Жизнь российского шоу-бизнеса

Все хорошо, всё спокойно, по крайней мере, по меркам шоу-бизнеса. Общество думает, что Гагарина встречается со своим танцором, а Лазарев – гей. Вот только они сами так не думают. "Ну, если сейчас этот дебил не придёт, я его убью!" – думала Полина, сидя у себя в гримёрке. – "Договаривались же пораньше встретиться, вот где этого Лазарева носит?" Не вытерпев, Гагарина решила пойти искать Серёжу, который, по всей видимости, заблудился. Полина открыла дверь и тут же услышала громкое восклицание: – Полина Сергеевна, нельзя ли поосторожней? Вы меня чуть не убили! Перед Полиной стоял собственной персоной Сергей Лазарев и смотрел на неё с притворным возмущением, хотя на самом деле еле сдерживал смех. – Ой, Сергей Вячеславович! – язвительно продолжила Гагарина. – Я уж думала, что вы затерялись в четырёх стенах собственной гримёрки! – Ты меня запустишь, или так и будем в дверном проёме разговаривать? – поинтересовался Серёжа. – А... Ну, заходи. – пожала плечами Полина, запуская Лазарева в гримёрку. Быстро пробежавшись глазами по коридору и убедившись, что за ними никто не подсматривал, Гагарина закрыла дверь. Прислонившись спиной к закрытой двери, Полина осмотрела Серёжу с ног до головы и задала самый неожиданный вопрос: – Ну, рассказывай, че пришёл? – Мы с тобой договаривались, если ты забыла. – напомнил Лазарев. – А с другой стороны, я что, не могу просто так прийти к своей девушке? Я, кстати, нам певца на свадьбу нашёл. – Тебе что, нас мало? – удивилась Полина. – Нет, а что? Мы с тобой всю жизнь поём, что, не можем себе на свадьбу певца позвать? – Ладно! Говори уже, кого ты там нашёл! – SHAMAN'а! – Серёж, вот скажи мне, ты дебил? – со вздохом сказала Гагарина. – У нас свадьба, а не День России! Дай угадаю, ты прямо на Дне России и договорился? – Нет, на Дне Победы. – Серьёзно? Ты на День Победы с детьми в Турции отдыхал! – Солнышко, тебе известна такая вещь, как телефон? – рассмеялся Серёжа. Телефон тоже решил, что о нём забыли и напомнил о своём присутствии. Серёжа достал телефон из кармана пиджака, на экране светилось "Дворя". Какое-то время Серёжа просто слушал своего директора, а потом выдал раздражённое "Сейчас приду" и убрал телефон обратно. – Уже уходишь? – с легкой грустью спросила Полина. – Тут попробуй не прийти! – отвечает Лазарев, открывая дверь. Уже почти выйдя из гримёрки, Лазарев резко разворачивается и напористо целует Полину. – Серёжа! Ты обалдел? А если нас кто-то увидит? – Гагарина оттолкнула от себя Лазарева. – Да никто нас не.... – Я извиняюсь! Голубки повернули головы в сторону звука. Перед ними стоял никто иной, как Влад Топалов. – Я ж тебе говорила, что увидят! – сказала Полина, еле удержавшись от того,чтобы дать Лазареву подзатыльник. – Может быть мне кто-нибудь объяснит,что происходит? – спросил Топалов, у которого от удивления глаза были как пять рублей. – Ну, в общем-то мы встречаемся,– выпалила Гагарина. – Только ты никому не говори, они сами скоро всё узнают. – Пожалуйста, Влад, будь другом! – подхватил Серёжа. – Мы поженимся скоро и сразу людям расскажем. – А....– протянул Влад.– У вас всё настолько серьёзно! Так Полина ж вроде с каким-то танцором встречалась? – Да не встречалась я со Станиславом! Он вообще внебрачный сын моего бывшего мужа! Это прикрытие! – Которого из? Ты дважды была замужем, Поль! – не понял Топалов. – Исхакова! – ответила Гагарина. – Ты думаешь,что это они так похожи? – Влад, а ты что тут забыл вообще? – спрашивает Серёжа. – Я пришёл с тобой поговорить перед премией.– начал Влад. – Подошёл к твоей гримёрке, тебя нет,там Миша носится–суетится, сказал пойти тебя поискать, и вот... Не успел Топалов закончить свой рассказ, как Лазарева осенило: – Чёрт! Дворецкий! Всё ребят,пока! – быстро проговорил Серёжа, наспех поцеловал Полину в щёку и чуть ли не бегом направился в сторону своей гримёрки. Гагарина посмотрела сначала вслед Серёже, потом на Влада, а потом зашла обратно к себе в гримёрку. Топалов остался один посреди коридора. А дальше были саундчек, репетиция, выступления, награждения, фото,видео, журналисты. Короче говоря, так Топалов с Лазаревым и не поговорили.