Омрачение твоей души ( Darkening of your soul )

Гарри не хотел пользоваться Рыцарским автобусом, чтобы добраться до убежища Волдеморта, потому что ему не нужны были свидетели. Если до Дамблдора когда-нибудь дойдет, что Гарри Поттер путешествовал в Литтл-Хэнглтон, последствия будут более чем ужасными. Технически, Гарри знал, как аппарировать. За исключением того, что он понятия не имел, как его одиннадцатилетнее тело отреагирует на такого рода магию, если оно вообще было на это способно. И последнее, чего Гарри хотел, это случайно расколоться по всей Англии и объяснять, что, черт возьми, случилось с Министерством, когда они приехали, чтобы собрать его обратно. Итак, это был Кричер. У домовых эльфов было сверхъестественное чувство направления, они могли найти практически любое место, куда направят свой разум, так что Гарри знал, что Кричер приведет его туда. — Просто высади меня на кладбище — сказал Гарри, когда Кричер схватил его за руку. Один тихий и приятный хлопок спустя, и они стояли на свежем воздухе в окружении надгробий. — Спасибо. Я позову тебя, когда ты сможешь пройти и забрать меня -. Кричер кивнул в ответ и снова исчез. Гарри глубоко вздохнул, глядя на полуразрушенный особняк вдалеке. Сомнение возникло, как только он на мгновение задумался о том, что делает. Он добровольно посещал Волдеморта, своего предсказанного врага, Темного Лорда, который в их прошлой жизни сделал все возможное, чтобы убить Гарри раз и навсегда. Но это был также новый Волдеморт с полной душой и своими воспоминаниями о поражении. И, рассуждал Гарри, чем скорее он достигнет какого-то взаимопонимания со своим врагом, тем лучше. Не говоря уже о том, что Гарри было просто любопытно, что стало с Волдемортом в этом дивном новом мире, и когда Гарри вообще мог побороть свое любопытство? Поэтому он сделал еще один глубокий вдох, собрал все свое гриффиндорское мужество и импульсивность и направился к дому, наслаждаясь теплом раннего августовского утра. Не было никаких оберегов, мешающих ему войти через ржавые ворота на заброшенную и заросшую территорию поместья. Он добрался до входной двери целым и невредимым и решительно постучал. Прошло несколько минут, пока Гарри ждал настолько терпеливо, насколько это было возможно, будучи поглощенным предвкушением и тревогой. Затем дверь со скрипом открылась, и Барти Крауч-младший уставился на него прищуренными глазами, палочка в его руке была направлена прямо на Гарри. — Привет, Барти — сказал Гарри с дружелюбной улыбкой. — Я пришел навестить Темного Лорда. Пожалуйста, дай ему знать, что его родственная душа здесь, чтобы увидеть его -. Гарри просто ничего не мог с собой поделать, и, в конце концов, это было правдой. У них была общая душа. Барти выглядел немного так, как будто его только что ударили по голове бладжером. — Кто ты, черт возьми, такой? - Гарри расправил плечи и улыбнулся шире. — О, как грубо с моей стороны. Я Гарри Поттер -. Теперь Барти выглядел так, словно по нему ударили около дюжины бладжеров, его круглые глаза уставились на Гарри с явным недоверием. — Впусти его — раздался мягкий голос из глубины дома, и Гарри сразу же поднырнул под локоть Барти и проскользнул в дверь. Иногда быть маленьким имело свои преимущества. Он бросился в том направлении, откуда доносился голос, в комнату справа, в то время как Барти, что-то бормоча позади него, с грохотом закрыл дверь. — Поттер… Поттер! Дай мне свою палочку! — Потребовал Барти, поспешив за Гарри, но Гарри проигнорировал его, потому что там, в кожаном кресле с откидной спинкой посреди пыльной приемной, сидел Темный Лорд, воплощающий маленького гомункула, похожего на того, в котором он был во время их предыдущей жизни. Хотя этот казался немного менее истощенным, немного более… завершенным, за неимением лучшего слова. Волдеморт уставился на Гарри красными глазами, держа палочку в руке, но лежащую у него на коленях. — Волдеморт — сказал Гарри, слегка помахав рукой, когда остановился в нескольких футах перед Темным Лордом. — Поттер -. Голос Волдеморта был мягким, даже немного хрипловатым, не таким высоким, как когда-то. — Так как же эта совершенная душа работает на тебя? -Спросил Гарри, поскольку он никогда не был из тех, кто ходит вокруг да около. — Не за что, кстати -. Волдеморт одарил его недоверчивым взглядом. — Ты претендуешь на то, что превратил это в простую безделушку? — спросил он, его маленькая ручка потянулась к вырезу его черной мантии детского размера. Он вернулся, держа в руках серебряную цепочку, на которой болталось Тонкое кольцо. — Интересно, как и когда тебе это удалось, поскольку все, что я помню, это как я умер и очнулся на затылке Квиррелла -. — Нет, это не то, что произошло — сказал Гарри, опускаясь на один из стульев, стоящих напротив Волдеморта, чувствуя странное разочарование от недоверия Волдеморта. — Ты не помнишь станцию Уайт-Кингс-Кросс? Я заключил сделку со Смертью, чтобы собрать твою душу обратно, и я потратил годы на поиски всех маленьких Томиков -. — Это был сон — сказал Волдеморт, а затем махнул Барти, который задержался у двери и смотрел на них так, словно видел, как горит вода, в сторону стула. — Это, должно быть, был сон -. — Никакого сна -. Гарри был ужасно удивлен шокированным выражением лица Волдеморта. — Это была тюрьма, и ты застрял там по частям, пока я не появился. Смерть был там, как живые тени -. Волдеморт на краткий миг содрогнулся. — Если это была тюрьма, то ты тоже погиб в нашей дуэли. Иначе тебя бы там не было -. — Нет, я не умер во время нашей дуэли. Я умер два месяца спустя -. Гарри отвел взгляд в сторону, когда ярость поглотила его. Рядом с ним Барти сидел очень тихо на краешке своего места в позе маленького ребенка, отчаянно пытающегося не быть замеченным окружающими взрослыми, чтобы его не выгнали из комнаты и он не услышал весь разговор взрослых, который он не должен был слышать в первую очередь, но действительно хотел послушать. — Меня предали — сказал Гарри сквозь стиснутые зубы. Губы Волдеморта изогнулись в легкой улыбке. — Расскажи -. Не в силах сдержать раскаленный гнев, который внезапно захлестнул его, Гарри вскочил со своего места и начал расхаживать по комнате. Было забавно, не говоря уже об иронии, что только теперь, когда Гарри был окружен врагами, он почувствовал, что может дать волю своим эмоциям. До сих пор он пытался похоронить весь гнев и ярость, которые пришли с предательством, лишь позволяя себе время от времени испытывать небольшие приступы боли. Но теперь эмоциональная плотина окончательно прорвалась, и Гарри пришлось выплеснуть все эти чувства из своей груди. — Я был в Хогвартсе, помогал восстанавливать — сказал Гарри, глядя прямо перед собой и расхаживая слева направо и обратно. — Получил письмо от Кингсли Шеклболта, нового министра магии, с просьбой зайти. Попал в засаду примерно десяти тысяч авроров и провел неделю один в камере без каких-либо объяснений. Затем они заставили меня замолчать и отдали под суд перед полным составом Визенгамота — Гарри глубоко вздохнул и попытался унять дрожь в руках, но без особого успеха. — Дамблдор, этот назойливый старый мудак прислал письмо, которое нужно было доставить после твоего поражения, в котором просил Министерство убить меня, потому что, когда ты пытался убить меня, когда я был ребенком, и взорвался, часть твоей души откололась и прикрепилась ко мне. За исключением того, что Дамблдор сказал мне, что крестраж можно уничтожить, позволив тебе ударить меня по лицу смертельным проклятием, и я, вероятно, был бы в порядке. Но этот ублюдок солгал -. Гарри перестал расхаживать и уставился на двух других обитателей комнаты. Рот Барти был приоткрыт, но Волдеморт наблюдал за ним с тщательно сконструированным отсутствующим выражением. — Потому что я был так молод, частичка твоей души слилась с моей собственной душой, и они навсегда стали одной новой душой. И Дамблдор знал это все гребаное время. Итак, Кингсли вызвал моих друзей— Голос Гарри сорвался, и ему пришлось на мгновение замолчать, чтобы собраться с мыслями. Он сглотнул раз, другой. — Мои друзья, Рон, Гермиона и Джинни, люди, ради которых я бы сделал что угодно, умер бы за них, убил бы, сидели там, в Визенгамоте, и соглашались со всем, что говорили Кингсли и Дамблдор. Они продали меня -. Гарри медленно опустился обратно на свой стул, внезапно почувствовав себя обессиленным. — После этого подавляющее большинство Визенгамота проголосовало за то, чтобы немедленно убить меня. Они просто подобрали меня, потащили к Завесе в Отделе Тайн и швырнули сквозь нее, как будто я был вчерашним мусором -. — Ух ты — выдохнул Барти, когда наконец вспомнил, что нужно закрыть рот. — Вот это невезение -. Выражение лица Волдеморта стало совершенно запорным, когда он прижал маленький кулачок к губам. Тихие, медленные смешки быстро превратились в резкий смех, когда Темный Лорд, убийца многих и ярый поклонник пыток своих последователей, полностью потерял самообладание. Он согнулся вдвое в талии, смеясь так громко, что все его тело затряслось. Гарри уставился на него, забыв о прежнем гневе и ярости, когда понял, что никогда раньше не видел, чтобы Волдеморт заливался смехом. И, судя по ошарашенному выражению лица Барти, он тоже. Подняв руку, Волдеморт отчаянно попытался успокоиться. — Ты знаешь, как это называется, Поттер — сумел сказать он между приступами смеха. — Карма -. — Карма работает не так — сказал Гарри, сердито указывая пальцем на Волдеморта. — Только потому, что я убил тебя, не означает, что моя карма возрасла -. Волдеморт продолжал смеяться, хотя теперь уже тише. — В любом случае — громко сказал Гарри. — Я снова оказался в подвешенном состоянии, и Смерть сказала мне, что я могу вернуться, потому что я Мастер Смерти -. Барти издал сдавленный звук рядом с ним, но Гарри проигнорировал его. — Но поскольку я твой крестраж на веки веков, ты тоже должен вернуться с нетронутыми воспоминаниями, как и я. Но я понял, что, вероятно, было бы лучше, если бы твою душу снова собрали воедино, поэтому я собрал тебя, и Смерть склеила тебя снова. И теперь, пока я жив, ты не умрешь. И как Мастер Смерти, я не умру, если не захочу -. Гарри бросил на Волдеморта очень выразительный взгляд. — Так что, пожалуйста -. Волдеморт, наконец, успокоился достаточно, чтобы полностью сесть и сделать глубокий вдох. — Чего ты ожидаешь от меня, Поттер? Какие условия ты требуешь, чтобы я выполнил? — — Э-э… — Гарри был сбит с толку этими вопросами и переводил взгляд с Волдеморта на Барти и обратно. — Конечно, за все это есть своя цена? -. Сказал Волдеморт с пронзительным взглядом, выражение которого медленно трансформировалось в гнев. — Ну — сказал Гарри, наклоняясь вперед и сплетая пальцы вместе. Было так много вещей, которые он хотел, чтобы Волдеморт сделал по-другому на этот раз, но он решил, что лучше всего для начала придерживаться главного и приберечь мелкие детали на потом. — Если бы ты мог прекратить бессмысленные пытки и убийства, это было бы здорово. И тебе не позволено снова портить Хогвартс. Кэрроу больше никогда не разрешат преподавать -. — Кэрроу как учителя — - вслух поинтересовался Барти с нервным смешком. — Чему они вообще могли бы научить? — — В основном проклятие круциатус и как его выдержать — сказал Гарри с гримасой, взглянув на Барти. Восстанавливая Хогвартс, Гарри услышал несколько поистине ужасающих историй об этих двух садистах от Невилла и многих других. Он оглянулся на Волдеморта. — И, может быть, если бы мы могли забыть о таких вещах, как комитет по регистрации магглорожденных, это было бы потрясающе -. — Мы? -. Голос Волдеморта звучал за гранью веселья, и Гарри почувствовал, как его щеки запылали. — Я не собираюсь внезапно превращаться в безвкусного хаффлпаффца, который управляет убежищем нюхачей или какой-то подобной ерундой. Я все еще верю, что волшебный мир — это застойный беспорядок, который нуждается в переменах -. — Я согласен — сразу же сказал Гарри, к явному удивлению Волдеморта. — Но это изменение не обязательно должно убивать всех магглорожденных. Нам нужна свежая кровь -. Волдеморт недоверчиво фыркнул. — Мы хотим — настаивал Гарри. — Подумай об этом. Кто из самых могущественных магов, которых мы знаем? Ты, я, Дамблдор, Снейп. Что у нас у всех общего? — Нахмурив брови, Волдеморт обдумывал этот вопрос. — Мы все полукровки -. — Именно. Добавление новой крови к застоявшимся чистокровным линиям делает могущественными ведьм и волшебников -. Гарри подробно обсуждал эти вопросы с Гермионой в течение многих месяцев, которые они провели, живя вместе в палатке, в бегах от всего мира. Было так много всего, чем можно было заняться, кроме чтения и бесконечных партий в шахматы, и Гарри быстро понял, что обсуждать подобные темы, придумывать способы улучшить волшебный мир, было своего рода забавой. И хотя в эти дни мысли о Гермионе наполняли его гневом и болью, это не означало, что идеи, которые приходили им в голову во время их многочисленных бесед, не были хорошими. Гарри был полон решимости медленно, но верно рассказать о них Волдеморту. — Возможно, это так, но магглы представляют собой вполне реальную угрозу для нашего общества -. Волдеморт провел рукой по подбородку. — Хотя, я полагаю, мы также можем сдерживать магглорожденных и их маггловские семьи более сильными заклинаниями секретности и магическими клятвами или контрактами -. Улыбаясь, Гарри откинулся на спинку стула, вне себя от радости видеть, что эта новая версия Волдеморта способна рассуждать и идти на компромисс. Старый начал бы использовать проклятие круциатус через минуту после начала их разговора. — Я уверен, мы сможем решить проблемы, которые сделают нас всех счастливыми. Я хочу, чтобы ты изменил наш мир. Я бы не взял тебя с собой, если бы не сделал этого. Я просто хотел бы, чтобы это было сделано умнее, без такого большого кровопролития -. Волдеморт задумчиво кивнул. — Потери, которые мы пережили и причинили в прошлый раз, были совершенно неприемлемы, оглядываясь назад -. Что ж, неужели чудеса никогда не прекратятся, подумал Гарри, чувствуя себя все лучше и лучше с каждой секундой, когда он дал Волдеморту второй шанс с неповрежденной душой. — Поттер — спросил Барти, очевидно, не в силах больше сдерживать свое врожденное любопытство. — Что ты планируешь делать со своим вторым шансом? — — Несколько вещей — уверенно сказал Гарри, а затем ему пришлось подумать, что это были за вещи на самом деле. До сих пор он тратил много времени на мелкие практические дела, которые облегчали ему жизнь, но что касается долгосрочных целей, Гарри не достиг их. За исключением одной, очень очевидной цели. — Я хочу, чтобы Дамблдор заплатил, но я все еще думаю, как это сделать — сказал Гарри, и, поскольку он не мог придумать ничего другого, добавил: — и на этот раз я собираюсь стать равенкловцем -. — Нет, ты не такой — прервал его Волдеморт. — Все, что ты делаешь, Поттер, подпитывается амбициями. Распределяющая Шляпа никогда не согласится на Равенкло. Это приведет тебя прямиком в Слизерин -. Гарри на мгновение задумался над этим. — Но я много читаю, так что я определенно мог бы стать равенкловцем -. Он посмотрел на Барти из Равенкло в поисках небольшой поддержки, но Барти тоже выглядел довольно сомневающимся. — Не говоря уже о том, что то, как ты ворвался сюда, было чисто гриффиндорским — отметил Барти. Гарри вздохнул, но прежде чем он смог что-то сказать, в комнату вошла Винки, держа в руках поднос с полным чайным сервизом. Гарри почти поздоровался с ней, пока не вспомнил, что эта Винки понятия не имела, кто он такой, поэтому он держал рот на замке. — Вы так долго говорили, что Винки думает, что вам нужен чай -. Винки разлила им всем по чашкам чая и настояла, чтобы Гарри взял шоколадное печенье. — Спасибо, Винки — сказал Барти, откусывая от своего печенья. Даже Темный Лорд не ускользнул от внимания домового эльфа, и он обмакнул печенье в чай, прежде чем съесть его. Гарри наслаждался небольшим угощением, думая о том, что еще им нужно обсудить, пока он жевал. Хотя, судя по тому, как хорошо прошла эта встреча, Гарри мог предвидеть дальнейшие встречи в будущем. — Ты планируешь провести тот же ритуал, что и раньше, чтобы вернуть свое тело? Тебе нужна моя кровь? — Барти немедленно перешел в научный режим, начав бормотать какие-то вычисления, которые, по мнению Гарри, могли быть арифмантикой. — Добавление крови, добровольно отданной врагом, ставшим союзником, значительно усилит ритуал, милорд -. — Хм -. Волдеморт окинул Гарри оценивающим взглядом. — Ты мой союзник, Гарри Поттер? — Был ли он? Гарри нахмурился, обдумывая свои варианты. По крайней мере, он хотел прекращения огня между ним и Темным Лордом, пока каждый занимался своим делом, и пока это казалось достижимым. Но чтобы стать союзником, это был вариант, который требовал более тесного взаимодействия между ними обоими. Вопрос был в том, смогут ли они работать вместе, не убивая друг друга? Был только один способ выяснить. — Ну, я больше не твой враг, и еще слишком рано считать тебя другом, так что, я думаю, союзник сработает -. Гарри отхлебнул чаю. — Тебе больше не нужен философский камень? -. Когда Барти резко втянул воздух, Гарри добавил: — В прошлый раз камень был спрятан в Хогвартсе, и он попытался украсть его, но я остановил его -. — Да, любопытно, как первокурсник так легко преодолел небольшую полосу препятствий Дамблдора. Или почему Дамблдор счел все эти глупые испытания необходимыми в первую очередь, когда простое заклинание фиделиуса обеспечило бы всю необходимую безопасность в доме Фламелей -. Волдеморт сделал довольно длинный, резкий глоток чая, в то время как его покрасневший взгляд не отрывался от Гарри. — Да, я знаю, я был идиотом, который позволил Дамблдору превратить меня в своего идеального маленького жертвенного агнца — сказал Гарри с тяжелым вздохом. Это было то, над чем он потратил довольно значительное количество времени, размышляя в последние несколько недель, о том, как Дамблдор держал его за дурака всю его жизнь. — Но в свою защиту скажу, что я был одиннадцатилетним мальчишкой, подвергшимся насилию, полностью подавленный своим положением в этом новом мире, частью которого, как я только что узнал, я был, и отчаянно нуждался в друзьях и положительной поддержке со стороны взрослых. Дамблдор точно знал, что делал, и у меня не было ни единого шанса -. — Подвергался насилию? -. Спросил Барти, широко раскрыв глаза. Черт. Гарри не хотел, чтобы это ускользнуло, но было так приятно поговорить об этих новых разработках с людьми, которые в курсе событий, что он ослабил бдительность немного больше, чем было бы полезно для него. — Все в порядке, мои родственники — ублюдки, которые почти не кормили меня и держали взаперти в шкафу большую часть моего детства. Но на этот раз я подкупил их, чтобы они накормили меня и оставили в покое -. — Интересно — сказал Волдеморт, наклонив голову. — Северус всегда утверждал, что ты был воспитан как член королевской семьи и ужасно избалован -. Гарри издал резкий смешок. — Северус Снейп никогда на самом деле не видел меня. Все, что он когда-либо видел, это Джеймса-младшего. Этот человек был в моей гребаной голове во время наших уроков окклюменции, он видел, что Дурсли сделали со мной, и он все еще утверждал, что они испортили меня? Этот человек умышленно слеп -. Затем Гарри вспомнил и добавил более мягким голосом: — Я предполагаю, что ты захочешь отомстить Снейпу за его предательство, верно? — — Я обдумываю это — ответил Волдеморт таким тоном, который означал, что он определенно хотел разорвать Снейпа на части голыми руками. Да, Гарри не был уверен, что он чувствовал по этому поводу. Ему никогда не нравился Снейп, но этот человек отдал свою жизнь, чтобы помочь им выиграть войну. С другой стороны, для Волдеморта Снейп был предателем, и в настоящее время Гарри хорошо знал, каково это — быть преданным, так мог ли он действительно винить Волдеморта в желании немного отомстить? Но Снейп был полезен и, возможно, мог бы пригодиться снова. — На твоем месте я бы не убивал его -. Гарри поднял руку, когда Волдеморт собирался открыть рот. — Послушай. Используй его. Дамблдор доверяет Снейпу так сильно, как никому другому. Ты мог бы скормить Снейпу всю чушь, какую захочешь, и старик бы на это купился -. — Это вариант — признал Волдеморт, допивая чай. — О, и я только что понял, что у нас уже есть способ избавиться от Дамблдора — сказал Гарри, довольный, что додумался до этого. — Дамблдор все еще верит, что у тебя есть крестражи, поэтому он будет искать их -. Гарри указал на кольцо на шее Волдеморта. — В прошлый раз проклятие на этом кольце убивало его, медленно и болезненно, потому что он не мог сопротивляться Воскрешающему камню. Верни точную копию этого кольца обратно в лачугу вместе с этим проклятием, и Дамблдор в конце концов захлопнет эту ловушку -. Медленная улыбка расползлась по лицу Волдеморта. — Это отличный план, Поттер. Кстати, о Дамблдоре… как у тебя с окклюменцией в эти дни? Никому из нас не помогло бы, если бы старик смог залезть к тебе в голову -. — Да, моя окклюменция — дерьмо — признал Гарри, к своему вечному стыду. — Я читал книги об этом, практиковался, что мог, и часами медитировал, но это все равно дерьмо -. — Подойди сюда и встань на колени -. Волдеморт нетерпеливым жестом подозвал его ближе. — Я защищу твой разум временным щитом. Его должно хватить примерно на шесть месяцев, так что нам придется обновить его во время рождественских каникул, но это убережет от старика -. Медленно, немного осторожно Гарри поднялся и опустился на колени перед Волдемортом. Он не был уверен, что позволит Волдеморту копаться в его сознании, но ему нужна была помощь. До первого сентября оставалось всего несколько недель, и Гарри никак не мог стать достаточно опытным в окклюменции за это время, чтобы не допустить директора или Снейпа. И на этот раз у него было слишком много секретов, которые нужно было защитить. — Посмотри мне в глаза — проинструктировал его Волдеморт, наклонившись ближе. — Не отводи взгляд. Это не должно быть больно, но ты почувствуешь некоторое давление -. Гарри сидел совершенно неподвижно, испытывая странное ощущение, будто кто-то другой перемещает его воспоминания, пытаясь упорядочить хаос в голове Гарри. Это не было больно, Волдеморт не лгал об этом, но это все равно было крайне странное ощущение. Наконец Волдеморт исчез из сознания Гарри с чем-то, что ощущалось как ментальный поворот, и Гарри снова остался один в своей голове. — Ну вот, готово — сказал Волдеморт, откидываясь на спинку стула. — Если мы хотим быть союзниками, Поттер, тебе нужно будет практиковаться и изучать окклюменцию. Нам также понадобится безопасный способ связи, пока ты будешь в Хогвартсе. Я что-нибудь придумаю -. Волдеморт на несколько мгновений закрыл глаза. — Я легко устаю в таком состоянии, поэтому мне придется сократить эту встречу -. Гарри, который собирался снова сесть в свое кресло, вскочил. — Да, хорошо. Спасибо за беседу -.Волдеморт выглядел немного уставшим, но Гарри не мог избавиться от чувства разочарования из-за того, что встреча уже закончилась. Кто знал, что пить чай со своим врагом будет самым веселым занятием Гарри с тех пор, как он получил свой второй шанс. — Барти проводит тебя -. Легкая улыбка заиграла на губах Волдеморта, когда он уставился на Гарри. — Поттер, приходи на следующей неделе -.