энделея помогла мне удержать длинную палку пока я разжигала огонь, а затем мы медленно стали отступать подальше от костра, протягивая наш импровизированный светильник в темноту.       Темнота ответила нам резким щелчком и стрекотом. Глаза бросились в рассыпную. Мельком, я увидела блеск хитинового панциря. Насекомые. Огромные, размером с большую Галапагосскую черепаху. Судя по толщине панциря, наше оружие их не возьмет. Какое счастье, что они боятся огня и света! Черт, вот знала же, что надо было тащить Чена с нами, но не-ет, наш храбрый охранник усвистел в лагерь строить турели из накопанного нами железа. Нет, правда, я все понимаю, мы и сами не пальцем деланы. Но вот огнестрел обычным колонистам никто не выдает, а он все-таки солдат. Как-то гораздо спокойнее, если рядом умелый мужчина...Ну и ладно, ему же славы меньше достанется.       За ночь пришлось отпугивать тварей ещё раз пять или шесть. С рассветом же, они исчезли, словно их и не существовало. До сих пор потряхивает. Надеюсь, эти твари охотятся исключительно по ночам.       Ночь-то мы кое-как пережили, но расслабляться было рано. Грибное дерево, под которым мы сидели, внезапно начало мерно вздрагивать. До меня не сразу дошло, что это не дерево трясется, а земля. Вдалеке показались два огромных жёлтых шара, быстро приближавшихся к нашей стоянке. Я так испугалась, что это новое гигантское насекомое, но в сумрачном свете Саори ухитрился разглядеть контуры носорога. Того самого, которые мирно паслись на лугах днём. Но почему он один? И от чего светился? И какого черта ему от нас надо?!       Времени на раздумья не оставалось и я приказала броситься врассыпную. Носорог со всего маху влетел в грибодерево и застрял в нем, нелепо упираясь всеми шестью лапами.       А вот и наш завтрак! Толстая шкура не протыкалась ни стрелами, ни ножом, поэтому пришлось прямо на ходу мастерить меч и уже им отыскивать уязвимые места. Наверное, со стороны это выглядело очень комично — словно охота первобытного племени на мамонта. С такой огромной туши мяса удалось высосать просто огромное количество. Нам троим за неделю столько не съесть. Но лагерь Картера был нам очень благодарен за такое угощение. Впрочем, меня до сих пор волнуют вопросы — отчего он отбился от стада и почему напал на нас? Со светящимися штуками мы разобрались, у носорогов действительно такая естественная люминесценция. Два огромных овала чуть выше головы, на гребне. А вот всё остальное…       Была у меня одна версия. Возможно, это несчастное создание потеряло всю семью в пожаре и теперь мстило всему огню в мире? Печальная история, но ведь животные не могут быть такими умными?       Хотя часть с пожаром действительно имела место быть. Мы вернулись в лагерь к остальным уже после полудня и сразу улеглись спать, рассчитывая, что с первым лучом солнца вновь будем готовы к работе. Однако, мы явно недооценили собственную усталость. Проснуться на рассвете всё же пришлось, но отнюдь не по своей воле. Я вскочила от кошмара, в котором убегала от того самого носорога, шесть ног которого заставляли землю вокруг дрожать и раскалываться на куски, проваливаясь в звёздное ничто. Запутавшись в спальнике, я не удержалась на ногах и рухнула прямо на Саори, а он в свою очередь заголосил благим матом, перебудив весь лагерь. Кошмар-то оказался ненастоящим, а вот дрожь земли — очень даже. Ален как раз шел будить нас. Неподалеку разбушевался пожар и прежде мирные травоядные стремились убраться с пути стихии, сея хаос и растаптывая всё живое. По крайней мере, мы могли быть спокойны, что этот пожар не на нашей совести — носорог, влетевший в гриб основательно потоптался по пламени, полностью затушив его… Нет, правда, он же точно его затушил, я сама видела. Абсолютно точно!       В любом случае, пожар разгорался, и опасность от животных нам грозила нешуточная. Задыхаясь от принесенного издалека дыма, мы спешно возводили баррикады. Чен оказал неоценимую помощь в подготовке к защите и пояснял что, куда и как устанавливать. На то он и специалист по обороне в общем-то. Стены из железа сдерживали шумную орду, а пулеметные турели не замолкали ни на секунду. Запах крови смешался с железом и порохом. Я…эм, не очень люблю пересказывать такое, так что если кто-то когда-то будет это слушать, пожалуйста, дополните эту сцену от себя. Могу только сказать, что крови пролилось очень много, а я из зоолога превратилась в мясника. Что не очень-то было мне по нраву. По крайней мере, если мы найдём способ сохранения мяса, его нам хватит на месяц, не меньше.       Что-то мне нехорошо. Как вспомню этот сон…ух, аж спать расхотелось. Не очень-то мне понравился тот кошмар про носорога, а если с него еще и кожа будет слезать... Так, нет, Тари, подумай о чем-нибудь другом. Смешном.       О, придумала! Наверное, стоит говорить потише, но, раз все спят, можно и посплетничать. Ещё с детства я давала мысленные клички всем окружающим, ассоциируя их с самыми разными животными. Здесь, в лагере, я уже успела подметить некоторые особенности обитателей. Взять вот Саори - типичный тюлень. Ленивый лежебока, постоянно отмачивающий шутку за шуткой и сам же над ними гогочущий. Форма его тела очень... обтекаемая. Ни рельефной мускулатуры, ни выпирающего живота. Словно этого человека вытесывали из камня, ошлифовали, да так и оставили, не вырезав деталей. Даже прическа - ирокез с хвостиком и выбритые виски, создавала ощущение быстрого скольжения по морским волнам, поднимающих в приветствии свои вспененные гребни.       Энделеа похожа на гривистого волка. Слегка рыжеватые пряжи волос с мелированными черными прядями. Хохолок волос, топорщащийся на ветру, когда она бежит впереди отряда. Большие оттопыренные уши и длиннющие ноги, которым я, по правде, завидую. Легкость и грациозность, с которой она перегоняет нас всех в разведке делают ей честь.       Герда, лежащая в своем стеклянном гробу, сейчас больше походила на Белоснежку, чем на какое-то животное. Но при приземлении она напомнила мне колорадского жука. О, как много я их видела в теплицах! Сейчас их выращивают специально, чтобы сохранить вид живым. Но я слышала, что на Марсе они - настоящее стихийное бедствие. Вот и Герда для меня была этаким нашествием. Уж насколько я общительный человек, но её было слишком много. Наставления, указания, распекания - словно мама, вышедшая на прогулку с ребенком в первый раз. Ей-то легко было говорить, это не она носилась как угорелая от когтекроликов. Сказалась и её одежда - вся пестро-полосатая, округлое личико с носом-кнопкой. Эх, я даже немного скучаю по твоей болтовне. Поправляйся быстрей, ладно?       Доктор Картер однозначно выпь. Незаметный столбик среди остальных обитателей болота, но как раскроет рот...ух. Да и его выправка, больше напоминавшая военную, обязывала относиться к нему с уважением. Бессомненный лидер, он отдавал приказы, словно зная всё наперед. Тем не менее, при желании он снова мог вернуться в состояние "фона" и быть этаким добрым дедушкой-лекарем, заботящимся о своих внучатах, ничем не напоминая о своей истинной сущности. Опять же - длинный нос и тон кожи, покрытый некоторым количеством пигментных пятен, был весьма схож с этой птицей.       И, наконец, Чен. Я долго не могла разглядеть его. Ассоциации приходили и уходили, и ни одна не могла подойти ему со стопроцентным попаданием. При первой встрече он напомнил мне беззаботного вороненка, но то скорее объяснялось его внешностью - жесткими черными волосами и узкими темными глазами, резко выделяющимися на коже цвета слоновой кости, а также тем, что мы нашли его, покрытого грязью и пылью от раскопок блестящей руды. Когда же он отмылся и надел обычную маскировочную униформу песочного цвета, напоминающую костюм для сафари, уже ничего не напоминало о растрепанном птенце. Когда я впервые увидела его в бою - пришла ассоциация с леопардом. Тем более, о кошачьих повадках напоминали не только движения и внешний вид - он, как и положено дозорному, держался подальше от лагеря и был независим, как истинный представитель кошачьих. Однако, узнав его получше, я поняла, что если Ален картер был мозгом лагеря, то Чен - его сердцем. Молчаливый, он всегда готов был прийти на помощь, приободрить и успокоить. Одной улыбкой он развеивал все страхи. Я до сих пор так и не поняла, кто он. Но пока что склоняюсь к еноту. Больше из-за адаптивности, потому что если кто из нас и способен выжить в дикой местности - то это Чен.       Вспоминая корабельных людей. Ну, мой наставница - Агнес, юркая белка. С рыжими пушистыми волосами, любопытная, шустрая и всюду оставляет свои заметки, которые потом никогда не находит.       Кармен всегда была лебедем. Прекрасным, ослепительным лебедем, достаточно сильным чтобы лететь тысячи километров, не теряя своей изящности. Прекрасные светлые волосы, длинная шея и изящные черты лица. Эх, сестричка, ты всегда смеялась от этой ассоциации, но я никак не могу выбросить её из головы. Очень хочу увидеть тебя хотя бы во сне. Конец записи.